Закон Сансары

       Рукус впился Орионе в плечо мёртвой хваткой. Его глаза сияли белым, а Хронико лишь стояла сзади и блаженно улыбалась. Ори прижала свёрток с младенцем к груди и отстранилась назад. Токоями не собирался смотреть, как его дочку похищают. Тень кинулся к Хронико, собираясь схватить её. Учёная лишь шире улыбнулась и воткнула в теневой сгусток шприц с чёрной жидкостью. Фумикаге словно стрела пронзила. Он упал на землю без сознания. Цу в ужасе подскочила к мужу. Он дышал, это хорошо. Она запрыгнула на перила и повернула голову к Гурин и Элизабет.        — Бегите!        Цу спрыгнула вниз и сразу же кинулась к Орионе. Хронико нажала на кнопку на пульте и Рукус прижал героиню к стене и перекрыл ей сонную артерию. Ориона, скованная ужасом, наблюдала, как её мама медленно теряла сознание. Ещё одна рука Рукуса прижала к её рту тряпку, что очень странно пахла. Девочка начала медленно терять сознание, пока окончательно не уснула.

***

       Учителя А и Б класса были в комнате, где ещё недавно был Ред. Мина была словно парализована. Она смотрела в одну точку, а из её глаз лились слёзы, которые было невозможно контролировать. Шоджи только что закончил телефонный разговор с Тодороки. Он не мог смотреть на страдающую Мину.        — Я сейчас же пойду за детьми!        — НЕ СМЕЙ! — выкрикнула Мина. Она сложила ладони и разжижающая слизь расплавила руку, что взялась за ручку. Шоджи то восстановил уничтоженную конечность, но всё равно было неприятно.        — А словами можно было?        — Прости... — сказала Киришима-сенсей. — Но тебе нельзя идти за ними. Никому нельзя сейчас идти за ними...        Классный руководитель решил не допытывать коллегу. Она сейчас испытывала огромный стресс. Он вышел из комнаты и закрыл дверь, после чего позвал Старосту.        — Иида-кун. Иди сюда.        Староста примчался тут же. Сенсей продолжил говорить.        — Собери весь Б класс в одной комнате и следи, чтобы никто не входил и не выходил. Понял?        Староста кивнул и кинулся к комнате девочек Б класса.        — Сейчас же на выход! Бегом! Бегом! Грейп, Селеста и Энджи в шоке вышли из комнаты.        — Староста, что происходит? — спросила Энджи.        — Приказы Сенсея не обсуждаются. В соседнюю комнату. Быстро!        — Комната мальчиков? А нам не рановато? — ехидно спросила Грейп.        Под злобным взглядом Старосты, мелкая девушка быстро замолчала.        Шоджи дождался, когда Иида-кун закроет дверь и направился в сторону лестницы на первый этаж.        — Тебе нельзя туда. Никому туда нельзя! — Мина вышла из комнаты и пустыми глазами смотрела вперёд.        — Что значит никому туда нельзя? — спросил у неё коллега. — Я тебя не понимаю, Мина. Там твой сын, мой сын, твоя дочь, дети почти ВСЕХ наших одноклассников. Вся лига была расформирована ещё во времена нашего студенчества, там всего одна злодейка! Я справлюсь с ней один, а в вдвоём мы управимся ещё до приезда подкрепления.        Мина сжала свои плечи в мёртвой хватке собственных рук. Ей не оставалось ничего кроме как рассказал причину, по которой им нельзя покидать здание лагеря.        — Если кто-то из присутствующих в здании перешагнёт порог лагеря, Ред погибнет, а в месте с ним и весь первый А.

***

       Медленно но верно, Ориона пришла в себя. Голова гудела, а всё тело болело, словно его сдавило чем-то. Девочка открыла глаза и тут же закрыла их от яркого света. Тут до неё дошла одна вещь. Помимо яркого света, что бил из огромной лампы, Ориону окружала светло-зелёная жидкость. С ужасом она поняла, что находится в "Боге". Ори посмотрела на свои руки. Всё тело было перебинтовано, ни одного участка кожи не было видно.        — Ты уже очнулась, замечательно.        Ори испугал неожиданный голос злодейки и она не понимала, откуда он идёт.        — Дорогуша, подплыви к стеклу, а то ты меня совсем не видишь.        Девочка не хотела подчиняться голосу, но ей не оставалось ничего другого.        Будучи около стекла, Ориона смогла разглядеть лицо Хронико. Почему она всегда улыбается? Её голос продолжал звучать в ушах Ори.        — У тебя наверное столько вопросов, прямо как у Единички. Что это был за младенец? Как я связана с твоей причудой? Где твои друзья и родители? Ну на последний вопрос я тебе отвечу.        Хронико отошла в сторону и открыла такую картину. Ребята, что были в клетках, начали просыпаться. Родители Орионы же были без сознания, так ещё и связаны. Когда Мелоди пришла в сознание, она сразу же посмотрела на огромный прибор посреди лаборатории. Она схватилась за прутья своей клетки и протянула руку, после чего во всё горло прокричала.        — РАЗРЯД МИЛЛИОНА ВОЛЬТ!        Атака, основанная на главном ударе её отца... Не работала. Она несколько раз попыталась повторить, но всё тщетно. Мелоди с ужасом посмотрела на свои руки.        — М... Моя причуда... Я не могу использовать свою причуду!        Мироу пришла в себя, но не смогла встать. Её хвостик был сплош покрыт струпьями и кровоточил.        — Я не чувствую свой хвост.        Пинки попыталась расплавить прутья, но её руки лишь укреплялись и не производили нужную жидкость. Причуда Ника работала, но клетку это не сломало. Красноволосая посмотрела в клетку брата. Красная кожа выглядела, словно Рэда окунули в кипяток.        — Б... Братишка... - Пинки попыталась разбудить брата. - БРАТИК! РЭД! ОЧНИСЬ!        Рэд лежал словно мёртвый. Кацу, что вновь была помещена в клетку, открыла глаза. Увидев своих одноклассников в клетках, она решила подорвать прутья своей. Только это нужно было сделать тихо. Она поднесла руки к темнице, и раздался очень громкий взрыв. (Как вы понимаете, в лексиконе семьи Бакуго нет слова "тихо"). Сразу же в её горло впился шприц с чёрной жидкостью и девочка упала без сознания. Рукус, что всё ещё был под контролем Хронико, вынул шприц из шеи Кацу и направился к клетке Рэда. Хронико тоже подошла к номеру Два.        — Двойка, ты так вырос с нашей последней встречи, а теперь, когда ты созрел, ты можешь вернуться в семью.       Пинки закричала.        — В какую семью! Это мой брат! Я его семья!       Учёная начала хихикать.        — Ну да, генофонд у вас один, но именно я помогла ему появиться на этот свет.        — Ч... Что? - глаза Пинки медленно наполнялись слезами.        —        — Ох, а ты что, не помнишь? — злодейка подошла к клетке красноволосой. — Ну конечно не помнишь. Вам тогда было четыре с половиной месяца от зачатия.        Глаза Хронико засветились зелёным. Она смотрела прямо на Пинки, чем заставила её кровь застыть.        — Ты должна была поглотить своего близнеца в утробе. Но твоя мама заключила со мной сделку. Я забрала того близнеца, что слабее второго. Им оказался твой сосед по утробе. Ах да! Вас же вырастили в разных утробах, значит не такие уж вы и соседи.        Хронико начала смеяться, но этот смех больше походил на смех от хорошей шутки нежели на злодейский. Пинки села на пол своей клетки и схватилась за голову. Ей было больно от этой информации.        Вдоволь насмеявшись, учёная продолжила.        — Сейчас вы находитесь в периоде полового созревания. Так как у меня было время поэкспериментировать над телом второго, я установила ему биологический таймер. Как только его гормоны подскочили до нужного параметра, он перешёл в свою улучшенную форму. Его причуды усилились, его тело стало сильнее. Он - моя ступенька к созданию идеального сосуда для причуд. Говоря о гормонах.       Хронико вальяжно подошла к Мелоди и взяла её за руки.        — Я же должна тебя поблагодарить.        Мелоди высвободила свои руки и прижала их к себе.        — За что?        Злодейка мило улыбнулась.        — Ты же подарила второму его первый поцелуй, тем самым вызвав скачок гормонов.        Пинки вышла из шока на пару секунд, дабы войти в другой.        — ЧТО? ВЫ С РЭДОМ ЦЕЛОВАЛИСЬ?!        Мелоди засмущалась.        — Э...Это было один раз и потом он свалился в обморок! — она взяла свои джеки от наушников и начала тыкать ими друг в друга, подобно своей матери, и шёпотом произнесла. — реагируешь, словно он меня в постель затащил.        Хронико слегка прифигела от того, как быстро девочки сменили тему.        — Я что, какая-то шутка для вас?        Девочки её проигнорили.        — Вот поэтому я предпочитаю контролировать людей...        Пинки зарычала.        — НО ОН ТЕБЯ ЧУТЬ НЕ ИЗНАСИЛОВАЛ!        — КЛЮЧЕВОЕ СЛОВО "ЧУТЬ". — пыталась оправдаться Мелоди.        — Ах да. Насчёт этого. — Хронико что-то напечатала в "пульте". — это моя вина. Я могу контролировать всех вырощенных в "Боге" когда они находятся в непосредственной близости от меня. Я хотела уже забрать Второго, поэтому решила ускорить процесс. Так что, хе, прости.        Хронико хихикнула, словно это не было большим делом.        Мироу растирала свой хвостик, в надежде, что вот вот почувствует его снова, но всё было тщетно. Тут она заметила, что её ноги медленно исчезают.        — Что происходит? Я не включала невидимость!        Хронико подошла к ней и внимательно осмотрела пленницу.        — О. Всё просто! Твоё тело перестраивается под твою вторую причуду.        Мироу испугалась.        — Н...но что случится с моим хвостиком?        — Ме. Оторвётся с кровушкой. Но если очень хочешь, могу ампутировать. — учёная откуда-то достала шприц с обесболиваюшим и медицинские ножницы. Мироу схватилась за хвост и отодвинулась к дальней стенке клетки.        Учёная вздохнула и побрела к "Богу".        — В любом случае, мне надо продолжать работать. Я разберусь с вами позже. Будьте паиньками, посидите тихо, и тогда я позволю вам увидеть завтрашний рассвет. Ориона прекрасно слышала весь разговор. Её окутывала куча эмоций. Она обязана что-то сделать. Тут ей в голову пришла идея.        — Тёмные тени берут силу из тьмы. — сказала она про себя. — если я смогу выключить свет, ШейДи сможет разбить стекло и я выберусь!        Ори тут же подплыла к лампе и попыталась выкрутить лампочку из неё.        — Повезло, что источник освещения находится внутри колбы.        Тут голос прогремел посреди лаборатории.        — СТОЙ НА МЕСТЕ, ЗЛОДЕЙКА!        Гурин спрыгнула с перил второго этажа и театрально приземлилась перед клетками. Хронико слегка удивилась и начала пристально смотреть на зеленоволосую. Вслед за Гурин вниз спустилась и Элизабет. Мидорька указала пальцем на Хронико и громко произнесла.        — Никто сегодня не умрёт, потому что Я здесь!        — Вот скажи честно, ты эту фразу репетировала? — тихо, с долей гнева сказала Лиззи.        Гурин пропустила слова Тодороки младшей мимо ушей и продолжила свою речь.        — Хронико! Меня зовут Мидория Гурин и я знаю, что твоя жизнь не проста, но это не повод злодействовать! Отпусти всех на волю и я обещаю, в Юэй тебе помогут!        Гурин хотела приблизиться к злодейке, но Элизабет схватила её за плечо.        — Не приближайся к ней! Просто тяни время пока я вскрываю клетки!        — Не бойся, Тодороки-тян. У меня всё схвачено.        Гурин начала медленно приближаться к янтароволосой девушке. Внезапно Хронико изменилась в лице. Она стала более... доброй?        — А знаешь что? Ты права. Зачем я всем этим занимаюсь? Зачем ломаю чужие жизни и создаю новые? Зачем, зачем, ЗАЧЕМ? Спасибо, Мидория. Ты открыла мои глаза.       Хронико схватила в объятия Гурин и девочка тоже обняла её. В голове кареглазая ликовала.        — Ура! Я победила, победила! Даже в драку не пришлось вступать! Я знала, что смогу! Я правда всемогущая! Отец и дедушка будут мной гордиться! Ура! Ура! У...        Элизабет поздно заметила это, но Нацу вколол в неё две иглы. Под истошлые вопли боли из Лиззи вышли два шприца, с белой и красной жидкостью. Лиззи упала без сознания. Ребята в клетках в один голос закричали.        — МИДОРИЯ!        Что-то острое впилось в шею Гурин. Шприц начал медленно наполняться. Цвет жидкости всё время менялся. Он был то жёлтым, то коричневым, то вообще голубым. В конечном итоге жидкость в шприце приняла зелёный оттенок. Её ноги подкосились. Теперь Хронико держала Гурин в своих руках. Она убрала прядь волос с лица девочки и начала шептать ей на ухо.        — Какая же ты наивная. Ты же не думала, что я сдамся просто потому что ты Мидория? Хах.       Она сжала её руки в мёртвой хватке и продолжила говорить, но теперь в грубой манере.        — Да если бы не я, у тебя бы не было второй причуды!        Зрачки Гурин резко сузились. Учёная продолжала говорить.        — Не существует такого понятия как избранный, бывает жёсткий и тяжёлый труд. А если тебе было дано что-то, ради чего ты не старалась - значит это не твоё.        Карие глаза наполнились слезами. Она не могла пошевелиться. Такое чувство, будто она впала в паралич. Такое знакомое чувство, но такое не приятное.        Ориона слышала всё. Гнев переполнял её с ног до головы. Ориона схватилась за лампу и резко повернула, от чего источник света погас.        Стекло "Бога" начало трескаться, после чего разбилось. Вся жидкость вытекла наружу, облив злодейку и Гурин. Ориона смогла встать на ноги только после того как Тень перестала бушевать во всей лаборатории неистовыми теневыми отростками. Девочка схватила учёную за грудки и начала истошно вопить.        — КАК ТЫ СМЕЕШЬ ТАК С НАМИ ОБРАЩАТЬСЯ? МЫ НЕ ЖИВОТНЫЕ! МЫ ЛЮДИ И ЭТО НАШИ ПРИЧУДЫ! НИКТО НЕ ОБЯЗАН ЗАСЛУЖИВАТЬ СВОЁ СУЩЕСТВОВАНИЕ!... — Ори остановилась и перевела дух. — я... Обязательно засияю звездой... Нет... Я ЗАСИЯЮ ЦЕЛЫМ СОЗВЕЗДИЕМ!        Хронико нажала на кнопку на пульте и Рукус схватил Ориону всеми шестью руками. Он сжал её ладони так сильно, что перепонки между пальцами лопнули. От боли она закричала. Как только истошный вопль вырвался из уст носительницы, ШейДи схватила со стола медицинские приборы и кинулась с ними к Рукусу. Тень окружила парня, и Ори смогла вырваться. Её руки кровоточили, но внезапно все бинты на её теле покрылись красным...        На пол упали четыре руки. ШейДи отрезала Рукусу четыре из шести рук. Тереть от боли уже кричал парень. Ори подскочила к готовому потерять сознание другу и не дала ему упасть. Рукус пришёл в сознание.        — То... Ори... Ориона... Что произошло? Я не чувствую своих рук.        Ори не успела ничего ответить. Роботизированный голос из динамиков сказал.        — Режим самоуничтожения включён.        На огромном экране появился обратный отсчёт в две минуты. Хронико скрылась как только появился Рукус, а в месте с ней и все шприцы с причудами. Нацу тоже пришёл в себя.        Ориона быстро развязала родителей и попыталась привести их в чувства. Нацу открывал клетки с пленниками, а Рукус с ужасом смотрел на свои отрезанные руки. Как только Рэд вышел из своей клетки, он заметил на столе один из шприцов для выкачки причуд. Не долго думая, парень вставил иглу в собстенную шею.        — ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ? — спросил Никко.        — Ты же себе хуже делаешь! — Добавила Пинки.        — Я слышал всё. О сделке мамы и о причудах. Я не могу оставить тебя без части самой себя! Какой я после этого брат?        Ред наполовину наполнил шприц розовой жидкостью и вколол её сестре. Его кожа снова порозовела, но глаза остались красными.        К счастью, Фумикаге и Тсую пришли в себя. Увидев таймер самоуничтожения, Токоями схватил всех своей тенью и вынес их из лаборатории, прямо через лесную пещеру.        Ребята оказались на огромной поляне. У всех всё болело, а Гурин совершенно не могла пошевелиться. На Орионе почти небыло одежды, поэтому отец снял с себя плащ и укутал в него дочь.        Пока взрослые звонили в лагерь, Ори легла на землю, ещё сильней укуталась, и закрыла глаза. У неё появилось столько вопросов, но сейчас она никак не сможет на них ответить. Её примеру последовали остальные девочки. Они легли в круг и вместе погрузились в сон.

***

      Ориону разбудил звон сирены. Несколько машин скорой помощи стояли в ряд и осматривали пострадавших. Вместе с её одноклассниками тут были и их родители. Ори встала со спального мешка, на который её видимо уложили, и пошла в сторону её родителей. Они стояли в стороне и наблюдали за происходящим. Как только Ориона подошла к маме, её отец заключил их в объятия. Когда он закончил, Ори решила спросить у своих одноклассников, как они себя чувствуют.       Мелоди рассматривал парень на пару лет старше её. На нём был Юэйский спортивный костюм. Его фиолетовые волосы были выбриты на одном виске и там же красовалась выбритая молния, а остальные уложены. У него небыло джеков в ушах, но он носил серёжки с маленькими накладными наушниками.        — Ничего не болит? Или болит? Покажи где болит!        Мелоди отодрала руки старшего брата от себя.        — У меня ничего не болит, Хикари! Но я больше не могу испускать электрические разряды, как ты с папой.        Девочка поникла, поэтому вся семья Каминари обнялась.       Мироу сидела в медицинской карете и её осматривала Исцеляющая девочка.        — Мне жаль, милая, но твой хвостик уже начал гнить. Надо его срочно ампутировать, пока заражение не пошло в кровь.        Всё тело Мироу кроме головы уже исчезло. Мама взяла её за руку и посмотрела ей в глаза. Девочка старалась не заплакать.        — Мам. Я не хочу исчезать. Я люблю свою внешность.        Тору обняла дочку и начала гладить её по голове.        — Не бойся, котёнок, ты всё ещё прекрасна, тебя всё ещё любят.        Маширао тоже обнял, уже полностью исчезнувшую, Мироу.        Элизабет стояла перед родителями с опущенной головой. Наконец, она смогла заговорить.        — Мама, отец. Я утратила способность создавать огонь и лёд. Простите меня, я осквернила наш ро...        Она не смогла закончить предложение. Шото обнял её и голосом, полным облегчения, сказал.        — Плевать на "осквернённый род". Самое главное, что ты осталась жива.        Лиззи, что до этого изо всех сил старалась не начать плакать, тихо захныкала отцу в плечо.        Кацу только только пришла в себя. Отец стоял неподалёку и смотрел на неё.        — Где мама? — резко спросила девочка.        — У неё неотложная операция в клинике. — ответил Бакуго.        — Ясно!        Кацу фыркнула и направилась в сторону отцовской машины.        Рэд и Пинки смотрели на родителей, что никак не решались начать разговор. Мина вдохнула, выдохнула, и всё-таки начала говорить.        — Пинки, Рэд. Вы знаете, что повлияло на вас ещё до вашего рождения?        Пинки ответила.        — За несколько лет до нашего рождения вы с отцом были на миссии. Причудой злодея оказалось изменение генофона, поэтому он сменил папин цвет волос с чёрного на красный. Именно из-за этого это наш с ним родной цвет.        — И это тоже. — сказала Мина. — но есть ещё один очень важный момент.        — Ты отдала меня Хронико ещё до нашего с сестрой рождения. — без тени грусти сказал Рэд.        От этих слов Мине было больно.        — Прошу, не объясняйся. Мы всё понимаем. — сказала Пинки.        Навернувшиеся слёзы слетели с глаз их мамы. Рэд продолжил слова сестры.        — Я должен был умереть ещё до своего рождения. Конечно ты захотела меня спасти! Я только не понимаю, как я снова оказался дома.        Вот теперь Мина расплакалась. Обычно, она сильная и смелая, но сейчас она как никогда чувствовала себя слабой.

(Начало флэшбека)

       Мина сидела на диване в их с Эйджиро доме и держала маленький розовый свёрточек в руках. Пинки было всего сутки отроду, а она почти всё это время проспала. Новоиспечённая мама боднула дочку лбом в макушку.        — Эйджиро! Ты только посмотри. Уже режутся рожки.        Муж подошёл к дивану и ласково погладил дочку по голове. Внезапно позвонил дверной звонок. Киришима пошёл открывать. Тем временем Мина прижала свёрточек к себе и шёпотом сказала.        — Ничего не бойся, Пинки. Я буду любить тебя за вас двоих.        — Эм... Мина? — сказал Киришима. — можешь объяснить?       На пороге их дома стояла корзинка с младенцем, завёрнутым в красное одеяло. Сверху лежала записка: "Оплату возьму потом".

(Конец флешбека)

       — Ещё там было написано. — продолжала Мина. — что если я как-то попытаюсь нарушить договор — вы оба умрёте. Для меня было невыносимо терять одного из вас. А потерять обоих... Мне даже представить страшно.        Их мама, до этого показывшая себя только со смелой, сильной стороны сейчас рыдала в три ручья. Двойняшки понимали, что для неё трудно говорит на эту тему, поэтому они решили больше никогда её не поднимать. Эйджиро сгрёб их всех в охапку и сильно обнял.        Гурин сидела и пялилась в одну точку. Изуку пытался её разбудить, но всё тщетно. В итоге он дождался, когда из её глаз потекут слёзы, а из уст не посыпется речь.        — Пап... Я... Я потеряла... Я потеряла наш семейный секрет. Я ничтожество...        Гурин была безутешна. Деку знал, как её успокоить, но как только он взялся за собственные волосы, Очако отрицательно покачала головой. Тогда он лишь обнял дочку, так крепко как только может.        Никко пострадал меньше всех, но его родители всё равно приехали.        Нацу сидел под охраной. Похоже его всё-таки признали лигийцем.        Рукус сидел перевязанный бинтами в дали от машин скорой помощи. Ори подошла к нему и села рядом.        — Хэй. Ты как?... — молчание. — прости за руки. Мне жаль, что ты не можешь их восстановить.        — Да нет. Отрастить новые мне проще простого.        — Тогда почему ты этого не делаешь.        — Не хочу быть похожим на него.        Рукус смотрел на своего отца, который о чём то говорил с Тодороки.        — Его голова наполнена грязными мыслями. — сказал парень, опустив голову.        — что? С чего ты решил...?       Он перебил её.        —        — В моей голове вертятся его подростковые мысли. Он был влюблён в твою маму, Ори.        — Ну и что? Это был самый обычный любовный треугольник! Он уже разобрался со своими чувствами.        — Но я нет. — Рукус наклонился к Орионе. — ты хоть понимаешь каково это? Твои изумрудные глаза и такие же волосы приходят ко мне в голову как только появляешься в моём поле зрения.        Ори сильно поникла.        — Но Рукус... Это не я...        Он встал на ноги и начал отдаляться в сторону лагеря.        — Вот именно... Не ты.        Ориона подскочила и попыталась пойти за Рукусом, но её ноги зацепились за плащ и она упала.        Весь первый А развезли по домам. Лагерь, что должен был стать Эдемским садом, превратился в адский котёл. Ориона сидела на заднем сидении машины и смотрела в небо, пока размеренная речь родителей и шум мотора окончательно её не убаюкали.

***

       Вся лаборатория лежала в руинах. Не осталось камня на камне. Из под этих обломков вылезла совершенно невредимая Хронико.

Имя: Коро Хронико

Возраст: неизвестно

Причуда: бессмертие

Хронико не страшна ни болезнь ни пуля. Единственный кто может забрать её жизнь - она сама.

       Учёная достала из под обломков какой-то ящик и открыла его. В нём уже стояло пять разноцветных колб и было отверстие для шестой. Злодейка достала из кармана такую же колбу с зелёной жидкостью и поместила в ящик.        — Всё как я и планировала.

(Конец третей арки)

КОНЕЦ ПЕРВОГО СЕЗОНА