Голоса убитого прошлого

— Два из десяти. Не самый плохой результат. — Итого — восемь ран, из них три однозначно смертельных. Рей присела на поваленное бревно, потирая предплечье. Жжение от выстрела тренировочного дроида уже почти сошло на нет, раздражение от неудачи, как ни странно, тоже. Рей поймала себя на том, что тренировка приносила удовольствие сама по себе, вне зависимости от достигнутого результата. Азарт, который она чувствовала, бросая вызов самой себе, своей реакции и проворству, отдавался дрожью в кончиках пальцев. — Не все сразу, — пожал плечами Квай-Гон, парящий в метре над землей в расслабленной позе, сидя, подобрав под себя ноги, — Признаться, я не сразу поверил в те… Успехи, о которых ты рассказала, но теперь вижу. — Я ведь мусорщица с Джакку, — Рей посмотрела на призрака так, словно это все объясняло. — Может быть, во времена ордена твоя судьба сложилась бы по-другому. В то время поиск детей, чувствительных к Силе, был неплохо налажен. — О. Думаю, родители, — Рей споткнулась на этом слове, — выторговали бы побольше, чем у Платта. — Наверное, мне стоило бы сказать «перестань грустить, Рей. Прошлое не важно, посмотри в будущее», но… — Ты не поверишь, но мне говорили не так давно нечто подобное. Угадай, кто. — Вот как. Может, не такой он и дурень, этот… — Под «прошлым» он подразумевал в том числе и людей, которых я хотела защитить. — Вот видишь. Одна и та же фраза может означать совершенно разные вещи. Не уверен, что мы уже дошли до урока «относительность добра и зла», мне бы хотелось сосредоточиться на чем-то более простом для начала. И, Рей… Есть неплохое средство меньше грустить о прошлом. Поискать что-то хорошее в настоящем. — Хм. Ну, я живу в бегах, все время рискую и где-то на горизонте постоянно жуткий человек, с которым мне придется сражаться, потому что больше некому. А еще здесь кормят лучше, чем на Джакку, есть люди, которых можно назвать друзьями и у меня есть этот меч. Рей активировала клинок. Зеленый луч издавал мерный гул, ласкающий слух. Эйфория, которую почувствовала Рей, когда наконец поняла, что такое свой собственный клинок, все еще не прошла. Рей улыбнулась. — И мне нравится отбивать заряды. — Вот это отличный настрой. А теперь я расскажу тебе, как отбить больше. Если ты используешь Силу… — Но я использую Силу! — Не совсем так, как нужно в этом случае. Квай-Гон опустил ноги, потянулся. Рей уже не удивлялась — разумеется, у призрака не было мышц, которые могли бы занеметь, но ее своеобразный учитель очень любил свои привычки, оставшиеся с тех пор, когда он был жив. Призрак подошел к дереву и позвал ее жестом. Рей подошла. Не дожидаясь очевидного вопроса, она основательно изучила дерево. Посмотрела на крону, задрав голову. Посмотрела под ноги, на землю, на немногочисленные опавшие листья, траву, пробивающийся из-под земли корень. — У всего, что ты видишь, есть причина. Дерево выросло, потому что другое дерево дало семена, ты только что испачкала руку в смоле, потому что птица искала пищу в его коре; Птица искала пищу, потому что была голодна и делает это каждый день, когда голодна, и она выбрала это дерево, потому что ей показалось, что именно здесь она видит то, что нужно, и это потому, что солнечный свет упал так в нужный момент. Свет, идущий от звезды, вокруг которой мы сейчас вращаемся потому, что миллионы лет назад под влиянием гравитации образовалась эта планета. Бесконечная цепь причин и следствий, которая тянется от самого рождения вселенной, Рей. Думать так далеко каждый раз не надо, просто закрой глаза и постарайся уловить суть. Рей постаралась. Она старалась очень долго и упорно, и в какой-то момент обнаружила, что мысли ее, склонные беспорядочно скакать от одного к другому, скорее помогают, чем мешают. Вот она пытается сосредоточиться на тепле солнечного света на коже, а вот воображение уже унесло ее сквозь века назад, туда, где из вспышек рождались звезды. Рей резко протянула руку, и на ее ладонь тут же опустился подсохший древесный лист. Неосторожная птица зацепилась за него когтями, взлетая с ветки, нарушила его связь с каналами, по которым текут соки, и именно в этот момент подул ветерок, отголосок движения воздуха за много миль от этого места, и окончательно оборвал ослабшую связь. Рей смотрела на лист, распахнув глаза, так, словно увидела взрыв звезды, не меньше. Она протянула его Квай-Гону так, будто отыскала бесценное сокровище. Квай-Гон выглядел довольным. — Теперь предсказать выстрел не кажется таким уж фокусом, что скажешь? *** Два. Три. Пять. Пропустила. Рей почувствовала укол в плечо сразу после того, как, раскрутив меч, завела его за спину, оборачиваясь следом, чтобы отбить выстрел, летящий в спину. Пропустила не потому, что не почувствовала. Просто не успела, руки не угнались за мыслью. Потом. Восемь. Десять. — Выбрала потенциально менее опасную рану. Молодец. Закрутила — не молодец. Это не тот противник, которого тебе нужно сбить с толку мельтешащим лезвием. Рей отдышалась. Кивнула. — Еще. Новый десяток. Еще два легких ожога — покраснение пройдет через несколько минут. Не беда. Вспышка, летящая в лицо, зеленый всполох перед глазами. Рей помнила, что это последний, возможно, они добавят непредсказуемости позже. Она позволила себе эффектный широкий взмах, чуть наклонив голову и отведя руку с мечом далеко в сторону. Снаряд улетел в сторону. Что-то было не так. Рей не услышала звука, с которым выстрел находит препятствие, будь то глухой хлопок о древесную кору или шелест листьев. Ей было немного странно видеть его черную фигуру среди солнца и зелени. Он растерянно смотрел куда-то вниз. Не без некоторого мстительного удовольствия Рей догадалась, что если бы снаряды были боевыми, в его груди сейчас красовалась бы обугленная дыра. Их странная связь не то ослабла, не то стабилизировалась. Всего два раза за два месяца. «Три», — мысленно поправила себя Рей. За два предыдущих они не разговаривали, и ее это устраивало, она собиралась продолжать в том же духе. В первый он молча отвернулся от нее. А затем активировал меч, но Рей не успела вскинуться, приготовиться дать отпор и даже вспомнить, что отпор давать и нечем — он расколотил что-то. Судя по электрическому треску, едва доносившемуся до нее, какой-то прибор. Может, ни в чем не повинного дроида. Немного погодя Рей тоже отвернулась. Возможно, это было опрометчиво, но она почему-то была уверена, что он не станет пытаться убить ее так, находясь на другом конце галактики. Треск ломаемой мебели она услышала еще пару раз, прежде чем все вернулось в норму. Во второй раз он просто сделал вид, что ее нет. Прошелся туда-сюда, склонился над чем-то, всем своим видом демонстрируя сосредоточенность и озадаченность. Она не удержалась — фыркнула, возвращаясь к изучению микросхем потрепанного астродроида. Схемы она не видела до тех пор, пока связь не оборвалась. И вот, теперь он бросил взгляд на активированный меч в ее руке. Вздрогнул. «О, нет. Я тоже не стану делать это так, — мрачно подумала Рей, — Это выглядит как проявление уважения к противнику, а на самом деле я оттягиваю неизбежное. Неплохо, мне нравится такой вариант». Она погасила лезвие. Его взгляд скользнул вверх, до ее лица. Впервые за много времени он заглянул ей в глаза. Читать его лицо было все равно, что разгадывать рисунки на песке, наполовину стертые ветром. Он всегда очень старался не допускать на него хоть какого-то выражения. Старался недостаточно, чтобы у нее не получалось понять. Приподнятые нижние веки — насмешка? Чуть дрогнувший уголок рта. Его забавляет то, что у нее теперь есть меч? Рад, что поймал ее? Она и не собиралась делать тайны из очевидного. Нет. Взгляд прямой. Сила, Рей была готова поспорить, что он бы искренне поздравил ее с приобретением, если бы не их негласный договор о молчании. Тень улыбки погасла. Он открыто исследовал ее лицо, словно там осталось что-то такое, что он запомнил недостаточно хорошо, или, может, не заметил прежде. Что это? Тоска? Рей растерялась, но всего на секунду. Он хотел ее учить? Действительно, кое-чему научил. — Даже не пытайся, второй раз не пройдет. К чему это представление? Ты уже использовал меня, чтобы захватить власть, с остальным разбирайся как-нибудь сам. Рей была довольна. Насмешка — лучше, чем угрозы, проклятия и оскорбления. Он нахмурился, рот странно скривился. Недоумение? Он, судя по всему, взял себя в руки. Позволил себе снисходительный, самодовольный взгляд. Кривую ухмылку, чуть более явную, чем она могла бы от него ожидать. — Значит, спасибо за помощь. Прежде, чем мир вернулся к движению, Рей постаралась вспомнить, как Лея смотрит на подчиненных, задающих, по ее мнению, выдающиеся по глупости вопросы, и понадеялась, что ей удалось повторить это, глядя на его зыбкий образ. Она выдохнула, только теперь поняв, что едва дышала последние несколько минут. Ей стало интересно, видел ли учитель, но призрака нигде не было. Похоже, ему снова потребовалось провести какое-то время в потоках Силы. Однако по звуку торопливых шагов по сухой тропинке Рей поняла, что разговор в любом случае пришлось бы отложить. Финн махнул ей рукой из-за деревьев. — Рей, ты закончила? Генерал хочет всех видеть.