Против закона.

      После моего отредактированного рассказа мне выдали разрешение на обыск камеры Невера. Моему счастью не было предела. Я приблизительно помнил, что он покупал у торгаша, поэтому ничего удивительного не увижу. И главное не забыть проверить санузел. Там очень часто прячут запрещённые вещи. Невер явно не догадывается, что его ждёт. А значит, и вещи не успеет спрятать. Следовательно, ему придётся покупать всё заново. И если мы найдём запрещёнку, то этому проходимцу грозит штраф. Какой именно, узнаю потом.       Я радостный шагал по коридорам, чуть ли не припрыгивая. О, как же мне хочется увидеть его недовольное лицо! Уже предвкушаю это. Джеймс однозначно хотя бы раз спросит себя, почему нагрянула проверка. И тут же ответит на свой вопрос, вспоминая, как тогда прижал меня. Мой задор никак не хотел униматься. Чем дольше я шёл, тем сильнее хотелось его ошарашить. Едва сдерживался, чтобы не перейти на бег.       И вот я около камер. Нетерпение сжигало изнутри. Он думал, я обычный тихоня, который боится даже слово против сказать. Ох, как же сильно он ошибался. Я ему покажу, что не стоит связываться с надзирателями, особенно со мной. С*ка, если я спокойный и добрый, это не значит, что мной можно помыкать, как вздумается. Недаром говорят «в тихом омуте черти водятся». И что-то эти самые черти очень разбушевались. Нужно взять себя в руки. А то это уже начинает выходить из-под контроля. Конечно, тот случай настоящий нонсенс, но и голову терять из-за ерунды не стоит.       Придя в себя, я выцепил ещё одного охранника, и мы направились к месту назначения. Мне этот парень нужен только как свидетель, чтобы потом он смог подтвердить, мол, так и так, мы нашли вот это, вот это у того-то, того-то. И без разницы, кто это будет, каждый бы подтвердил любое моё слово. Опять-таки из-за моей «безупречной» репутации. Она тут многое решает, особенно когда касаются подобных дел.       Мы пришли к нужной камере. С первого взгляда ничего не обычного. В одном углу стоит кровать со старым, неизвестно что пережившим постельным бельём. Рядом стояла затёртая и несколько раз починенная тумбочка. На ней было большое количество царапин от заточек, ногтей и ещё чего-то. Один край совсем отломленный. Ну, и туалет. Блин, его же придётся разбирать для осмотра. А я потом не смогу его собрать. Эх… Просто, смою содержимое бака.       Первым делом начал проверять прикроватную тумбочку. Выложил всё содержимое; ничего особенного не нашлось. Посмотрел ящички ещё раз на наличие тайников. Мы так один или два раза заключённого спалили. Изобретательный был, но такой выпендрёжник. Если бы не эта его неприятная черта, ничего и нашли бы.       По итогу тайников не оказалось. Это было слишком очевидно. Прятать что-то ценное в таком простом месте, не в их стиле.       Следующей на очереди была кровать. Я достал и проверил подушку с одеялом на наличие вшитых посторонних предметов. Ничего. В матрасе тоже самое. Либо я не внимательно проверил. Хотя, когда осматривал одеяло, в какой-то момент мне показалось кое-что немного странным. Но сразу понять, какая часть одеяла мне не понравилось, не простая задача. Ничего не выпирает, закладок нет. Я снова ощупал потрёпанное одеяло. И когда начал снимать пододеяльник, то понял, что именно меня смутило. Под слоем ткани находился второй пододеяльник. Хитро, но я тоже не промах.       Достал несчастный кусок ткани и отдал коллеге по работе. Следом пошла вторая наволочка и простыня. Не плохо, но этого не достаточно, поэтому я продолжил осмотр.       На всякий случай решил ещё раз проверить матрас. Давил на него со всей силы, чтобы не упустить ни одной детали. И не зря. В одной из стенок почувствовал что-то плоское и твёрдое. Проблема была в том, что стенки у матрасов невероятно плотные. Из-за чего заметить плоский предмет, прижатый к этой самой стенке, нелегко. Но я смог. Понятное дело, если предмет оказался внутри, значит, есть дырка, через которую его туда положили. Повозив матрас в разные стороны, я нашёл заплатку. Она держалась хлипко, и было видно, что её несколько раз перешивали. Ножиком отпорол заплатку, засунул в матрас руку и достал спрятанный предмет. В моих руках блестела фляжка. Видимо, наша старая встреча всё-таки чему-то да научила его. Быть может, эта фляжка была для него дорога, но мне пришлось её конфисковать. Отдал свидетелю, который в туже секунду проверил содержимое. Спасибо, что на запах, а не на вкус. Что там алкоголь, я и так знал.       Последним остался санузел. За чистотой туалета всегда следят сами заключённые: чистят, моют и так далее. По этому унитазу было не сложно угадать, что его владелец настоящий чистюля. Хорошо его вымыл. Без лишних колебаний я нажал на смыв. Послышался шум уходящей воды и металлический стук об керамику. К сожалению, разглядеть, что именно уплыло, не получилось. Ну, и скатертью дорожка. Засора всё равно не будет: трубы достаточно большие.       Я встал на середине комнаты, оглядел её в поисках возможного тайника. Но всё выглядело нормальным. Слегка расстроился, думал, найдём побольше.       Только хотел уходить, как меня окликнул коллега с конфискованным на руках. Он предложил отодвинуть тумбочку. Следы на полу показывали частое перетаскивание мебели с места на место. Я тут же отодвинул деревянный куб на ножках. На задней стенке оказалась бумажка. Её приклеили на изоленту. Оторвав и развернув бумажку, увидел список, половина из которого была перечёркнута. Вещи для побега. И в соседнем столбце были имена других заключённых. Под каждым именем подписано, чем он может быть полезен. И торгаш там тоже был. Интересно. Думаю, я это возьму себе. — Что там? — поинтересовался надзиратель. — Ничего особенного. Девушка в купальнике.       Конечно, я соврал. Мне нельзя показывать этот список. Можно спугнуть. К тому же не факт, что начальник правильно отреагирует. Я извиняюсь, но он уже староват, поэтому его может… эм, переклинить. Наш шеф Гендерсон в прошлый раз слишком радикально отреагировал на нарушение, хотя оно было не таким уж и серьёзным. А на более весомые закрывал глаза. Понятия не имею, что им руководит, но лучше перестраховаться.       На мою отмазу коллега лишь ехидно улыбнулся. В его взгляде промелькнула мужская солидарность. Я, конечно, всё прекрасно понимаю, условия и так далее, но из-за моих личных тёрок с Джеймсом где-то в подсознание промелькнула раздражительность. Кое-как выдавил улыбку, получилось коряво. — Что с фоткой делать будешь? — Да, чуть позже верну. Не хочу, чтобы он слишком сильно расстраивался, — отшутился я, — А сейчас пойдём, доложим о результатах осмотра. — Окей.       Мы отправились составлять список найденного. Потом рассказали всё шефу. Тот покачал головой и сказал, что штраф ему выпишет позже, а на данный момент у него дела по важнее, и выгнал нас из кабинета. Но мне было всё равно. Главную пакость я уже сделал. Теперь нужно бегом идти к камерам, потому что скоро будет свободное время. И я смогу увидеть его ах*евающее лицо.       С улыбкой до ушей я побежал обратно. Ну, как побежал, шёл быстрее среднего, потому что иначе привлеку лишнее внимание. Ещё подумают, что кукухой тронулся.       Вернулся в огромный отсек, огляделся, увидел Санька. Он ничего не делал, беззаботно стоял около одной из стенок. Я бы с радостью с ним поговорил, но уж слишком сильно хочется увидеть лицо этого придурка. Обойдя все камеры, я его так и не нашёл. Проверил другие места, тоже самое. Да где он? Повторный осмотр не дал ничего.       Я вернулся к Саньку. Тот довольный, что его смена закончилась, витал в облаках. Увидел меня, сразу спустился на землю. — Привет. Как дела? Нормально всё? Ты чего-то понурый. — Ага. Искал одного заключённого, чтобы предупредить о первом штрафе. — Ого и кого же? — Да, этот из «Dark beasts» чёрноволосого. — Хе-хе, не удивлён. А ему проверку устраивали? — Да. А что? — Так, он, как в камеру вернулся, такой злой стал. Ты бы его видел. Казалось, что если к нему подойти, разорвёт на части. Похоже, у него забрали что-то важное. — Возможно, — тихо ответил я, а в душе ликовал. Эта скотина получила по заслугам. Жаль, что не застал этого сам, но всё равно план сработал. Моей радости не было предела. Но я старался сдерживаться. Вроде, получалось. Если бы плохо выходило, Саша сразу бы сказал.       Наш разговор продолжился. Банальный трёп на разные темы, чтобы развеять скуку. И тут он меня спросил: — Кстати, всё хотел спросить, как твоя девушка поживает? — Нормально. Зачем тебе? — Просто, интересно. Ты же знаешь, какие натянутые отношения в семьях надзирателей. Так вы ещё и молодые. Мало ли, что может случиться. — На что ты намекаешь? — Почаще с ней общайся. Хотя бы по телефону. Девушки не любят, когда на них не обращают внимание. — Я и так с ней созваниваюсь. Сань, давай, ты не будешь лезть в наши дела. Хорошо? — Хорошо, не буду больше трогать эту тему.       Вот за что не люблю его, так за подобное. Любит лезть в чужие дела и раздавать советы. Он порой не понимает фразы: «Не просят, не лезь». Но хотя бы отстаёт с первого предупреждения, и на том спасибо. Тему мы закрыли и больше к ней не возвращались.       Подошло время отбоя, и мы направились в свои комнаты. Быстрые водные процедуры и спать. На следующее утро всё началось по новой. И вот я снова патрулировал здание, помирая от нудности моего дела. Время текло медленно, прямо-таки тянулось, как резина. Я даже слегка потерялся в нём.       Когда шёл по коридору, соединяющему основной отсек с спортивным залом, меня кто-то намеренно толкнул. Я опять ушёл в свои мысли и не опознал человека перед собой. Обернувшись, увидел Невера, точнее его спину. Он явно не хотел пересекаться взглядами. На лице снова появилась довольная ухмылка. Продолжил патрулировать.       Через час или два я заметил что-то, лежащее на полу в небольшом ответвлении. Подойдя ближе, увидел, что это электрошокер, причём поломанный. В нём явно не хватало деталей. Смутные мысли начали летать в голове. Я потянулся проверить, не мой ли это. И оказалось, что он мой, поскольку своего на месте не обнаружил. Но когда я его потерял? Я же не доставал его из отсека на ремне. И тут стало понятно. Это Невер вытащил шокер, когда толкнул меня. Толчок скрыл вытаскивание предмета. Он совсем обнаглел. Это имущество тюрьмы, мне же влетит. Придётся платить за новое оборудование.       Тут моя злоба снова начала нарастать. Ему так хочется мне насолить за проверку. Но портить имущество тюрьмы это слишком, да ещё в открытую. Что ж, не я это начал. Если ему так хочется, то так тому и быть. Это война!