Мой детский страх

— Почему ты всё-таки так улыбаешься? — спросил я, уже привыкший к его безумной улыбке и взгляду, который всегда обращён, как ни странно, на меня. — Потому что мне нравится на тебя смотреть. — заявил он, совершенно не понимая, как это меня смущает. Мне редко кто отвешивал комплименты. А тут, смотрите-ка, мне даже нечисть дифирамбы посвящает. Ну, и поскольку я сегодня проснулся в добром расположении духа, я решил спросить его о том, что меня давно волновало, а точнее, со вчерашнего дня. — Слушай, а зачем ты вчера потащил меня в отель, заставил больно брить ноги, наслаждался, смотря на то, как я мучаюсь, а потом сам же и оправдывался? — понял ли я, что я сейчас спросил? Нет. Но и особо не жалею о том, что высказал всё, что думаю. Мне было реально интересно посмотреть, что же ответит Баст... — Я... — задумался он, пока улыбка постепенно спадала с его лица, — Я очень хотел посмотреть посмотреть, как ты, со слезами на глазах, корчишься и мычишь в подушку от боли, — выпалил он на одном дыхании, а потом перевёл взгляд на меня, который всё ещё переваривает информацию... — и я не оправдывался, я просто, по доброте душевной, решил тебе после этого помочь. — добавил он, в конце концов ухмыльнувшись своим мыслям. — Ч-что ты сейчас с-сказал? — сказанное ранее только сейчас уложилось в мой мозг. — Мне приятно наблюдать за тем, как объект моего обожания мучается от боли, которую приношу ему я. — дополнил он, насмешливо на меня посмотрев. Его однозначно забавляло происходящее... А вот меня... — Мне нравится, когда объект рыдает, мычит и стонет от моих действий. И как ни странно, этот объект – ты. — договорил он, пока я, укладывал всё в мозгу по местам. И на тот момент я мог сделать только два вывода: призрак с кошачьими жёлтыми глазами, что сейчас смотрит на меня – садист, а также, что жертвой его садизма стал я... — А вообще, мне ещё жутко нравится смотреть на то, как ты смущаешься от некоторых слов, примерно, как сейчас. — вырвал меня из размышлений голос Баста. Как оказалось, его лицо сейчас было на расстоянии всего пары сантиметров от меня, и из-за этого я засмущался ещё больше. — Милашка... — подытожил он, пока я становился красным, как помидор, думая, куда же мне деться, чтобы не видеть его лицо. — От-т-тойди, — сказал я и попытался отпихнуть его, но поскольку руки были ватными и не слушались, то он не отодвинулся от меня ни на шаг. — И проще говоря, — сказал он и поднял мой подбородок так, чтобы я смотрел в его лицо. — Ты мне нравишься. — сказал он и улыбнулся... по-человечески?! Он улыбнулся закрытым ртом и несильно зажмурил глаза, от чего вся его мистичность вдруг пропала... Мы сейчас сидели в номере отеля, Баст по прежнему держал мой подбородок, смотря то на мои уши, то на глаза, то на губы... И с каждой секундой я всё больше походил на кофеварку, у которой «котелок» от смущения скоро варить перестанет. Мне ведь, фактически, только что признались в любви. — Всё ещё не понял, или мне ещё повторить? — спросил он, ухмыльнувшись. — Н-нет! Не надо! Я и так прекрасно тебя понял... — в начале активно жестикулируя, проорал я, а потом немножко сник, поскольку мне же надо было что-то сказать... А я не мог ничего придумать и уж тем более выдавить из себя... — Эй, милая рожица, не накручивай себя так. — сказал со своей обычной ухмылкой, хотя в его голосе и читались нотки беспокойства. — Я-я и не накручиваю, — сказал я с явной дрожью в голосе, скорее всего от безысходности. Вдруг он невесомо дотронулся до моего запястья и немного надавил. Нечисть взволнованно посмотрела на меня, видя то, что я опять... боюсь?.. Постепенно боль стала увеличиваться и я немного простонал от боли, возможно только это и отвлекло меня от не самых весёлых мыслей. Я снова взглянул на моего моего собеседника с лёгкой обидой, но похоже, он уже завёлся от одного моего вскрика, поскольку он расплылся в блаженной ухмылке и смотрел на меня голодными и пугающими глазами.