Сохрани моё тепло

Целых два дня прошло, в ФЭС так ничего и не изменилось. Круглова контролировал дело о наркотиках в бронежилетах. Рогозина день и ночь сидела в лаборатории, периодически появлялась Валентина и пыталась сменить полковника, хотя бы на часок. В министерстве обсуждались проблемы раскрываемости, как обычно ФЭС побила все рекорды по раскрываемости и ближайшее время проверок не предвидятся. Круглов периодически приносил чашечку кофе своему полковнику, но та даже понятия не имела, кто из её подопечных, такой заботливый… Холодов с Шустовым периодически спрашивали, как дела у полковника, но та отвечала короткими фразами: «Всё хорошо», «нормально, осталось чуть чуть». В лаборатории даже появились пару мышек. Очередные подопытные полковника. В больнице было так шумно, что бежали мурашки по всему телу. Белозеров, как и его спутница, окинули взглядом бегающий мед персонал. «Как же хорошо работать в морге» — промелькнуло у Валентины, как только смогли дойти до поста медсестры. Показав свои удостоверения и получив нужную информацию они направились в реанимацию. Сергей не верил в чудеса, тем более, если врачи говорят о препарате, который ещё в разработке. Над которым и работает полковник. — Валь, ты правда думаешь, что они изобрели что-то сверх человеческое? — конечно, она в это не верила, если на консилиуме обсуждалось, то нужно пробовать. — Нет. Я так не думаю, собственно, как и все сотрудники ФЭС. Но почему бы нам не попробовать? — Валентина, я все понимаю, но рисковать Юлиным здоровьем… — программист запнулся, придержал дверь и пропустил женщину вперёд. Антонова зашла в палату и замерла. Сергей хотел было продолжить свою мораль, но получил лёгкий удар в грудь, от чего он посмотрел в сторону койки, где лежала его подруга и… — Валь, а белая горячка лечиться? — глупый вопрос, но вдруг то, что он видит, это сон. — А белая горячка заразна? — ответила патологоанатом и посмотрела на спутника. Видимо, то что увидел программист, увидела и патологоанатом. Ну, а как ещё можно объяснить эту картину. Мужчина — темно-волосый, с лёгкой сединой, спал около бледной, рыже-волосой женщины. В его ладошке лежала её пальчики. Он услышал шорох и поморщился. Организм требовал сна. Но удостовериться, что никакой опасности нет, нужно было. — Лисицын, ты что тут делаешь?! — услышав знакомый голос и тон в голосе, он открыл глаза. Увидев знакомые лица, он улыбнулся, но спешить отвечать на этот вопрос он не торопился. — Вы лучше скажите, что она тут делает? — он кивнул в сторону лежащей Соколовой. Антонова подошла к майору и крепко обняла, от чего тот погладил её по спине. Сергей пожал руку майора и посмотрел на приборы, которые издавали слабый писк. Валентина присела на стул, и взяла ручку Соколовой в свою и не сильно сжала, в надежде, что может быть отреагирует. Ничего не произошло. — Долго рассказывать, — тяжко вздохнула Антонова и посмотрела на личико женщины.-  Два пулевых ранения. Клиническая смерть. Кома… — Я не об этом. Это все мне врач рассказал. — Константин посмотрел на Сергея, с надеждой, что может он чего интересного расскажет, но тот молчал. — Котов был с ней тогда, — начала Валентина. — Была операция по спасению наших девчонок. Белую и Амелину похитили, ну перед этим их внедрили куда-то в клуб… Короче Костя с Юлей поехали на задержание, а Рогозина с Власовой со спецназом. Я понятия не имею, что там произошло, но по рассказам девочек и Котова, Юлька спасала ребёнка. Похититель взял его в заложники, а когда Таню оглушила на какое-то время, то парень вырвался и побежал в сторону наших. Таню ударили по голове и пистолет был у него и он выстрелил в ребёнка, но Юля успела прикрыть. — Валентина, с трудом заставила улыбнуться и посмотреть на лицо Соколовой. — Она у нас герой теперь. — А чем в это время спецы занимались? — возмутился майор. — Кость, нас там не было и мы не видели этого кошмара. Поговори с Котовым или с девочками. — Валентина задумчиво посмотрела на майора, тот приподнял бровь в ожидании вопроса. — Как ты здесь оказался? — Меня сюда привезли с ранением, — коллеги осмотрели его с головы до ног и все-таки пострадала нога. Рядом с майором стояла трость. — Потом весь персонал говорил о женщине, которая вернулась с того света. Когда я спросил, как её зовут… — он замолчал. — Я не поверил. Ну может однофамилица, пока сам её не увидел. — майор тяжело вздохнул и хромая подошёл к окну. — Валь, она умерла? — спросил хриплым голосом и сам не понял, как вырвались эти слова. — Совсем спятил! — вырвалось у Белозерова. Хотя он и сам успел её похоронить, как и все сотрудники конторы. — Кость, — начала объяснять патологоанатом, — Она в коме. Не умерла, просто спит. Она сейчас между небом и землёй. — Мне всегда было интересно, что видят люди находящиеся в коме. — пробормотал Сергей и осторожно поправил датчики на груди майора. — Ну я не знаю, что видят люди находящиеся в коме, могу сказать только одно, — патологоанатом привлекла внимание мужчин, — Она борется сейчас за собственную жизнь. Телефонная трель прервала тяготящую тишину. Всем хотелось поговорить, но женщина была не с ними. Конечно Соколова относилась к такому типу людей, с которыми очень хотелось поговорить, посмеяться. Её острые шутки помнили все. «Товарищ капитан, вы бы поправили корону, а то она у вас съезжает немного» — обращение было к Котову. Какой бы человек отказался от веселой компании? Когда смеешься над людьми, на них не сердишься. Юмор учит терпимости, и юморист — когда с улыбкой, а когда и со вздохом — скорей пожмет плечами, чем осудит. — Да, Николай Петрович, — ответил Сергей и начала кивать головой. — Понял, уже выезжаем. — отключившись Сергей посмотрел на Валентину и тяжело вздохнув, — Меня Круглов вызывает, а тебя Рогозина. — Да, нам пора. Мы на час отпросились. Ты извини нас… — А может я с вами? — спросил Константин. Здесь он ничем не мог помочь. — Кость, извини конечно, но по-моему ты не работаешь в ФЭС, — начала патологоанатом, за что была награждена лукавой улыбкой майора. Лисицын снова повернулся к программисту и улыбнулся своей обворожительной улыбкой. — Только не говори, что ты вернулся на совсем? — майор развел руками всё также улыбаясь. — Так вот зачем Галя два дня подряд ездила в министерство. Тебя отвивала. — констатировала Антонова и обняла майора. — Слушай, а ты с нагой-то как? — Я не собираюсь бегать, просто соскучился по допросам и коллегам. — Ну пойдем тогда.

***

Круглов тщательно наблюдал за состоянием полковника. Он умел здраво оценивать ситуацию и не мог допустить мучений любимой женщины. Ей требовался сон, только полковник не собиралась сдаваться. Она перестала следить за временем, да и потеряла счет дням. Майор прошёл в лабораторию и поднялся по ступенькам в небольшое помещение, где полковник смешивала разные химические примеси. — Галь, -от неожиданности полковник вздрогнула, но показывать свой испуг не стала. — извини, но тебе надо отдохнуть. — полковник не отрывалась от дел. Непонятно слышала она майора или просто не хотела отвечать. Майор сильнее сжал её плечо, отчего та положила приборы на стол и устало наклонила голову на руку майора, которая все также лежала на плече полковника. — Может ты и прав, — наконец сдалась полковник. — Нельзя вот так все бросать… — А ты и не бросаешь. Сейчас приедет Валя и сменит тебя. Я уверен, что все медики, которые были на консилиуме уже работают над этой доработкой. — майор помог подняться полковнику и спустившись с лестницы наткнулись на Майского. — Галь, ну как? — полковник устало улыбнулась и села на стул, который только, что подкатил Андрей. — Не знаю. Одна мышка откинулась, а вторая благодаря Тихонову развлекается в колесе. Ну и предыдущие две, спят. Так что прогноз не утешителен. А кто-нибудь ездил в больницу? — Да, — начал Холодов. — Валя с Серёжей уже оттуда едут, но я ничего не понял. Они говорили что-то про Лисицына. Откуда он там? — Майский переглянулся с Круглов и удивленно посмотрел на полковника, которая прекрасно понимала, что объяснить придется всю ситуацию. — Вместо Лисицына, я предложила кандидатуру Рогозиной, — майор Майский хотел было возмутиться, но полковник не дала никаких шансов. — Не меня, а мою копию. — Майский с легкостью вздохнул, как и Андрей. — Насколько я знаю он должен быть в больнице. — проговорила полковник и тут же осеклась. Заметив знакомые лица она встала со стула и очень удивилась появлению Лисицына в конторе. Валентина накинула халат и прошла в маленькую лабораторию. — Майор Лисицын, вам было приказано лечиться и не покидать больницу. — Не могу я там. Стены давят, да и с Соколовой особо не поговоришь. — майор подал руку Круглову, Майскому и Холодову. — Может здесь, чем помогу. А по поводу ноги не переживайте, уже всё нормально, врачи сказали скоро восстановится. — Ладно. Серёж, -обратилась к Майскому, тот понимал, что будет совещание. — Зови Леонида и я жду в переговорной, — она посмотрела на часы, которые красовались у неё на запястье, — через двадцать минут. Андрей, тебя это тоже касается.