Полярная звезда

— Так… Я точно ничего не забыл…? — размышлял вслух Никита, медленно подходя к двери соседа, — Блять, как не удобно же просить подобные вещи, черт. Коснувшись тонким пальцем дверного звонка, парень отошел немного назад, поправив, короткие, русые волосы. Через пару секунд, дверь с легким щелчком открылась, представляя взору Смирнова потрепанного, видимо, только что вставшего с постели, Марка.  — Я...я не думал, что ты так рано придешь, — зевнул парень, отходя от двери, чтобы Никита смог пройти. Смирнову очень нравилась внешность знакомого: светло-голубые глаза, белые волосы, длиной, где-то до мочек ушей, аккуратный, чуть вздернутый кончик носа, бледная кожа и худое телосложение — все было как-то чрезмерно идеально, что временами немного бесило Никиту.  — Ну что, ты чего не заходишь? Так и будешь на пороге жить…? — вернул парня к реальности Суханов.  — А… Да, точно, прости, — почесал затылок Смирнов, аккуратно положив портфель с вещами на пол.  — Твоя комната вперед по коридору, я не буду говорить что там было раньше, но сейчас там очень уютно, так что живи тут хоть всю жизнь. Слева от нее моя комната, справа туалет, кухня в другой половине коридора, — Рассказывал Марк, — Если что будет не понятно говори, а так, осваивайся, и чувствуй себя как дома.  — Спасибо! — осматривал немного пыльную и прокуренную, но комнату, Никита.  — Не за что… Пойду приготовлю поесть, жрать охота, — удалился из комнаты на кухню, Суханов. Кровать, небольшая полка, висевшая на стене с чуть обшарпанными обоями телесного цвета, небольшой подоконник с завявшими цветами, — все наводило на парня легкую тоску. Смирнов долго общался по сети с этим парнем, иногда встречался в реальности, но никогда даже не мог представить, что будет жить с ним в одной квартире. Все получилось как-то спонтанно, быстро, необдуманно. Он убежал от родителей в час дня. Просто собрал вещи и ушел, ничего не сказав, желая забыть все происходящее… Но забыть было очень трудно, скорее, даже невозможно. Все обвинения в убийстве брата, все придирки, каждый скандал и каждая разбитая матерью тарелка, все это въелось в мозг подобно кислоте.  — Ну ты как там? — Раздался чуть прокуренный, но громкий голос Марка с кухни, — Есть будешь?  — Не отказался бы… — Гораздо тише произнес Никита, уткнувшись носом в холодную подушку.  — Что ты хочешь? — Раздался новый вопрос с кухни  — Мне в моем положении еще и выбирать… Что есть, и что менее затратно, не хочу чтобы ты на меня тратился, — почувствовал себя крайне неловко Никита.  — Окей, — тихое шипение и приятный запах жареного доносились из коридора, щекоча чувствительный нюх Смирнова. Столь домашняя атмосфера навевала глубинные, далекие воспоминания из детства, когда родители ещё были вместе, а его младший брат жив. Они вместе ходили на пикники, жарили сосиски на огне и бегали по свежей траве, играя в догонялки.  — Чудесные времена были… — пронеслось в голове парня, перед тем как он уснул.