Секретное место

Гермиона проснулась от ярких лучей солнца, пробивающихся ей в окно. Она пыталась не обращать на них внимание, или хотя бы несмотря на это попытаться заснуть, но ей это не удалось. Солнце не хотело слушать никаких отговорок. Все должно быть по расписанию. Наверное… Собрав волю в кулак, она поднялась с необычайно мягкой кровати. Впрочем, все кровати по утрам становятся местом для райского сна. Особенно после бессонной ночи. Если встать с кровати было первым подвигом — то доползти до шкафа и даже пойти в душ — проявление невероятной силы воли. Гермиона была сильнее чем некоторые парни, возможно даже физически. Она стала настоящим борцом и могла за себя постоять перед пьяным мужиком. Наверное. Но не факт. Так как факты должны подтверждаться, а ей пока не приходилось кого то бить. Ее всегда защищал Рон. Кстати, где он? Возможно, он где то сходит с ума. Гермионе было все равно. Он виноват — он пусть и извиняется. Это только его проблемы, что он дурак. Бессовестный дурак. Как так можно?! Вообще без сил, Гермиона кое как что то приготовила. Хотя готовкой это сложно назвать. Поджарить два тоста с сыром — считается? Вряд ли. Хотя, какая разница, что есть, если вкусно. Боже. Она думает как Рон. Какой стыд! Все всегда поворачивается к нему. Нужно отвлечься. Дом нельзя было назвать их собственностью — они снимали его у милой старушки. Кажется, ее зовут Джейс? Вроде так. Впрочем, какая разница. У нее был большой двухэтажный дом. При входе мы попадаем в кухню/гостиную. Это, кстати, очень практично. Меньше шанс уронить или разбить еду, пока несешь ее из кухни. Куда, как вы бы думали? К телевизору. Это, без шуток, самая худшая напасть человечества. От вирусов или атомной бомбы есть шанс защитится, а от телевизора — нет. Он круглосуточно промывает людям мозги, и не дает шанса остаться со здравым смыслом. Он поменяет твое мнение так, как нужно ему, а ты и не заметишь. Вот потому что Гермиона не любит телевизоры. Да и вообще после того, как она узнала о своей принадлежности к волшебникам, она начала менять свое мнение насчет изобретений магглов. Ха-ха, как иронично, менять свое мнение от приемлимости до недолюбливания штуки, которая «меняет мнение людей». Если мы пройдем чуть дальше по дому — поднимемся на второй этаж. Слева была дверь в спальню, справа же — в ванную. За лестницей был небольшой балкон и чулан, в котором лежали старые вещи владелицы дома. Она попросила их разобрать, но у Гермионы не было времени. Они туда не заходили, потому что там жутко воняло пылью. Балкон выходил на дорогу и на соседние дома. Несмотря на центр города, многоэтажек здесь было мало. Машин тоже. На балконе стоял столик и пара стульев. Несмотря на простоту, здесь было очень эстетично, да и во всем доме в целом. Он был уютен, как будто они жили тут уже несколько лет. Гермионе не нравились пустые размышления. О чем она вообще думает? Ей нужно устраиваться на работу, а она думает о телевизорах! Рон обещал попросить своего отца замолвить словечко на работе о Гермионе, но как она поняла, пока она этого не дождется. А жаль. Она ведь уже могла начать готовится к принятию на работу… Она знала гордость Рона и даже не надеялась, что он придет с извинениями через день. Это не в его вкусе. Он любит помучаться и помучать других, пока до него не дойдет. До него доходит как до жирафа — через два дня. Ну и ладно, пусть поразмышляет. Ей надоело то, что она постоянно под него подстраивается. Все! Не придет — его проблемы! Не нужен он ей таким. И тут Гермиона вспомнила про Драко. Какого?! Утром эта идея казалась еще более безумной. Какая у него может быть причина? Была бы причина, сказал бы раньше, и не вел себя как мудила. Столько ждать — ждун позавидует… У него нет ее номера. Это хорошо. Или плохо? Может, позвонить? Но зачем? Он ведь псих! Может, он хочет убить меня? Ладно, вечно сидя в засаде, все равно когда то пропустишь момент и все старания будут напрасны. Надо смотреть страхам в лицо. Нужно позвонить. Он же не убьет ее! По крайней мере, в общественном месте. Они пойдут в кафе. Без вариантов, кафе! Если откажется — приходить не будет. Опасно. И возьмет с собой волшебную палочку. Пару отваров для скорой помощи. На всякий случай. Мало ли, что он может с ней сделать. И вот Гермиона решилась. Аккуратными пальчиками она набрала номер. Вначале на звонок никто не отвечал, но тут по другой стороне послышался голос. — Алло? — сказала Гермиона. — Это ты, Гермиона? — А ты Драко? — Да, а ты все-таки решилась позвонить? Я уже и не надеялся. — Да. Нужно встретиться. В кафе. Дам адрес, в 17.00 сегодня. — Ладно… я понимаю твои сомнения. Конечно, я приду. — сказал Драко. Гермиона продиктовала ему адрес заведения. Сейчас было уже около часа дня. После вчерашнего Гермиона долго не могла уснуть, поэтому долго спала утром. Тем более, она вчера очень устала. Следующие три часа Гермиона занималась своими делами: убиралась в комнате, перебирала вещи. От скуки она даже полистала несколько древних книжек. С виду им было лет сто, не меньше. Удивительно, как хозяйка еще не забрала их и не продала на аукционе за баснословную сумму. Надо бы ей сказать. Дом Гермиона снимала совместно с Роном, но ее вклад был значительно больше. Так как ее родители получали деньги от государства на ребенка, они их не тратили, а откладывали. Так как они дантисты, они могли обойтись и без дополнительных денег — они вполне могли обеспечить Гермиону всем необходимым. Поэтому откладывали оставшиеся деньги на ее будущее. За семь лет скопилась приличная сумма, поэтому они просто отдали все деньги Гермионе. С Роном же ситуация сложилась обратная — его родители были на мели, и денег для него не хватало. В большой семье один источник заработка — ничтожно мало. Поэтому Рон наскреб последние деньги из своего кармана, но этого оказалось недостаточно, чтобы покрыть хотя бы четверть оплаты за месяц. Поэтому Рон срочно должен был устроится на работу в течении месяца и зарабатывать первые деньги. Вообще официально дом снимала Гермиона, так как для того, чтобы дом снимали двое, Рону нужно было потратиться. Но он решил не заморачиваться и оставить все Гермионе. Хотя нет, совсем ничего это тоже назвать нельзя: он купил чуть мебели и декора. Гермиона решила пожалеть его, и сняла дом за свои деньги. А зря! Нельзя давать кому нибудь садится на шею, кто бы это ни был. Потом не отучишься. В четыре часа дня Гермиона решила начать собираться. Враг, не враг, а выглядеть надо красиво. Она достала короткое облегающее черное платье. Она всегда хотела в нем прогуляться. В нем был довольно глубокий вырез. Из обуви она решила взять черные босоножки на высокой танкетке. Самое то для конца весны. Нанесла легкий макияж, когда на часах пробило полпятого. Гермиона взяла джинсовую куртку, на случай того, если будет холодно и быстрым шагом вышла из дома. До кафе было недалеко, поэтому она решила пройтись пешком. Женственной походкой она миновала лужи, оставшиеся после вчерашнего ливня. Это было похоже на то, как она оставляла свои проблемы внизу, уверенным шагом идя к будущему. Она была сильной девушкой. И не давала себя в обиду. Наконец она дошла до кафе. В нем уже много было народу. Она начала глазами искать Драко или какую либо угрозу, но, ничего не найдя, направилась к свободному столику и села на мягкий стул. Ей принесли меню, и она решила заказать себе что то легкое, ведь она чувствовала что разговор будет долгим. Она попросила салат с помидорами, огурцами и капустой. Классический набор, ничего проще и не придумаешь. Она ждала Драко совсем недолго — он вошел в кафе где то одну минуту спустя. Он искал глазами Гермиону, а когда нашел, уверенно пошел к столику. — Привет. — сказал Драко. — Ну привет. — Думаю, ты очень растеряна? Согласен, я вел себя как дурак. Но позволь мне все объяснить. С серьезным или даже язвительным лицом Гермиона положила руки на стол. — Слушаю. — Мой отец ненавидит грязнокровок. Маглорожденных. И я тоже до определенного момента. Ты это знаешь. — Да. — холодно ответила Гермиона — С каких это пор ты стал называть меня «маглорожденной», Малфой? — вдруг встрепенулась она. — Все обьясню, а пока дай мне закончить. Гермиона лишь подарила ему свой короткий взгляд. Но он не заметил. Или не хотел замечать. — Как только я родился, мои родители говорили, что грязнокровки ужасны и не достойны той жизни, которую им подарили случайно. Что они — лишь ошибка, которую стоит устранять. И, я будучи маленьким, верил. Потом я пошел в школу. Вообще, как только я увидел Поттера, — это слово он сказал с неким раздражением — я не хотел быть с ним врагом, ведь он мне понравился. Я думал, что мы могли стать друзьями. Но он отказал мне! Понимаешь, это был такой стыд! Мне, наследнику рода Малфоев, отказали в дружбе. Только потом я заметил шрам на лбу и все такое, и пропитался ненавистью еще больше, ведь из-за него моих родителей могли посадить в тюрьму. Тогда я решил отомстить ему, потому что он не знал, с кем связался. Конечно, сейчас я понимаю, что это глупо, но тогда я так не думал. А ведь из-за кого он мне отказал? Из-за Уизли! Мне родители говорили, что они позорят волшебников, а я и поверил! Не то чтобы я во всем верил родителям, но это был как раз тот случай. Я хотел его наказать, но не знал что Гарри и он общаются. Вообще, я со всеми вами хотел подружиться, но после того случая, к ним пропал интерес. Но не к тебе… Когда я видел, как ты с ними общаешься, хотел подойти и предложить дружбу, но знал, что ты откажешь, и я буду ненавидеть еще и тебя. Всех гряз… магглорожденных я недолюбливал, но ты казалась мне другой. Ты была нормальной среди толпы. Потом я всячески подавлял этот интерес… Ты не подумай, я хотел с тобой общаться, а не… ну ты поняла. Хотя это странно звучит, но это не так. Потом интерес и вовсе пропал, или я внушил себе, что его нет… А обижал я тебя, потому что, во-первых, мне нужно было поддерживать репутацию, а во-вторых, я хотел хоть как-то взаимодействовать с тобой. И вот сейчас, когда я свободен от мнения родителей, я все переосмыслил и понял, что нельзя терять этот шанс. Ты согласна? Она молчала. Потом спросила: — Ты предлагаешь мне дружбу или просто перестать быть врагами? — Как тебе больше нравится. Если тебе нужно подумать — настаивать не буду, да и в случае отказа — тоже. Я все понимаю. — Хм. Здесь душно. Пойдем, прогуляемся? — Куда? — спросил Драко. — Доверься мне. Они вышли из кафе, попутно оставив оплату, и молча шли, пока не пришли к какому то лесу. — Что это за лес? — Скоро узнаешь. Не волнуйся, убивать не буду. — сказала Гермиона. — Не волнуюсь. Я знаю, что ты добрая. Гермиона с удивлением уставилась на него, как будто он сморозил какую то чушь. Небо уже темнело, появлялись первые звезды. Они шли около пятнадцати минут, как Гермиона сказала. — Я думаю, не стоит просить, чтобы этот разговор оставался конфиденциальным. Надеюсь, ты все понимаешь. — Конечно. Я понял. — А вот мы, кстати, и дошли. — Ого! Вау! Какой вид! Гермиона рассмеялась. Впервые за весь вечер она почувствовала себя расслабленно. Она сама удивилась, как она так быстро перестала быть с ним злейшими врагами и даже отвела Драко в ее секретное место. — Ночью здесь еще красивее. Звезды, луна, и шум города внизу. Неоновые вывески, реклама, здесь все кажется неважным. Как будто время остановилось. — Класс. Мне нравится — сказал Драко, — А тебе? Гермиону этот вопрос застал врасплох. А думала ли она когда-нибудь о этом? Да. Ей всегда нравилось это место, но от Драко все вопросы несколько странные. Наверное, она просто перенервничала. — Да. — Понятно. Знаешь, звезды это отдельный вид искусства. Они живут поодиночке, и лишь иногда группами, но они умудряются не сойти с ума. Хотя, звучит это несколько странно. Луна еще более сумасшедшая. Она одна, и нигде не найдет себе пару, ведь звезды меньше ее. Но так кажется, пока не рассмотришь величие даже в, казалось бы, маленьких звездах, а впрочем, они совсем не маленькие. Только когда рассмотришь.Ты, наверное, думаешь, что я сошел с ума. А может, так и есть. Сейчас непонятно, где правда, а где ложь. Гермиона в ответ лишь молчала. Она перестала боятся Драко и начала верить ему. Тишину прервала Гермиона: — А знаешь, я согласна. Будем друзьями. Я верю тебе. Чувство такое. — Правда? Спасибо, а… дай свой номер, если не против? — А, конечно. Совсем забыла. А… нет бумажки и ручки? — Нет… Может, вернемся в кафе? Там должна быть. Тем временем стало совсем темно. Пока они были там, город, звезды и луна освещали им все, но зайдя в лес, почти ничего не было видно. Гермиона инстинктивно хотела была взять его за руку, но одернула себя. — «Нет. Не дождешься.» Дальше они шли лишь по теплу их тел, каждую минуту перекрикиваясь, хоть и шли совсем рядом. Только сейчас Гермиона заметила, что забыла сумочку дома и за все время даже не вспомнила. — А… эм… у тебя нет волшебной палочки? — спросила Гермиона. — А… Ой… Блин, точно, волшебная палочка. Они рассмеялись. Но что-то Гермиону насторожило: что-то поменялось. Она сослала это на то, что она просто перенервничала. Но что-то надвигалось все больше. И она поняла, что не знает, в какую сторону идти, и даже не знает, где они. — Гермиона, куда нам идти? — спросил Драко. — В том то и дело, что я не знаю. И не знаю где мы.