Сохрани моё тепло

      Весна. Голубое небо затягивало серыми тучами. Серая Москва напоминала, грустный город Питер. В больницу Склифосовского, мчится скорая. Есть ли смысл объезжать пробки, торопиться… Если даже врачи скорой помощи, не могут найти признаков жизни. Женщина лежала на носилках. Чёрные берцы, брюки того же цвета, расстёгнутая куртка, белая футболка, на которой уже были отчетливо проявленные багровые пятна. Два слепых пулевых ранения. Холодная рука женщины лежала в ладошке капитана. Она пыталась согреть её, но ничего не происходило. Всё такое же бледное лицо, никакого румянца, как раньше. Врачи предложили вколоть успокоительное, но капитан отказалась.

***

Ты обещал, что мы уедем. Море, пальмы. Но все пошло не так. Всё не так. Мне так не хватает тебя. Представляешь, думала уйдя в запой, полегчает и я смогу забыть все прошлое, которое тяготит, но оказалось все совершенно не так. Рогозина, Антонова, Власова. Они меня вытащили, когда-то тебя, так же вытаскивали из запоя. Только сейчас, это уже ничего не меняет. Они хоть и спасли меня от алкоголизма, но от шальных пуль из Макарова… Нет. Ты вот сидишь в засаде, и никто тебя не может найти. А меня уже почти нет. Ты даже не узнаешь, что меня не стало. Пока не узнаешь. Через какое-то время может все образуется. У тебя будет семья, как ты и мечтал. Ребятишки будут заполнять своим смехом твой дом. Иногда нужно принять реальность. Иллюзии — это все обман нашего зрения, а точнее подсознания. Я хотела видеть тебя — видела. Пусть под алкоголем, но видела. Разговаривать с твоей фотографией было не так уж интересно, а иллюзия появилась и появился ты. Услышав эту фразу, ты бы пошутил, что это уже белочка, а не иллюзия. Иногда бывает так одиноко… Даже когда ты на работе, а у меня выходной, я позволяю себе открыть бутылочку вина и выпить пару бокалов. От этого становится немножечко теплее. Когда я только пришла, ты назвал меня «лаборанточка» да ещё и добавил, мол не опытная. Только вот неожиданно влюбился, как и я. Только я всегда считала на работе отношения только служебные и никаких романов… Но после того дела… Дело «Садовника» — все изменилось. А потом меня неожиданно забрали в ФСБ, там на меня на давили. Я всегда была карьеристкой, а тут такой шанс. Крышу снесло. Из ФСБ меня сразу в ГРУ, а там спасибо Богу. Смогла связаться с Рогозиной и Кругловым. Вытащили. Вернулась к тебе уже майором. Никогда не забуду, как ты меня встретил. Думала будешь винить меня… А ты просто подошёл ко мне в своём рыбацком камуфляже и впился страстным поцелуем, от которого у меня всегда подкашивались ноги и так было всегда, пока ты не ушёл. Когда меня ранили, ты умудрился потерять над собой контроль и сказал, что любишь, а я тебе влепила хорошую пощёчину, что бы пришёл в себя. Однажды мне позвонила Рогозина, и сказала, что тебя нашли полу живого, я думала умру, пока ехала в госпиталь. Тоже мне овощевод. Надо было догадаться, поменяться одеждой с парнем? Хотя чего теперь… Сама оказалась присмерти. Представляешь спасла ребёнка, ценою собственной жизни. В этом и заключается наша работа. Спасать. Хотя мы не спецназ и не МЧС… Я все сделала правильно. Оксана с Таней спасены. Наверное это лучшие новости за последние дни. Ромка Березин меня расспрашивал о наших фотографиях, которые весят в твоей квартире. Да уж, помню как мы ругались. Ты хотел, что бы в твоей квартире висели повсюду наши фотки, а я не хотела, что бы каждый вошедший, пялился на наш архив. Рома тогда посмеялся над этой историей, потому что в итоге, ты уговорил меня. Когда я работала с Субботиным, то ты ревновал жутко, а потом тиранил его на сменах с ним, а он не сдавался. Леня хороший парень. Ах, вспоминаю сейчас, как ты на работу принёс овощные роллы. Сказал, что сам готовил, и даже вилку мне дал, а я любитель поесть руками. Если вдруг ты вскоре вернёшься, то наверняка узнаешь, что меня не стало и в ЗАГС мы так и не попали, да и на море не съездили. Я бы очень хотела броситься тебе на шею, утонуть в твоих голубых глазах, они всегда были моей слабостью, а твои губы, которые знали все мои шрамы на теле… Конечно скучаю. Конечно люблю. Не могу вернуться, держит, что-то здесь. Вроде не умерла, а вроде не в сознании.

***

— Галь? — Круглов зашёл в кабинет за полковником, которая только что вернулась с задержания. Котов, Белая и Амелина, ничего не сказали майору, сил на разговоры не было. По приказу полковника Татьяна и Оксана с ребенком должны были быть на осмотре у Антоновой. — Галя! Что случилось? Всё же хорошо прошло? — Рагозина посмотрела опустошённым взглядом на своего зама, но ответа так и не последовало. Майор налил стакан воды и подал начальнице, но та будто была не живая не мертвая. — Галя, да что случилось? — Галя! — вбежал Майский с Даниловым, но увидев перепуганный взгляд майора остановились.- Это правда? — ответа снова не последовало. — Галина Николаевна, — Данилов осторожно сел рядом с Рогозиной и сжал её руку, отчего та перевела взгляд с Круглова на капитана. — Юля, жива? — осторожно, тихим голосом спросил Степан. Круглов налил себе стакан воды и выпел таблетку. Майский напрягся и позвонил Антоновой, которая тут же примчалась. Сделав успокоительный укол полковнику и майору Круглову, Валентина покинула кабинет. Единственный адекватный был Котов, но он не торопился рассказывать о случившемся. Он просто не верил в то, что произошло. Весь это захват пролетел перед глазами. Ребенок. Заложник. Девчонки, Белая и Амелина. Соколова. Два выстрела. Парень жив. Она смотрела на него стеклянными глазами. Полковник сама закрывает глаза своему сотруднику. — Степ, езжай к Рите. Её нужно забрать из больницы. — Данилов ушёл, так и не получив ответы на их вопросы. Котов, Майский, Круглов сидели в кабинете полковника. — Во время захвата, — начала полковник и вспомнив всё в деталях, запнулась. — Всё пошло не так, абсолютно не так, как мы предполагали, -полковнику тяжело довались слова, но перебивать её никто не собирался. — Убили майора, Соколову. — ответил Котов и вышел из кабинета. Винить полковника в том, что она не отдала вовремя приказ о захвате, не было смысла. Все действительно пошло не так. Больше всего его смутила другое. — О, Кость, — Белая чутли не врезалась в капитана, — Мне с тобой поговорить надо… — Танюш, обещаю поговорим, но мне надо кое-что проверить. — на такой ответ, Белая удивилась, но спорить не стала. Котова смущал тот факт, что все были в бронежилетах и Соколова в том числе, но почему то… Пройдя в морг, у Константина пробежали мурашки, никогда не любил это место, и пытался не приходить без надобности. Найдя свой бронежилет, вскрыв его скальпелем без разрешения Антоновой, да и не нужно оно ему было. Он ужаснулся. Если бы он вместо Юлии побежал прикрывать ребенка, то и его бы убили. — Да быть этого не может, Галь. Вы что решили пошутить над нами? — не сдавалась Антонова. Но Оксана и Таня сидели в переговорной с опущенной головой и лишь благодарили свою судьбу, что вообще живы остались. Рогозина с Кругловы тоже присоединились к их компании. Майский садиться не стал, стоя думалось, как то быстрее. Сложил руки на груди начал расхаживать по переговорной. Котов пришел не с пустыми руками. Два бронежилета, скальпель из морга Антоновой. — А теперь прошу внимание, — все присутствующие очень удивились, а Рогозина просто наблюдала. — Вот это, мой бронежилет, — потряс перед носом Майского, от чего тот покорчился. — Вот это, — теперь была очередь следующего бронежилета, — Соколовой. Две дырки, а пули-то остались в её теле. Тут только меня смущает вся эта ситуация? — Майский вырвал из рук капитана броник и начал осматривать. — Ну броник, как броник. Что не так-то? — пробормотал Сергей, и передал Рогозиной вещь. — А то! Посмотри сюда, — Котов сунул свой броник Майскому. — Ты его чего, разрезал! — удивленно вскрикнул Майский. — В том то и дело, что броник нельзя разрезать! — Майский посмотрел на разрез и засунул руку. — Он весит точно также, но пустой. Галь, как такое может быть? — удивленно вскинул бровь майор. Котов не выдержал и сам засунул руку в разрез и достал некий пакет, с белым содержанием. — Это что? Наркота что ли? — прокричал шокированный Майский. Круглов взял скальпель и разрезал бронежилет Соколовой. — Галь, — показал на ещё пару пакетов с белым содержащим порошком. Полковник ничего не успела ответить, на пороге появились Власова и Данилов. — Она жива, -начала капитан и обратила внимание на броники, которые были зверско разрезаны скальпелем. — У Соколовой была клиническая смерть, -решила продолжить рассказывать главные новости. — Сейчас она в коме, врачи дали ей три — четыре дня, если она не очнется, можно считать погибшей. И да, -Рита вытащила из кармана пакет с пулями и отдала Оксане. — Вытащили из Соколовой. — Власова, ты шутишь так? — возмутилась Белая. Рита лишь натянуто улыбнулась и посмотрела на наркотики. — Она правда жива? -переспросил шокированный Котов. — Да Кость, если не верите позвоните врачу, который провел операцию. Да, Галина Николаевна, — Рита сняла с себя броник и отдала Данилову, который явно был заинтересован происходящим, и точно так же как и Круглов и Котов, разрезал броник и достал пакеты идентичные остальным. — Врач из больницы, просил, чтобы вы связались с ним. — Спасибо, Рит. — полковник покинула переговорную и направилась в свой кабинет. Она набрала номер врача, который дала Власова и тот не заставил себя долго ждать. Они переключились на видео связь. — Добрый вечер. Вы просили, чтобы с вами связались, я слушаю. — Круглов подошёл к Галине и положил руки на плечи полковника. Давая понять, что он рядом. — Да, просил. Ваш майор прооперирован. Два слепых пулевых ранения. Вам объяснить что это такое? — Нет, я сама доктор-медицинских наук и прекрасно знаю, что это такое. — майор победно ухмыльнулся, будто это он доктор-медицинских наук. — Так вот, я не стал говорить вашему капитану все детали, но вы должны знать. Если вдруг, мы предположим, произойдет чудо и она очнется, то стрелять она больше не будет. Задет плечевой нерв. Любое напряжение в её руке будет появляться тремор. Вам остается только молиться и верить в чудо. Извините, мне нужно идти. -монитор полковника погас. — Коля, а я знаю, как вернуть Лисицына. Пока давай задействуем Субботина с этими наркотиками. А вот майора Лисицына, надо вернуть. — И как ты это собралась сделать? — Да есть у меня, одна знакомая, которая очень любит свою работу. -Круглов удивленно посмотрел на полковника, та лишь улыбнулась. Улыбнулась в первые за последние пару дней. Майору оставалось только гадать, что задумала его женщина.

***

ФЭС. Контора опустела, лишь только начальство сидело у себя в кабинете и обсуждало план действий на завтра. На сегодня для всех было много потрясений и полковник отпустила домой. Конечно она позвонила и сказала, чтобы старую партию с бронежилетами отправили в контору. — Меня завтра в министерстве ждут, я могу положиться на тебя? — Товарищ полковник, обижаете. Мы с тобой столько лет вместе… — Коль, да не об этом. -полковник подошла к своему майору, а тот её сразу обнял за плечи.- Просто я не хочу снова видеть тебя на больничной койке. — Галь? -майор игриво улыбнулся и рука его скользнула уже ниже. — Признайся, тебе нравится роль жены майора, -полковник смущенно отвернулась, но улыбка на её лице все же расплылась. — Да. Мне нравится идея неразлучных попугаев. -пара громко залилась смехом. — Так что там за идея? — майор уже стал серьезнее, а вот полковник лишь игриво улыбнулась и направилась к выходу. — Завтра всё узнаешь. Ты только завтра Майского с Субботиным напряги с этим делом контрабанды. -майор помог надеть полковнику пальто и покинули здание. — А кто у нас сегодня дежурит? — Березин с Граниным. Всё нормально будет, Галь. — И Коль, -Галина повернулась к своему майору, — Отправь завтра кого-нибудь из девчонок в больницу. — Хорошо, но не вижу смысла. Не верю я в чудеса. — Да я тоже не верю, но Валя завтра поедет на консилиум, там появилась какая-то новая разработка, которая возможно, сможет вывести человека из комы. — Что за бред? Галя, ты в это веришь? — Не знаю Коль, но попробовать стоит. У нас выхода нет. — Если Юлька не выкарабкается, нам всем будет плохо. Лисицын нам этого не простит.