Софиты тоже гаснут

      Музыка проходит сквозь вены, оставаясь там, вызывая зависимость, словно наркотик. Атмосфера на сцене непередаваемая. Дым из-под пола, зажигающие под твой голос люди на сцене, горящие прям над тобой софиты сносят голову. Ритм барабанов, басы и звуки гитары вбиваются в мозг, взрывая сцену. Герман хватается за микрофон, пропевая последнии строчки песни, падая на колени, ловя эйфорию. Зал взрывается аплодисментами и громкими выкриками из недр. Парень еле поднимается, убирая с лица потные волосы. Отдышаться, надо отдышаться. Ловя тот самый кайф, Герман улыбается. Он снимает с себя футболку и кидает в толпу визжащих девочек в первом ряду. — Мне так удобнее. — парень облизывает губы и усмехается. Зал заполняется громкими криками. Он бог. И он это знает. А еще он всегда был ебанутым. Герман обходит оборудование. Поднимается к барабанам, подходит к сидящему там улыбающемуся Артему, и, грубо хватая за потную футболку, страстно впивается в его губы. Нечаев не против: ему нравятся такие игры, он продолжает поцелуй, берет Германа за волосы и прижимает ближе. Он отстраняется от парня, давая легкую пощечину, и смеясь, поворачивается к фанатам. Герман слышит овации и визги. Он спускается со сцены и расправляет руки. Вот чего ему не хватало все эти дни.

***

— У-ХА-ХА-ХА-ХА-Х — кричит Герман, как только они ушли за кулисы. Он зевает и падает на пол, раздвигая руки. Он закрывает глаза и снова прокручивает всё выступление в голове. Громкие барабаны, прыгающие руки, ослепительные вспышки камер, направленных на него, Герман закусывает губу, пытаясь оттянуть момент наслаждения. — Ей-хей-хееей — он с закрытыми глазами играет на невидимой гитаре, все еще лежа на полу. Со сцены входит Жека, и ухмыляясь, смотрит на кайфующего парня. Но за кулисами уже стояла другая группа, поэтому надо было поторапливаться. — Вставай, Гер, мы уже должны собираться — снимая костюм, говорит Женя. — Тш-ш! — он поднимает руку, как бы затыкая парня указательным пальцем, и продолжает играть на вымышленной гитаре. — Оо, чокнутый снова чокнутый? — Зашедший Гуркин улыбнулся, смотря на Попкова, и повернулся к Жене. — Классно отожгли, да? — в его глазах читалось желание. Желание повторить. — Да, я устал, у нас завтра еще один концерт, в Питере — Спиряков достал бумажку с расписанием — Да, потом последний в Екатеринбурге. Блин, жаль — он положил документ обратно в рюкзак. — Потом снова написание текстов и репетиции. — выдохнул Гуркин. У Германа в это время до сих пор шла его «онлайн трансляция» концерта в голове. В этот момент следущая группа вышла на сцену, чуть не затоптав парня. — Все, Герман! Вставай — Женя попытался его оттянуть подальше, но лишь подучил по рукам ногой. — Ауч, придурок — парень потёр руку и принялся собирать вещи. Гитару, запасные струны, вещи и концертный костюм. Все это он умудрился засунуть в сумку. Гуркин осмотрел сцену и нахмурился. — А где Тёма? — он снова обсмотрел всю сцену, но так и не нашел его. — Мм? — Герман поднялся с пола, тоже хмуря брови — Он что, не тут? — изучая закулисье, произнес парень. — Кстати, что это было на сцене? — рассмеялся Лёша — Какого хрена? — ухмыльнулся он — Вы прям натурально сыграли. — подмигнул парень. — Хаха. Не знаю, мне стало скучно, я захотел шоу. — вставая с задницы, парень потер мокрую спину. — Блиин, я ж вспотел, а футболку выкинул… Она была красивой… — он грустно глянул на зал с зрителями. — Иди поищи Артема — проигнорировав последнюю реплику, сказал Женя, открывая баночку с йогуртом. — Эй, откуда у тебя йогурт. — сейчас Герман понял насколько он голодный. —Купил. —Дай. —Нет. Закатив глаза, парень пошел на поиски Нечаева. — Тёмаа! — он слонялся по закулисью, в тщетных попытках отыскать друга. — Куда свалил придурошный…? Немного отойдя от эйфории, он понял, что до сих пор в концертом костюме, и что штаны на нем в обтяжку и сильно давят… в паху. — Ай, бляя — он оттянул штаны и понял что: — Ссать хочу. Он нашел ближайший одиночный туалет и уже вошел, но в тесной комнате над раковиной стоял Артем. — Оо, а я тебя искал. Ну вот и хорошо, что нашелся. Сейчас по ссу и пойдём. — проходя внутрь и закрывая за собой дверь, довольно произнес Герман. — Мне выйти? — хриплым голосом спросил Артем. — Да не, я не стесняюсь. — нахально усмехнулся парень. Артем промолчал, кинув загадочный взгляд, и снова начал умывать лицо. — А чего это ты так долго? — открывая ширинку, Герман посмотрел на запыхавшегося парня. — Мне жарко. — Полежи на полу, спину продует, что пипец. — продолжал разговор Попков. — Не нужно было кидать в девочек свои вещи. — подтрунивал Нечаев, смотрясь в зеркало. Герман хмыкнул, закурил. — А мы сегодня в ударе, все с нас потекли. — хитро улыбнулся парень, затягиваясь — Поцелуй то горячий получился. — Хах, скорее с тебя потекли. Твоя ж инициатива. — в шутку облизывая губы, усмехнулся Нечаев. — Зато как ты продолжил. Понимаем друг друга с полуслова, да, Тём? — Герману было забавно видеть меняющиеся эмоции на лице парня, от смущения до насмешки. — Жду не дождусь посмотреть с записи. Кажется, я дал новый повод для шипперства. — коварно улыбнулся Попков. Нечаев цокнул, удивляясь ебанутости друга. — Ты неплохо целуешься. — Ну тогда, как-нибудь повторим. — он заканчивает и кидает сигарету в унитаз. — Фу. Смени их. Эти воняют. — Артем поморщился. — Ради тебя, все на свете. — продолжал подтрунивать парень. — Ладно, пойдем уже. — он вытер руки и открыл дверь из туалета. Конечно, многие обратили внимание на двух парней, выходящих из туалета вместе, но им было плевать. Особенно молодой «бойсбэнд» странно оглянулся на них. Герман лишь фыркнул. За кулисами Жени и Лёши уже не было. — Ушли наверное, пойдем сразу к автобусу. — Герман начал копошиться в рюкзаке. Артем переобулся и надушился. — Фу. Пахнет отвратно. — повторяя реплику парня, Герман самодовольно улыбается. — Ну хотя бы пахнет, а не воняет как от тебя. — рассмеялся парень. — Вот ты сучка, Нечаев. — улыбнувшись, он все также продолжал копаться в недрах рюкзака. —.Блин, у меня все футболки на тур закончились. Чеерт. — Дурак, надо было больше брать. — Нечаев тоже порылся в сумке и кинул в парня чистой розовой футболкой. — А другой нет? — рассматривая вещь, страдальчески спросил он. — Либо бери, либо отдай. — Уже полностью собравшийся Нечаев стоял и ждал. — Давай быстрей. — Ой ладно… — он все же натянул футболку, которая оказалась ему как раз, и посмотрел на Артема. — А откуда у тебя розовая футболка. — усмехнулся парень. — Так, меньше вопросов. — он напрягся. — А то сейчас отберу. — Пфф, как? — Герман рассмеялся. — Снимать тут будешь с меня? — Герман, ты не выносим. — закатывая глаза, подытожил парень. — Я только раз носил, так что она чистая. И пойдем уже. Они наверное заждались. Парни вышли из здания. — О-ох, свежий воздууух. — протяжно вздохнул Артем. Герман снова, по привычке расставил руки и закрыл глаза. И услышал тихое хихикание под ухом. — Очнись, рок звезда, ты не на концерте. Нечаев закурил сигареты, почему-то он любил со вкусом ванили. — Отстань. Тут так классно. Но там было действительно классно. Тихий летний ветерок, звезды, которых мало где увидишь, луна светится ярче обычного. Но всегда есть те, кто испортит атмосферу. Из-за автобуса выходят Женя и Леша. — Вы че так долго? — раздраженно спрашивает Гуркин. — Искали футболку… — все еще будто в трансе произнес Гера. — Трахались походу. — подколол Женя. — Может ты и скорострел, Жень, но если бы мы трахались, мы бы пришли намного позже. — Герман положил руки за голову. Артем прыснул от неожиданности. — А почему это ты сверху. — возмутился Тёма. — Потому что. Леша закатил глаза. — Пойдемте уже… — он вошел в автобус. — не выспимся же. — А мы бухать не будем? — Герман выглядел разочарованно. Леша лишь цокнул, заходя в свое купе. — Никакого алкоголя до конца тура. — строго сказал Женя, поднимаясь в след за Лёхой. — Эхх… — Пойдем, активчик. — Нечаев кладет ему руку на плечи и заходит вместе с ним. 02:30 Вставать нужно будет с восходом солнца. А то-есть к 5. Но Герман не спит. Он лежит и думает, повторяет песни, иногда так же уходя в свои внутренние трансляции. Автобус ехал по кочкам, и это невероятно успокаивало. Где-то за стеной храпел Женя. Герман лег клубочком, пытаясь хоть как-то заснуть. Он зарылся носом в футболку Артема. Тот же самый отвратный одеколон. Конечно же, Герман так не считал.