Глава 57: Адам и Ева
12 июня 2020 г., 14:06
Питер зажался в угол койки, укутанный в ту тряпку, что тут называлась одеялом. Он безнадёжно мёрз и дрожал под самым окном, что неумолимо сквозило. Казалось, что даже на улице было теплее, чем сейчас Риверу. Джайлс даже пытался уговорить его поменяться с ним местами, но Пит не согласился.
Его до сих пор не постигло никакое наказание, но слова Харта о порке плотно въелись ему в память. Теперь он боялся каждого хлопка двери, прислушивался к любым шагам и облегченно выдыхал, когда они не добирались до его кровати. Конечно, он понимал, что перед смертью не надышится, но очень хотелось максимально отсрочить пытку.
Кормили первых отвратно, а потому и без того тщедушный Пит за эти пару дней ещё больше осунулся. Зато у почти безоружного Ривера появилась хотя бы какая-то возможность защищаться: если неприятели подойдут к нему на достаточно близкое расстояние, он сможет просто заколоть их насмерть торчащими костями.
Матрас над его головой прогнулся и заунывно скрипнул, с трудом удерживая вес мужчины. Питер лишь ещё раз вздохнул и укутался поглубже, пытаясь согреть нос. На протяжении всех этих долгих месяцев Питер изо всех сил пытался не думать о семье. О матери и брате, что остались в таком далёком Чикаго, но именно сейчас, когда он был так непреодолеваемо одинок — это было почти невозможно.
Обычно он мог отвлечь себя шутками Джо, занудными рассуждениями дока, выполнением заданий Дакоты, игрой с Рейч и Бучем, да чем угодно, но сейчас, когда ему оставалось лишь пялиться в одну точку и молиться несуществующим богам, он понимал, насколько сильно скучает и волнуется. В нём ведь почти не осталось надежды. Она выгорела, как фитиль у свечи, оставляя вместо себя лишь комок растопленного воска, который уже ни на что не годен.
Иллинойс — очень холодный штат, а зомби обожают холод. Значит безопасно вернуться туда он сможет лишь летом, а его ждать больше полугода. Пит, конечно, верил в лучшее, но сомневался, что с его везением он сможет протянуть так долго.
Больше всего на свете он жалел о том, что перед отъездом не принял приглашение матери на ужин, посчитав, что его собственные интересы куда важнее времени с семьёй. Вот за это бы Ривер дал себя выпороть, хотя бы в надежде на то, что физическая боль сможет переплюнуть моральную.
Хлопок двери. Ривер напрягся. Чьи-то шаги. Всё ближе и ближе. Харт и Мигель на месте. Единственный, кто мог подойти так близко, это Робин, сосед Эрреро сверху. Но чем ближе звучали шаги, тем яснее становилось, что это подходят к их с Хартом стороне. Питер дёрнулся и потянул занавеску к краю, чтобы устранить ту маленькую щель, через которую наблюдал за внешним миром, но гость потянул за противоположный кусок ткани, разрушая тонкую преграду и последнюю надежду парня на спасение.
Гостем оказалась полная черная женщина с цветастыми дредами, что были замотаны в своеобразный пучок на голове. Она была одета примерно в такую же форму, как Шон, их проводник, только её шорты были чуть длиннее.
— Питер, номер сто семьдесят три. Встать, — сухо скомандовала она.
Питер помялся, но не решился ослушаться. Слишком плачевным казалось его положение, чтоб нарываться на лишние неприятности из-за ненужной гордости. Он сполз с кровати и встал. Пытаясь сделаться как можно менее заметным, он сгорбил плечи и опустил голову, показывая женщине лишь густые то ли кудрявые, то ли волнистые волосы.
Она окинула его придирчивым взглядом, оценивая, словно товар.
— Спину выпрямил, — она не слабо стукнула его меж лопаток, заставляя вытянуться. — Лицо поднял, — дёрнула за волосы, заставляя вздёрнуть подбородок и болезненно поморщиться. — Тощий. Ты же сказал, что весишь шестьдесят пять. На вид ты максимум шестьдесят.
— Его почти не кормят. Посмотрел бы я на тебя, Роксана, если бы ты сидела не на диете третьих, а питалась теми отбросами, что дают нам, — проворчал Харт откуда-то сверху.
Ему было жалко парня, но что он мог сделать? Пойти вдвоём с этим пацаненком против огромной системы? Какой бы величины не жил в Харте альтруизм, он не граничил с безумием.
— Завались, Харт. Тебе ничего не мешало молчать в тряпочку и преспокойно продолжать сидеть на самом верху, — Роксана сначала обошла парня со всех сторон, а потом дёрнула за руку, заставляя покрутиться. — Сойдёт. Ещё бы не эти кости… Сама бы не отказалась.
— Что?.. О чём вы?.. — подал голос Питер, сам не в силах узнать его из-за тремора.
— Ближе к делу и узнаешь. Вперёд, — она слегка подтолкнул шатена к двери.
— Джайлс, о чем она?.. — почти прошептал Питер, упираясь и с надеждой глядя на Харта. Тот лишь угрюмо качнул головой и отвернулся на другой бок. Он не справится с вооруженной толпой. Даже ради этого паренька, каким бы несчастным он ни был.
— Ну, что стоим?! На выход я сказала! — она ещё раз толкнула Ривера, куда более ощутимо, чем в первый раз. — Энергичнее!
Питера вели по тёмному коридору, который встретил его в первый день присутствия здесь. Зеленоглазый в какой раз ужасался, насколько такое уютное и доброжелательное на первый взгляд место, может быть хуже апокалиптических пустошей. Он скучал по шороху колёс, по друзьям, даже по, мать его, зомби он успел соскучиться! Эти ребята хотя бы были предсказуемы: они всего лишь хотели тебя сожрать. В целом, сейчас Питер понимал их особенно сильно. Он был настолько голоден, что казалось, будто его желудок сейчас попытается поглотить позвоночник.
Роксана привела его к лифту. Он приветственно дзынькнул, приглашая их внутрь. Сердце Питера ухнуло куда-то глубоко вниз и он зажмурился, не желая видеть того, что произойдёт дальше. Женщина цокнула кнопкой, лифт тронулся, но… Наверх?
Ривер открыл глаза и взглянул на панель. Алой точкой, действительно, подсвечивался верхний этаж. Это шло вразрез со всеми его предположениями и представлениями о том, что его ждёт. Он ожидал очутиться в тёмном подвале, на улице, но уж точно не на этаже для элиты. Дока, интересно, не смущает, что на его этаже кого-то пытают?
Двери лифта раскрылись, демонстрируя Питеру белый коридор, где его встретила девушка с точно такой же пугающей улыбкой, как и у той, что постоянно таскалась за Хантером. На её сером бейдже виднелось имя Эмма.
Эмма перехватила ничего не понимающего шатена из рук у Роксаны и та уехала вниз. Ривер осмотрелся по сторонам, находя выстроенных вдоль стены сверстников. Там стояло две обаятельных девицы, блондинка и брюнетка, и примерно его телосложения паренёк с прямыми тёмными волосами по плечи. Теперь Пит понимал, о каких «таких» говорил Мигель. Картина начинала складываться прискорбная. Очевидно, из их квартета собрались устроить ассорти для какого-нибудь извращенца. То есть плавать в одной воде они с первыми брезговали, а вот спать с ними — милое дело? Нет, Питер точно не понимал людей.
Оставалось уповать лишь на то, что зеленоглазый самый несимпатичный из представленных вариантов, это его утешало. Может быть, пронесет?
— Итак, мальчики и девочки, вам выпала огромная честь. Все вы — провинились перед семьей, — Питер впервые услышал об убежище в подобном ключе и не сдержал смешка. — Сильно провинились, — сказала Эмма с давлением шатену. — Но вы удостоены редчайшей возможностью искупить свою вину с общественной пользой. Надеюсь, все тут занимались сексом?
Брюнетка качнулась от неожиданности вопроса, блондинка неуверенно кивнула, парень рядом с Ривером в изумлении приоткрыл рот, а Питер просто проигнорировал вопрос. Может быть, его сочтут за тупого и пожалеют?..
— Ну, это не очень важно, в любом случае, вы сможете исправить это досадное упущение. Так вот… Здесь, — она отошла на пару шагов назад и обвела рукой несколько массивных дверей. — Живут лучшие среди нас. Лучшие среди всех незараженных планеты. Эти тринадцать человек… Ох… — она положила одну руку на сердце, а другую поднесла к глазам, смахивая несуществующие слёзы. — Каждый из них способен спасти нам жизнь. И в ваших силах сделать их жизнь лучше. Сейчас вы переоденетесь и мы приступим к дальнейшим инструкциям. Бегом, бегом, — она слегка подтолкнула блондинку в спину и та неохотно поплелась за женщиной.
Ривер шумно сглотнул, вспоминая про укус. Нужно сделать всё, чтобы его не заметили.
Их завели в небольшое помещение, где заставили снять одежду и снова выстроили вдоль стены. Питер чувствовал себя на расстреле. Он вжимал голову в плечи, чтобы скрыть шею от лишних глаз и стыдливо прикрывал пах обеими ладонями. Эмма повернула какой-то вентиль и послышался неприятный нагнетающий звук, будто бы вода под огромным напором текла по трубам… Хотя, почему как будто? Мощная струя воды ударила по нему первому, вышибая воздух из лёгких вместе с нечленораздельным вскриком.
— Повернулся! — крикнула мучительница сквозь шум воды, и Питер с трудом заставил себя выполнить приказ.
Как только струя перестала бить по нему, он уткнулся лбом в кафель, тяжело дыша. Только сейчас он понял, насколько его потаскал апокалипсис. И без того всегда неловкий, сейчас Питер был похож на один сплошной глубокий синяк. Всё его тело было покрыто разноразмерными ссадинами и ушибам: ныл когда-то разбитый затылок, когда-то сломанные ребра, когда-то пострадавший копчик — болело всё.
Напор стих и Питер позволил себе плавно обернуться на Эмму. Та, довольно осмотрев результат работы, отошла к двери, наступая прямо на их одежду. Брюнетка закрыла глаза и как можно тише всхлипнула, но этот звук эхом отскочил от стен пустого помещения и долетел до слуха женщины.
— Что?.. Кто плачет? — она обернулась, отвлекаясь от шкафа, который успела открыть. — Неблагодарная! Ты что, не хочешь принести пользу для семьи?!
— Хочу! Очень хочу! Просто… Мне же шестнадцать, я… — бедной девушке не дали договорить.
— Ты молода и прекрасна! А твоё тело чуть ли не единственный твой способ быть нужной, — Эмма снова вернулась к шкафу, а девушка в голос разрыдалась. Блондинка оторвала руку от груди, чтобы погладить подругу по волосам.
— Тише, Кристи… Тише…
Питера разъедала злость. Можно было издеваться над ним, но эта Кристи… Она же просто ребёнок.
Им под ноги сначала полетели полотенца, в которое девушки поспешили завернуться чуть ли не по шею, Питер аккуратно потирал ноющее тело мягкой тканью, а второй парень лишь накинул его на плечо. Видимо, он был абсолютно доволен ситуацией.
— Теперь — самое интересное. Одежда, — она достала из шкафчика четыре вешалки, на которых висело нечто, что точно не напоминало одежду. Даже у африканских племен одеяния куда скромнее, чем то, что сейчас предлагала им Эмма.
— Что это?.. — ошарашенно выдавила Крис, чуть пятясь назад.
— Ваши наряды! Они очень выгодно подчеркнут всё, что нужно. Если, конечно, есть что подчеркивать. Сто семьдесят три, это твоё, — она протянула в сторону Ривера одну из вешалок с двумя кусками ткани непонятного устройства.
— У меня есть имя, — сказал Пит, смотря в глаза женщины. Та жутко оскалилась, сверкнув глазами.
— Теперь — нет. Надевай, сто семьдесят три.
Питер пытался сопротивляться, но всё-таки сдался и натянул на себя странной формы стринги, хотя, ему казалось, что даже стринги закрывают куда больше, чем это, и полупрозрачная чёрная сетка на грудь. За ухо ему было положено вставить цветок, чтобы подчеркнуть его чистоту и единство с природой.
У парня была точно такая же одежда, но на размер больше, а девушек нарядили в коротенькие юбки и топики, которые прикрывали лишь верхнюю часть груди, заставляя округлости показываться снизу.
Выйдя из ванной и гардеробной, их подвели к первой двери. Сердце Пита снова ухнуло. Четыреста пятый. Здесь живёт Александер, так? Значит, его точно пронесло. Какое облегчение!
Эмма аккуратно постучалась в дверь и через пару секунд ей открыла Анна, что, будто зеркало, отражала её улыбка.
— Добрый день! Вы к мистеру Александеру? — прощебетала сиделка дока.
— Именно так, Анна! Пожалуйста, позовите его, пусть он определиться с выбором.
Анна кивнула и скрылась в глубине номера. Через ещё несколько секунд она буквально вытолкнула заспанного дока к дверям.
— Ознакомьтесь, мистер Александер! Самое лучшее для вас!
Доку с трудом удавалось разлепить глаза. Он старательно проморгался, осмотрел стоящих перед ним и, увидев Пита, проморгался ещё раз. Нет, это точно Ривер. А какого черта он тут и почему он так одет?
— С кем бы из них вы предпочли остаться наедине, мистер Александер? — подтолкнула его к нужной мысли Эмма.
Кристи зашлась новым потоком слёз, старательно прикрывая бюст и почти торчащий пах.
— С… Ним?.. — док неуверенно кивнул на Питера, а глаза того полезли на лоб.
— Не-а, — выдавил из себя шатен. — Не-а!
— Да ну, а с кем ещё? С тобой, — Хантер развернулся, проходя обратно в номер, а Эмма чуть ли не пинками стала толкать зеленоглазого за ним.
— Нет! Нет, док! Твою же мать!
Дверь за спиной шатена с хлопком закрылась, а небольшой индикатор на двери загорелся красным, оповещая, что замок заблокирован снаружи и изнутри.
