Причуды из головы уставшей студентки

      Мужчина стоял на коленях перед распятием Христа и молился, тихо, но горячо. Его душа преисполнялась веры, сила которой была неимоверна. Один, в этом маленьком каменном замке, в этой никудышной крепости, в доме божьем. Один против безумного и алчного смеха, но в то же время такого заливистого и приятного, чарующего и притягательного... — Ну, что же ты, преподобный Сяо? Открой глаза, — сладко пропела порождение Ада, присев на корточки рядом. А мужчина едва шевелил губами, прикрыв глаза. Уже давно взрослая женщина, но мы будем называть её девушкой, ведь у неё такое приятное, цветущее будто от юности лицо! Она улыбнулась до ямочек на щеках. Вот его губы перестали шевелиться, он сглотнул, но не сдвинулся с места. И не стал открывать глаза! Сколько они уже друг с другом «воюют»? Ша Хуалин любила чинить раздор там, где ему было самое место. Но что ей обычные людишки? Не трогает их демонесса. Признаться, ей даже нравится иногда пройтись по магазинам, выпить вкусный кофе или сходить в кино. Она даже влюбилась! Только вот незадача — священник!! А идиллия продлилась целых полгода. Почему не вечность?!!! Хуалин опустилась на колени и прильнула к руке Сяо Синчэня. — Что же, такой я тебе совсем не нравлюсь? — казалось, ответа не последует. А он, простая, наивная душа, думал, что встретил ту самую, с кем стоило бы провести всю свою жизнь. Сяо Синчэнь сглотнул ещё раз, не желая открывать глаза. Не хотелось смотреть на ту, что так скромно и покорно прижалась к его руке и тёрлась о неё щекой. Только вот и отталкивать не хотелось. А глаза всё ещё закрыты, но тьму перед ними заменяют воспоминания о сокровенных днях. О прогулках и в солнце, и в дождь. О вечерах, проведённых в кино за просмотром по его выбору чего-нибудь исторического, и какого-нибудь боевика по её выбору. Куча фотографий, где он, как серая мышка, а для неё — сущий ангелок! Но она всё равно всегда блистала ярче. Она завораживала, внушала уверенность, ради этой девушки он готов был пойти на всё. А открыть глаза и посмотреть правде в лицо: что же кроется за этой чарующей улыбкой? — Ша Хуалин...

♥♥♥

      — Ша Хуалин, — но отступать было поздно: момент упущен — он принадлежит ей, а она принадлежит ему. Открыв глаза, мужчина опустил голову, чтобы увидеть эту тигриную улыбку. Если присмотреться, то можно увидеть маленькие клыки. Но сколько раз они обнажались, пока блеск этих глаз окрашивался кровью? Когда-то тёмные глаза этой девушки засияли для него ярче солнца, он был готов свернуть с намеченного пути. А теперь он видит, сколько прячется в этом взгляде алчности, гордыни и греха.       — Да, моя звезда? — всё ещё улыбаясь, она потянулась к его губам, но замерла, когда между их лицами оставались жалкие миллиметры. Его рука опустилась на её талию, а сам он прижался лбом к её лбу и тяжело выдохнул.       «Ты не сможешь меня оставить, дурачок», — улыбнулась демонесса, но уже как-то печально.       Спрятанный в рукаве нож, освящаемый раз в год, накопил в себе достаточно силы, что убить такое порождение Преисподней, как Ша Хуалин. Только она, почувствовав боль не стала вырываться, а сильнее прижалась к нему. Зашептала что-то о хрупкости жизни, о том, чего у них никогда не могло быть. А между тем её красивое тело выпускало наружу уродливые рога и крылья, глаза то алели, то чернели, постепенно оставляя глазницы пустыми. Но в итоге тело, хаотично покрытое непонятными символами и чешуёй перестало дышать. Только запах гари усиливался. То, что от неё осталось, разгорелось пламенем, обещавшим забрать с собой всё, до чего доберётся.       И его, Сяо Синчэня, тоже.