Мой детский страх

— Ч-чему ты снова улыбаешься? — уже дрожа от страха, спросил я и взглотнул в предвкушении чего-то ужасного... Но... как ни странно, этого не произошло... Он просто вдруг переключил своё внимание на что-то другое, и на этом наш разговор на сегодня был закончен, чему я был безмерно рад... В конце концов в ближайшие часы всё было как обычно – я сидел за столом и пытался сделать проект по литературе, а мой сталкер всё время следил за мной, то и дело отпуская какие-то комментарии. А потом произошло это... Маме пришла какая-то громоздкая посылка, которую, как и всегда, приходилось тащить мне. И именно потому что я такой удачливый, эта посылка своими острыми краями исцарапала мне все ноги, за что мама меня лишь выгнала из дома со словами: «Ты чуть не поломал телевизор! Я тебе не миллиардер! И пока не поймёшь свою ошибку, у своих друзей «богачей» поживи, и у них всё поразбивай!». И я реально уже собирался ночевать у моего соседа по парте (его дом был ближе всего), но тут меня остановил Баст, и с вопросительным выражением лица начал меня допрашивать. — А куда это мы в такой поздний час, так ещё и с расцарапанными ногами? — спросил Баст, попутно оглядывая местность вокруг. — За пластырем и потом к другу, — сказал я, уже привыкший к таким странным действиям мамы. — Э, нет, так нельзя! — возмущённо крикнул он и потащил меня по неизвестному направлению. — Так, не здесь... А вот! — сказал он и куда-то ушёл, пока я стоял в гордом одиночестве перед... Отелем?! Вскоре, ко мне подошёл какой-то мужчина лет 24 и с грустью в голосе сказал: — У вас у людей челюсти такие неудобные, даже улыбаться нормально не получается. В один момент я всё понял. Я понял, что это был Баст и в этот же момент мне жутко захотелось его треснуть по голове за то, что он без спроса вселился в чужое тело. Но у меня это сделать не получилось, поскольку в тот же момент он меня потащил в здание отеля, шарясь по карманам пиджака. Когда мы пришли, я стал оценивать внутреннее убранство, пока Баст, вполне по-человечески, разговаривал с милой девушкой на ресепшене. А потом с ухмылкой на лице сказал «Вставай» и снова потащил меня в неизвестное мне место. Как оказалось, это был красивый опрятный номер, в котором меня оставил Баст и уже через минут 10 стоял передо мной в виде духа. Спрашивать куда он подевал того несчастного, в чьём теле он был, я посчитал бессмысленным – всё равно не ответит. Потом он, что-то поделав в ванне, вышел и заговорческим тоном сказал: — Ну, думаю можно начинать. — процедил он со своей обыкновенной улыбкой, смотря на меня, который уже почти спал на мягкой кровати. — Ч-чего начинать? — спросил я и зевнул. Мне было уже как-то пофигу на его выходки и странное поведение, поскольку я хотел спать. Но мой сон развеялся в тот самый миг, когда это вдруг переросло в кошмар на яву. — Не будешь дёргаться, будет не так больно. — сказал он мне шёпотом и навис над моим телом. А потом... он вдруг начал осматривать мои порезы... В одной руке у него был пластырь, а в другой бритва... Бритва?! Чего?! Спасите! Мне уже становится страшно... — Эй, эй, ты чего? — спросил он, тормоша меня за плечи и вглядываясь в моё бледное лицо, пока он не проследил за направлением моего взгляда. — А, это... Как бы сказать... Хм... Короче, если налепить пластырь на даже немного волосатые ноги, то будет больно отлеплять, а поскольку ран у тебя достаточно, то я решил, что можно немного помочь тебе с этим. — сказал он с совершенно невинным лицом, на что я лишь уставился на него взглядом, полным непонимания. Он и проявление заботы – мне казалось, что это две абсолютно несовместимые вещи... И я не ошибался... Поскольку в следующие пять минут я орал от боли, пока он сдирал мне бритвой кожу и явно наслаждался этим процессом. — Эй, чшшш... — сказал он, пока в его глазах бегали нездоровые огоньки. — Я ещё даже до самого главного не дошёл. — шёпотом проговорил он мне на ушко и провёл пальцем по ране на внутренней стороне бедра, я и сам не понял, как умудрился там поцарапаться. — Ааа! — проорал я, пока он вновь провёл бритвой прямо по ране, расплёскивая кровь во все стороны. — Будешь так орать, я даже залечивать не буду... — эти слова подействовали на меня отрезвляюще, поскольку перспектива проснуться в луже собственной крови меня ничуть не радовала, и поэтому я просто терпел... Из закрытых глаз лились слёзы... А изо рта иногда вырывались всхлипы... Но потом мои мучения вдруг оборвались... Бритва оказалась на тумбочке, пока Баст, довольный своей работой, пожирал меня взглядом. Ему явно приносило удовольствие смотреть на то, как я лежу под ним с окровавленными ногами... И вдруг он сделал то, что не поддавалось моей логике... Он стал, в прямом смысле, зализывать мои раны, что очень удивляло и смущало... И, что самое интересное, после таких манипуляций раны затягивались в считанные секунды. Потом он вдруг с ухмылкой посмотрел на моё красное от смущения лицо. Мне не было приятно, но и противно, как на зло, тоже... А затем, он вдруг приподнял мою ногу и стал зализывать мою последнюю рану, на одном из самых чувствительных мест, на внутренней стороне бедра... Вот тогда я и начал сгорать от стыда и от того, что мне было приятно... Эти животные инстинкты, как же я их ненавижу... Но мне реально было приятно, от осознания чего я заливался румянцем ещё больше... — Мха... — вырвался у меня стон, когда он ненароком дотронулся до моего члена. Н-н-нет! Это не то, что ты п-подумал! — заикаясь от стыда, протараторил я. На что он лишь ухмыльнулся. — Ну если не то, что я подумал, то тогда всё, все раны в порядке. Извиняться за небольшие шрамы от бритвы не буду, сам виноват, что ворочался. — сказал он, надевая на меня, находящегося в прострации, футболку для сна. — Ах да, тебе похоже не нравилось, что я занимал ТАК много места на твоей кровати, — наигранно произнёс он и продолжил, — поэтому в этот раз, я буду спать на своей половине. Спокойной ночи. — сказал он, выключая настольную лампу. — С-спокойной, — сказал я, всё ещё находясь в своих мыслях... На тот момент меня заботило не то, что он по какой-то причине решил спать рядом... Нет. Меня интересовало, зачем? Зачем ты всё это устроил, Баст?