Сладость

      — А? Ты меня затыкаешь? Опять! Неужели ты правда грубая ледышка которая не любит подпускать к себе людей? Вот так всегда, к тебе тянешься, а ты на утро обо всём забываешь и открещиваешься! Я ведь люблю тебя! Уже целый год я чувствовал как меня тянет к тебе и только сейчас осознал что это не просто какое-то случайное притяжение. Это самая настоящая симпатия! Я чувствую необъяснимое желание быть рядом, радуясь просто твоему грёбанному присутствию! Ты дурак! Зачем было в тот день так меня путать? Зачем ты так открещиваешься от меня, не подпуская ближе? — на глазах выступают солёные слёзы, а голос предательски начинает дрожать. Дрожать от стыда, просто от страха что его будут больше игнорировать и избегать после услышанного. От страха, что он окажется противным в глазах Тойи. Так больно. Действительно, держать в себе долгие месяцы эти чувства сначала не осознавая что это, а затем терпеть эту дистанцию. Ужасное ощущение. Эти две недели поставили все точки над «и». — Я настолько противен тебе что ты не-- Мм! — договорить ему не удаётся. Изуку грубо хватают за запястье и притягивают к себе. Даби касается пухлых губ Изуку, заставляя тем самым умолкнуть, давая возможность Деку лишь смущённо и непонимающе промычать в ответ. Стараясь нежно сминать его губы в теплом поцелуе, Тойя перестаёт дышать на несколько секунд, будто опасаясь что горячее дыхание навредит парню. Это настолько необычно, он целовался много раз до этого, гораздо развратнее и дольше, но ему никогда так не срывало крышу. Не было такой нехватки воздуха. Не было таких ярких и неземных ощущений, такой трепет и боязнь даже вдохнуть воздуха. Давление на грудь и ощущение чужого конфуза, от такого действия понравилось брюнету.       Изуку чувствует себя так странно. Он не понимает что происходит с ним и его телом. Время остановилось, а с ним и поток мыслей в голове Мидории. Он сводит брови к переносице, всё же утопая в приятных ощущениях, накрывших его с головы до пят. Тело становится таким лёгким. Деку не целовался до этого ни разу и даже представить себе не мог что это так приятно. Хотя тут большую роль играет именно то, что рядом человек запавший прямо в сердце юного злодея. Изуку смущается, краснея с каждой секундой всё сильнее и сильнее от ощущения тепла, от странных, непристойных вдохов и звуков причмокиваний. От ощущения посасывания его нижней губы. Да просто от мысли, что он ответить на этот поцелуй никоим образом не может, уже заставила его щёки и уши гореть красным цветом от стыда и неловкости.       Тодороки медленно отстраняется. Всего на несколько сантиметров, чтобы не прервать зрительного контакта. Тем более, смущённый такой неожиданностью взгляд Изуку ему донельзя нравился. Нравилось даже то, как он вздрагивает от каждого звука или малейшего движения. Эта неопытность такая чертовски притягательная. Любуясь этим прекрасным зрелищем, брюнет всё же подаёт голос.       — Теперь заткнись и послушай. Ты слишком сильно запал мне куда-то вот сюда, -он взял его ладонь в свою, прижав её к груди. — а это так странно. Я не люблю привязываться к людям, а уж тем более испытывать новые эмоции, да и такие сильные, к тому же. Просто ненавижу когда у меня появляются слабости, но одну слабость я хочу принять. Тебя. И хочу большего, чтобы только видеть эти блестящие радостные глаза. — еле заметно сведя брови к переносице произносит тот. Это пара предложений, а произносить их также тяжело, как говорить с тяжеленным булыжником на груди. Дышать так же неимоверно трудно. Такое мучительное мгновение молчания. Напряжение между ними нарастало, а Мидория заворожённо, словно заколдовано слушал брюнета, под конец лишь расплывшись в улыбке, жмурится чтобы влага на глазах ушла, скатываясь в слезинки на краях глаз. Таким счастливым он себя никогда не чувствовал. Взаимная влюблённость. Это было признанием, ответом на чувства. Чуть погодя, зеленоглазый осторожно кладёт обе ладони на плечи старшего, после обхватывая его шею, прижимаясь к груди. Чуть погодя трётся носом о его грудь, дабы убедиться что это по-настоящему. Услышав чужое сердцебиение, он рвано вздыхает, несмело поднимая голову.       — Вот только вякни что-нибудь ближайшие 15 минут, я в тебя плюну — усмехнувшись говорит Даби, взяв Изуку на руки, от чего тот смущённо ойкает, но молчит, полностью повинуясь приказу. Даби идёт в противоположную сторону от «общежития». В сторону спального района. Мидорию это смутило, там же живут обычные люди, уже потерявшие надежду и желание бороться, зачем туда идти. Не нарушать же покой людей, ничего не сделавших и не поднимавших бунт. Но Изуку успокаивает лишь то, что Даби ослаб, после того как устроил пожар в здании UA. Он даже если и захочет что-нибудь спалить к чертям — не сможет, тело не позволяет.       Буквально через пару минут Изуку становится на ноги, всё ещё пребывая в неком шоке от того, что произошло сегодня. Так быстро признаться во всём. он и впрямь не умеет держать язык за зубами. Его научили не молчать. Всегда высказывать своё мнение, всё что у него на уме. Так гораздо проще и Изуку благодарен злодеям, что так возились с ним по началу. Он усмехался вспоминая как за любой косяк Мидории нагоняй прилетал Даби, который был в ответе за Изуку первые месяцы. Так неловко вспоминать это сейчас. Каждый момент из прошлого с участием этого человека пролетал в голове, заставляя Изуку ластиться ближе к телу. Так много хочется ещё сказать ему. Бесконечно много, но его заставили молчать и он полностью повинуется этой жестокой прихоти брюнета. Как и любой, если признаться честно…       Узнав что брюнету нравится облегающая одежда, Изуку обзавёлся исключительно узкими брюками, джинсами и штанами, рубашками и жилетками подчёркивающими фигуру и строение тела. Да он даже кофты берёт исключительно укороченные или сам режет свой обожаемый оверсайз до пупка. И не дай Бог если кофта была ниже пояса. Такой психоз начался спустя ровно год, после пребывания в лиге. Изуку сбрасывал свою этакую потребность во внимании конкретно этого человека просто на детский каприз, мол «Ну я даже Шигараки не оставляю равнодушным, заметь ты меня уже!». Этот игнор выбешивал довольно сильно, но лишь стабильно увеличивал уважение к Даби. А сам Даби на самом то деле обращал внимание. Даже больше, ему безумно нравилось как это всё сидит на теле юного злодея. Как он двигается в этом. Нравилось то, как одежда обтягивает всё тело, это выглядит как минимум эстетично, а как максимум охуенно сексуально, подчёркивая насколько у того тонкие ноги, плечи и талия. Может показаться что тело чем-то похоже на женское, но двигается Мидория по-другому. Так плавно и будоражуще не двигаются даже стриптизёрши в самых элитных клубах столицы. Стоит ли говорить что ползанье по столу, перекидывания с ноги на ногу и просто то, как плавно тот изгибается, с характерными кошачьими звуками, просто срывало башню.       Они много молчали, не рассказывая друг другу об этом. Держали всё в себе. Мучительные 15 минут, которые отсчитывал Изуку, наконец проходят. Зеленоглазый осматривается и замечает что они доковыляли до одной из детских площадок этого спального района. Такие места лига огибает стороной. Удивительно, но просьбу Изуку не трогать обычных безпричудных людей была принята. Томура часто идёт на уступки в таких вещах. Тут царит более менее приемлемое спокойствие, это заметить было легко. Аккуратные улочки, светлые огоньки в окнах. Никакого крика. Порядочные жители в это время сидят по домам, соответственно на улице они с Даби одни. Брюнет устремляет заинтересованный взгляд на Изуку и усмехается только от мысли насколько же тот послушно принял свою участь и домолчал до конца.       Деку склоняет голову набок, несмело приоткрывая рот, как бы спрашивая «можно ли начать говорить?» На что получает одобрительный кивок.       — И к чему был весь этот цирк? Почему я должен был молчать? У меня было столько всего для тебя. Так много хотелось сказать.- садясь на качели, наигранно дуется Изуку. Ноги хоть и устали, но энергии в организме было много, поэтому вопрос звучит очень эмоционально и живо. — Это так странно. Ты не проявлял интереса к моей персоне вообще. очень странно что ты говоришь сейчас о чувствах. Я думал что ты мне не доверяешь и считаешь обузой.       Даби усмехается, положив ладонь на голову младшего, потрепав его волосы. — Я сказал тебе молчать чтобы дать время подумать. Ты говоришь всё что на уме и не разбираешь то, что несёшь, из-за чего тебя не могу понять я, так как в процессе ты полностью меняешь точку зрения. Такое уже было, а я хочу понимать тебя. Слушай, я знаю что ты нуждаешься в демонстрации эмоций и заинтересованности, но я её показываю чуть-чуть по-другому. Ты не можешь представить себе насколько сильно меня потрясает проделанная тобой работа. То как ты жестикулируешь руками и пальцами при разговоре. Твои пытки. Ты даже не представляешь насколько сильно меня будоражит твоё сраное существование и дыхание рядом. Я никогда не говорил, потому что стоит показать это и я становлюсь до ужаса уязвимым.       — Тогда научи меня понимать твои эмоции. Я ведь и не догадывался что тебе столько всего во мне нравится. — немного смущается Изуку, отводя взгляд себе под ноги. — Это очень приятно и я, действительно, счастлив осознавать что это так. Почему ты держишь всё в себе? Зачем тебе скрывать уязвимости даже при мне?       — Честно сказать, ты знаешь много. Моего имени до сих пор не знает Шигараки. Я не верю людям, они пользуются тем, что знают мои слабости. Любой недостаток это клеймо на всю жизнь. Физическая слабость заставила моего отца поставить на мне крест и клеймо слабого ребёнка. Он не смог обучить меня, в результате моё тело покрылось ожогами, небольшими и несерьёзными. Появились они от того, что в порыве нервного срыва я не справился со своей причудой. Ненавижу то ощущение отчуждённости. Я ведь действительно там чужой. Я слабый и не мог помогать даже матери с какими-то домашними обязанностями. Я быстро выдыхался и в итоге она перестала просить о помощи. Моя бесполезность стала играть роль моего бремени и креста. Такого тяжёлого. Я постоянно слышал слова о своей бесполезности и ненужности. «Тратишь жизнь впустую, не щадя себя». Один раз стало точкой. Я имитировал самоубийство, падение с крыши. Скинул обезображенный труп из морга, а сам убежал. В тот день на моем теле появилось ещё больше ожогов что и сделало меня тем кого ты видишь перед собой. Я долго бежал игнорируя потуги ветра которые сталкиваясь с моим телом и ожогами, приносили адскую боль. Я видел каким был мой отец. Герой, доводивший свою семью. В городе мне никто не помог, неудивительно. На меня лишь оборачиваются и с ужасом вздрагивают. Я несколько лет жил в каком-то притоне на нижнем этаже, воруя вещи для выживания. Еду и одежду. С моим квирком было легко вести такой образ жизни. Ограбленная жертва превращалась в пепел, не было следов. Со временем я перекрасился в черный цвет и теперь каждые два месяца прокрашиваю светло-рыжие корни, которые отрастают. Изменил внешность на ту, которой обладаю сейчас с помощью хирургических скоб. Научится прокалывать кожу оказалось не трудно. Потом я нашёл работу, где продержался недолго. В моей голове царил сущий беспорядок. Я ничего не понимал, я не знал на кого злиться и в тот момент я узнал о Пятне. У меня появилась цель и какая-то идеология. Ты произносил те же слова. Ты… показал мне то, что нуждаешься во мне. Что тебе хорошо рядом. — Тойя опускается к уху Мидории, переходя на шёпот. — Ты не представляешь насколько это важно для меня. Я люблю тебя. Я хочу видеть твой тёплый взгляд всегда, хочу чувствовать твою доброту, которая как-то в тебе уживается с жестокостью. Каждую частичку тебя.       Покраснев от горячего дыхания, зеленоволосый сильно дрожит от такого тёплого ощущения и поворачивает голову к блудному сыну семьи Старателя. Его трясёт от факта что ему рассказали то, что Тойя держал в себе и никому об этом не говорил. Ему доверились ещё больше. Ему, бывшему герою. Это заставляет прослезиться, шёпотом отвечая. — Я тоже тебя люблю. — повернувшись всем телом, младший подносит руку к шее Тодороки, через секунду поддавшись вперёд, заставляя брюнета сесть на землю. Оказавшись на чужих коленях, зеленоглазый молча прижимается к груди старшего, обхватывая чужую спину руками. Тодороки в свою очередь тихо усмехнулся, обнимая Мидорию в ответ, водя руками по его спине, чем вызывал мелкую дрожь у мальчишки. Через несколько минут Даби обняв Изуку за уши, заставил отстраниться от своей груди и посмотреть в глаза, через мгновение наклоняясь, касаясь своим лбом чужого.       — Ты всё-таки девственник с головы до пят. — усмехается Тойя, прикрыв глаза. — Целоваться совсем не умеешь. Я первый у тебя в этом плане, да? — мурлычет тот хватая за подбородок Деку.       — Хочу чтобы был единственным. — томно прикрывая глаза шепчет Изуку, через минуту полностью умолкая. Чужой палец на нижней губе Мидории, пока злодей любуется смущённым видом Деку. Сдерживаться сил больше не было и Даби накрывает своими губами чужие, сливая их в тёплом поцелуе. Мидория чувствует тепло губ Тойи, жар дыхания и то, как брюнет сминает его губы, после прикусывая нижнюю губу, от чего Изуку негромко и сдавленно охает. Вздыхая от нехватки кислорода, он отстраняется переводя дыхание.       — Даже не дышишь. Тебя настолько сковывает смущение. — склоняя голову набок, Даби не сильно щипает за щеку раскрасневшуюся принцессу сидящую на его коленях. — У тебя хоть мыслишки похотливые то бывают?       — М. ну, это. — вспыхнув от очередной накатившей волны смушения, Изуку прижал палец к губам, а услышав смешок со стороны старшего и вовсе повернул голову в другую сторону, однако в следующий момент он чувствует как тёмные локоны касаются его кожи на лице. Чувствует тепло в районе шеи. Оказавшись в крепких объятиях, он несмело проводит рукой по чужой спине, после чего ловит на себе довольный взгляд бирюзовый глаз, от чего вновь смущается.       — Пошли походим. Мы завтра должны собраться и к вечеру уже быть в Токио, давай первое свидание проведём тут. — подаёт голос Даби, спокойно выдыхая, утыкаясь носом в висок Изуку. 《 Он такой мягкий, будто не настоящий. Прячет взгляд как девчонка, хотя думаю и девчачья одежда на нём будет смотреться неплохо.》от последней мысли пронёсшейся в голове Тойя лишь приподнимает бровь. Его конечно потрясла испорченность его мыслей, но потрясла в хорошую сторону. Можно сказать даже возбуждала. Нацепить какое-то кружевное нижнее бельё с размером «нулёвочка», какое-нибудь лёгкое коротенькое платье с колготками или лучше чулками, Деку бы чертовски пошло.       Изуку обрадовался предложению погулять и активно закивал.

***

      Они шли рядом по велосипедной дорожке, которую освещали фонари, откидывая оранжевый свет на асфальт. Единственное что портило романтическую атмосферу это тяжёлые, тёмные облака над ними, которые закрывали луну и её свет.       — А как мы ехать будем, может ты знаешь? — спрашивает Изуку, чем обращает на себя внимание брюнета, от чего улыбается.       — Шигараки сказал что я повезу тебя и Тогу. Остальные тоже будут по машинам. Поедем по разным маршрутам, но в одно место. Приедем в разное время. Томура сказал что жить мы будем в каком-то отеле, в 30 минутах езды от центра.       — Ты так много знаешь. Мне сказали только то, что я должен вещи собрать. Шигараки много тебе говорит? — заинтересованно спрашивает Мидория.       — О нет, ты ошибаешься. Мы друг друга довольно сильно раздражаем. Ещё меня раздражает то, как на тебя смотрит эта пепельница.       — Пепельница? Это жестоко. А как смотрит? — удивлённо засмеялся зеленоволосый, приподняв брови, прижавшись к руке брюнета.       — Всё ты знаешь, не выёбывайся, сладость. — улыбается Даби, склоняя голову к парню, тихо хмыкнув.       — Ничего я не выёбываюсь. Да и тебе даже это нравится. «Сладость»? Почему сладость?       — Потому что именно так, как на какое-то вкусное пирожное с клубничным кремом, на тебя смотрит Томура.       — Прям с клубничным? ~       Будто пропуская мимо ушей последние слова, останавливается Изуку, обвивая руку Тодороки прижимаясь к ней всем телом, потеревшись о плечо щекой. — Ты ревнуешь? Серьёзно? — невинно хлопает глазами Мидория искренне удивляясь этому факту.       — Не нравится когда другие люди смотрят или трогают то, что по праву моё.       Смутившись после такой фразы, зеленоглазый лишь мило просопел уткнувшись носом в плечо. — Ты говоришь такие вещи так просто.       — О, который раз за вечер я тебя заставляю краснеть. Думаю нужно искупить вину за это, что думаешь? — усмехается Тойя, потянув руку к щеке парня, мазнул пальцем по покрасневшим яблочкам щек. — Я слышал что дьявольский разум Лиги неровно дышит к молочным коктейлям, да? — мурлычет на ухо старший, от чего видит заинтересованный игривый взгляд младшего.       — Ты даже запомнил это? Это так мило, но тот бар закрыли. — расстроено проговорил Мидория, на что в следующую секунду почувствовал как его волосы взлохмачивает чужая ладонь.       — Я не говорил что я тебе что-то куплю. Это слишком легко. — пожав плечами ответил Даби, на что в ответ получает искреннее удивление и непонимающе сопение.       — Ты сделаешь для меня? Но уже довольно поздно. — неуверенно, но очень радостно, от мысли что для него хотят сделать что-то подобное, отвечает Изуку.       — Пошли. Ты поспишь ещё и в машине, а мне хватает 3-4 часов на сон. Пошли, пока магазины не закрылись.       — Ты умеешь их делать?       — Меня в 17 лет взяли в баре работать. Притон, с которым мне приходилось делить здание, сказал что как-то нужно окупать моё присутствие там. Но честно говоря на той подработке было легко грабить людей, просто узнавать важную информацию, что было плюсом. — отвечает Тойя, топая дальше в сторону одного из работающих магазинов. — Да и вообще было забавно выпивать во время работы пробуя разные коктейли, которые я сам и делал, смотреть на то, как девицы вьются возле моей стойки, чуть ли не засыпая на ней. Смотреть на то, как люди практически трахаются, единственное что в одежде, было очень забавно, хоть и противно.       — Бесплатная порнография в прямом эфире. — тихо смеётся Изуку, отрываясь от горячей руки мужчины. После начиная мяться, несмело спрашивает. — Кстати об этом, раз мы уж на такую тему перешли. Ты в первый день когда нас поселили вместе сказал что иногда спишь с людьми и иногда даже с двумя.       Тодороки засмеялся, взлохматив зелёные волосы. — Изуку, это была шутка. Тройничка у меня не было, а девушки с которыми с которыми я спал они.       — Какими они были? — перебивает его Мидория, заглядывая в бирюзовые глаза.       Даби чуть нахмурился, усердно вспоминая хотя бы одну из них, но безуспешно. Он смутно помнил тела и внешность, но как кукол, а не людей. Без души, личности и даже голоса. Нет он помнит громкие крики и стоны, но они все сливались во что-то настолько одинаковое и ненужное, что становилось аж противно. Однако, сказать об этом Изуку идея такая себе. Это может напугать мальчишку. Напугать что однажды и тот останется в воспоминаниях Тойи как одноразовая кукла.       — Ну, как инструменты для снятия напряжения, не самые плохие. — всё же отвечает брюнет. — Грязные, глупенькие грешницы, пытающиеся казаться чем-то стоящим, хотя на них ты тратишь всего пару часов своей жизни.       — В твоём вкусе красивенькие дурочки? Кстати, а с парнями у тебя было что-то раньше? — весело и не запинаясь произносит Мидория. Он наслышан от коллег о предыдущих партнёрах Даби, однако знал что среди тех куколок он единственный с кем пришлось хоть как-то повозиться, да ещё и так долго. К предмету сексуального влечения тяга пропала бы уже через месяц. Деку полностью доверяет Тойе, что является главной причиной того, что он не зацикливаться на этом. К тому же, стал бы человек рассказывать о себе то, чего никто не знает какой-то одноразовой игрушке?       — Касаемо внешности, у меня кардинально изменились вкусы. А с парнем. было. Но аналогичная ситуация, я не помню этих людей. Такие скучные. Однако, могу сказать то, что парни покрепче девушек в этом деле. А что, ты уже так интересуешься? — саркастично хмыкает Тойя, заходя в здание магазина, двери которого открылись автоматически.       — Нет-нет! Я просто так интересуюсь, только и всего! Всмысле не интересуюсь! Ты не подумай. — пуще прежнего смущается Изуку. Он ведь и не задумывался об этом. Половая связь между двумя мужчинами, в данном случае между ним и Даби. Если это случится, то роль пассии в таком случае придётся отыгрывать ему. От одной только мысли его трясло. Трясло от того, что, во-первых, он ничего не знает о плотских утехах, во-вторых это должно быть, изходя из его соображений, нереально больно, а сдерживать Тойю не хочется. Изуку привык за эти 2 года делать что-то хорошее для себя, иногда, если везло, совпадало что это приносило удовольствие и другим, но одно дело говорить о разрушении общества и города, а другое о том, что кажется просто тёмным лесом, о сексе где хорошо должно быть обоим. Мидория целоваться то не умеет, что уж говорить о большем. Эти мысли загоняли в тупик, с каждой секундой заставляя нервничать сильнее.       — Я шучу, прекращай делать такое напуганное выражение лица. — успокаивает парня Тодороки. 《Потеря твоей драгоценной девственности вопрос зависящий лишь от тебя.》пронеслось в голове у брюнета как немой ответ на такое поведение Мидории.

***

      Небольшой мешок в руках. Весёлые разговоры влюблённых. Их ночная прогулка подошла к концу и Изуку скоро получит некий подарочек в виде сладкого напитка. Предательский румянец всё не сходит с его щёк, с момента первого поцелуя. Стоит вспомнить об этом, Деку смущённо содрогается и начинает отводить взгляд, чем вызывает смешок у брюнета, которому, признаться честно, нравилась подобная реакция. Видеть Изуку в мучениях смущения, так приятно. Приятнее лишь ощущение лёгкого дурмана потихоньку обволакивающего всё тело. Тем не менее, до комнаты оба шли молча, а младший лишь сжимал руки в кулаки и нервно сглатывал. Он безумно боялся, что на утро это закончится и они снова буду вести себя как ни в чём не бывало. От этих мыслей он нервно жмурится, под звон ключей, которые брюнет доставал из кармана. Щелчки и открытая дверь. Уже оказавшись в квартире, Изуку быстро разувается, после подскочив к столу, постукивая по нему ногтями. Даби поставив пакет на стол, вздыхает пробежавшись взглядом по телу воодушевлённого и будто не уставшего Мидории.       — Иди вещи свои складывай, завтра будешь ныть что хочешь поспать «ещё 5 минут». — хмыкает Даби, подходя к умывальнику, где моет руки. Открывая навесной шкафчик, тот вынимает от туда блендер, 2 глубокие миски, одну маленькую другую побольше и обычный миксер. — Иди-иди. — подгоняет он смотрящего на него Изуку, снимая своё пальто, вешая его на спинку одного из стульев возле стола.       Младший тихо хихикнул и кивнул, быстро ринувшись к дивану, возле которого лежала сумка со всей одеждой Изуку. Её было не так уж и много. Он не заходил к матери. Даже не забрал ничего из академии, кроме телефона, зарядки и наушников которые всегда были с ним. Одежды немного потому что вылазки в магазин это целый карнавал. Сначала заказываешь линзы и себе, и Тоге, потом около получаса ждёшь пока подружка нанесёт косметику и на саму себя, и на него. После мешковатая одежда, дабы скрыть телосложение и постоянная работа над собой на людях, по типу изменения голоса. Вообщем, из-за небольшого количества вещей, Мидория собрался очень быстро и даже снял с себя жилетку, галстук и кожаные байкерские перчатки. Так гораздо свободнее.       — Тебе может помощь нужна? Я помогу что-то порезать, я люблю резать. — устало мурлычет парень, подойдя к столу, где увидел как уже подтаявшие кусочки мороженного кладут в миксер засыпая сверху сахар. Он легонько улыбается, наблюдая за столь сосредоточенным выражением лица Даби.       — А я люблю обжигать, но не суть. Сложи постельное белье на диване, поспишь сегодня на кровати. Потом руки помой.       Мгновение и Изуку послушно возится с постельным бельём. которое не только сложил, но и притащил в спальню, положив в нужный мешок. После, как заботливая жена он открыв шкаф, где одежды тоже было немного. Заметив в углу шкафа сумку. Он взял её, аккуратно и бережно сложив туда все вещи Даби, опустошив шкаф. За это время, Тодороки успел вручную взбить жидкие сливки, превращая их в воздушную кремовую массу. Успел порезать на тоненькие дольки клубнику и маленький размеру персик. Сам воздушный напиток белого цвета уже находился в стакане. Поместив сверху сливки, в которые вставляет нарезанные фрукты и пару листочков мяты у трубочки. К этому времени, секунда в секунду, из спальни вышёл Деку, который увидев эту красоту подскочил ближе к столу, наклоняясь и рассматривая сливки сверху. Они взбиты в ручную, вкуснее чем купленные в банке в магазине. В зелёных глазах загорелись звёздочки восхищения и Мидория перевёл изумлённый взгляд на Даби.       — Что ты на меня смотришь, пей, пробуй. — закатив глаза в сторону напитка, старший наблюдает за тем как Изуку садится за стол, придвигая к себе стакан. Потянув через трубочку напиток, он довольно промычал, в наслаждении закатывая глаза.       — Охуеть! Он такой же как в том баре! Спасибо большое, Тойя. — радостно ответил Деку, оторвавшись от трубочки. Повернув голову в сторону, он заметил как брюнет потерев свою щеку легонько улыбается. Улыбается этой забавной наивности и просто тому, что смог угодить. Такое желание у него появилось впервые в жизни и Тодороки уже предвкушает остальные новые ощущения которые почувствует с Мидорией.       — Рад что тебе понравилось. Забавно. Тебе нравится почти всё что я делаю. — склонив голову набок, мужчина запускает ладонь в зелёные волосы, зарываясь пальцами между вьющихся локонов.       — Сам виноват, что везде мне нравишься, идеальный человек. Блин, оно такое сладкое, как вкусно! — вновь принимаясь лакать свой напиток, произносит Изуку, не выпуская из зубов трубочку. — Попробуй сам.       — Забавно, мальчик со сладкими губами, обожает сладкое. Я не люблю подобное. — произнося это, брюнет наблюдает за тем, как Изуку принимается поедать сливки с помощью ложки и легонько ухмыляется, взяв того за подбородок. — Но я готов изменить свои вкусы.       — А? То--       Договорить Мидории не удаётся. Его губы вновь накрыты чужими, горячими губами. Деку отвечает на поцелуй, неумело и до жути несмело, чем вызывает у старшего довольное хмыканье. Слизывая с губ Изуку остатки сливок, Даби отстраняется на несколько сантиметров, поднеся палец к сладким губам, заставляя Деку приоткрыть рот. Сам Изуку смущённо хмурится и мычит, вызывая у брюнета хищную ухмылку. Тот вновь целует Изуку, проникая языком в чужой рот, чем вызывает удивлённый и сдавленный стон младшего, что заставляет поставить руки по его бокам, дабы у зеленоглазого не было путей отступления. Сплетая их языки, он чувствует ещё присутствующий во рту вкус сливок и молочного напитка, на который честно говоря, было насрать в данную минуту. Куда большее значение имел факт того что это первый поцелуй где Изуку пытается отвечать. Деку же тает от подобного. Тает от смущения, от того как нагреваются и краснеют щёки, заставляя его чувствовать жар. Тает от запаха рядом, от грубых прикосновений, которые приносят новые ощущения. Так дурманит. Однако же язык брюнета двигается настолько интенсивно что и не даёт даже возможности ответить на поцелуй смущенному Изу. Его приглушённые стоны донельзя нравились Даби, как и ощущение того, что чужая рука нежно-нежно оглаживает его ухо и височную зону. Наконец отстранившись от губ Мидории, Тойя наблюдает как тот жадно ловит воздух ртом, пытаясь привести дыхание в норму. Усмехнувшись, старший погладил большим пальцем нижнюю губу возлюбленного, от чего зеленоволосый умиротворённо прикрывает глаза.       — Приторно сладким получился, но ты вроде любишь такое. — усмехается старший.       — Ты так решил распробовать? Ужас какой ты испорченный мальчик. — хихикает Изуку.       — Моей испорченности хватит и на тебя. — саркастично хмыкает Даби.

***

      Уже стоя у двери в спальню, Изуку будто испуганно хватает за руку мужчину идущего рядом и уже взявшегося за ручку двери.       — Я не хочу. Не хочу засыпать, потому что на утро я проснусь и это кончится. Я не хочу чтобы эта сказка кончалась. Никогда! Но, на утро мой принц снова обо всём забудет и будет меня игнорировать. Ты всегда так делаешь, когда мы разговариваем о чем-то важном. Почему? — Деку всхлипывает, поддувая губы и смотря прямо в бирюзовые омуты напротив, которые загораются чем-то непонятным для него. Они загораются азартом и восхищением, а также радостью что Изуку всегда хочет видеть Тойю таким, когда они одни. Уязвимым и настоящим. Даби легонько улыбается такой детской наивности и мышлению Изуку. Тойя тут же прижимает младшего к стене, наклоняясь чтобы их глаза были на одном уровне.       — Значит, чтобы принцесса не плакала мы спим вместе? Если мы будем рядом всю ночь, волшебства не произойдёт и я останусь таким. Ты ждал что я отвечу именно это? — усмехается Даби, опуская голову и прижимаясь к груди младшего, умиротворённо выдыхая. — Завтра ничего не изменится, обещаю тебе, ангелочек.       — Ты правда заснёшь со мной? — хлопая глазами спрашивает Изуку прижимаясь спиной к стене. Даби кивает, взяв младшего на руки и занося того в спальню. Посадив парня на кровать нависает сверху над его коленями. Принцесса мило и довольно улыбается ему, несмело целуя в щеку, после чего Даби отстраняется протягивая ему ту самую серую кофту, которую Мидория надевал во время болезни. Зеленоглазый быстро переодевается и подползает к подушкам. Старший подходит к другому краю кровати, ложась на одеяло рядом и с интересом наблюдая за тем как Деку залезает под одеяло.       — Тойя, я хотел спросить. Я раз твоя температура тела выше чем у других, то тебе гораздо холоднее от внешних факторов, например от ветра? — хлопает глазами зеленоволосый.       — Волнуешься что я чувствую холод? — скептически изгибает бровь брюнет, оперевшись на свою ладонь.       — Знаю что это звучит довольно раздражающе, но так и есть. Я действительно переживаю за тебя, тем более холод это довольно противное чувство.       — Нет, это звучит хорошо. Подвинься ближе. — ответил Даби поманив к себе пальцем. Через мгновение, шуршание простыней и ощущение чужого миниатюрного тела рядом. Глазки у Изуку так и слипаются, а взгляд становится более туманным и сонным с каждой минутой. Это заставляет Тойю улыбнуться, бережно убирая падающие на глаза локоны зелёный волос. Поцеловал того в зелёную макушку, он переходит на шёпот. — Если ты так волнуешься о том, ощущаю ли я холод или нет, готов тебя заверить что нет. Единственное что вносит изменение в температуру моего тела это только твоё нахождение рядом.       Слова полностью усыпляют принцессу, которая прижимается к горячему телу ближе. Мидория очень забавно сопит во сне, трётся носом о подушку и поджимает ноги к телу. Он двигается во сне и эти движения завораживают, хоть и скрыты одеялом. Часа два брюнет смотрел на спящего рядом Деку. Его ресницы, веснушки, движения. Это сочетание будоражит его сознание, заставляя потерять счёт времени и заснуть ближе к утру, когда до звонка будильника всего три часа. Невероятная лёгкость от сброшенного груза заставляет полностью раствориться в этих приятных ощущениях.

《Я люблю тебя, Изуку Мидория.》