Против закона.

      Остаток дня прошёл тихо. На следующий мне нужно было присматривать за заключёнными. Один из надзирателей отравился и попросил меня заменить его. Согласился только с одним условием, что в следующий раз он подменит меня. Теперь стою в столовой, наблюдаю за тем, как первые едят, а другие только заходят. От скуки я слегка замечтался, и в ту же секунду поплатился за это. Придурок Доучбэк обронил на меня сегодняшний обед. Прося прощения, он и не попытался скрыть ехидную крысиную улыбку. Мне пришлось отойти, поменять одежду. Настроение было подпорчено. М-да, пятно большое; повезло, что не жирное. Должно отстираться. Гадёныш, ведь постарался, чтобы вся тарелка упала на мою форму. Благо, до драки едой не додумался, а то такое бы началось. До сих пор помню, как эти два идиота в прошлом году устроили шторм в столовой. Кое-как остановили. Мысленно ругаясь, быстро переоделся и пошёл обратно. Уже из коридора были слышны оглушающие маты заключённых, громкие крики моих коллег, звуки прилетевшей в кого-то еды и звон разбивающийся посуды. Накаркал… Хорошо хоть вовремя ушёл. Из приоткрытой двери медленно, прижимаясь к стенке, выполз мужчина. Сначала я не понял, кто это, но, когда он встал в полный рост, сразу признал. Это был тот тёмный бородач из банды. Ему повезло, выбрался от туда целым. Мужчина воровато осмотрелся и куда-то направился. Любопытство взяло верх, поэтому я пошёл за ним. «Мало ли, вдруг план побега готовит», — пронеслась шутка в голове. Бородач вернулся в свою камеру. Он ещё пару раз оглянулся. Вроде бы не заметил. Начал рыться в своей тумбочке. Как можно бесшумнее я подошёл к нему. Прозвенел удар стекла о дерево. В его руке была бутылка алкоголя. Да вы издеваетесь! Когда вы успеваете? Вот же недавно одного ловили с сигаретами и снова. А барыгу до сих пор найти не можем, все сговорились, молчат или отшучиваются. — Что это вы тут делаете, гражданин? — спросил я. Бородач слегка афигел, а, пока он стоял в ступоре, бутылочка спиртного уже оказалась в моих руках. — Нарушаете. Вы же прекрасно знаете, что не соблюдение правил наказывается. — Смотритель, вы же прекрасно знаете, как тяжела наша жизнь. Без алкоголя здесь не обойтись, — придя в себя, довольно уверенно сказал он. Такой смелости от заключённого я давно не видел. У новичков подобное поведение всегда до первого попадания, позже они становятся такими же как остальные: смирными, боязливыми и ненавидящими всех вокруг. Аж, жаль их становится. А этот у нас уже достаточно долго, и я слышал, что его уже дважды ловили, как минимум. — Ладно, на этот раз прощаю. Но если снова попадёшься, то пеняй на себя, — эта фраза прозвучала весьма серьёзно, если не угрожающе. Однако брюнет даже глазом не повёл; спокойно сказал, что прекрасно понял меня и с еле заметной улыбкой удалился по направлению к столовой. Конечно, подобное поведение приятнее, но для заключённого слишком необычное. Все всегда смотрят на тебя либо со страхом, боясь, что ты их можешь ударить ни за что, либо со скрытой, но очень яростной злобой или презрением. Мне, когда только начал работать, от подобного было не по себе, да и более борзые преступники пытались запугать, чтобы в дальнейшем манипулировать мной. В такие моменты ни в коем случаи нельзя прогибаться под них, иначе потом не слезут. Приходилось переступать через страх и неуверенность и отвечать им. Первое время всегда это даётся тяжело, что в тюрьме, что с простыми гражданскими, хотя порой вторые бывают борзее первых. И всё же меня подобное отклонение напрягает. За всю мою недолгую службу не припомню ни одного, кто бы так спокойно, открыто, а главное в шутливой манере разговаривал с надзирателем. Что-то я слишком разошёлся, рано ещё делать выводы. Наверное, его ещё по крупному не ловили, вот и всё. Пожалуй, избавлюсь от улик: вылью в раковину. Всё равно не пью. Конечно, на работе запрещают употреблять, но никого это не останавливает. Смотрителям тоже много раз влетало. Я направился в служебный туалет, чтобы быстро слить содержимое бутылки. Мне было лень идти до унитаза, поэтому выбрал раковину, так как она была ближе. Пока сосуд опустошался, я всё никак не мог забыть случившееся. Этот брюнет не выходил из головы. Что-то с ним точно нечисто. И эта мысль посещала меня всякий раз, когда мы встречались. Надо будет его дело посмотреть, может, что-то узнаю. В бутылке больше ничего не осталось, и её уже можно было выбрасывать. Но лучше выбросить в мусорку снаружи. Если эту бутылку увидит кто-то из стукачей, то не только мне влетит за это. Выходя из туалета, я услышал негромкий разговор. Так как выход находился в той же стороне, я невольно подслушал диалог: — Ну, так что? Удалось с нашими связаться? — сказал слегка басовитый, местами бархатный голос. Я встал как вкопанный. Это был тот самый заключённый, которого я поймал несколько минут назад. В его словах отчётливо слышались нотки раздражения. Не знаю, толи от встречи со мной, толи от чего-то другого. — Скоро всё будет. Нам осталось согласовать ещё несколько деталей, и всё схвачено, — ответил голос подростка. Это явно шкед. Но чтобы быть уверенным на сто процентов, я глянул из-за угла. И впраду это были они. Молодой стоял ко мне спиной, слегка загораживая бородоча, который прислонился к стене и недовольно посматривал в его сторону. — Хорошо. Как продвигаются остальные части плана? — Медленно, но верно. К концу месяца подготовка будет закончена. — Кхм, хотелось бы по быстрее, но раз не получается, то будем ждать, — сказал и вздохнул мужчина постарше. Он смерил строгим взглядом своего собеседника и посмотрел в сторону… мою сторону. Его глаза завораживающе и одновременно пугающе сверкнули. Быстро, на сколько моё тело только позволяло, я скрылся за стеной и скорым ходом отошёл подальше. Убедившись, что эти двое не преследуют меня, остановился, чтобы обдумать услышанное. Не зря они вызывали во мне недоверие. Эта троица что-то замышляет. Что именно не могу ручаться, но одно предположение есть: побег. Конечно, это может оказаться не так, но ничего другого сейчас мой мозг выдать не способен. И действительно, чтобы сбежать, им нужно объединиться с оставшимися участниками группы или хотя бы восстановить связь, чтобы передавать информацию. С этим они почти разобрались. Так, надо узнать, кто прибыл с ними. К сожалению, нам очень редко рассказывают о заключённых из других блоков, да никто и не спрашивает. И дела преступников хранятся в том отделении, куда они попали. Поэтому мне необходимо попасть во… Чёрт, я забыл в какой блок попали их товарищи. Ладно, потом узнаю. Пока моё внимание полностью заняли размышления, рука начала потихоньку расслабляться и чуть не выронила бутылку. Во время спохватившись, я принял решение сначала закончить дело с ней, а потом уже продумать дальнейшие действия в сторону новичков, которые давно не являются таковыми. А то ещё увидят, опять крики «шефа» слушать. К моему несчастью ближайшая дверь на улицу была рядом со шкедом и бородачём. Идти другим путём достаточно рискованно, поэтому мне придётся вернуться. Понадеюсь на то, что они не подкараулят за углом и не прижмут к стенке. Одному даже с оружием драться против двоих очень проблематично. Вернувшись к повороту, снова выглянул в коридор. Теперь там никого не было. Наверное, сразу ушли, как заметили меня. Мне же на руку. Дверь была совсем рядом, за следующим поворотом. Яркий свет резанул по глазам. Аж до слёз. Подождав немного и попривыкнув, пошёл по направлению к мусорке. Она стояла около западной стены тюрьмы, а чуть дальше было небольшое помещение на подобии сарая с различными инструментами. Подойдя ближе, я увидел переполненный мусорный бак. Ну, да всё правильно. Под конец недели всегда так. Завтра должен приехать и забрать. Бутылка не задержалась долго у меня, пара движений, и мои руки снова свободны. Одним делом меньше, но теперь надо решать следующую проблему. Как лучше поступить с троицей? Вроде, шкед сказал, что подготовка скоро будет закончена. То есть они даже не начали осуществлять основную часть плана. Ещё месяц… Срок для подготовки небольшой, всё-таки для начала необходимо изучить местность, потом продумать хотя бы большую часть действий. Уже минимум месяц полтора. Но мне неизвестно, когда начал воплощаться в жизнь их замысел. Возможно, у них всё изначально было спланировано, и теперь остаётся только следовать заранее заготовленным инструкциям. Вот это уже звучит как правда. Кхм, смею предположить, что в дальнейшем заключённые попытаются связаться с остальной группой, которая осталась на свободе. Забавно, их до сих пор не могут поймать. Только как можно подобное провернуть? Ладно, потом об этом поразмышляю. Так это более менее понятно, что мне сказать начальству и нужно ли вообще говорить? Полагаю, сейчас не стоит. Я их спугнул, поэтому они повременят со своими планами. Да и без доказательств шеф даже слушать не будет. Надо ловить с поличным, только так. Кстати, я так и не заглянул в наше хранилище информации. Узнать побольше о троице лишним не будет. И у Сашки нужно будет спросить про их товарищей.