Против закона.

      Быстрым шагом вышел из душевой комнаты и направился на поиски. Так, что у них сейчас? Свободное время. Чёрт, он может быть где угодно. Ладно, подожду до первого сбора. Потерпеть смогу. Конечно, всё равно за свою шкуру страшно, но лучше не привлекать лишнее внимание. И стоит вернуться к работе. А то, наверное, меня опять потеряли.       Оказалось, что нет. Я не так долго отсутствовал, как думал. Не больше 15 минут. Ого, мне казалось, что простоял там минут 20-30. Что ж, тем лучше. Я продолжил патрулировать тюрьму. Сашёк следил за заключёнными, поэтому поболтать с ним не получится. Да и не сильно хотелось. Мою голову заполонили совсем другие мысли. Сначала найти Картера, всё узнать и придумать план контратаки или мести за пустой шантаж. А точнее за то, что произошло в душе. Пусть будет уверен, я ему жизнь точно подпорчу. Чем больше об этом думаю, тем сильнее закипала моя голова. Боюсь, после всей этой истории меня будут обходить стороной и заключённые и коллеги по работе. Потому что, когда я зол, то похож на черта, по словам моего друга. Распугаю всю тюрьму. От такого невольно тихо посмеялся.       И снова я продолжил слоняться по обшарпанным жутким коридорам. В этом Богом проклятом месте никогда не было и не будет нормального ремонта. Если не преступникам, то хотя бы нам, надзирателям, можно сделать более комфортные условия для работы. Вспомнился один случай, который мне рассказали после одного из моих отпусков. В одной из комнат или камер появилась плесень. Кое-как вывели. Какой ужас. Как можно довести здание до подобного состояния? И каждый раз сам нахожу ответ на свой вопрос. Понятия не имею, зачем так делаю. Похоже это стало одним из занятий, чтобы развеять беспроглядную скуку.       Забавно, что многие надзиратели считают свою работу, пусть и любимую, сущим адом. Вечный день сурка с перерывом на максимум месяц. От постоянного повторения одних и тех же действий и жестокой политики относительно заключённых люди звереют. Пытаются насилием выбить себя из порочного круга однотипных дней. Или, просто, упиваются своей властью. А кто-то поддаётся общему настрою. Удивительно, как среда влияет на человека. И часто не в лучшую сторону. Кажется, даже эксперимент на такую тему был. Когда учился, нашёл в интернете. Простых граждан разделили на заключённых и полицейских. Вот вторые там разгулялись. Не удивительно, что у нас ещё хуже.       В своих мыслях проболтался до ужина. Людей в оранжевых робах повели в столовую. Думаю, после отбоя смогу с ним поболтать. В толпе сразу увидел Картера. И Невера тоже. Он меня в свою очередь не заметил, или сделал вид, что не заметил. Меня будто что-то дёрнуло. Почему я должен бежать к торгашу сейчас? Меня же могут поймать с поличным. Или Невер со своими дружками увидят. А если он этого и добивается? Может, он не знает, у кого именно я беру информацию, поэтому ему нужно поймать крысу. Тогда мне нельзя попадаться ни в коем случае. Если спугну, то потом станет слишком трудно распутывать это дело. Ладно, хорошо. Пока сделаем вид, что я послушался его. Но с торгашом всё равно нужно поддерживать связь. Записки ему писать? Как вариант. Так, у нас завтра новая встреча. Нужно предупредить его обо всём до этого момента. Точно! Я буду проверять его камеру и оставлю послание. Кажется, появляется план действий.       Хорошо, сегодня всё обдумаю, пока продолжу патрулировать. Я ходил по всем коридорам, проверял почти каждую комнату. Почему? Наверное, от волнения. Когда волнуюсь, всегда занимаюсь ерундой, причём дотошно. Ладно, нужно написать записку.       Я вернулся в свою комнату. Достал лист бумаги, оторвал от него небольшой кусок и принялся писать послание. Предупредил обо всём. Сказал, что нужно дальше делать. Так как мы будем обмениваться записками, необходимо найти надёжное место, которое никто не найдёт. Как раз такое было на примете. В той же душевой у ручек подачи горячей и холодной воды неплотно сидят колпачки. Их можно отодрать, оставить бумажку и спокойно уйти. Только это нужно делать днём: утром и вечером водные процедуры. Ещё не хватало намочить бумажку или, чтобы её нашли. В остальном никаких проблем не должно возникнуть. Я указал, у какой именно ручки надо оторвать колпачок, и послание готово. Осталось ему передать.       Сложив бумагу несколько раз, положил маленький квадратик в карман и пошёл снова патрулировать. Так проходил до самого вечера, ничего особенного не случилось.       Глянул на часы. Пора идти на линейку. Как только предупредили о завтрашней проверке камер, все разбежались, кто куда.       Моя смена закончилась. Можно идти в свою комнату, отдохнуть, подготовиться ко сну.       Пока шёл к себе, снова увидел эту тварину, Невера. В этот раз он меня тоже заметил и довольно улыбнулся. От его улыбки кольнула в боку. Через силу скрывая злость, я ушёл в свою комнату.       Придя на место, мне очень захотелось что-нибудь бросить в стену или разбить об пол. Что он себе позволяет?! Он же понимает, что одно неосторожное движение, и его посадят в карцер. Наглый до безобразия, даже скорее борзый. Вот бы поскорей стереть эту мерзкую, самодовольную ухмылку с его лица. Стоп. Сначала нужно убедиться, что он не возьмёт меня за горло при удобном случае. Хотя, почему я решил, что он имел в виду торгаша? А если Джеймс сделает что-то другое? Подставит меня чуть позже или с концами уберёт с пути… Вот этого точно допустить нельзя! Хм… если он меня хочет подставить, то нужно сделать так, чтобы ему не поверили. Не поверят, если у него будет плохая репутация. То есть, мне нужно её как-то понизить. Как?       И тут до меня дошло. Невер знатный любитель выпить. Даже здесь всё пытается у Картера выловить бутылочку. Сыграть можно на этом. К примеру, сказать шефу про случай, когда я поймал его с поличным, и он даст разрешение на обыск камеры вне очереди. Бинго! Заодно и проверять чаще будут. Злобная, довольная улыбка теперь сияла на моём лице. Немного приврать плюс моя хорошая репутация сделают дело. Шеф мне поверит на слово.       Думаю, подобное не должно их спугнуть. Если их так долго не могли поймать, то они очень тщательно продумывают свои действия. И подобное они обязаны учесть. Следовательно, я могу спокойно рассказывать. Хотя, возможно, алкоголизм Невера может быть приманкой. Все сосредоточатся на одном, а остальные смогут спокойно продолжить подготовку к побегу. Ну и ладно, быть может даже ускорятся. Для меня главное понять, каким методом они сбегут. А там и тактика появится. Поэтому пока об этом не беспокоюсь.       Хорошо, разобрались. Но что, если Невер захочет отомстить за мой донос? Вот что он может сделать? Ничего опасного, полагаю. Возможность спалить меня, общающегося с торгашом, уже не будет. Записки не адресованы и не подписаны. После доноса к Неверу ухудшится доверие, да и где гарантия, что оно изначально было. Остались только мелкие пакости. Подобное меня никогда не пугало. Всё-таки я понимал, на какую работу иду. Надеюсь, Джеймс не свихнётся и не прирежет меня. Не глупый, сам всё прекрасно понимает. Если он это сделает, то попадёт в карцер. И их планам придёт конец. Так рисковать никто не будет. Поэтому теперь однозначно я поднасолю этому придурку.       В предвкушение скорой расправы, я подготовился ко сну и лёг в постель. План не супер умный или крутой, но мне и его достаточно. Да и цель у меня не такая грандиозная. Однако как же приятно осознавать, что она скоро исполнится.       Утром встал как обычно по будильнику. Утренние процедуры, и иду на линейку. Оглашают тех, кого нужно проверить. На случай, если забыли за ночь. Я и ещё один мой коллега пошли к камерам. В оранжевую толпу я старался не смотреть.       Вот мы уже принялись проверять камеры с их содержимым, а именно одноместной кровати, прикроватной тумбочки и санузла. Да не густо, но это тюрьма, а не отель пять звёзд. Проверяли по очереди первую, вторую и так далее.       Непринуждённо я прошёл дальше и зашёл в нужную мне комнату с решёткой. Записка была наготове. Только я открыл прикроватную тумбочку, как меня одёрнул коллега, сказав, что я прошёл мимо проверяемой камеры. Неловкая улыбка и отмашка в стиле «прости, услышал другого». Мужчина передо мной закатил глаза, после чего ушёл проверять камеры дальше. Я последовал за ним.       Записка уже лежала в ящичке. Ловкость рук и никакого мошенничества. Поэтому спокойно продолжил проверку, более не отвлекаясь от дела. Конечно, неприятно осознавать, что идёшь на сотрудничество с преступником, но других путей я не вижу. Пора прекращать грызть себя. Пользы от самобичевания никакой. К тому же сотрудничество — вынужденная мера. И не моя вина, что так вышло.       Как только мы закончили, нас отпустили по своим делам. Я вернулся в комнату. Хотелось ещё раз всё обдумать, прежде чем совершать какие либо действия. И чтобы никто не отвлекал по пустякам.       Сняв обувь, прилёг на кровать и снова начал взвешивать все за и против. Конечно, по нормальному лучше об том случае забыть. Где гарантии, что шантаж не простое запугивание. Меры предосторожности предприняты. Ничего не должно больше мешать. Но маленький чёрт, который показывался очень редко, неожиданно взбесился не на шутку. Он нашёптывал, как я могу просто забыть его поступок. Невер же угрожал мне. Поставил в столь унизительное положение.       Когда в голове всплыли воспоминания вчерашнего дня, моему гневу не было придела. Не задумываясь ни на одну секунду, я встал с кровати, обулся и пошёл к начальнику докладывать о запрещённом в тюрьме предмете, который я нашёл у Невера.       Перед выходом из комнаты постарался успокоиться. Не хочу, чтобы другие спрашивали: «Что с тобой случилось?» Во-первых, это моё дело. Во-вторых, однозначно им не собираюсь рассказывать.       Приведя себя в нормальное состояние, отправился в кабинет к шефу. Все серьёзные нарушения докладываем ему, а он уже отдаёт дальнейшие приказы. К примеру, расписание проверки камер меняет или штраф какой-то выпишет. В этом случае точно камеру Невера станут проверять вне расписания, а про другие возможные последствия не знаю. Но они не будут серьёзными, это уж наверняка. Я прошёл несколько коридоров и остановился перед знакомой дверью. Конечно, волнение присутствовало. Небольшой выдох для храбрости, и я постучался. Из-за двери донеслось «входи».       Я зашёл, увидел шефа сидящего за столом с недовольным выражением лица. Он читал газету. Похоже опять плохие новости. В газетах, которые читает начальник, никогда ни про что хорошее не пишут. Неудивительно, что он постоянно ворчит. Гендерсон Норман — наш начальник, седоватый мужчина в пожилом возрасте. У него вечно болит голова, как и остальные части тела. Все в тюрьме не понимают, почему он ещё не вышел на пенсию, но никто не спрашивает. Его дело. Старик устало посмотрел на меня. — Что-то случилось? — спросил он и вернулся к газете. — Да. Я хочу рассказать о недавнем случае…