Archenemy

***

      Иккинга никогда не ловили на подглядывании. Потому что он и не подглядывает. По крайней мере, так думают. Он просто не подаёт виду, умело скрывается, выбирает хороший момент.       Пока Рыбьеног, Задирака и Сморкала подглядывают в открытую: через щели в стенах, через двери и окошки, Иккинг вооружается самодельным биноклем и с крыши своего дома наблюдает за девочками. Его силуэт, сияющий порой при лунном свете, прикрывает Беззубик. Дракон понимает, что Иккингу это нужно, почему бы не помочь? Хороший братец, что сказать.       Забияка, обёрнутая в полотенце, выглядывала цепким взором все возможные местечки, где могли показаться чьи-то глаза. Астрид же была нагой, лежала в большом деревянном чане, в горячей воде, и тоже глядела по сторонам.       — Не видно?       — Нет.       — Хорошо прячутся. Всё равно дам им всем взбучку. Кроме Иккинга, конечно же, — добавляет словно для себя Астрид. Иккинг же не обладает стадным чувством…       — Всегда была интересно узнать, Иккинг реально настолько одержим драконами? Даже Рыбьеног!.. — размышляет Заби, крутясь вокруг себя.       — Мне кажется, что Иккинг умело скрывается, — предполагает Астрид, немного прикрыв глаза. Она даже нижнюю губу чутка прикусила.       Иккинг сидит на верхушке крыши как Жуткая Жуть на жёрдочке. Беззубик стоит на задних лапах сзади него и прикрывает его от лунного света своими крыльями. Будто в бутоне цветка.       — Так… — тянет Иккинг, покручивая корпус своего бинокля.       Он видит троих своих приятелей, ходящих около бани по кругу. Причём делают это так синхронно, что кажется, будто они под гипнозом. Вдруг из ниоткуда возникает Плевака, что пугает тройку и она начинает орать. Астрид тут же реагирует: зовёт Громгильду и дракониха принимается атаковать юношей. Иккинг тихо посмеивается с этого зрелища.       — А я ведь предлагал им бинокль… Идиоты, — фыркает сын вождя, ещё подкручивая корпус. Замечает уже одетую со спины Забияку. Астрид всё не видно, но он не отчаивается, у него же есть блокнот…

***

      Не обнаружив той ночью блокнот, Иккинг тут же захандрил. Кажется, он готов был сойти с ума. Где он мог его обронить? Если упал в море, его выловят в сетях рыбаки, и обязательно откроют. А свой блокнот Иккинг всегда носит с собой, многие знают, как он выглядит.       Если его уже кто-то нашёл, не поспешит отдавать. А если и отдаст, то начнётся шантаж, что вполне вероятно. Ведь вещь-то ценная, там много интересностей.       Иккинг, кажется, не спал всю ночь. Выйдя утром из дома, все жители ужаснутся, увидев его огромные синяки под глазами. Ещё бы, и так бледный, хилый, так ещё и без глаз фактически.       Сморкала лишь посмеётся. Рыбьеног посочувствует. Близнецы… Ну, это близнецы. Им плевать.       Астрид всё не было.       — Иккинг, что с тобой? Тебе плохо? — беспокоится Рыбьеног, поглядывая на Икка, что готов был упасть с Беззубика в любую секунду.       — Я блокнот потерял, — бормочет он, ошалело оглядываясь по сторонам.       — И что? Будто у тебя там что-то важное! — махнул рукой Сморкала. Иккинг странно дёрнул головой, будто хотел что-то сказать, но промолчал.

***

      Астрид просыпается и как обычно видит мордочку Громгильды. Но было одно заметное отличие: во рту драконихи была какая-то книжка.       — Доброе утро… Что это у тебя?       Громгильда аккуратно кидает книженцию на пол комнатки через окно. Астрид поднимается с кровати, приглядывается.       — Это блокнот Иккинга! Обронил что ли?       Так хочется открыть и всё просмотреть. Хотя, и так ясно, что там одни драконы. На первой страничке Беззубик. На второй тоже. На третьей Громгильда. На четвёртой и пятой — Кривоклык. На седьмой Барс и Вепрь, а на восьмой Сарделька. Ясно, нет там ничего интересного.       Астрид хмыкает и решает открыть блокнот с конца. Там её ждал рисунок… Драконьего корня. Тьфу ты, Иккинг! Похоже реально увлекается драконами больше, чем Рыбьеног. Листает дальше: какие-то цветы, поля, кусты с ягодами, Жуткие Жути, Тайфумеранги, Локи тебя сожги, Иккинг, что это вообще такое?!       Астрид бесится до трясучки, откидывает книжку куда-то в сторону, и из неё тут же вылетает какой-то листочек. А вот это уже интересно. Громгильда тоже заинтересовалась, даже сильнее протиснула мордочку в окно. Девушка переворачивает листок наверх, тут же напрягается.       — Вот же…       Она не знает, что Иккингу снилось. Он никому не сказал, что видел. Зато блокнот всё знает. Ибо на листочке нарисована Астрид, когда она выжимала футболку. И как еле заметно выпирали её соски… Хотя бы не голая. Жар прилил в лицу почти молниеносно.       Страницы громко зашелестели, Астрид как одержимая вглядывалась в наброски, аж задыхалась от непонятного чувства злости и в то же время радости…       Везде она. Не Забияка, не другие красивые девчушки, коих на Олухе полным полно, а она одна. С одной стороны приятно знать, что кто-то так привязан к тебе. Блокнот громко захлопывается в ладошках Астрид.       — Может он и не читал Хагрида, но фантазия у него явно хорошая… — она хитро лыбится, немножко кусает губы, — Громгильда, полетели найдём Иккинга.

***

      Всадники решили начать патруль без Астрид. Она сама их найдёт, если надо будет. Иккинг всё ещё похож на живой труп.       — Даже не скажешь ничего? Каков план действий, Иккинг? — подаёт голос Сморкала. Тот молчит, кажется, будто в прострацию ушёл.       — Всё как обычно.       — Но Астрид нет.       И тут же появляется она.       — Теперь здесь! Иккинг! Я нашла твой блокнот!       Сын вождя медленно поворачивает голову в сторону всадницы, округляет глаза.       — И где ты его нашла?       — Громгильда принесла, — улыбается Астрид, тут же спешит добавить, — Ты не переживай, я его не открывала. А смысл, у тебя там одни драконы.       — Спасибо, — нервно смеётся Иккинг, ловя свой блокнот на лету, — С вашего позволения, ребят, я полетел.       — Куда это ты?       Но Иккинг уже стартанул куда-то назад, причём на всех парах. Астрид незаметно для всех ухмыляется. Пошёл прятать сокровище, наверное.       Иккинг лавиной врывается домой.       — Беззубик, плазменный залп, — он тыкает пальцем на камин. Дракон непонимающе помотал головой, но просьбу исполнил.       Иккинг раскрывает свой блокнот и начинает нещадно вырывать страницы с набросками, кидать их в огонь.       — Так и знал. Так и знал, — приговаривает Иккинг, — Беззубик, тащи все большие книги из угла сюда!       Всадники решают вернуться на остров за Иккингом.       — Какой-то он странный сегодня, — невзначай говорит Рыбьеног.       — Он всегда странный, — отвечает Сморкала.       В топку летят все тома Хагрида Ловеласа, что Иккинг хранил у себя в углу. Огонь съедает книги быстро и с явным аппетитом.       — Никто больше этого не увидит. Проклятый Хагрид, — Иккинг яростно кидает со всей дури тяжеленные книжки, на весь дом стоял грохот.       — Иккинг, ты чего там творишь?! — орёт Астрид со стороны улицы.       — Уборка помещения! — тут же отвечает он, продолжая убирать улики.       — Почему ты убираешь именно сейчас?! Ты мог бы убраться и после патруля!       — Я НИЧЕГО НЕ СЛЫШУ, ЧТО ТЫ ТАМ ГОВОРИШЬ?!       В огонь отправляется последняя книга, и всё на том. Шум стихает. Иккинг выходит из дома довольный собой. Его встречают все Всадники, смотрят на него с нескрываемым удивлением.       — Отец сказал сжечь макулатуру у меня в комнате, — улыбается он, ставя руки на бока, — Он сказал сделать это до обеда, но я забыл. Как всегда.       — У тебя стоял такой грохот, будто ты решил перевернуть весь свой дом, — отмечает Рыбьеног.       — Ну так, барахла много, а времени мало, — пожимает плечами Иккинг, вскакивает на Беззубика следом, — Теперь полетели на патруль.

***

      Блокнот заметно похудел после неожиданной утилизации. Иккинг оставил в своём блокноте всего парочку зарисовок, зато каких! Их хватит, если вдруг его дёрнет нечистая сила…       Наконец показалась Астрид. Точнее, её красивая спинка. На ней есть шрамы, но их немного; но особенно выделяется красивая родинка на правой лопатке. Иккинг томно вздыхает, что-то бормочет себе под нос. Он ждёт, когда можно будет увидеть её перед.       Парней прогнали пинками под пятые точки, а Иккинг всё дежурит на своём наблюдательном пункте. Он ложится на крышу.       — Беззубик, слезай, — дракон послушно прыгает в окно, оказывается в комнате Иккинга; юноша остаётся лежать и подглядывать за подругой.       Астрид тем временем лежит в чане, о чём-то задумалась.       — Плевака прогнал их, — говорит Забияка, надевая шлем.       — Хорошо. Я тут ещё полежу.       — Уверена? Они могут вернуться.       — Громгильда проследит, да, девочка? — спрашивает громко в сторону Астрид. Дракониха тут же отвечает ей радостным рыком, — Вот видишь. Она постоит за меня.       — Как скажешь, — говорит Забияка, уходя.       Иккинг замечает издалека, как Забияка выходит из бани. Значит, Астрид осталась одна.       — Интересно… — шепчет Иккинг. Заметив следом взлетевшую Громгильду, напрягся. Дракониха начала оглядываться по сторонам, летая в воздухе, — Пора сваливать.       Юноша ловко скатывается по крыше вниз к себе в комнату, ложится на кровать, будто спит. Через пару минут он слышит, как к окну кто-то подлетает. Громгильда порхает над окном, наблюдает за якобы спящим парнем. Раздаётся громкий рык драконихи.       — Ой, кто это там? — театрально сонно интересуется Иккинг, потирая глаза и зевая, — А, это ты, Громгильда? Чего тебе?       В ту же секунду Беззубик хватает Иккинга за кожанку зубами и кидает в окно. Иккинг завопил от неожиданности, его хватает Громгильда, что несёт викинга с собой, как не странно, в сторону бани.       — Куда это ты меня несёшь?! Погоди… ЧЕГО?!       Ловкий драконий бросок, и он влетает в окно бани, падает всей тушкой в чан с водой.       — Какого Тора происходит?! — восклицает Иккинг, кашляя и потирая мокрые глаза.       — Прости, ты спал?       Астрид сидит в полотенце на скамеечке, улыбается, скрестив руки на груди.       — Спасибо за приглашение, Астрид, я как раз собирался искупаться на днях, — Иккинг переступает через чан, весь мокрый до нитки, опять немного кашляет.       — Ты же купался вчера.       — Ну да… Погоди, откуда ты?.. — тут же теряется Иккинг. Ответом ему была лишь улыбка, — Хотя, ты мне лучше скажи, зачем ты меня сюда катапультировала?       — Поговорить.       — О чём?       — О твоём блокноте.       — А что в нём такого?       — Так уж вышло, что я увидела одну картинку. Листочек выпал…       Столько эмоций на лице Иккинга Астрид ещё не видела. Она заливисто смеётся, пока Иккинг жутко краснеет и его тело доходит по температуре до отметки в минимум градусов сорок.       — Ты ещё и смеёшься?! Я чуть ноги не откинул, когда потерял его! — топает ногой Иккинг, дёргает руками так, будто хочет Астрид побить.       — Тогда почему он оказался у меня, а не у тебя?       — Я обронил его в полёте! Всякое случается, знаешь ли! — ставит руки на бока, чуть наклоняется вперёд. Его нисколько не смущает, что Астрид сидит перед ним в одном полотенце.       — Понимаю. Меня другое интересует.       — Только попробуй спросить про Хагрида, — он хмурит брови, щурит глаза.       — Нет, ты что, и так ясно, что ты его не читал.       — Астрид!       — Да всё ясно с тобой, Иккинг. Я даже рада этой новости, — признаётся она, — Я думала, что у тебя одни драконы на уме.       — Я кажется уже говорил с тобой на эту тему. Ты сказала: «Ты сам себя слышишь, Иккинг, ты одержим драконами похлеще Рыбьенога!» — эмоционально восклицает Иккинг, всплёскивая руками, — Я виноват что ли, что я такой по натуре? Уже и Сморкала такой: «Не по-твоему это, не по-Иккинговски»!       — Так прямо и сказал? — усмехается Астрид.       — Да! И меня это бесит! Да, я читал этого проклятого Хагрида! Да, меня интересуют не только драконы! БЕСИТ!       Иккинг шумно вздыхает, качает головой.       — Успокоился?       — Немного, — показывает пальцем Иккинг, — Успокоюсь, когда ты меня вырубишь своим фирменным хуком.       — Так не терпится получить в лицо? — посмеивается Астрид, вставая со скамейки.       — Ты же всё видела… И я сейчас в бане, хотя не должен быть здесь. Женский день всё-таки.       — Я не злюсь. И бить тебя не собираюсь.       — Да ты что. С каких это пор ты научилась так хорошо врать?       — Я не вру, Иккинг.       — Почему нет? Я разве этого не достоин? Я же такой гад, зыркал на голых девок в книжках.       — Да, ты в какой-то степени такой. Но в то же время ты удивил меня. С хорошей стороны. Ты намного глубже, чем кажешься.       — Поясни эту фразу, пожалуйста, — коротко хмыкает Иккинг, забегав глазами по сторонам, старательно избегая пересечения взгляда с подругой.       — Зачем? Ты сам понимаешь, о чём я говорю. У тебя в душе столько всего творится, и мы этого порой не замечаем.       Астрид права. Она всегда права.       — Но я всё равно жду наказания. Я сделаю всё что угодно. И пожалуйста, никому из наших не говори, что ты видела у меня в блокноте.       — Хорошо… Тогда сбегаешь к себе домой?       — Зачем?       — За наказанием, Иккинг. Блокнот неси.

***

      Иккинг чертыхается себе под нос, заходит к себе домой с блокнотом в руках. Стоик храпит, но даже тихое бормотание сына услышал.       — Где ты был? — спрашивает вождь.       — В бане.       — Эм…       — Астрид.       — А-а-а… Постой, в смысле?! Чем это вы там занимались?! — громогласно восклицает Стоик.       — Ничем, пап, ничем. Всё в порядке. Просто… Разговаривали.       — В бане?! Ночью?!       — Слушай, давай не будем, а? Пожалуйста, — просит Иккинг.       — Нет уж, будь добр рассказать, Иккинг!       Стоик и Иккинг сидят за столом.       — Я заметил в топке кучу пепла. Что ты там жёг?       — Книги.       — Какие книги?       — Плохие.       — Распространи.       — Макулатура.       — Иккинг!       — Хагрид Ловелас…       — Сколько книг?       — Одиннадцать.       — Обложки?       — Алые и бежевые.       — Ты сжёг раритет!       — Запрещённый и плохой раритет.       — Агне убьёт меня… Иккинг, эти книги были последними в своём роде.       — Есть куча копий.       — Да ты что!       — Он сам писал. Спроси у Йоханна, он точно знает о тайниках.       — Зачем ты их сжёг?       — Я ошибся.       — В чём?       — Во всём. Если я ошибаюсь, то ошибаюсь по-крупному, ты сам знаешь.       — Кто-то узнал?..       — Забияка.       — А, сами Торстоны… Ясно, надо будет поговорить с ними об этом.       — Потом сам рассказал ребятам, что когда-то читал, отдал им одну насовсем…       — Какую?       — Анатомию.       — Чего?       — Пап, ты смеёшься надо мной? Эх, женского тела…       — У кого она осталась?       — Не знаю.       — Узнаешь. Что дальше?       — Потерял блокнот.       — И что?       — Я там рисовал наброски как в книгах.       — Вот как… Дальше.       — Его нашла Астрид.       — И она увидела.       — Да. Сначала подумал, что нет… Отдала и всё на том. Ну я и пошёл всё сжигать.       — И ты сжёг все книги Хагрида.       — Да. И часть блокнота.       — Не заметно, что он изменился… Так, почему ты оказался в бане?       — Астрид меня туда кинула.       — Это как понимать из твоих уст?       — Громгильда меня кинула туда. Я вообще спал.       — М, понятно. И что?       — Что «и что»?       — Не делай из меня дурака. Говори.       — Ну, мы поговорили про мой блокнот. Про книгу Хагрида… Я попросил её меня наказать.       — И что она сделала?       — Мне правда стоит это говорить? Ты ж меня в море отправишь привязанным.       — Я подумаю над этим.       — Она заставила меня перерисовать все наброски, что я сжёг.       — Сколько их было?       — Около сорока.       — Какого характера?       — Папа…       — Продолжай, упырь.       — Где Астрид полуголая…       — ТАК ВОТ ЧЕМ ТЫ ЗАНИМАЕШЬСЯ В СВОБОДНОЕ ВРЕМЯ?!             — НЕТ, НЕ В СВОБОДНОЕ, ПАП, ХВАТИТ ДАВИТЬ НА МЕНЯ!       Крики отца и сына слышно даже в самых дальних хижинах деревни. Уже скоро солнце встанет, а они всё бранятся. Грохот стоял невообразимый, но викинги славятся крепкими снами, посему многие просто этого не слышат.       Астрид, довольная собой, лежит в кровати и загадочно улыбается. Под подушкой у неё остался тот набросок, что вылетел из блокнота. На столе лежат ещё парочку, самых красивых и детализированных. Даже Хагрид так не умел рисовать, она уверена.

***

      Утром Иккинга не было. Он появился ближе к обеду, опять с синяками под глазами.       — Теперь почему не спал? — ёрничает Астрид.       — Отец, — угрюмо говорит Иккинг.       — Ой, он всё узнал?       — Спасибо тебе.       — Ты же хотел наказание.       — Ну да. Спасибо ещё раз, Астрид.       Отношения между Иккингом и Астрид, кажется, остались прежними. По крайней мере, так выглядит со стороны. Никто из ребят не в курсе, что именно между ними происходит, да и спросить не рискуют…