Прятки в темноте

Месть любит выступать под флагом справедливости. Бауржан Тойшибеков

Ден ждал вечера с нетерпением, тревожась и надеясь, что сегодняшнюю ночь он проведёт в своей спальне, отсыпаясь, возможно предварительно закинувшись чем-нибудь. Мышь честно не знал и даже не имел желания предполагать, что встретит Као, вернувшись туда уже позже. Сам врач изъявил свою точку зрения, наотрез отказавшись возвращаться в город с наступлением темноты. Ему было бы хорошо и в машине, греясь и ожидая появления ангела. Као же ещё за час до заката решил выйти в путь, определённо переживая. Заметив этот самый лёгкий испуг, Ден предложил парню никуда не ходить и остаться при своём, но тот отказался. Ангел с трепетом оглядывал крестик, заворачивая его в какую-то бумажку, словно вырванную из книги или иную, достатую из глубин блокнота. Это не нравилось мышу, но тот молча рассудил, что стоит дать Као то, чего он хочет - удостоверение в том, что в этом городке что-то не чисто, и также возможно некий более вещественный стимул, чтобы покинуть старый городок и его окраину уже сегодня. - Тебе ничего не нужно? Ну, там, пистолет или что-то, чем можно защититься от полоумного маньяка, что, ну, вдруг, мало ли, встретится тебе, - Ден поднял брови, вопрошающе вперив взгляд в ангела, что только мотнул головой. - Спасибо, но я надеюсь на лучшее... *** Као тревожился, в его голове не было и одной спокойной мысли. Уже на подходе к городу парень испуганно стал озираться и искать фигуру Мистери, которая мерещилась ему везде. Ангел достал из кармана небольшой свёрток, включающий в себя чужой крестик и старую бумажку. Мятый кусок бумаги, испачканный, вздувшийся и ставший таким, на каком писать почти невозможно, имел на себе пару строк, предназначенных Као. "Мистери знает, кого ты ищешь. Мистери не станет нападать, если Као придёт один безоружным сегодня ночью. Так почему бы не прийти?" Слёзы скопились в уголках глаз, а губы уже были искусаны в кровь. Ангелу не нравилось всё это, но он решился и получит то, чего хочет. А вон и Мистери. Парень пораженно смотрит на фигуру, скрывшуюся на втором этаже дома. Ориентал его поджидал. Сумасшедший нисколько не боится и скорее заинтересован, смотря сверху на приближающегося ангела. - Что? Это не Мистери. То, что Као первоначально принял за маньяка, было ничем иным, как грудой вещей, с водружённой на неё оторванной головой игрушки, которую ангел использовал в виде приманки. - Чертовщина, - зашептал Као, проходя во внутренний дворик и приближаясь к входной двери. Проскользнув внутрь, огибая мусор и хлам, чего с каждым днём становилось всё больше, парень замер, осматривая коридор и видимую часть гостиной. Поняв, что внутри, на всём проглядываемом пространстве никого, Као направился внутрь, спеша осмотреть весь первый этаж. - Ку-ку... Парень обернулся на звук, замерев и прекратив дышать. Но и там никого, ни души. Наконец переборов ужас ангел обернулся. Теперь прямо у его ног лежал труп птицы. "Разве он тут был?" - пронеслось в голове Као, кто тихо зашагал к кухне. В небольшом помещении, когда-то выполняющем роль кухни разило чем-то мёртвым. Источником запаха, а точнее вони, по-мнению парня оказался духовой шкаф, закрытый и настолько прогорелый изнутри, что не было совершенно ничего видно. - Я сзади. И снова Као с неприсущей ему скоростью оборачивается, смотря перед собой, ища источник шума, более похожего на шёпот. Однако рядом ничего, что могло бы издать столь странные звуки. Парень сдерживает слёзы, сжимая край свитера и выглядывая в коридор, размышляя над тем, стоит ли подняться наверх. - Я пришёл один. Я соблюдаю твои условия, - парень обернулся, настороженно смотря в темноту, окутывающую всё вокруг. - Так выйди. - Сыграем в прятки? - источник находился в комнате на втором этаже, и ангел заторопился туда, едва ли не бегом взлетев по лестнице и остановившись на полпути. Као вглядывался в темноту, осматривал пролёт, озирался, но не мог увидеть говорящего, что словно издевался над ним. - Где ты? - ангел шагнул, преодолевая очередную ступеньку и становясь полубоком, наблюдая за всем, происходящим вокруг, ища Мистери, стараясь уловить чужие движения. На этот раз кот промолчал, чем вынудил Као подняться выше. Вжав голову в плечи, дрожа от испуга и икая от каждого шороха, коих было немало, парень продвигался вперёд. - Кто чурачил, тот и начал... - на манер детской поговорки захихикало рядом. Ангел поднял взгляд, смотря на комнату, скрытую от его глаз. Дверь мешала, и её решили открыть. Као сделал несколько робких шажков и распахнул дверь. - За спиной стоит - четыре кона водит... - и вновь Мистери, смеясь, словно дразнит, шепчет свои приговорки. Внутри было пусто, за исключением мебели, расставленной в хаотичном порядке. Као это напрягало - ему по-настоящему было страшно. - Но сейчас я вода... Парень испуганно зажмурился, вжимая голову в плечи, в спешке стараясь остановить панику, пропитывающую разум всё сильнее и сильнее с каждой минутой. Сердце, неслушающее никого, билось так громко, что отдавало в уши.Ангел не выдержал и бросился к двери, всё ещё не раскрывая глаз, но тут же врезался в нечто твердое, преграждающее путь. Као боязливо распахнул глаза и тут же отполз, трясясь от ужаса, сковавшего все мышцы, мешающего двигаться, недающему убежать от смерти, что сейчас, в обличье Мистери, стояла здесь. А ориентал смеялся - ему до одури всё было смешно и эти гримасы ангела, пересечённые ужасом и болью не физической, и странные скованные движения Као. - Туки-туки-тук, нашёл. - словно издеваясь мужчина постукивает по стенке костяшками, полностью соблюдая правила детской игры. Разинув рот, лежащий рассматривал дьявола во плоти, задерживая взгляд на руках, перепачканных чем-то и таращась на усмешку, чья весёлость не дошла до глаз, что оба походили на стекляшки. Као даже посмел сесть, прижав крестик и бумажку к груди. Губы его зашевелились в беззвучной молитве. - Он тоже молился. - голос ориентала, отстранённый и холодный, как пол, на котором сидел ангел, как свет, льющийся в окно, как лезвие, сжимаемое Мистери. Сердце ухнуло вниз, ударившись о пятки и рванув резко вверх. "Ал! Он говорит об Але!". Одна только мысль о том, что Альфред может быть жив позволила Као собраться с мыслями и ненадолго затупить испуг. - Ал? - наконец подал голос парень, подняв глаза на фигуру, что медленно стала огибать Као. - О, да... - шипел кот. - Он плакал, умоляя меня пощадить его, но Мистери обид не прощает. - движения его замедлились, а скорость стала уменьшаться, пока ориентал пристально наблюдал за ангелом. - Фредди не следовало лезть куда не нужно. Парень обернулся, смотря на сияющий в полутьме глаз, да на поблёскивающие зеленью клыки. Мистери замер, глядя также холодно на ангела, смиряя того настолько надменно-раздражённым взглядом, что по спине бедняги бежали табуны мурашек. - Г-где он? - голос Као дрожал. - Где он? Кот облизнулся, завершая обход и, удостоверившись в чём-то, кивнул. От подобных действий ангел вздрогнул, но всё равно повторил сказанное с мыслями на тему того, а вдруг сумасшедший не расслышал. Но ориентал только сильнее расплывался в своей усмешке, края которой, по-мнению ангела, уже зашли настолько далеко, что нарушали собой всевозможные основы мимики. Кровь стыла в жилах, а сердце остановило свою деятельность, перестав прогонять лимфу по артериям и венам. Всё замерло. Но только ориентал сделал шаг, и в груди закололо от бешеной скорости пульсации. Тревога, нитями прочной паутины, окутывающая всё, наконец захватила, поглотила разум ангела, которому оставалось лишь надеяться на чужую милость. - Тебя интересует, - растягивая слова в сладостном вожделении и уповании в своём превосходстве, Мистери остановился. Его движения прекратились, а гримаса его, довольная, медленно сменилась спокойной, неомрачимой и неосквернённой ни одной эмоцией. - Тебя интересует то, где его тело? И ангел понял, что часть его умерла с этими словами. Руки, опущенные, лежащие на полу в бессилии, сжались. Плечи опустились под тяжестью горя, что охватило всё естество Као, ссутулившегося, уставшего, оставленного в одиночестве. Слёзы, ничем не сдерживаемые, бежали по щекам, стекая на одежду. Ал покинул его навсегда и теперь совершенно безвозвратно. Нет ни одного шанса, что он жив, ведь зачем Мистери ему лгать? Зачем ему лгать? Зачем? - Чтобы принести боль! - Ты лжёшь! - парень вскочил, отскакивая от сумасшедшего, что тихо напевал что-то и уже с сожалением смотрел на него, едва склонившись над ангелом. - Ты подлый! - Као сжал кулаки, вспоминая все молитвы, знаемые им. - Ты жалкий! - и тут мужчина понял, что являлось запасным планом парня. - Ты падёшь от моей руки! - пистолет был достат из-за пазухи. - Лицемер! - пролетел хохот от ориентала, зацепившегося за стул и прикрывшегося им. - Если Као не боится нарушать правила, то Мистери тоже может! - сумасшедший выскользнул в коридор. Ангел, забившись в шкаф, едва дыша, осмотрел пистолет, взвесил на ладони и понял, что впервые в жизни убьет. Странное чувство. Совершенно, даже на уровне логических доводов, мозг отказывался до этого наносить вред, но сейчас. Не нужно было думать и объяснять самому себе зачем нужно убить. Желание мести стало единственным, что двигало действиями парня, решившего раз и навсегда пресечь возможные преступления Мистери. Као сам свершит над ним правосудие. Честное, справедливое. В голове, в своих извращённых горем и ненавистью мозгах, ангел уже решил, что есть что, и на чьей он стороне. В его ведении Мистери был самим дьяволом, пришедшим в этот мир лишь ради создания хаоса и нарушения всех созидательных процессов, существующих вообще. Из шкафа вышел уже не Као - некто иной, более грозный, свирепо осматривающий помещения и ищущий того, кто ответственен за всё, происходящее сейчас и до этого. - Трус! И где ты спрятался, а? Мистер вода-любитель-пряток? - язвительно выдал ангел, наведя дуло на дверной проём и выстрелив по тумбе, надеясь напугать ориентала. - Я-я теперь вожу! *** В доме на окраине города, в запертой комнате, среди одеял слышался скулёж. Альфред молча наблюдал из окна за тем, как ночь вступает в свои права, окутывая дома, оседая на деревьях и укладываясь на подоконники. Мистери покинул его с момента ужина, часа два назад, и сейчас беспокойство стало пробираться под кожу и тонкими иглами прокалывать верхние слои эпидермиса, посылая болезненные фантомные боли в мозг. Пёс не был до этого уверен, всё ли в порядке с его другом и не просто другом, а с кем-то более близким. Однако выстрел развеял сомнения, и сиба ину понял, что все куда хуже, чем он ожидал. Стоило поспешить. - Разлёгся? - раздалось ехидное в ушах. Резко распахнув глаз сиба тоскливо скривил лицо - галлюцинации никогда не пройдут. Мерещащийся голос ориентала, возможно неплох, но вот эта интонация и издёвка раздражали. Мужчина поднялся и с трудом встал ровно, разминая шею, что будто кто-то скрутил, вонзив в неё пальцы. - Нет, окно - слишком рискованно. - и пёс сделал неосторожный шаг в сторону лестницы, пальцы остервенело вцепились в ручку и оказалось, что дверь не заперта, тогда мужчина пригнулся, уворачиваясь от провисших балок, и нырнул в темноту. *** Тень в углу двинулась - не жди, выстрели по ней. Что-то зашуршало - стреляй. Чувствуешь дыхание сзади - даже не оборачивайся, заведи руки за голову и выстрели. Шаги в соседней комнате - спеши туда, не дай этой чуме покинуть здание, иначе она просочится в сердца, сжирая их и унося с собой больше жизней. Но будь осторожней, ведь чума тоже может навредить тебе. У неё есть когти и клыки, иногда блестящие в темноте. А ещё у неё есть ножи и стёкла, ведь чума не любит чувствовать себя безоружной и беззащитной. Не смотри этой болезни в глаза, они убьют тебя твоими же руками. Один глаз - сияет в темноте, изредка блестя голубым и лазурным, даже не думай смотреть в него - умрёшь. Второй - просто пустышка, стекляшка, но не стоит недооценивать чуму. Ох, кажется ты оступился, зашёл в тупик, забыл, где дверь? Подожди пару минут и болезнь придёт, она промелькнёт под потолком, стараясь что-то сказать тебе, но не слушай, ведь все знают, что она лжёт. Теперь - отлично. Ты знаешь откуда она зашла, и всё, что нужно - выйти её путём, попутно успев убить чуму. Как её убить? Пули - вот твоё решение! Но, что если они уже на исходе? Тогда почему бы не воспользоваться старыми-добрыми средневековыми методами? Думаю, огонь подойдёт. *** Као молча, со спокойствием на лице нажимал на курок и цокал, узнавая, что патроны кончились. Тогда он тянулся в карман, хватая остатки того, что он умыкнул, точнее позаимствовал у Дена. Терпение истощалось, а помутнённый рассудок утверждал, что всё верно, пока прищуренные глаза искали мишень. Мистери же не прятался, он мелькал среди хлама, желая, чтобы ангел впустую тратил энергию и патроны, но Као уже было плевать - он искал плиту на кухне. Ангел тоскливо осмотрел неработающую комфорку, к которой уже пару лет не отводили газ. Тогда ангел принялся искать спички и нашёл их довольно быстро, направившись в гостиную, где в старом камине было много сора, Као, понимая, что шаги пока раздаются лишь на втором этаже, поджог мусор. А после встал у лестницы, поджидая того, как ориентал появится рядом. - Сегодня ты умрёшь здесь. - прошептал парень, настороженно смотря то в тьму пролёта, то на разгорающееся пламя. *** Мистери было тревожно, пусть он этого и не признавал. Мужчина понял, что его игра была воспринята в штыки, и что ангел уже более ничего не слышит. Ведь ориентал пробовал объясниться, старался прийти к мирному решению, подразумевавшему спокойное окончание этой встречи, на что не очень дружелюбно был настроен Као. Но когда сумасшедший, не удивившийся пистолету, услышал треск огня, то мозг его вмиг позволил голосам разойтись на полную, дав им всем возможность высказаться. Огонь, то, что уже не в первый раз грозилось убить ориентала, было там, внизу, щёлкая, освещая комнату светом и вычерчивая ангела, сейчас ставшего палачом, что ждал виновного. Мистери тихо проклинал ситуацию и то, что скорее всего придётся нарушить обещание, данное псу. Кот всё же будет манипулировать Као, а жаль, хотелось сдержать слово. Лёгкими шагами мужчина подобрался к ангелу и молча осмотрел его, остановив взгляд сначала на руке, сжимающей оружие, а после на огне, чьи языки лизали кладку и выкарабкивались из кострища. Быстро, тихо прошуршав, ориентал взобрался на перила и уже представил, что должен сделать. А именно: отобрать пистолет у несколько ненормального, внушить ему, что тут никого не было и нет, погасить пламя, а это как раз самое страшное. Ухватив домашний телефон, лежащий не так уж и далеко, ориентал швырнул его точно под ноги Као, и, только парень опустил голову, накинулся на него, стараясь отнять оружие и заглянуть в глаза, что сразу зажмурились. Прозвучал звук выстрела. Распахнулась входная дверь. *** Ден хотел домой, а ещё хотел есть, спать и выпить, но пока желание попасть домой было основным и главным, пока другие были скорее более второстепенными. Мышь уже съел всё съестное, что было в машине и, поняв, что следует проверить Као, наперекор всем роящимся в голове мыслям. Доктор опустил руку на бардачок и приоткрыл его, чуть цокая потому, что прищемил палец. - Срань. - рука на удивление не нащупала и малейшего намёка на оружие, что вынудило доктора развернуться и начать рыться на задних сидениях, а после и в багажнике. И всё это под аккомпанемент неразборчивого грубого мата, среди которого только изредка мелькали цензурные словечки. - Као, говна кусок, куда дел? Но сразу же на самом горизонте разума замелькали мысли, чётко объясняющие природу свою и своего страха. Опасение того, что пистолет забрал не Као, а Мистери, прознавший о их местоположении, кто вполне мог подобное совершить для того, чтобы, заполучить оружие, приобрести преимущество, которое Ден принёс маньяку почти на блюдечке. Мышь торопливо запер машину и двинулся сквозь лес, проскакивая через кусты, да густую траву, огибая стволы деревьев, что будто назло всем и вся мешали ориентироваться, путая и не давая понять где именно ты. Также сильно раздражала только темнота, что часто, пока облака закрывали луну, была непроглядной, хоть глаз выколи. - Мистери, то, блядь, удобно. - фыркал и пыхтел на эти мысли мужчина, припоминая наличие лишь одного глаза у маньяка. - Тварь, город-то где? Ни пригорода, ни ближайших к окраине развалин, да заброшек видно не было, что побуждало врача с дотошностью всматриваться в чернеющую густоту пространства. Всё это навевало странное чувство потерянности, которое врач не то что не любил, но и вовсе ненавидел и презирал, считая себя слишком гордым, чтобы испытывать нечто столь низкое. Но грохот и звуки выстрелов вполне доходчиво объяснили Дену, что тот должен чувствовать и насколько сильно. Врач поспешил сначала от звуков, но после понял, что те из города и, чертыхаясь, пошёл на звук. *** Альфред Браун мог бы поклясться, что жизнь пролетела у него перед глазами. Пёс видел детство, беззаботное, проведенное рядом с верным другом, раннюю юность и поиск хоть чего-то, что объединило бы его душу вговь в единый целый кусок. Там была и более сознательная, взрослая жизнь, что была насквозь пропитана алыми цветами, сплетавшимися в единый узор с пятнами, в которую превратилась жизнь. Пятна работы, забот, переживаний и вдруг четкость, такая, словно на нос нацепили очки нужной дальности. Мужчина узрел все свои поступки о которых даже начал забывать, вспомнил то, что уже успел похоронить под пеплом сожжённых воспоминаний. И тут его снова выбросило в реальность, труханув, перепутав землю и небо, но дав понять, отчего сердце громко отдавало в уши. Мистери и Као, оба на полу и между ними пистолет. Пёс рывком поднялся и поспешил к двум, лежащим на спинах. Мужчина выдернул ковер из-под них и швырнул поверх пламя, перекрыв тем самым доступ кислорода и отчасти погасив огонь. Пыхтя, сиба повернулся к лежащим. - Као? - врач склонился над ангелом и сразу же выдохнул, ни царапины, ни занозы. - Целёхонек, придурок, - сиба придвинулся к Мистери и остановился. Распознать было ли у сумасшедшего кровотечение было невозможно - одежда, шерсть и лицо его были настолько измазаны в крови, грязи и пыли, пёс был удивлён от отого, что в его разуме тут же всплыло обещание не пачкать одежду, которое ориентал пообещал сдержать. Пальцы опустились на руку, начав искать пульс, и тут уже перепугавшийся Альфред стал зрителем столь таинственного события, как восстание из мёртвых. Нет, конечно, Мистери, судя по его самодовольной ухмылке, был жив и не умирал, но сам же он походил на только выкопанный труп, сброшенный в сточные воды и вскоре выброшенный на берег, где его подъели чайки. Ориентал чуть потупил взгляд остекленевших глаз, напоминающих одинаковые жалкие протезы из бутылочного стекла. Пёс же просто придвинулся к тому и резко стиснул в объятиях. - Не мешай... - шёпот был глухим и болезненным. Альфред отскочил от Мистери, начав в истеричном испуге оглядывать сидящего, но тут же всё понял. Брови приняли напряженное, нахмуренное положение, пока сердце продолжало колотиться. - Манипулируешь... - звучало это жалко и тихо, будто это не слова были, а свист, покидающий лёгкие. - Что собираешься с ним сделать? Ориентал слабо шевельнул плечами, рукой потянувшись за пистолетом. Пальцы обхватили дуло и осторожно протянули сиба ину, кому ничего не оставалось, как схватить протянутое. - Ты просто удерживаешь его в полуобморочном состоянии? Ты так можешь? Альфред осознавал, что, возможно ему предостаточно переживаний на сегодня, но это небольшое оружие давало понять, что слишком многое изменилось. Даже Као. Ангел, что поднял руку на, по его мнению, согрешившего. - Что ты ему сказал? - подался вперёд пёс. - Что знаю, где твоё тело. - бесцветное предложение, проговорённое без интонации, повисло в воздухе. - Это... Правда... - согласился Альфред, осознавая, что сумасшедший даже не солгал ангелу. - Я вынесу наружу, - пёс продемонстрировал оружие и побрёл к выходу. - Когда закончишь со всем этим, то очень прошу - просто вернись в тот дом, где мы ночевали, - фигура сиба дрогнула и он проскользнул за порог, ступая по траве и обходя хлам, принесённый сюда ориенталом. Мистери долго смотрел немигающим взглядом тому вслед. Мужчина, удостоверившись в том, что Альфред покинул здание, ухватился за ногу, откинув край поношенной одежды, укрывшей рану от пса. Крови уже натекло порядком, и всё, что мог сделать кот было только несколько неумело перевязать её. Као продолжал лежать на полу, подчинённый Мистери. Сумасшедший придумал лучший способ одинаково нарушить как и свои принципы, так и обещание Альфреду. Маньяк не нанёс ангелу ущерба, но управлял им, чтобы самому не получить. Повезло ещё, что пламя толком не разгорелось, только пожара ещё не хватало. Прищуренный глаз остановился на тлеющих обугленных листках газеты и пожухлых упаковках от разной еды, видневшихся из-под ковра. После всего происходящего придётся постараться, чтобы убрать всё, да по-лучше. Альфред не любит беспорядок, как ещё он Мистери не убил за всё то, что ориентал разрушил и сломал за сегодня, не решившись сразу взять ситуацию в свои руки. Первоначально сумасшедший хотел напугать ангела, испугать и расстроить, но тот оказался подготовлен и план пришлось сменить. Итогом стало то, что ориентал скорее хотел вывести Као из дома или заставить парня в страхе уйти, но всё, чего добивался ангел, была месть. Мистери прикусил язык и встал, ухватившись за край стола. Кота трясло, а комната перед его глазами ходила ходуном. *** Когда Ден наконец остановился около того дома, куда Као направлялся ещё вечером, то сначала не поверил в то, что увидел. На пороге, держась за голову сидел ангел, плача и отталкивая ногой пистолет. - Так вот где ты, гадёныш, - начал было мышь, но его прервал парень. - Поехали обратно в город. - В город - это хорошо, но что ты делал здесь? - Не хочу говорить, просто уедем. Решив спросить интересующее его в машине, мышь помог Као встать, спрятал оружие, и вдвоём они побрели в сторону леса.