Ganser

— Привет, дружище, — подскочив к сидящему на корточках Юнги, Чонгук начал судорожно его поднимать, что бы поскорее взглянуть на того, кого ждала вся компания. — Привет, — ответил Юнги с испугом в глазах, видимо, неожидая такой бурной реакции со стороны друга. — Давно не виделись, — улыбнулся Чонгук. — Сколько? — Так, деловитость из твоей жопы, видимо, никогда не вырезать, — брякнул Чонгук, почесав затылок, — год. Плюс минус два месяца. — Ахуеть… — Что? Память не вернулась? — скромно уточнил у друга Чонгук. — Частично. За то я теперь помню, что у меня есть друг… Хотя бы один. — О, тут ты заблуждаешься. Их много, — улыбнулся Чонгук, — и каждый пасть порвет за тебя. — Правда? — Конечно, — ответил Чонгук, — это все наша вина… — Что произошло? Я практически ничего не помню, — Юнги интересно в какой момент его жизни все пошло коту под хвост. — Перед заездом твою машину немного «усовершенствовали» те, кто завидовал твоему превосходству. Ты всегда забирал первые места. Мы не сразу доперли, что твоя ласточка, за которую ты мог даже мне рожу разквасить, поломана. Шестерка Чану́ подлатал твои тормоза. Машину занесло во время дрифта. Ты не справился с управлением и влетел в столб… Повезло, что жив остался. — Ничего себе… Слушай, а где моя машина сейчас? — Твою ламборгини, к сожалению, даже Сокджин не смог спасти, — грустно улыбнулся Чон, — но мы знали, что король вернётся и достали тебе другую ласточку. Ламборгини не потянет новых оппонентов. Покатаешься пока что на мустанге. — Я надеюсь, что он не белый. — Ты точно память терял? — посмеялся Чонгук, — нет, тачка не белая. Мятная. Как ты любишь. Ты всегда считал, что таких монстров должны видеть легавые на дорогах. Тебе нравилось, когда они «падали на хвост» во время заезда. Адреналин любил. — А ты на какой тачке? — Стабильно, дружище. Не люблю изменять британочкам. Катаюсь на Мартине. Движок V8, правда, от немцев. 4 литра. Не монстр, но разнести сможет. — Мне нужно будет время, что бы вникнуть во все это. — Я уверен, что когда ты залезешь под капот своего нового дружка, сразу все вспомнишь, — улыбнулся парень, — даже свой любимый трюк провернешь. Сокджин настолько хорошо позанимался мустангом, что мой Мартин… Стыдно признавать… В пометки не годится. — Бёрнаут? — спросил Юнги. — А говорил, что память потерял. Пробускуешь крошку до дыма. — Ладно, это все интересно. Но почему меня подставили? — Ты шел на престол, — ответил Чонгук показывая в воздухе импровизированные ковычки. — И кто это сделал? — Хитман, кто же ещё, — ответил другу Гук. — Кто такой хитман? — Человек, который выполняет заказ. Имеет не прямое отношение к дорогам, но если прославится, то есть все шансы на повышение ранга. — Заказ? Киллер что-ли? — хмыкнул Юнги. — Почти, дружище, — улыбнулся парень, — можно сказать и киллер. Только гонщик. И работает крайне аккуратно, так сказать, инкогнито. Никто до сих по не нашел его. Сломал тормоза и все. Исчез. — Слушай… А отношения у меня были? Чонгук поднял взгляд на Юнги. «Пока амнезия не пройдет, не говорите ему обо мне». — Конечно были, только очень давно, — ответил Чонгук. — Когда? — В первом классе при детском саду, — пошутил парень и начал звонко смеяться. Юнги стукнул друга по плечу кулаком. Ему на секунду показалось, что это обычно дело. Чонгук шутит, смеётся и получает нагоняй. Вот она — жизнь. которая постепенно возвращается в свое русло. — Так, я хоть и эгоист, — подмигнул Чон, — но есть люди, которые тебя заждались. *** Сидеть на кухне и пить виски — дело не перспективное для человека, который каждый час заглядывает в свой ежедневник и смотрит какие у него планы. Каждый день расписан часам. В записях Намджуна не хватает только выделенного времени для посещения санузла, а так же выделенного времени для опоражнений. В очередной раз взглянув туда, Джун вспомнил, что у него важная встреча в Шанхае, которая решит дальнейшее сотрудничество с королем дорог. — Чану́, здравствуй, — сказал Намджун. — Здравствуй, Мон, что-то случилось? Ты обычно мне звонишь перед встречей, а тут до нее ещё, — мужчина замолчал, видимо, узнавал время, — минут двадцать. — Я как раз по поводу этого, — замямлил Ким, — я не успеваю прилететь. — Понимаю, Мон, понимаю. Можешь не лететь. Время моей поездки неожиданно подошло к концу и я через два дня буду дома. Там и обсудим дальнейшие перспективы нашей дружбы. — Какое восхитительное совпадение, — начал поддакивать Джун большому количеству денег, которое разговаривает с ним по ту сторону провода. — Извини, пойду выйду на последний заезд по дорогам Шанхая. Давно не ощущал припечатывания в сиденье своей крошки от бешеной скорости, — коротко кинул собеседник и бросил трубку. — Мудак, — брякнул Намджун и налил полный бокал. *** Заходя в квартиру, Юнги увидел обычный коридор и коврик с надписью: " Если вошёл, вряд-ли выйдешь трезвым». «Остроумно» — подумалось парню. Надпись не была на коврике во время его, так сказать, создания. Она была написана краской из баллона. Где то пятно, а где то не ровная буква придавали некий шарм этому творению. Именно из-за этого коврика — Юнги улыбнулся второй раз за день. — Принимайте годовую пропажу, — крикнул Чонгук забегая в гостиную. Двое парней, сидящих там, удивлённо посмотрели на паренька, который осветил их своей довольной улыбкой. — Мелкий, я тебя когда нибудь ебну за такие эффектные появления, — сказал Тэхен подрываясь со своего места и подходя к Юнги, — здоров, Шугаринг. — Шугаринг? — с непониманием посмотрел парень, смотря на приближающегося друга, — Я Шуга, а не шугаринг. — Ребят, он не терял память, — улыбнулся Тэхен обняв пришедшего парня, которого он давно не видел. — Я ему о том же сказал, — ответил Чонгук, — у него даже повадки те же, что и были. Белый цвет так и не любит. Парни посмеялись и дали друг другу пять, а Юнги посмотрел на знакомую ему макушку синего цвета, сидящую в кресле, которое стояло спинкой к тому месту, где тот стоит. — Проходи, че как не родной, — сказал Тэхен другу, хлопнув того по плечу. Юнги послушался. Пройдя вглубь комнаты он понял, что знает того, чей цвет волос трудно забыть. — Чимин? — спросил парень, а двое других стали раскрыв рот. — Ты его помнишь? — спросил Чонгук у друга. В его глазах можно было прочитать шок, который сделал его взгляд безумным, — нет, ну это обидно вообще-то. — Не помнит, — ответил Чимин, поставив банку пива на круглый журнальный стол, — мы виделись сегодня. — Почему ты сразу не сказал, что мы знакомы? — Решил выдержать интригу, — улыбнулся Чимин, — ты похудел. В момент у парня сошла улыбка с лица и по тому было видно, что настроение постепенно угасало. В воздухе повисла тишина. Атмосфера стала напряжённой, а Юнги показалось, что они с Чимином были очень близки, ведь то, что было у парня на душе не появилось при встрече с Чонгуком и Тэхеном. — В больнице плохо кормили, — ответил Юнги. — Так, — встрял Тэхен в будущий разговор двух парней, который может закончиться слезами радости или горести, ибо сам черт знает что твориться в голове этих двух, — больница больницей, но пивко прямо сейчас. — Тебя лишь бы набухаться, Ви, — ухмыльнулся Чонгук. А Юнги и Чимин смотрели друг другу в глаза. «Кем он мне приходится?» — думал Юнги. «Надеюсь не вспомнит» — думал Чимин. — Почему сразу набухаться? Это скорее всего последний раз, когда мы мирно сидим и пьем пиво. — Почему в последний? — уточняет Юнги. — Как твой брат? — спросил Чимин, проигнорировав то, что Юнги отвлекся на разговор с Тэхеном. — Напиздел, — ответил парень. — Я не в этом плане, — ухмыляется Чимин, — бизнес его как? — Вроде планировал встречу в Шанхае с кем-то. А что? — Что и требовалось доказать, — сказал Чимин посмотрев на Тэхена и Чонгука. — Что происходит? — Юнги понятия не имеет, что эти трое имеют в виду, но оставаться в стороне он не намерен. — Дело в том, что единственная важная шишка, которая находится в Шанхае, — начал Чонгук, — тот, чьим решением было убрать тебя с дорог. flashback Очередной поворот заставил Юнги дрифтовать. Маленькая площадь поворота не годиться для торможения. Оппонент в ста метрах, если сбавить скорость настигнет, и обгонит. Юнги не позволит забрать победу, поэтому резко жмёт на тормоза и машину заносит вправо, но тормозить у парня не выходит. — Что блять за хуйня? — единственное, что Юнги сказал, перед тем как использовать единственный шанс на свое спасение. Ему насрать на жизнь. Адреналин бурлит в крови и Юнги дёргает ручник ламборгини. Визг шин и удар — вот что было последним воспоминанием перед потерей сознания. end flashback. — Юнги? — толкает в плечо парня Чонгук. — Что? — спрашивает Юнги, глядя в одну точку. — Все в норме? Парень оглядывается и видит три ошарашенных лица, которые смотрят на него, словно демона увидели. Они смотрели на Юнги, словно тот восстал из мертвых. По всей видимости он выпал из разговора на большое количество времени, пока к нему в голову пришло пусть и маленькое, но воспоминание. — Я вспомнил кое-что, — отвечает Юнги. — А вот это уже интересно, — буркнул Чимин, — и что же? — Сам момент поцелуя со столбом, — шепчет Юнги, — можно мне воды? Сев на диван, Юнги взялся за голову и посмотрел на ноги. Это было первым воспоминанием, которое к нему вернулось. Тэхен пошел на кухню, что бы налить другу воды, а вместе с ним пошел и Чимин, — Испугался что вспомнил? — хмуро произнес Тэхен. — Не хочу, что бы он вспоминал. — Мой тебе совет, не ври ему. Он же не любил этого. — Что бы мы оба потом страдали? — Чимин взглянул в глаза лучшего друга, — не хочу. Я ему и не вру. Он просто не спрашивает, кем мы приходились друг другу, а я и не говорю. Это не считается враньём. На ответ Чимина Тэхен лишь фыркнул и пошел со стаканом воды в гостиную. — А где Чимин? — спросил Чонгук. — На кухне, — ответил Тэхен, подавая стакан воды другу. — Я здесь уже, — сказал Чимин, после того, как услышал, что его вспоминали. — Если все в сборе, то могу я кое о чем вас попросить? — задал вопрос Юнги, при этом крутя стакан воды в руке. Парни разом кивнули другу, ожидая чего тот хочет. Им не сложно, а Юнги будет легче. — Помогите вернуть воспоминания. Единственное, чего хочет Шуга — помнить. Если он не вспомнит, какой была его жизнь, то ему вряд-ли получится вернуться к ней. Пусть будет сложно. Пусть будет больно. Он должен вернуть воспоминания любой ценой. Нужно будет опять попасть в аварию? Попадет. Нужны долгие дни тренировок? Без проблем. Нужны деньги? Найдет. — Пойдем, — сказал Чимин, — если скорости не боишься. — Скорости? — Твой мустанг тебя ждёт. Юнги послушался друга и пошел вслед за ним. Но отнюдь не из-за мустанга, а только потому, что ему стала интересна компания этого человека. Он улыбчив и мил, красив и скромен, но в то же время загадочен и недосягаем. Хочется узнать его получше. Раскрыть все тайны их отношений до аварии. Чимин шел впереди. Приятный шлейф одеколона сопровождал его, словно так и должно быть. Нежный запах, который можно отнести к категории унисекс, был настолько приятен нюху Шуги, что тот мог бы забыть куда шёл, если бы не… — Проведем небольшой эксперимент? — спросил Чимин немного вскинув головой в сторону идущего сзади парня, при этом не дать абсолютно потерять голову от ароматов. — Какой? На ответный вопрос потерявшего память, парень лишь самодовольно улыбнулся уголком губ, однако сделал это так, чтобы этого не увидел Юнги. Дойдя до нужного места, парни остановились около гаража с кодовым замком и, кажется, Шуга понял смысл эксперимента. — Попробуешь ввести пароль? — предложил парень, посмотрев на то, как недоверчиво смотрит на этот замок Юнги. — Как я по-твоему должен его ввести, если не помню? — А ты подойди к нему ближе и посмотри на цифровую панель, — сказал Чимин, продолжая смотреть на того, с кем пришел на это место, — глядишь мысли появятся. Парень в очередной раз послушался. Он подошёл к замку и пытался прокрутить возможные варианты цифровых комбинаций, которые могли бы стать паролем. — Могу дать подсказку, — сказал Чимин, — это дата. Пусть Юнги и стало легче, но лишь на долю процента, ибо из-за потери памяти в голове только свой день рождения и Намджуна. И то, не факт, что они верны, ибо синдром Ганзера ставит разные «подножки» парню не давая жить полноценной жизнью. Он может проснуться на утро с мыслью, что сегодня день рождения Джуна, а на самом деле он через неделю и позвонить с криками поздравлений. Это ли не страшно для человека? Потерять память и, возможно, самые дорогие воспоминания, которые хранил в сердце с надеждой никогда не забыть. Стоя возле кодового замка Юнги закусил губу. Протянув руку к цифрам, в голове крутил дату, которая не дала ему покоя. Он не помнит что это за событие, но, почему-то, вводит именно ее. 041217 Замок пиликнул, давая понять, что гараж открыт. А Юнги мучает вопрос — почему именно она? Что эта дата значит? — Видишь? А ты боялся, что не выйдет, — улыбнулся Чимин, как показалось Шуге, не грустно, но и не радостно. Словно тот знал, что эта дата не покинула память парня. И оказался прав. Дата — не покинула. А событие того дня — помахало рукой в знак прощания. — Что это за дата? — решил узнать у друга парень. — День рождения Сокджина, — ответил тот, заходя в гараж. — А почему она стоит в качестве пароля от моего гаража? — Не знаю, меня тогда не было. «Я там был» — крутилось в Чиминовой голове. Ему стыдно. Стыдно, что врёт, но и сказать правду не может. Вернее может, но боится. Боится возвращения той боли, которая не ушла, а всего лишь заперта в недрах его души. Она словно ждёт, когда ее выпустят наружу и всковырнут былую рану. Но Чимин не позволит. Не сейчас. — А вот и твоя крошка, — ярко улыбается Чимин, скрывая за своей улыбкой мысли, которые словно наждачной бумаге по сердцу. Юнги посмотрел на то, что стоит в гараже. Машина. Монстр. Мятного цвета с тонированными окнами. — Пришло время устроить этой малышке тест-драйв.- Привет, дружище, — подскочив к сидящему на корточках Юнги, Чонгук начал судорожно его поднимать, что бы поскорее взглянуть на того, кого ждала вся компания. — Привет, — ответил Юнги с испугом в глазах, видимо, неожидая такой бурной реакции со стороны друга. — Давно не виделись, — улыбнулся Чонгук. — Сколько? — Так, деловитость из твоей жопы, видимо, никогда не вырезать, — брякнул Чонгук, почесав затылок, — год. Плюс минус два месяца. — Ахуеть… — Что? Память не вернулась? — скромно уточнил у друга Чонгук. — Частично. За то я теперь помню, что у меня есть друг… Хотя бы один. — О, тут ты заблуждаешься. Их много, — улыбнулся Чонгук, — и каждый пасть порвет за тебя. — Правда? — Конечно, — ответил Чонгук, — это все наша вина… — Что произошло? Я практически ничего не помню, — Юнги интересно в какой момент его жизни все пошло коту под хвост. — Перед заездом твою машину немного «усовершенствовали» те, кто завидовал твоему превосходству. Ты всегда забирал первые места. Мы не сразу доперли, что твоя ласточка, за которую ты мог даже мне рожу разквасить, поломана. Шестерка Чану́ подлатал твои тормоза. Машину занесло во время дрифта. Ты не справился с управлением и влетел в столб… Повезло, что жив остался. — Ничего себе… Слушай, а где моя машина сейчас? — Твою ламборгини, к сожалению, даже Сокджин не смог спасти, — грустно улыбнулся Чон, — но мы знали, что король вернётся и достали тебе другую ласточку. Ламборгини не потянет новых оппонентов. Покатаешься пока что на мустанге. — Я надеюсь, что он не белый. — Ты точно память терял? — посмеялся Чонгук, — нет, тачка не белая. Мятная. Как ты любишь. Ты всегда считал, что таких монстров должны видеть легавые на дорогах. Тебе нравилось, когда они «падали на хвост» во время заезда. Адреналин любил. — А ты на какой тачке? — Стабильно, дружище. Не люблю изменять британочкам. Катаюсь на Мартине. Движок V8, правда, от немцев. 4 литра. Не монстр, но разнести сможет. — Мне нужно будет время, что бы вникнуть во все это. — Я уверен, что когда ты залезешь под капот своего нового дружка, сразу все вспомнишь, — улыбнулся парень, — даже свой любимый трюк провернешь. Сокджин настолько хорошо позанимался мустангом, что мой Мартин… Стыдно признавать… В пометки не годится. — Бёрнаут? — спросил Юнги. — А говорил, что память потерял. Пробускуешь крошку до дыма. — Ладно, это все интересно. Но почему меня подставили? — Ты шел на престол, — ответил Чонгук показывая в воздухе импровизированные ковычки. — И кто это сделал? — Хитман, кто же ещё, — ответил другу Гук. — Кто такой хитман? — Человек, который выполняет заказ. Имеет не прямое отношение к дорогам, но если прославится, то есть все шансы на повышение ранга. — Заказ? Киллер что-ли? — хмыкнул Юнги. — Почти, дружище, — улыбнулся парень, — можно сказать и киллер. Только гонщик. И работает крайне аккуратно, так сказать, инкогнито. Никто до сих по не нашел его. Сломал тормоза и все. Исчез. — Слушай… А отношения у меня были? Чонгук поднял взгляд на Юнги. «Пока амнезия не пройдет, не говорите ему обо мне». — Конечно были, только очень давно, — ответил Чонгук. — Когда? — В первом классе при детском саду, — пошутил парень и начал звонко смеяться. Юнги стукнул друга по плечу кулаком. Ему на секунду показалось, что это обычно дело. Чонгук шутит, смеётся и получает нагоняй. Вот она — жизнь. которая постепенно возвращается в свое русло. — Так, я хоть и эгоист, — подмигнул Чон, — но есть люди, которые тебя заждались. *** Сидеть на кухне и пить виски — дело не перспективное для человека, который каждый час заглядывает в свой ежедневник и смотрит какие у него планы. Каждый день расписан часам. В записях Намджуна не хватает только выделенного времени для посещения санузла, а так же выделенного времени для опоражнений. В очередной раз взглянув туда, Джун вспомнил, что у него важная встреча в Шанхае, которая решит дальнейшее сотрудничество с королем дорог. — Чану́, здравствуй, — сказал Намджун. — Здравствуй, Мон, что-то случилось? Ты обычно мне звонишь перед встречей, а тут до нее ещё, — мужчина замолчал, видимо, узнавал время, — минут двадцать. — Я как раз по поводу этого, — замямлил Ким, — я не успеваю прилететь. — Понимаю, Мон, понимаю. Можешь не лететь. Время моей поездки неожиданно подошло к концу и я через два дня буду дома. Там и обсудим дальнейшие перспективы нашей дружбы. — Какое восхитительное совпадение, — начал поддакивать Джун большому количеству денег, которое разговаривает с ним по ту сторону провода. — Извини, пойду выйду на последний заезд по дорогам Шанхая. Давно не ощущал припечатывания в сиденье своей крошки от бешеной скорости, — коротко кинул собеседник и бросил трубку. — Мудак, — брякнул Намджун и налил полный бокал. *** Заходя в квартиру, Юнги увидел обычный коридор и коврик с надписью: " Если вошёл, вряд-ли выйдешь трезвым». «Остроумно» — подумалось парню. Надпись не была на коврике во время его, так сказать, создания. Она была написана краской из баллона. Где то пятно, а где то не ровная буква придавали некий шарм этому творению. Именно из-за этого коврика — Юнги улыбнулся второй раз за день. — Принимайте годовую пропажу, — крикнул Чонгук забегая в гостиную. Двое парней, сидящих там, удивлённо посмотрели на паренька, который осветил их своей довольной улыбкой. — Мелкий, я тебя когда нибудь ебну за такие эффектные появления, — сказал Тэхен подрываясь со своего места и подходя к Юнги, — здоров, Шугаринг. — Шугаринг? — с непониманием посмотрел парень, смотря на приближающегося друга, — Я Шуга, а не шугаринг. — Ребят, он не терял память, — улыбнулся Тэхен обняв пришедшего парня, которого он давно не видел. — Я ему о том же сказал, — ответил Чонгук, — у него даже повадки те же, что и были. Белый цвет так и не любит. Парни посмеялись и дали друг другу пять, а Юнги посмотрел на знакомую ему макушку синего цвета, сидящую в кресле, которое стояло спинкой к тому месту, где тот стоит. — Проходи, че как не родной, — сказал Тэхен другу, хлопнув того по плечу. Юнги послушался. Пройдя вглубь комнаты он понял, что знает того, чей цвет волос трудно забыть. — Чимин? — спросил парень, а двое других стали раскрыв рот. — Ты его помнишь? — спросил Чонгук у друга. В его глазах можно было прочитать шок, который сделал его взгляд безумным, — нет, ну это обидно вообще-то. — Не помнит, — ответил Чимин, поставив банку пива на круглый журнальный стол, — мы виделись сегодня. — Почему ты сразу не сказал, что мы знакомы? — Решил выдержать интригу, — улыбнулся Чимин, — ты похудел. В момент у парня сошла улыбка с лица и по тому было видно, что настроение постепенно угасало. В воздухе повисла тишина. Атмосфера стала напряжённой, а Юнги показалось, что они с Чимином были очень близки, ведь то, что было у парня на душе не появилось при встрече с Чонгуком и Тэхеном. — В больнице плохо кормили, — ответил Юнги. — Так, — встрял Тэхен в будущий разговор двух парней, который может закончиться слезами радости или горести, ибо сам черт знает что твориться в голове этих двух, — больница больницей, но пивко прямо сейчас. — Тебя лишь бы набухаться, Ви, — ухмыльнулся Чонгук. А Юнги и Чимин смотрели друг другу в глаза. «Кем он мне приходится?» — думал Юнги. «Надеюсь не вспомнит» — думал Чимин. — Почему сразу набухаться? Это скорее всего последний раз, когда мы мирно сидим и пьем пиво. — Почему в последний? — уточняет Юнги. — Как твой брат? — спросил Чимин, проигнорировав то, что Юнги отвлекся на разговор с Тэхеном. — Напиздел, — ответил парень. — Я не в этом плане, — ухмыляется Чимин, — бизнес его как? — Вроде планировал встречу в Шанхае с кем-то. А что? — Что и требовалось доказать, — сказал Чимин посмотрев на Тэхена и Чонгука. — Что происходит? — Юнги понятия не имеет, что эти трое имеют в виду, но оставаться в стороне он не намерен. — Дело в том, что единственная важная шишка, которая находится в Шанхае, — начал Чонгук, — тот, чьим решением было убрать тебя с дорог. flashback Очередной поворот заставил Юнги дрифтовать. Маленькая площадь поворота не годиться для торможения. Оппонент в ста метрах, если сбавить скорость настигнет, и обгонит. Юнги не позволит забрать победу, поэтому резко жмёт на тормоза и машину заносит вправо, но тормозить у парня не выходит. — Что блять за хуйня? — единственное, что Юнги сказал, перед тем как использовать единственный шанс на свое спасение. Ему насрать на жизнь. Адреналин бурлит в крови и Юнги дёргает ручник ламборгини. Визг шин и удар — вот что было последним воспоминанием перед потерей сознания. end flashback. — Юнги? — толкает в плечо парня Чонгук. — Что? — спрашивает Юнги, глядя в одну точку. — Все в норме? Парень оглядывается и видит три ошарашенных лица, которые смотрят на него, словно демона увидели. Они смотрели на Юнги, словно тот восстал из мертвых. По всей видимости он выпал из разговора на большое количество времени, пока к нему в голову пришло пусть и маленькое, но воспоминание. — Я вспомнил кое-что, — отвечает Юнги. — А вот это уже интересно, — буркнул Чимин, — и что же? — Сам момент поцелуя со столбом, — шепчет Юнги, — можно мне воды? Сев на диван, Юнги взялся за голову и посмотрел на ноги. Это было первым воспоминанием, которое к нему вернулось. Тэхен пошел на кухню, что бы налить другу воды, а вместе с ним пошел и Чимин, — Испугался что вспомнил? — хмуро произнес Тэхен. — Не хочу, что бы он вспоминал. — Мой тебе совет, не ври ему. Он же не любил этого. — Что бы мы оба потом страдали? — Чимин взглянул в глаза лучшего друга, — не хочу. Я ему и не вру. Он просто не спрашивает, кем мы приходились друг другу, а я и не говорю. Это не считается враньём. На ответ Чимина Тэхен лишь фыркнул и пошел со стаканом воды в гостиную. — А где Чимин? — спросил Чонгук. — На кухне, — ответил Тэхен, подавая стакан воды другу. — Я здесь уже, — сказал Чимин, после того, как услышал, что его вспоминали. — Если все в сборе, то могу я кое о чем вас попросить? — задал вопрос Юнги, при этом крутя стакан воды в руке. Парни разом кивнули другу, ожидая чего тот хочет. Им не сложно, а Юнги будет легче. — Помогите вернуть воспоминания. Единственное, чего хочет Шуга — помнить. Если он не вспомнит, какой была его жизнь, то ему вряд-ли получится вернуться к ней. Пусть будет сложно. Пусть будет больно. Он должен вернуть воспоминания любой ценой. Нужно будет опять попасть в аварию? Попадет. Нужны долгие дни тренировок? Без проблем. Нужны деньги? Найдет. — Пойдем, — сказал Чимин, — если скорости не боишься. — Скорости? — Твой мустанг тебя ждёт. Юнги послушался друга и пошел вслед за ним. Но отнюдь не из-за мустанга, а только потому, что ему стала интересна компания этого человека. Он улыбчив и мил, красив и скромен, но в то же время загадочен и недосягаем. Хочется узнать его получше. Раскрыть все тайны их отношений до аварии. Чимин шел впереди. Приятный шлейф одеколона сопровождал его, словно так и должно быть. Нежный запах, который можно отнести к категории унисекс, был настолько приятен нюху Шуги, что тот мог бы забыть куда шёл, если бы не… — Проведем небольшой эксперимент? — спросил Чимин немного вскинув головой в сторону идущего сзади парня, при этом не дать абсолютно потерять голову от ароматов. — Какой? На ответный вопрос потерявшего память, парень лишь самодовольно улыбнулся уголком губ, однако сделал это так, чтобы этого не увидел Юнги. Дойдя до нужного места, парни остановились около гаража с кодовым замком и, кажется, Шуга понял смысл эксперимента. — Попробуешь ввести пароль? — предложил парень, посмотрев на то, как недоверчиво смотрит на этот замок Юнги. — Как я по-твоему должен его ввести, если не помню? — А ты подойди к нему ближе и посмотри на цифровую панель, — сказал Чимин, продолжая смотреть на того, с кем пришел на это место, — глядишь мысли появятся. Парень в очередной раз послушался. Он подошёл к замку и пытался прокрутить возможные варианты цифровых комбинаций, которые могли бы стать паролем. — Могу дать подсказку, — сказал Чимин, — это дата. Пусть Юнги и стало легче, но лишь на долю процента, ибо из-за потери памяти в голове только свой день рождения и Намджуна. И то, не факт, что они верны, ибо синдром Ганзера ставит разные «подножки» парню не давая жить полноценной жизнью. Он может проснуться на утро с мыслью, что сегодня день рождения Джуна, а на самом деле он через неделю и позвонить с криками поздравлений. Это ли не страшно для человека? Потерять память и, возможно, самые дорогие воспоминания, которые хранил в сердце с надеждой никогда не забыть. Стоя возле кодового замка Юнги закусил губу. Протянув руку к цифрам, в голове крутил дату, которая не дала ему покоя. Он не помнит что это за событие, но, почему-то, вводит именно ее. 041217 Замок пиликнул, давая понять, что гараж открыт. А Юнги мучает вопрос — почему именно она? Что эта дата значит? — Видишь? А ты боялся, что не выйдет, — улыбнулся Чимин, как показалось Шуге, не грустно, но и не радостно. Словно тот знал, что эта дата не покинула память парня. И оказался прав. Дата — не покинула. А событие того дня — помахало рукой в знак прощания. — Что это за дата? — решил узнать у друга парень. — День рождения Сокджина, — ответил тот, заходя в гараж. — А почему она стоит в качестве пароля от моего гаража? — Не знаю, меня тогда не было. «Я там был» — крутилось в Чиминовой голове. Ему стыдно. Стыдно, что врёт, но и сказать правду не может. Вернее может, но боится. Боится возвращения той боли, которая не ушла, а всего лишь заперта в недрах его души. Она словно ждёт, когда ее выпустят наружу и всковырнут былую рану. Но Чимин не позволит. Не сейчас. — А вот и твоя крошка, — ярко улыбается Чимин, скрывая за своей улыбкой мысли, которые словно наждачной бумаге по сердцу. Юнги посмотрел на то, что стоит в гараже. Машина. Монстр. Мятного цвета с тонированными окнами. — Пришло время устроить этой малышке тест-драйв.