wine from your tears

Here, say where you come from

Скажи, откуда ты?

It's not what you wanna do, it's what you're gonna do

Дело не в том, что ты хочешь сделать, а в том, что ты реально сделаешь.

Ана устроилась на заднем сиденье арендованной машины, слегка откинувшись и глядя в окно. Ветер трепал волосы, а солнечные лучи мягко падали на её лицо. Перед ней раскрывался вид на Тихий океан, который переливался всеми оттенками синего — глубоким сапфировым вдалеке, прозрачной бирюзой у самого берега. Волны с пеной мягко разбивались о скалы, создавая ритмичный шум, который сочетался с лёгкой музыкой, доносившейся из динамиков машины. Пальмы склонялись к дороге, их листья слегка трепетали, а редкие туристы на маленьких пляжах выглядели как точки на огромной карте природы. Ана наблюдала, как серферы складывают доски после утренней сессии, а лодки лениво покачиваются на волнах. Её сердце то ускорялось, то замедлялось — смесь восторга и тревоги, как будто сама дорога напоминала о том, что впереди новые горизонты, новые правила игры. Две недели без него… — думала она, внутренне сжимаясь от воспоминаний о последних встречах с Джаредом. Его редкие сообщения и звонки оставили после себя пустоту, которую Ана пыталась заполнить своей независимостью. Её характер требовал свободы. Машина мягко изгибалась вдоль побережья, и Ана заметила, как дорога постепенно поднимается в холмы. Солнце осветило склоны, покрытые виноградниками, фруктовыми садами и редкими кустами сосен. Небольшие водопады стекали по камням, создавая мерцающие блики на солнце, а запах хвои смешивался с солёным воздухом. Ана глубоко вдохнула и почувствовала, как её тело наполняется свободой, но разум одновременно держал внутренний щит. Вдруг телефон зазвонил. На экране высветилось имя Джареда. Ана глубоко вдохнула, словно собираясь с силами, и нажала на кнопку ответа. — Привет… — её голос был ровным, чуть сдержанным. — Ана! — раздался мягкий, тёплый голос. — Хотел пожелать тебе хорошей дороги. Она почувствовала тепло в груди, но сразу включился внутренний скепсис: Он исчез на две недели и вдруг звонит именно сейчас… Зачем? — Спасибо… — ответила Ана ровно, слегка отстранённо. — Я уже еду. — Отлично! — сказал он. — Отдохни немного, а потом покоряй Голливуд. Ана усмехнулась про себя. Его голос согревал, но её свободолюбивый характер не позволял раствориться полностью в эмоциях: Он заботится, но я сама отвечаю за свои чувства. Машина плавно изгибалась среди холмов. Ана смотрела на зелёные склоны, на океан, на редкие пляжи. Каждое мгновение дороги казалось ей символом свободы и самостоятельности. Солнце постепенно поднималось выше, отражаясь в воде и создавая золотые блики на морской глади. Кассиани чувствовала, как напряжение и тревога смешиваются с восхищением: новый город, новая работа, новые возможности. Всё это напоминало, что жизнь — это дорога, и только она определяет скорость и направление.

***

Ана медленно проезжала по улицам Голливуда, наблюдая за городом. Вдоль тротуаров тянулись высокие пальмы, их листья слегка дрожали на ветру, а солнце мягко падало на фасады зданий. Редкие прохожие спешили по своим делам, а туристы фотографировали вывески знаменитых студий. Вдалеке виднелись небоскрёбы, а рядом уютные кафе с ароматом свежего кофе и выпечки. Она остановила машину у небольшого, но аккуратного отеля. Фасад светлых пастельных тонов выглядел почти по-голливудски идеально, а аккуратно подстриженные клумбы и пальмы создавали атмосферу небольшого островка спокойствия среди городской суеты. Ана вышла из машины и вдохнула свежий воздух, чувствуя лёгкое напряжение: новый город, новая работа, новые правила игры. Внутри лобби царила тёплая атмосфера: мягкий свет люстр, лёгкая джазовая музыка, тихий гул посетителей и скрип половиц. Ана подошла к стойке регистрации: — Добро пожаловать! Вас ждёт номер на третьем этаже с видом на город, — улыбнулась женщина за стойкой. — Отлично, спасибо, — ответила Ана, слегка устало, но уверенно. Лифт поднял её на этаж, и дверь открылась в светлый, просторный номер. Большие окна открывали вид на улицы Голливуда, мягкий свет заполнял комнату, отражаясь от светлых стен. Кровать была аккуратно заправлена, кресло у окна манило присесть, а небольшой диван создавал ощущение домашнего уюта. Ана огляделась, прислушиваясь к собственным ощущениям: Нужно всё организовать под себя. Всё здесь будет моим временным пространством, и я хочу, чтобы оно работало на меня. Она оставила сумку на столе и направилась в ванную. Душ смыл усталость дороги, горячая вода словно смыла тревогу и напряжение. Ана чувствовала, как мышцы расслабляются, а мысли начинают формироваться в более ясные линии. Завтра первый день… Как я покажу себя на новой работе? Когда она вышла из душа, телефон завибрировал — на экране высветилось имя Руди. Ана улыбнулась и ответила: — Привет, Руди! — Ана! Ты добралась? Как дорога? — голос сестры был бодрый и заботливый. — Да, всё прошло хорошо, — ответила Ана, слегка смущённо, но с улыбкой. — Дорога была удивительной, виды потрясающие. Ты как себя чувствуешь? — Тут шведский стол круглосуточно, как ты думаешь? - Руди сделала паузу, а старшая сестра прыснула со смеху. — Да я в Раю, Ана. — Ты точно идешь на поправку. После разговора она написала короткое сообщение маме: Ана: «Я уже в отеле, устроилась. Всё в порядке, вид шикарный. Дорога прошла гладко.» Дэстани: «/смайлик с поцелуем/ Отдыхай милая, люблю тебя» Сев на кресло у окна, Ана надела удобную одежду и открыла ноутбук, чтобы повторить материал для завтрашнего дня. Она просматривала заметки, выделяла ключевые моменты и формулировала вопросы. Но мысли снова возвращались к Джареду. Её телефон завибрировал — сообщение от него: Джаред: «Добралась до отеля?» Ана почувствовала лёгкое напряжение в груди. Я вроде хочу быть с ним, но не понимаю как. Его действия пугают и одновременно притягивают. И я ещё должна быть собрана завтра на работе… Она ответила ровно, стараясь скрыть в тексте всю бурю эмоций: Ана: «Да, добралась. Всё в порядке.» Сидя в кресле, Ана смотрела на оживлённые улицы за окном. Машины, туристы, мерцающие огни — город будто жил своей жизнью, и она была частью этого потока. Но внутри неё бушевало противоречие: Я хочу свободы, я хочу независимости… но я не могу перестать думать о нём. И как я буду совмещать новую работу, себя, мои правила, и эти чувства? Она сделала глубокий вдох, закрыла глаза на несколько секунд, ощущая лёгкий запах кофе из кофейни внизу. Нужно сосредоточиться. Работа. Завтрашний день. Ана вернулась к ноутбуку, пытаясь погрузиться в материалы. Но мысли о Джареде не отпускали: Он появляется и исчезает. Я не понимаю, чего он хочет. И чего хочу я. Это странно и страшно… и в то же время невозможно игнорировать. Она написала себе напоминание: Не теряй контроль. Завтра — первый день. Новые люди. Новые возможности. И только после этого — Джаред.

***

Ана проснулась ещё до того, как первые лучи солнца начали пробиваться сквозь окна. За окном город медленно пробуждался, и в его утренней тишине чувствовалась особая энергия. Голливуд казался совершенно другим ранним утром — тихие улицы, редкие прохожие, редкие машины, мягкий гул которых отдавался от фасадов высоких зданий. Воздух был свежим, прохладным, с лёгким ароматом цветов и только что заваренного кофе, доносящимся из маленьких уличных кафе. Пальмы вдоль тротуаров слегка колыхались на ветру, их тени растягивались по асфальту, создавая ощущение, что город сам дышит, будто живое существо. Ана тихо выскользнула из номера, закрыв дверь за собой. Асфальт был прохладным под ногами, а лёгкий ветер играл с её волосами и одеждой. На улицах еще почти не было машин, только редкие велосипедисты и ранние бегуны, спешащие по своим маршрутам. Она ощущала этот город как пространство, которое одновременно огромно и интимно, словно Голливуд существовал для всех и одновременно только для неё в этот ранний час. Музыка в наушниках придавала ей свой ритм, Ана то бежала трусцой,то срывалась с места иной раз пробегая на красный свет светофора по пустым дорогам. Из-за незнания города девушка уже порядком скучала по ненавязчивому Бербанку с его сквером, где она бегала каждое утро с собаками. Фобос и Деймос.., Ана очень по ним скучала, ей всегда было словно расставаться со своими любимцами. Девушка сняла наушники, переходя на быстрый шаг. Проходя мимо небольших кафе и лавочек, Ана слышала первые звуки открывающихся дверей, скрип витрин, тихие разговоры сотрудников, готовящихся к новому дню. Иногда доносился запах свежей выпечки, смешанный с нотками бензина и влажной земли после ночного орошения клумб. Она свернула в небольшой городской парк. В тишине парка просыпались первые птицы, чирикание которых сливалось с лёгким шумом листвы на деревьях. Лёгкая роса блестела на траве и листьях, отражая первые розовые и золотистые лучи солнца. Ана пробежала еще несколько кругов, чувствуя, как холодный воздух наполняет лёгкие, а сердце пробуждается вместе с городом. Заметив в такой ранний час открытую кофейню, девушка незамедлительно направилась туда, перебегая через дорогу, осматриваясь по сторонам. Потянув на себя стеклянную дверь и заходя в крошечное помещение, в нос ударил горьковатый аромат свежесваренного кофе и сладкий запах выпечки, которая лежала на красивых резных блюдцах на стеклом витрины. Шум кофемашины за стойкой, заставлял чуть повысить голос, чтобы бариста услышал заказ. - Двойной эспрессо. - Желаете что-то из выпечки? - спросил невысокий парень в смешном фартуке с нашивками. - Нет, благодарю, только кофе, - улыбнувшись ответила Ана. - Хорошо, ожидайте. Ана кивнула и отошла от стойки заняв один из столиков у большого окна. рассматривая стены. Кофейня была камерного стиля, ненавязчивый интерьер, мягкий теплый свет от торшеров на стенах, приятные картины именитых художников. Продуманное зонирование, перегородки, которые создают чувство уединённости, и отдельные зоны с мягкими креслами. - Ваш двойной эспрессо готов! - Благодарю, хорошего дня! Ана вновь вернулась в небольшой парк через дорогу. На одной из скамеек она остановилась, присела с горячим кофе и сделала небольшой глоток. Горячая жидкость обжигала губы, но согревала изнутри, словно напоминание о том, что она сама контролирует своё утро, свои мысли, свои чувства. Она смотрела на водную гладь небольшого пруда, на отражения деревьев и первых солнечных лучей, и позволила себе несколько минут просто быть здесь и сейчас. Когда она двинулась обратно к отелю, улицы начали оживать. Магазины открывались, люди спешили на работу, первые автобусы медленно катились по улицам, а отражения золотого утреннего света на стеклянных фасадах создавали иллюзию, что город будто сияет изнутри. Ана заметила баннер, трое мужчин на снимке в стиле ч/б. Джаред Лето..., она вновь ощутила теплый трепет точь-в-точь как в подростковые года, волнение и восхищение от одного лишь взгляда на него. Это глаза очаровывали, Ана мысленно одернула себя и осмотревшись по сторонам продолжила идти к отелю. На баннере было написано про большой тур по Америке это означало то, что Джаред скорее всего к нему готовится и они не смогут видеться. Может оно и к лучшему он в туре, а я буду заниматься делами на новой работе? Возвращаясь в отель, Ана ощущала одновременно лёгкость и тревогу. Голливуд ранним утром казался ей пространством возможностей и испытаний одновременно — местом, где нужно быть сильной, сосредоточенной, но в то же время позволять себе чувствовать. Вернувшись в отель, Ана мягко закрыла дверь за собой. Её тело ещё ощущало лёгкую усталость после пробежки, но ум был свеж и сосредоточен. Она направилась в ванную, быстро смыла пот и утреннюю свежесть воды, а затем подошла к шкафу, чтобы выбрать одежду на первый день в Paramount. Выбор пал на строгий, но элегантный комплект: светлая блуза, тёмные брюки, аккуратные туфли на низком каблуке. Ана тщательно расставила волосы, проверила макияж и взглянула в зеркало. Её лицо отражало смесь решимости и лёгкого волнения — внутренняя борьба между профессиональной сосредоточенностью и мыслями о Джареде. Взяв сумку и ноутбук, Ана вышла из номера. Дорога к Paramount была насыщена деталями: окна магазинов отражали утренний свет, вывески ресторанов переливались красками. Ана шла быстрым шагом, ощущая ритм города, смешивая его с ритмом собственного сердца. Приближаясь к зданию Paramount, Ана отметила высотные стеклянные фасады, аккуратно подстриженные клумбы перед входом и лёгкий шум сотрудников, спешащих по своим делам. Люди в деловых костюмах, с планшетами и документами, создавали ощущение организованной суеты. Войдя внутрь, она почувствовала знакомое лёгкое волнение. Высокие потолки, блестящие полы, стеклянные перегородки и фотографии прошлых проектов студии создавали впечатление пространства, которое одновременно вдохновляет и требует концентрации. — Доброе утро! — прозвучал приветливый голос Лии, сопровождающей Ану в первые дни. — Готова погрузиться в работу? Лиа была помощником Райана Нокса и именно с ней Ана консультировалась по телефону все эти дни и переписывалась по рабочей почте. Лиа была девушкой около тридцати лет с тёплой улыбкой, которая сразу располагала к себе. У неё были светлые волосы, аккуратно собранные в высокий хвост, и мягкие карие глаза, в которых ощущалась живость и внимательность. Её одежда была строгой, но элегантной: светло-бежевый жакет, чёрные брюки и аккуратные туфли на низком каблуке. Лиа держалась уверенно, с лёгкой грацией в движениях, которая выдавалась из опыта работы в динамичной студии. Её лицо излучало дружелюбие, но в глазах проскальзывала внимательность к деталям — видно, что она привыкла быстро улавливать настроение и потенциал людей, с которыми работает. — Да, готова, — ответила Ана с лёгкой улыбкой. Внутренне она повторяла себе: Соберись. Всё будет хорошо. Ты сама создаёшь свои возможности. И только от тебя зависит, как этот день пройдёт.