Archenemy

***

      Рыбьеног, Задирака и Сморкала всё сидели на маяке и разглядывали проклятую энциклопедию Хагрида Ловеласа. Иккинг будто назло покинул их, летал на Беззубике по ночному небу, даже пару раз пролетал мимо маяка, словно хотел проверить друзей.       Рыбьеног потихоньку листает страницы, мельком проглядывает текст и с каждым словом всё больше ужасается. Задирака ладонями прикрывает рот, чтобы не начать снова блевать. Сморкала лишь задумчиво глядит на картинки, чешет пальцами правый висок.       — Ничего не понимаю. Как эта книга оказалась у Иккинга?       — Тор его знает, — отвечает Ингерман, всё листая странички, — Задирака, почему ты не сказал нам, что Хагрид Ловелас — Торстон?       Задирака лишь пожимает плечами, всё прикрывая рот ладонями. Возможно, он сам не догадывался, что главный Казанова Олуха его родственник.       — Получается, что Иккинг украл эту книжку у вас?.. Кривоклык! Надо потрещать с этим Пастухом, — Йоргенсон вскакивает со скамейки, бежит к своему дракону, дремлющему на балках.       Сморкала решительно настроен выпытать у Иккинга всё, что можно. И если тот будет отпираться, получит по лицу.       Сморкале не даёт покоя мысль, что его заклятый враг знает намного больше. Надо поговорить с Иккингом начистоту и попробовать узнать, откуда у него эта чёртова книга… Заодно и спросить про Астрид. Она же их любимая тема для дискуссий.

***

      Иккинг сидел рядом с уступом одной скалы, напротив небольшого костерка, и что-то черкал карандашом в блокноте. Рядом дремал Беззубик. Дракон повёл ушами в сторону, откуда доносились подозрительные звуки.       — ВОТ ТЫ ГДЕ, ИККИНГ! — орёт во весь голос Сморкала, заметив издалека сына вождя. Самому Иккингу, видимо, было всё равно, что его нашли.       Сморкала спрыгивает с Кривоклыка на лету и приземляется перед костром, как и перед Иккингом. Ужасное Чудовище приземляется чуть дальше, тут же ложится на землю и прикрывает глаза. Тоже, видимо, решил подремать.       — Ты про книгу хочешь поговорить? — поднимает глаза Иккинг, хлопая блокнотом и откладывая его в сторону.       Иккинг и Сморкала редко говорили тет-а-тет. Времени нет, да и желания. О чём им говорить? Иккинг говорит о драконах, Сморкала — об отцовских наставлениях. Абсолютно разные темы. Но тут нашёлся повод для разговора…       Сморкала присаживается на землю в позу йога, сначала молчит. Просто смотрит на Иккинга, что слабо улыбался.       — Откуда.       — Что «откуда»?       — Книга. Как ты её достал? Я знаю, что ты сын вождя, всё такое, но…       Икк усмехается, опять открывает свой блокнот.       — Зачем ты это спрашиваешь, если ты читать не умеешь?       — Умею. Просто мне лень.       — А, вон как. Почаще заходи в библиотеку, может и наткнёшься на парочку томов Хагрида, — качает головой юноша, опять что-то черкая.       — Если отец узнает, что я читаю книжки… — начинает Сморкала, отводя в сторону взгляд.       — Он запрещает тебе читать?       — Не то что бы… Он хочет видеть меня воином, а не книжным червём. Я же не Рыбьеног.       — Для общего развития можно и взять маленькую книжку, как по мне.       — Хагрид много писал книг?       Иккинг опять хмыкает, не глядит на троюродного брата.       — Достаточно.       — Откуда знаешь?       — Предполагаю. Хагрид был знаменитым, жизнь у него была красочная… Вряд ли он мог остановиться на энциклопедии в четыреста страниц, причём где больше половины из всего содержания — рисунки голых женщин.       — Даже Задирака не знал, что он Торстон.       — Зато Забияка знает, — комментирует Иккинг, — Астрид заподозрила меня в том, что я читаю Хагрида из-за этого. Забияка ей сказала, что я якобы когда-то в Большом Зале читал Хагрида Ловеласа.       — Ого, — Сморкала заметно удивляется, — И что?..       — Дело в том, что я-то читал. Но не в Большом Зале, — улыбается Иккинг, опять откладывая свой блокнот, — Я читал другую книгу, но у неё такая же обложка. Знаешь Бьёрна Железнобокого?       — Кто ж его не знает, — говорит Йоргенсон; он подсаживается чуть ближе к костру, начинает заметно холодать, да и интересно ему что-то стало.       — Я его читал. «Бег по острию кинжала». Обложка точь-в-точь как у Хагрида, — уверяет Иккинг, начиная жестикулировать обеими руками, — Отличие только в том, что корешок чуть темнее. Возможно, из-за света в Большом Зале она не особо пригляделась. Да и таких тонкостей не заметила.       — Но ты читал Хагрида.       — Да.       Сморкала немного покачивает головой.       — Мне кажется, что ты врёшь, но… Ты сломал мой мозг, Иккинг. Ты. Читаешь книгу. С голыми девками. Это же не по-твоему, не по-Иккинговски!       — Извини? — коротко усмехается парнишка.       — Ты должен читать книжки о драконах! Как Рыбьеног! А не о девках и их телах!       — Так я читаю о драконах. Почти каждый день.       — Нельзя читать о драконах и о людских утехах одновременно! — восклицает очень эмоционально Сморкала.       — Кто это тебе сказал? — вскидывает бровью Иккинг, хохоча, — Я читаю всё последовательно.       — Я не понимаю твоей логики, Иккинг! Как ты вообще умудряешься?.. А-а-а-а, у меня мозг кипит!       Иккинг громко смеётся на это, Сморкала всё ноет, что у него болит голова от размышлений. Спустя пару минут они смолкают. Успокоившись, Сморкала опять начинает разговор:       — Меня больше интересует… Астрид. Ты из-за неё начал такое читать?       Иккинг ни одним мускулом лица не дрогнул, хотя мог смутиться. Кажется, он был готов к этому, будто знал, что такая ситуация может рано или поздно настать.       — Я на книгу Хагрида наткнулся случайно. Если я вижу что-то новое, я всегда начинаю это читать. И плевать на содержание.       — Не похоже на тебя, — комментирует Сморкала, щуря глаза в сомнении, — Тебя вообще ничего не смутило?       Иккинг отрицательно помотал головой, следом развёл руками, как бы говоря: «Да, такой вот я, не смутили меня голые девушки».       — Ты сейчас серьёзно?! — выпаливает вдруг Йоргенсон, — Это кого угодно смутит!.. Погоди… А ты случаем не видел голых девок вживую?! А?! Признавайся, гад!       — Ты чего орёшь? — безэмоционально заявляет Иккинг. Сморкала тут же притих, даже растерялся, — И вообще, я не хочу говорить об этом.       — Значит видел, — шёпотом продолжает Сморкала, — За Астрид небось подглядывал в бане.       — Ты этим занимаешься, разве нет? Я не вуайерист, в отличие от тебя.       — Что ты несёшь вообще?! Что это ещё за слово такое?!       — Э-э-э, забыли, — отмахивается Иккинг, — Даже если бы я и подглядывал за девушками, я бы это никому не сказал.       — Даже Стоику?       — Даже отцу.       — Смело.       — Я помню, как ты говорил нам, что увидел родинку на спине у Астрид, когда подглядывал за ней в бане, — вспомнил Иккинг, глянув мельком на ночное небо.       — Она меня избила сегодня из-за этого! Кто-то ей сказал, что я за ней подглядывал…       Сморкала тут же начинает хрустеть пальцами, злобно зыркать на Иккинга.       — Я ничего ей не говорил, — спокойно отвечает Иккинг.       — Да что ты.       — Клянусь сердцем и всем, что у меня есть, — и кладёт левую руку на правую сторону, правую руку поднимает в открытой ладони. Йоргенсон тут же помягчел, но даже не понял, что сердце как бы немного с левой стороны, — Вообще, эту песню начал Задирака.       — Он тоже что ли за Астрид подглядывает? — смутился Сморкала.       — Вы втроём всегда за ней и Забиякой поглядываете, разве нет?       — Ну, когда как.       Опять замолкли. Разговор движется к тупику.       — Слушай, давай закроем эту тему, — предлагает Иккинг, — Разговор исчерпан.       — Последний вопрос.       — Ладно.       — Ты… видел когда-нибудь сны странные?       — Смотря с какой стороны посмотреть… — задумался Иккинг.       — Я пару дней назад видел сон с Астрид… О Тор, если отец узнает, мне отрубят голову мечом, — Сморкала прячет лицо в ладонях.       Иккинг на долю секунд замирает в ступоре. Так он не один такой?       — Погоди, ты тоже это всё видишь?       — В смысле «тоже»?       — Ну, Астрид, — не распространяет Иккинг.       — Конечно! Мы же оба к ней неровно дышим, забыл?       — Не забыл.       Молчат ещё пару минут. Костёр немного затрещал, собирается потухнуть.       — Ты всё ещё мой заклятый враг, Иккинг. Даже несмотря на то, что мы братья, — с нотой угрозы в голосе говорит Сморкала, показывая своё хмурое лицо.       — Я не собираюсь с тобой враждовать, — заявляет Иккинг, тоже хмурясь, но не сильно, — Нам незачем это делать.       — Уверен? — ухмыляется злорадно Йоргенсон.       — Послушай, что я скажу, — резюмирует сын вождя, начинает следом загибать пальцы, — Если я убил Красную Смерть, прочитал запрещённую книгу о любви раньше тебя, являюсь сыном вождя и испытываю симпатию к девушке, что и тебе нравится, это не значит, что это повод враждовать со мной.       — Ты сам-то слышишь, что говоришь, Пастух?       — Всё ясно, ты опять всё прослушал, — цокает языком Иккинг и закатывает глаза.       — Я Астрид тебе просто так не отдам, ясно?       — Флаг тебе в руки, Сморкала.       Иккинг демонстративно встаёт, берёт блокнот в руки и подходит к Беззубику.       — Так легко сдаёшься?       — Астрид сама решит, кому отдастся, — бросает фразу Иккинг, взбираясь на Ночную Фурию.       — Она точно не захочет отдаваться такому хиляку, как ты, Иккинг. Ей нужно крепкое, мускулистое тело.       — По тонкому льду ходишь, Сморкала, — будто грозится Иккинг; но вспомнив сон, тут же остывает, — Хотя, может у меня и нет таких мышц, как у тебя, но у меня есть кое-что другое, что даёт мне преимущество над тобой.       — Что же? Мозг? Звание «Повелителя драконов»? — ставит руки на бока Йоргенсон.       Иккинг тычет указательным пальцем на свой пах и многозначительно дёргает бровями; тут же взлетает на Беззубике в небо.       — Ты… ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ, ДРАКОНИЙ ПАСТУХ?! — орёт неистово Сморкала, сильно краснея и кидаясь к Кривоклыку, — Я УБЬЮ ТЕБЯ!

***

      Начинается гонка в воздухе. Стоит глубокая ночь, а Сморкала всё пытается догнать Иккинга, что злорадно смеётся во весь голос над деревней.       Сын вождя не замечает, что пока он кружился в воздухе, из сумки выпадает его блокнот с секретиками.       А отлетает книженция аж в сторону дома Астрид. Точнее, в спальное место Громгильды. Дракониха просыпается от неожиданного грохота и спешит поглядеть на упавшую вещь. Принюхивается и берёт книжку в рот, несёт её к себе на место.       Что она с ней сделает? Тор её знает. Но то, что Иккингу станет очень плохо, когда он не найдёт свой блокнот, это точно.