Прикоснувшаяся к солнцу

      С того момента, как Хонджун скрылся за дверью, я беспрестанно поглядывала на экран своего телефона, считая минуты, и порывалась написать ему или позвонить, чтобы убедиться в том, что с ним всё в порядке.       Я уже успела прокрутить в своей голове миллион разнообразных вариантов того, что происходит по ту сторону, но выйти так и не осмелилась.       Мне было страшно видеть Сана.       Мне было страшно усугубить ситуацию ещё сильнее.       В тот момент я боялась всего на свете.       Услышав звук открывающейся двери, я на деревянных ногах вышла в прихожую и молчаливо смотрела на вернувшегося Хонджуна и ждала, боясь задать интересующие меня вопросы.       Однако, мои страхи не подтвердились.       Одежда парня была вполне опрятна, а на лице и руках не было ни одного последствия драки.       Он улыбнулся мне, немного вымученной, но от этого не менее прекрасной улыбкой и, подойдя ближе, взял за руки.       – Он больше не доставит тебе неудобств. На этот раз уж точно.       Я не знала, как себя вести.       Я хотела верить Хонджуну, но понимала, что этого просто не может быть.       Неужели всё решилось за какие-то полчаса?       Это ведь Чхве Сан! Он не отступит от своего так просто.       – Это… правда? – услышала я свой дрожащий голос словно со стороны.       –Правда, – уверенно сказал Хонджун, оставил на моих губах невесомый поцелуй и повёл в комнату. – Идём спать, Джинхо. Уже поздно.       Хоть я и не понимала ничего из происходящего, всё же решила довериться Хонджуну и последовала за ним.       

      Сегодня у меня был выходной и я вышла проводить Хонджуна на работу.       Каково же было моё удивление, когда возле подъезда своего дома я увидела Чхве Сана!       Удивлена была не только я.       Хонджун, завидев мужчину, попросил меня подождать, а потом и вовсе вернуться в квартиру, но я его не послушала, потому что видела его нетерпение и плохо контролируемый гнев.       Хонджун подошёл к Сану и стал что-то ему говорить.       Сан неспешно, словно нехотя, отвечал, а потом посмотрел на меня, и от этого взгляда мне стало не по себе.       Я никогда прежде не видела такого взгляда у Чхве Сана.       Он выглядел таким вымученным…       Немного помолчав, Сан всё же ответил на вопрос Хонджуна и стал что-то долго ему говорить.       Хонджун отвёл взгляд в сторону, помедлил, а потом стукнул Сана по плечу – совсем как старого друга! – кивнул головой, и они направились ко мне.       Моё сердце словно в пятки ушло, и я напряглась всем телом, затаив дыхание.       – Джин, Сан хочет с тобой поговорить, – словно нехотя произнёс Хонджун, впиваясь взглядом в меня.– Как ты на это смотришь?       Я пыталась найти поддержки во взгляде Хонджуна, хотела, чтобы он сам что-нибудь предпринял, потому что я не могла сейчас адекватно мыслить, но он больше ничего не сказал.       Тогда я медленно перевела свой взгляд на Сана, и сердце моё пропустило несколько ударов.       Сколько же боли и отчаяния было в его глазах!..       Я моментально приняла решение и кивнула.       Если Хонджун был удивлён, он никак себя не выдал, но то, что ему было неприятно, заметно было.       – Тогда, с вашего позволения, я откланяюсь, – сказал Хонджун, наклонился ко мне и поцеловал. – До вечера.       Я немного смутилась, а когда посмотрела на Сана, моё сердце просто кровью облилось!       Хонджун задержал на мне свой взгляд ещё ненадолго, а после перевёл его на Сана и, по-дружески с ним попрощавшись, небрежно бросил:       – Увидимся.       Я настолько была удивлена их стилю общения, что на мгновение забыла, что осталась наедине с Саном.       На землю меня вернул его спокойный и немного приглушённый голос.       – Хонджун – самая прекрасная партия, какую тебе только можно было бы пожелать.       Я вздрогнула и перевела взгляд на своего собеседника.       – Доброе утро, Джинхо.       – Д-доброе, – неуверенно произнесла я.       – Присядем? – спросил Сан и кивнул на расположенную неподалёку скамью.       Я кивнула.       – Ты меня боишься? – после затянувшегося молчания поинтересовался Сан, боковым зрением глядя на меня.       Хотела бы я ответить отрицательно, но это было бы неправдой.       Я его боялась.       Я боялась его вечных перепадов, нестабильности и жёсткости, боялась его порой звериного желания и ненасытности, боялась…       – Не отвечай, – сказал мужчина и откинулся назад. – Я и сам знаю ответ.       Хотелось ему возразить, но я не могла. Меня словно сковало невидимой цепью.       Нет, сейчас я не боялась, что он набросится на меня и сделает что-то плохое. В данный момент я была убеждена в обратном. Почему? Да наверное потому, что что-то в нём изменилось за эти часы.       Внезапно в моей голове всплыло воспоминание о разговоре с профессором Ли и я, не раздумывая, задала интересующий меня вопрос:       – Что ты ей сказал?       Не знаю, как, но Сан догадался, о ком речь.       – Тебе не понравятся мои слова, – мрачно отозвался он.       – Что было, то быльём поросло. С тобой ничего не станет, если расскажешь. И моё мнение о тебе не изменится. Я просто хочу знать, – сказала я, удивляясь сама себе же, и задумчиво добавила. – Она была в бешенстве.       Некоторое время Сан молчал, а затем, подняв глаза к небу, произнёс:       – Я сказал ей, что у нас всё серьёзно, и я имею право делать со своей женщиной всё, что захочу.       Несколько секунд я смотрела на него, словно заворожённая. Если честно, меня даже не особенно сильно волновали его слова.       Как же он был красив и серьёзен, но при этом так… спокоен...       Сан, сидящий сейчас рядом со мной, в корне отличался от того, которого я знала всё это время.       Внутри что-то дёрнулось, щёлкнуло и будто сломалось.       По моей щеке скатилась одинокая слеза.       Сан словно почувствовал это, повернулся ко мне и потянулся к моему лицу, но замер в нерешительности в нескольких сантиметрах.       – Можно я?..– неуверенно начал он и замолчал.       Я кивнула.       Не знаю, почему, но сейчас я ему доверяла.       Мужчина осторожно, словно боясь причинить мне вред, большим пальцем правой руки вытер влажную дорожку и ещё ненадолго задержался на моей коже.       – Приятная, как и всегда, – заметил он.       – Во сколько ты пришёл? – спросила я, пытаясь этим банальным вопросом заполнить неловкость, повисшую между нами.       – Ты видела.       – Нет, сегодня утром я не… – я осеклась и замолчала, ошарашенно глядя на своего собеседника.       Всё верно.       Сегодня утром я не выходила из дома и не выглядывала из окна, но ночью…       Сан слабо улыбнулся мне и снова откинулся назад.       – Ты всё правильно поняла, – сказал он. – Я никуда не уходил. Я ночевал здесь, на этой самой лавочке.       – Сан! – с упрёком воскликнула я. – Ты что, совсем повёрнутый?!       – Ну, да. Как ты справедливо подметила, со мной не всё в порядке.       Вначале я подумала, что он шутит, но изменила своё мнение, когда Сан еле заметно вздохнул и продолжил.       – Давай не будем вдаваться в подробности и разбрасываться заумными словечками и психологическими терминами, даже несмотря на то, что мы психологи. Просто знай, что ты попала в цель. Но сейчас я хочу сказать тебе другое.       Скорее всего, больше ты меня уже никогда не увидишь, поэтому я выпросил у Хонджуна разрешение поговорить с тобой последний раз. Для меня это жизненно необходимо.       Я долго думал над твоими словами и пытался переосмыслить всё то, что между нами было, и взглянуть на это под другим углом и, знаешь, я понял, что действительно был жесток по отношению к тебе, к человеку, которого люблю всем сердцем и никогда не перестану любить. Ты навсегда останешься для меня единственной во всей Вселенной женщиной.       Не перебивай, пожалуйста. Мне и так невероятно сложно говорить сейчас. Но даже несмотря на это, я намерен высказаться.       Я люблю тебя, Джинхо. И любил всё это время. Даже когда так жестоко обращался с тобой, я не переставал любить тебя.       Готов тысячу, миллионы, бесконечное множество раз просить у тебя прощение за это, хотя и знаю, что ты меня не простишь. Такое не прощают.       Дело в том, моя… я же не могу уже называть тебя своей, да? Прости.       Дело в том, Джинхо, что я не умею иначе. Я не умею любить иначе. Так уж меня научили выражать любовь. Так любили меня. Понимаешь?       Да, на самом деле это сложно понять и представить, да и лучше этого и вовсе не делать, потому что противно даже думать о подобном.       Глупо и наивно было с моей стороны полагать, что единственным проявлением любви является секс, причём такой… неприятный.       Сейчас я смешон и противен сам себе же.       Знаю, будет эгоистично заявлять о том, что мне сейчас больно и я раскаиваюсь, но это так. Просто поверь мне. Пожалуйста. Только на этот раз.       Я никогда никого не любил до тебя. Никто на меня прежде не влиял так, как повлияла ты. Я пересмотрел всю свою жизнь в буквальном смысле. Жаль, что это случилось так поздно…       Джин?..       Я не дала Сану закончить и заключила его в крепкие объятия.       Это было очень глупо и по-детски, но иначе я не могла.       Мои глаза покраснели от слёз, но я даже не пыталась их скрыть. Рыдания сотрясали моё тело, но я даже не пыталась сдерживаться.       Слова Сана тронули меня до глубины души и мне стало очень больно.       Я недоумевала, почему он не рассказал мне обо всём этом раньше, и от этого становилось ещё больнее.       Он был чем-то болен.       У него было тяжелое детство.       Целых два психологических отпечатка.       Неудивительно, что он так себя вёл, но я так и не смогла ему ничем помочь…       –Почему ты не рассказал мне всё это сразу?! – рыдала я на груди мужчины, а он неуверенно гладил меня по спине и волосам, осторожно прижимая к себе. – Если бы ты только рассказал это, мы бы со всем справились вместе! Я бы всё поняла и помогла тебе! Но почему ты так себя вёл?! Чхве Сан, я тебя…       – Пожалуйста, не говори ничего,– попросил Сан еле слышно и опустил свой подбородок на мою макушку. – Моё сердце сейчас разрывается на сотни мелких осколков. Слова о том, что ты меня ненавидишь, окончательно уничтожат меня.       – Ты дурак,–сказала я, гладя своими заплаканными глазами в его глаза, наполненные болью и безграничной тоской. – Я люблю тебя! Я всё ещё…       – Прекрати, – внезапно его голос приобрёл интонацию прежнего Сана, он отодвинул меня от себя и встал со скамьи. – Не играй со мной. Я так и знал, что это ничем хорошим не закончится. Я ухожу.       Глядя в удаляющуюся спину мужчины, я обхватила себя руками и от безысходности прокричала ему вслед:       – ЧХВЕ САН!!!       Моё тело била крупная дрожь, дышать становилось труднее, в ушах появился звон, голову словно сковали тугим железным обручем, а в груди что-то колотилось так, словно внутри находилась птица, жаждущая как можно скорее покинуть свою клетку.       С каждой секундой мне становилось всё хуже. Моё тело словно парализовало, и я поняла, что сейчас упаду.       Всё это было словно в замедленной съёмке.       Я почувствовала сильную слабость и усталость, но мне вдруг стало уже всё равно, и я сдалась и закрыла глаза, но вдруг почувствовала, как меня подхватили чьи-то руки.       Нехотя открыв глаза, я увидела перед собой обеспокоенное лицо Сана.       Я почувствовала, как меня отпустило, и тихо произнесла:       – Сан…       – Ты совсем головой не думаешь? – строго спросил мужчина. – Что, если бы меня рядом не было? В таком состоянии тобой мог воспользоваться кто угодно и...       Сан замолчал, поняв, что затронул не самую подходящую тему.       Я хотела, чтобы он перестал корить себя и думать о чём-то плохом, ведь он столько всего пережил…       Собрав все свои силы, я поддалась вперёд и поцеловала его.       Вначале Сан хотел отстраниться, но я положила свои руки на его лицо и углубила поцелуй. Он неуверенно переместил свои руки: одну на мой затылок, а вторую – на талию и, наконец, ответил на поцелуй.       Это был самый сладкий поцелуй из всех, которые у меня когда-либо были и самое горькое расставание во всей моей жизни…