Поглощу тебя

POV Бекхён. Небольшой городок не отличается особой яркостью, но и не является серым пятном на карте Кореи. Мне в принципе разницы нет, где жить, главное, чтобы поблизости были люди, желательно низкокалорийные. Да кого я обманываю? Жизнь в Пекине намного лучше, в сравнении с этим захудалым городишком! - А это ваш дом, - заикаясь, информирует парень, которого подослали провести нам экскурсию. Кажется, его зовут Чондэ. Я флегматично рассматриваю скромный особняк в всего лишь три этажа на две персоны, полный домработников вида гомосапиенс. Вот тоска. - На этом всё, - неуверенно произносит Чондэ, - Я… я могу идти? - А мы тебя уже утомили? – тихий голос, который не услышать всё равно невозможно, проникает в душу, сковывая цепями страха, заставляет меня и особенно Чондэ замереть в испуге. К слову, этот голос, что, скорее всего, отдал в дар сам Сатана, принадлежит сыну моего многоуважаемого господина. Именно из-за этого исчадия ада я попал в это место, которое, может, и не находится у чёрта в анусе, но явно где-то поблизости. Дело в том, что господин Цзытао принадлежит к великому роду Хуан, предок которых являлся одним из основателей Ордена. С тех самых пор место одного из глав Ордена передавалось по наследству. К сожалению, даже в такой выдающей семье может появиться паршивая овца… паршивый овец… паршивый волк. Господин Цзытао пугающий, высокий и сильный, как и подобает отпрыску Хуанов, да вот только для полноты картины ему не хватает аристократичности. Ведь он агрессивен, делает всё, что вздумается, и ест после шести! Это - неслыханная дерзость для наследника! Господин Хуан-старший много раз пытался вразумить своего сына, но всё было бесполезно: господин Цзытао продолжал превышать количество жертв и светиться в зверином обличии перед людьми. Последней каплей стал каннибализм. Отец господина Цзытао и так слишком часто пользовался своим положением дабы избежать наказания для своего единственного сына, но всему есть предел. Поэтому он решил сослать его в небольшой городок, находящийся на острове, в сопровождении верного помощника, то есть меня. Это великая честь для меня следить за господином Цзытао. Пусть он и настоящая большая заноза в моей прелестной заднице. - Н-нет, что вы?! – наконец, отмирает Чондэ, утыкаясь взглядом в асфальт. – Просто… просто мне уже нечего показывать вам. - Ты уверен? – господин Цзытао подходит вплотную к трясущемуся оборотню и наклоняется к его уху, - Лично мне будет интересно узнать, что скрывает эта одежда. А после, насытившись твоим бледным телом, я попробую твою плоть на вкус. Давненько я не ел себе подобных. Наверное, господин Цзытао – самый мерзкий оборотень в мире. И почему я родился с этим существом в одном веке? Чондэ поджав губы не сдерживается и скулит от страха, а потом начинает умолять: - Не ешьте меня, пожалуйста! У меня трое детей! – потом он отводит задумчивый взгляд в сторону: - Правда, двое из них старше меня… Но у них дефект мозга! - Господин Цзытао, - думаю вмешаться я, - Мне стоит напомнить вам, что ещё одно нарушение, и ваш отец самолично подпишет приказ о вашей немедленной ликвидации. В ответ неожиданно раздаётся громкий раздражённый рык, от которого я и Чондэ вздрагиваем. - Я знаю! – господин Цзытао снова поворачивается к Чондэ и прижимается носом к его виску, - Но я могу с легкостью рискнуть ради такого лакомства. Так что тебе стоит поторопиться и исчезнуть с глаз моих, чтобы я даже твоего соблазнительного запаха не чуял. Чондэ быстро кивает, и за мгновение его как будто не было. Вот ведь, только приехали, а господин Цзытао уже за своё. Стоит быть осторожным, а то я слышал, что здешний инспектор знаток своего дела. Хотя признаться, я был бы рад, если господина Цзытао, наконец, застрелил хоть кто-нибудь. Однако этого никогда не случится, ибо этот монстр бессмертен. Помню, как он гонялся за японцем, а тот, чтобы спастись нырнул в бочку с васаби, но господин Цзытао даже не поморщился, вмиг проглотив «огромную суши из человечины». Мы заходим в наш новый дом, и, прямо с порога, нас приветствует длинная шеренга домработников. - Добро пожаловать домой, господин Хуан и господин Бён, - все синхронно нагибаются в поклоне. Я сразу смотрю на господина Цзытао, чтобы узреть его реакцию на презент его отца. Как и ожидалось, его лицо становится игривым: - Кто не спрятался, я не виноват! Началось. Дети, по-моему мнению, самые страшные создания на свете, особенно, если этот отпрыск является оборотнем. Все люди, сразу поняв суть смертельной игры, с дикими криками разбегаются в разные стороны, а господин Цзытао, обождав несколько минут, бежит искать свой ужин. - Оставьте хотя бы одного! – кричу вслед, - Кто-то должен стирать ваши носки, господин Цзытао! End POV. *** - Фань, ты давно трахался? – сразу в лоб спрашивает Лухан. - Фу! Что за вопросы? – брезгливо морщится Фань. - Я б не спрашивал, если бы ты не лизал уже как полчаса этот грёбанный банан. Исин уже три раза «помедитировал» на твои махинации. Фань быстро поворачивает голову в сторону Исина и убеждается в словах Лухана. - Что? – непонимающе спрашивает Исин, будто он не рукоблудит, а вышивает крестиком. - У меня что-то аппетит пропал, - хмурится Фань, выкидывая обсосанный, но довольный банан. («Шлюха!» - кричит банан с травы) - Так давно тебя кто-нибудь ублажал? – возвращается к теме Лухан. - У меня интереса нет на всякий разврат. - Ага. А как же показательный минет фрукту? Это ж по Фрейду! - Ладно, - сдаётся Фань, - С прошлой сессии. Ты помнишь, что я полностью погрузился в лекции, а потом уже как-то привык обходиться без плотских утех. - До сегодняшнего дня, - закончил за него Лухан. Рядом плюхается Исин, который закончил «медитацию» и, приобняв Фаня за талию, говорит: - Могу помочь. - С друзьями не сношаюсь, - Фань отталкивает от себя Исина, который, разочарованно вздохнув, вытаскивает из кармана косячок, чтобы не грустить. - Держи, - словно фокусник, Лухан достаёт из рукава карточку, - Это пропуск в самый навороченный Night в городе. - У нас только один Night в этом отсталом городе. - Именно поэтому он самый крутой. И вообще, ты до тошноты зануда, что я сомневаюсь, найдётся ли такой парень, который вытерпит твой мозгоёб. - А для таких случаев нужен я, - снова подаёт голос Исин, выдыхая клуб дурманящего дыма, - Держи, деточка, эту чудо-пилюлю, дядя Исин плохого не посоветует. - И что я должен с ней делать, - Фань подозрительно осматривает таблетку у себя на ладони. - Когда зайдёшь в Night сразу прими это. - И? - И ты познаешь Матрицу. - Ты дурак? Мы матрицу на первом курсе изучали. Что я там недоучил? Исин и Лухан несколько секунд смотрят на Фаня с нечитабельными лицами, а затем Исин обращается к Лухану: - Мы ошиблись, Тринити. Он не избранный. - Похоже, его Зион будет нетронут, Морфеус. На следующий день Лухан и Исин плюхаются с двух сторон от засыпающего Фаня. - Ну и? – тянет довольную улыбку Лухан. - Отстань, окаянный, - Фань берётся обеими руками за гудящую голову, - Не видишь, мне дурно? - Дядя Исин не виноват, - разводит руками Чжан, - За кайф нужно платить. - Фань, так вчера тебя кто-нибудь натянул? – не унимается Лухан, у которого ломка от недостатка новых сплетен. - Я проснулся и обнаружил себя и всю, теперь уже сломанную кровать в семенной жидкости. И я так утомился всё отмывать. Хотя прислушиваясь к своему телу, я, кажется, усмирил свой сексуальный голод на ближайшие лет пять. - Может ты подумал, что у тебя в глазах двоится, и ты отдался десятерым парням? – спрашивает Исин, - Вот я когда шмальнусь, мне мерещится, будто у меня десять пальцев на руках. - Я тебя удивлю, но у всех десять пальцев на руках, - для наглядности Лухан показывает ему свои ладони. На что Исин шарахается, а затем так же ошалело смотрит на свои руки: - Ебать! Когда мы успели мутировать?! Лухан закатывает глаза и снова возвращается с расспросами к Фаню: - Ты правда устроил оргию с баскетбольной командой? - Не приукрашивай! И вообще отстань, я ничего не помню, благодаря этой чудо-пилюле! Однако с одной стороны это даже славно, ибо сегодня мне пришлось одеться, как католическая монахиня. Ты только посмотри! Фань оттягивает высокий воротник свитера, являя Лухану очень яркие укусы на бледной коже. - Очуметь, - присвистывает Лухан, - Будто зверь покусал… Слууушай! Может под действием наркотиков твой латентный зоофил вышел на свободу? - Будь добр перестань шлёпать своей дыркой на лице и воспроизводить звуки бреда. - Ладно, - успокаивается Лухан, но про себя думает, какая история более интригующая: оргия с баскетбольной командой или с сексуально активным догом. - Лухан! – зовет его Исин и показывает ему безымянный палец, - Нахуя он нам? - Честно сказать, сам без понятия, - пожимает плечами Лухан, - У него даже имени нет. Глаза Исина становятся влажными, и он прижимает палец к щеке, поглаживая другой рукой: - Бедненький! Одинокий одиночка одиночишь, как и я! Ничего, я буду твоим другом и буду звать тебя – Мередит! - Это женское имя, олух. - Мередитыч! *** Фань беззаботно идёт к себе домой, неся в руках приличную стопку книг из библиотеки, предвкушая отличный литературный вечер с чашкой чая с имбирем. Хотя сегодня погода благоволила провести чтение в парке до того, как солнце спрячется за горизонт. Неожиданно дорогу перекрывает крупная темная фигура. Особо не желая поднимать взгляд, Фань отступает вправо, чтобы продолжить свой путь, но незнакомец делает тоже самое. Так повторяется ещё три раза, пока Фаня не достаёт эта глупая ситуация, и он смотрит на шутника. Перед ним стоит парень чуть младше его, но ростом не уступающий, одетый в одежду темных тонов, а лицо выражает самодовольство и наглость. - Скучал? – губы напротив растягиваются в ухмылке, обнажая слегка заострённые зубы. - Ты, вообще, кто? – Фань обычно вежливый, но перед этой личностью стараться почему-то нет желания. И даже как-то приятно, особенно, когда наглая рожа вытягивается в изумлении. - Ты серьёзно?! - Абсолютно. - Но… как же… - заикается парень и из устрашающего громилы превращается в неуверенного сопляка, - У нас же вчера… был секс. И, по-моему, я очень постарался. Да и ты довольно кричал, что я зверь. - Я не помню, а значит ничего не было, - Фань задрав голову обходит парня и собирается уйти, но его останавливает крепкая, даже слегка болезненная, хватка на плече. Странно, что ладонь кажется такой горячей даже через толстый свитер. - Со мной никто и никогда так не разговаривал, - хищные глаза гневно сузились. - Привыкай, - резко отвечает Фань и выдергивает своё плечо, - И смирись. Такие, как ты, меня не интересуют. А прошлая ночь, которую я, кстати, не помню – ошибка. - Что значит «такие, как ты»? – непонимающе приподнимает бровь парень. - У тебя на лице написано «имбецил». - Где? – парень плюёт на свой указательный палец и начинает тереть лоб, - Тут? Раздражённо закатив глаза, Фань вздыхает и уходит прочь, на последок бросив: - С таким крохотным мозгом, тебе ничего не светит. Испытывая чувство превосходства после того, как он опустил очередного выскочку, Фань не замечает, как в его спину смотрят горящие желтые глаза. - Ни мне, значит никому.