Белый Волк и Львёнок из Цинтры

      Его что-то вело. Он ехал в повозке купца, и рана на его ноге всё продолжала ныть. Иногда боль от неё можно было сравнить с ударами молнии. Но хуже всего для Геральта было то, что он знал, что его ведёт предназначение. Оно преследовало его не первый год, это ужасное право неожиданности… Зачем он тогда вообще открыл рот… Вот лошади остановились и, помахивая хвостами, принялись отгонять доставучую мошкару. Из старого дома вышла женщина. Ведьмак услышал только, как она сказала про девочку-сиротку, которую встретила в лесу. И снова… снова в голову ему вбилось это предназначение: «Лесная Дева будет с тобой всегда». На этот раз видение было сильнее, ярче, громче. Геральт спрыгнул с повозки на холодную землю. Не обращая внимания на боль в ноге, он побрёл в сторону леса, куда его вело оно. Старый купец что-то прокричал вслед Ведьмаку, но Белый Волк услышал лишь слово «Мясник» и так и побрёл дальше, не оборачиваясь. «Найди её», — твердил голос в голове.       А странное незнакомое чувство становилось всё сильнее с каждым шагом, который Ведьмак совершал, идя по лесу. Геральт уже не соображал, что делает. Он просто шёл, не зная куда, лишь зная, что его там ждёт.       Он остановился посреди одинокого леса, среди бесчисленных полуголых деревьев. С остановкой его поступи остановилось и влечение. Оно выполнило свою миссию или же… просто потеряло след, сбилось с пути? Дурман спал, и Геральт смог осмотреться. Лёгкий туман окутал деревья, словно убаюкивая их в глухой тишине. Что-то внутри Ведьмака было не так. Он разочаровался? Куда и зачем завёл его голос, если тут никого не было? Как бы там ни было, Геральт развернулся и пошёл обратно к купцу. Вроде тот просил жену налить Мяснику эля. Но тут за его спиной раздался пусть тихий, но всё же звук ломающейся ветки. Ведьмак моментально обернулся. Совсем юная, но уже совершеннолетняя девчонка с белыми кудрявыми волосами неслась к нему сквозь деревья. Её бирюзовая накидка развевалась на ветру, словно морские волны, то набирая обороты, то испрямляясь, но лишь для очередного колыхания. Ведьмак сделал шаг в её сторону и остановился. Какой ангельски-красивой казалась та девчушка. Её белоснежное лицо с лёгким румянцем напомнило Геральту самого себя. Непонимание, смешанное со счастьем, отражалось на нём. Ласточкой она ворвалась в его объятия. Её руки полыхали огнём, тело немного подрагивало. Геральт сжимал её крепко, боялся потерять. — Связанные предназначением всегда найдут друг друга, — промолвил он и наконец смог отпустить Ласточку, чтобы и она смогла разглядеть того, кому принадлежала по праву неожиданности.       Она долго стояла, смотря Ведьмаку прямо в глаза, а затем её губы раскрылись, и она осмелилась задать вопрос: — Кто такая Йеннифэр?       Геральта вопрос припёр к стенке. Он стоял молча и смог лишь коротко вздохнуть. Он вспомнил те сладкие ночи, когда они с Йеннифэр отдавались друг другу. И этот запах сирени… Ни одна продажная бабёнка не могла сравниться с ней в постели. — Так кто она? — голос Цири отвлёк Ведьмака от столь сладостных мыслей.       Геральт снова тяжело вздохнул и вгляделся в холодные голубо-серые глаза Цириллы. — Она великая чародейка, — нехотя признал он. — Я знаю, что ты воспользовался Правом неожиданности и неожиданностью оказалась я. Но почему это стало предназначением? Почему это так важно? — Я и сам не понимаю. Я никогда не верил ни в какие предназначения. Но теперь… моя вера пошатнулась. — Геральт… — глаза Цири с доверием уставились на Ведьмака. — Я так долго тебя искала. Я даже поверить не могу…       Цири заплакала, закрыв личико своими маленькими руками. Геральт обнял её и прижал к своему телу. — Теперь всё будет хорошо. Мы наконец вместе, и я не дам тебя в обиду. Клянусь тебе.       Так они стояли с минуту, прижавшись друг к другу. Цири вдруг скинула с себя руки Геральта, вытерла слёзы и посмотрела в золотые глаза Ведьмака таким взглядом, что тот не сумел понять, чего от него ожидали. — Я… — пробормотала она. — Я… — Что такое? — максимально дружелюбно спросил Ведьмак. — Что с твоей ногой? — резко спросила Лесная Дева, указав на укус монстра. — Пустяки. Лесные твари покусали, — отмахнулся Ведьмак и вдруг снова понял, что Цири смотрит на него всё тем же непонятным взглядом, что и минуту назад. — Я… думаю, что ты красивый! — выпалила она, и всё её лицо вмиг покраснело, будто она съела что-то крайне острое. — Ну… Э… Я польщён, — немного смутившись, пробормотал Белый Волк.       И тут произошло то, чего Геральт никак не мог ожидать. Цири обхватила руками шею Ведьмака, нагнула его к себе и заключила его губы в поцелуй. Секунду ошарашенный Геральт ничего не понимал, но затем быстро оттолкнул девчонку. — Что ты творишь? — изумлённо вскричал он? — Я думала, ты тоже хочешь… — Что? Да ты мне в дочери годишься! — Я давно уже совершеннолетняя. — Но я то гораздо старше те_       Но договорить он так и не успел. Львёнок из Цинтры налетела на него словно действительно была львицей. Она повалила его на землю и снова заключила в поцелуй. Руки её легко проникли в штаны Ведьмака. Через трусы она нащупала член, вмиг затвердевший под её рукой. Член самого Геральта из Ривии. — Да что ты делаешь?! — рявкнул он и откинул Цири, но она налезла снова.       Ещё слабый из-за ранения, Геральт не мог сражаться в полную силу, да и не стал бы делать больно той, кого поклялся защищать.       Цири уже разорвала на Ведьмаке чёрную рубаху, и её глазам предстала немного покрытая волосяным покровом, но очень мускулистая грудная клетка. Ведьмак кое-как сопротивлялся, но когда её нежный язычок коснулся его затвердевшего соска, он полностью обмяк. С самого расставания с Йеннифэр у него не было женщин, и вот сейчас ещё невинная девчуля щекотала бархатным язычком его сосок. Ведьмак испытал настоящее удовольствие, и даже боль в ноге отступила на задний план, уступая место долгожданному наслаждению.       Одной рукой Цири надрачивала член внутри штанов Геральта, а другой начала легонько теребить его свободный затвердевший сосок. От нежного «Ах», раздавшегося из уст Ведьмака, Цири почувствовала жар внизу своего живота. Она нежно водила язычком по большому соску и иногда прикусывала его, ощущая, как тот, словно бусинка, сжимается внутри её рта.       Язычком она продвинулась вдоль живота к паху, облизывая волоски на коже Геральта. Ведьмак сам стянул с себя штаны, и Цири увидела, как из трусов величавой горой восстал большой член Геральта. Она немного постеснялась, но всё же сняла с него трусы. Член без трусов оказался ещё больше. Немного розоватый, покрытый жилками и волосками. Головка была ещё скрыта от глаз девы под тонкой плёночкой кожи. Яйца заросли густым покровом волос, что придавало ещё более брутальный вид. Цири обхватила его половой орган своей белоснежной ручонкой и, сжав его, отвела кожицу вниз, наконец освободив головку члена. Головка была настолько большой, что с трудом удавалось понять, как она могла так спокойно помещаться под кожей. Геральт дёрнулся, когда последняя складка кожи сдвинулась с головки, и еле сдержал стон. Он почувствовал, как маленький тёплый и влажный язычок коснулся его пениса, такого голого и незащищённого.       Цири облизнула большую розовую головку члена и с удивлением отметила, что на вкус она даже приятнее, чем на вид: немного солёная, немного сладковатая, а пахнет як… Наверное, Цири никогда не чуяла этот запах… Хотя один раз в покоях бабушки с дедушкой был похожий…       Ещё пару раз лизнув головку, девушка поняла, что все её трусики промокли, но не от пота, да и в туалет ей совсем не хотелось. Она не стала заострять на этом внимание, и, открыв пошире рот, она обхватила верхушку пениса, а затем заглотнула и сам член, но лишь на треть. Она почувствовала, как твёрдая плоть лихорадочно запульсировала меж её щёк. Язычком она всё так же пыталась водить по головке, но при этом не забывая энергично посасывать член.       Вскоре она почувствовала, что воздуха ей не хватает, и отстранилась. Слюна свисала с её губ, капая на траву, а лицо девушки было всё красное от стыда и нехватки кислорода.       Ведьмак поднялся из положения лёжа в положение сидя. Сел он на колени прямо перед своим предназначением. Он аккуратно отстегнул брошь с её мантии и скинул ткань с её плеч. Одной рукой он принялся снимать с Цири платье, а другую положил на её грудь. Медленно, но верно, он стал продвигаться лёгкими поцелуями с шеи девушки к её ключице, нарочно щекоча кожу язычком. Периодически он нежно покусывал её за ушко. Цири застонала, а Ведьмак уже скинул с неё платье, и его глазам открылась голенькая небольшая, но в то же время прелестная грудь с маленькими розовыми сосочками. Геральта ещё больше возбудила мысль о том, что ему первому суждено их потрогать. Он сжал одну грудь, от чего девушка громко ахнула и затеребила своими ножками по земле, случайно задев стоячий член Ведьмака, что только подзадорило Волка. Он подул на сосочек, и Цири невольно улыбнулась. Затем он взял сосок в рот и, зажав его между зубов, принялся ласкать языком. Цири засмеялась от щекотки, зажмурилась, покраснела до помидорной красноты и начала ещё больше елозить. Геральту пришлось взять её руки в свою и отвести их за голову. Свободной рукой он сжал другой сосок и начал вертеть его меж пальцев, иногда оттягивая его вверх. Ведьмаку было хорошо видно, как Цири силой сжимает зубы, сдерживая стоны наслаждения. Член его сильно разбух, и Геральт из последних сил сдерживался. Он отстранился от груди, так же и выпустив руки девушки, спускаясь к нижней части тела княжны. Он дотронулся своим пальцем до трусиков Цири и с удовлетворением понял, что её трусики уже намокли. Он медленно снял их, а затем, облизнув указательный палец, прислонил его к вагине Цири. Он медленно начал водить им от кожицы, под которой прятался маленький клитор, до самого влагалища, из которого текли прозрачные соки. По телу девушки пробежала дрожь от новых ощущений. — С-стой, Геральт. — Мне прекратить? — спросил он, нарочито задев клитор. — Н-нет, — на выдохе произнесла княжна. — Это мой первый раз… — Я тебя понял, — ласково прошептал Ведьмак и нежно улыбнулся.       Он убрал палец от потайной лавки девушки и пристроил там уже свой набухший член. Он уже делал это раз: лишал девственности молодую девушку, но этот опыт был у него давно.       Член уже коснулся плоти Цири. Ведьмак сымитировал им движения пальца, водя его головкой от клитора до влагалища и наблюдая, как Цири стонет и пытается прикрыть лицо руками. Он прекратил движения и вошёл. Сначала нежно, чтобы не вызвать сильную боль, а затем уже резко, дабы порвать девственную плеву. Цири взвизгнула и крепко сжала кулаки. Слёзы потекли у неё из глаз. Ей было очень больно, кожица из чутких нервов порвалась. Ведьмак скорее почувствовал, нежели увидел, как кровь из её влагалища стекла на его член и капнула вниз, окрашивая траву в красный цвет. Девушка заёрзала, пытаясь привыкнуть к члену внутри неё, а Геральт ждал, пока она придёт в себя, и старался не делать резких движений. Он медленно задвигал тазом. Он чувствовал, как узкие стенки влагалища давили ему на член, оттягивая и натягивая кожицу на головке. Но так же он видел, что Цири испытывала боль. Геральт наклонился к её туловищу и обхватил губами сосок. Дева вновь вскрикнула и уже через полминуты снова застонала от наслаждения. Геральт с каждым толчком углублял свой член во влагалище, но понимал, что сможет войти максимум на половину всей длины. Хорошо, что это компенсировалось узкостью пространства внутри вагины.       Степень блаженства была уже за гранью. Ведьмак задвигал тазом так сильно, что Цири завизжала, и в последний момент он успел вытащить член из влагалища. Горячая сперма брызнула на Цири, облив её с ног до головы белой жидкостью. Она, как и Геральт, тяжело дышала, на её теле отчётливо виднелись рёбра. Она не могла забеременеть от Ведьмака, но Геральт не хотел в её первый раз заполнять девушку своим семенем. Немного спермы ещё осталось на члене, и она медленно стекала от головки к основанию. Цири успела заметить это и быстро подползла к Ведьмаку. Она взяла его член в рот и слизала оставшуюся жидкость. Сперма была вязкая, но вкус у неё был непротивный. Мускусный запах члена заполнил нос Цири, и вскоре она отстранилась. — Ты ведь не кончила, — сказал вдруг Ведьмак с доброй улыбкой.       Он мягко поцеловал Цири в засос и принялся массировать её вагину. Цири была благодарна за то, что он не дал ей испытать стыд за свои стоны. Он вогнал два пальца во влагалище. Пальцы вошли без труда, внутри всё ещё было влажно и горячо. Стенки влагалища сразу облепили посторонний предмет внутри. Ведьмак заводил пальцами взад-вперёд, с каждым движением наращивая темп. Цири чувствовала, как пальцы Геральта теребили её влагалище, и ощущала нереальный стыд. Но почему-то этот стыд только ещё больше возбуждал её. Она больше не могла себя контролировать. Волна блаженства накатила на неё с головой.       Ведьмак отстранился, вынул пальцы наружу, наблюдая, как хрупкое тельце бьётся в конвульсиях от оргазма. Наконец оно обмякло. Вся в поту и тяжело дыша, девушка лежала на земле в исступлении. Геральт последовал её примеру и лёг рядом так, что их руки соприкоснулись.       Они лежали так, полуголые, пока не замёрзли. Цири быстро накинула на себя платье и мантию, а вот Геральту пришлось долго натягивать штаны и остальное одеяние. Вдалеке он услышал звуки битвы. Весемир говорил, что Ведьмаки не должны вмешиваться в политику, но как тут было не помочь. — Надо бы составить компанию в сражении… — едва слышно пробормотал он. — Только если ты не пострадаешь. — Я уж точно не пострадаю, — усмехнулся Геральт. — Ты, кстати, знакома с Плотвой? — С плотвой? — удивилась Цири. — Это такие мелкие рыбёшки.       Она весело улыбнулась, представляя, как Геральт знакомит её со стаей маленьких рыбок. — Это лошадь, — загадочно ответил он.       Цири вдруг засмеялась, и её смех передался вечно угрюмому Геральту. Так они отправились на звуки битвы.