Алыча

      Море было таким же, как и всегда: тяжёлый пласт тёмного изумруда, давящий снизу. Небо всё так же яростно кидало хлопья снега. Ветер точь-в-точь, как и раньше, злобно выл и резко ударял своими потоками по всему окружающему. Море было неспокойно. Оно гневалось. Шторм, назревающий в этот раз, обещал быть таким же, как и ранее — суровым, беспощадным и по-своему прекрасным. Со шквальными порывами, освежающе играющими между чешуйками. С хлопьями снега, носящимися туда и сюда во взбудораженном воздухе. Всё — как всегда. Я — как всегда. Мой Север — такой же. Моё счастье — моё проклятье. Моё проклятье — моя радость.       Я — Симфония Севера! Я — Буря! Я — Затишье перед Бурей! Я — Дрейф!       Я давно уже потеряла счёт времени. Сколь долго я счастлива? Кем я была? Где и когда? Почему обречена проживать свой последний день раз за разом?       Мне не важно. Я — счастлива. Я — спокойна. Всё, что мне нужно — это снова и снова возрождаться наверху скалы, и снова и снова играть со штормом и бездной. Цикл — счастье.       Почему я так думаю?       Не важно. Я — Дрейф! Я — повелительница штормов! Я — Северная Симфония!       Я бросаюсь вниз с обрыва. Распахиваю крылья над самой-самой водой. Над чёрной гладью старинного изумрудного зеркала, покрытого серебристой, седой пылью пены. Море вечно. Оно спокойно. Я спокойна. Я счастлива только в самом эпицентре шторма!       Момент затишья…. Такой же, как и всегда.       Затишья…. Момент, кода становится несоизмеримо больно.       Я снова и снова бросаюсь со скалы, заканчивая свою жизнь на скалах и начиная её на самом краю обрывистого высокого берега.       Изумрудный луч.       Вспышка, отразившаяся от моего глаза и ушедшая в никуда.       Я прыгаю вниз. Распахиваю крылья над самым-самым морем и….       Внезапно всё идёт не по привычной схеме.       Я не успеваю распахнуть крылья.       Освежающая морская гладь трогает меня. Гладит. Так приятно играет по чешуйкам. Напояет пасть солоноватой прохладой.       Стало только лучше. Ещё свежее. Ещё приятнее.       Я покорно складываю крылья и ощущаю, как вода затягивает меня внутрь, увлекая к неведомым сокровищам своих глубин.       Снова на вершине скалы….       Нет, не хочу!       Внезапно, я осознаю, что мне хочется большего. Я желаю…. Нет, даже не так… Я жажду. Я стремлюсь к чему-нибудь более суровому. К более Северному. Более Симфоничному. Я жажду новых, жестоких и неумолимых бурь.       Я подхожу к самому краю.       Моя мечта — быть самой собой.       Бросаюсь вниз, как обычно.       Моя мечта — повелевать бурями, укрощать их и делать послушными, милыми зверками.       Ощущаю, как ветер толкает меня в грудь.       Моя мечта — быть именно Дрейф. Быть именно Симфонией Крайнего Севера.       Распахиваю крылья, играясь с бездной, жаждущей меня.       Ловлю потоки, блаженно ощущая прохладу и свежесть.       Складываю крылья, как обычно, ожидая сладкой боли во всём теле и возрождения на вершине обрывистого утёса.       Ближе….       Ближе….       В самом конце неожиданно и резко распахиваю крылья. Скала ласково проводит по мне своим коготочком, выпуская на волю лёгкий и незаметный фонтан синей кисловатой крови.       Меня уводит вверх.       Я ловлю этот поток воздуха и направляю своё тело так, как хочу сама.       Моя Мечта — жить!       Вперёд, к закату. За Изумрудным лучом!       Луч искрится впереди.       Он не пропадает, он зовёт за собой, выводя меня куда-то в неизвестность.       Буря бьёт меня в грудь. Тучи кидают в меня свои молнии. Гром рвёт моё сознание себя.       Море злится. Море негодует. Море не хочет меня отпускать.       Но Луч зовёт меня за собой, луч манит Новым, жестоким и свирепым небом. Небом, которое мне тоже надо будет укротить.       Я не жива.       Но я и не мертва.       Я — Дрейф.       Я — своё счастье и своё проклятье.       Я — Северная Симфония.       Я — Вечный цикл смерти и возрождения.       Я — свой закат. И восход тоже.       Я — Заря.       Я — шторм.       И теперь я знаю это.       Мой последний день злится. Мой последний день держит меня, не желая отпускать. Я сопротивляюсь изо всех сил. Меня ведёт Изумрудный луч, который даёт мне силы.       Буря нагнетает себя всё сильнее. Море и небо слились воедино. Скалы превратились в концентрические окружности. Песок…. Песка нет.       Я делаю последний рывок и ощущаю непонятную, но очень приятную и свежую лёгкость.       Воздух делается рыхлым и непослушным.       Крылья соскальзывают с него, и я падаю вниз, ощущая себя песчинкой. Или пёрышком. Или маленьким хлопышком снега.       Мир сливается в одну большую окружность и темнеет.       Я падаю вниз.       Море. Море обнимает меня, тянет куда-то. Манит освежающей прохладой и ласкает.       Всё пропало перед глазами. Опять….       Только не это!       Я не хочу!       Больно!       Темнота.       Темнота и сладкая боль внутри.       Я боюсь открывать глаза. Снова.       Вдох. Выдох.       Я пересиливаю себя и открываю глаза, осознавая, что не стою на краю обрыва, как обычно. О, нет! Я лежу на берегу. Незнакомом ранее мне берегу, который никогда не видела. Песок, такой мягкий и ласковый, нежно перекатывается между чешуйками, шлифует их до блеска, даруя лёгкую и приятную боль. Снег, выпавший поверх песка, мягкий и ласковый, воздушный.       Волны, не изумрудно-тяжёлые, как на самом севере, а бирюзовые, нежные и робкие, омывают меня, убирая песок из открытых ран и оставляя сладостное пощипывание от соли, разъедающей заживающие шрамы прошлого.       Вокруг ни одной скалы — на небе ни облачка.       Море тихое и гладкое. Спокойное. Небо — высокое и прозрачно-голубое. По северному льдистое. Наше. Ледяное.       Я приподнимаюсь с песка и наслаждаюсь картиной.       Я свободна. Я — Дрейф.       И я одна.       На целом свете.       Нет никого, кто мне дорог.       Отец, мать, старший брат, муж и дети — все погибли из-за какого-то психа с ножом. Он ворвался в наш дом, выкрикивая что-то о Конце Мироздания и смерти всего живого.       Теперь я знаю, почему бежала так далеко.       Знаю о своих незаживающих шрамах.       Знаю, кто я такая и почему обречена каждый раз заканчивать жизнь на скалах.       Знаю, КТО я. И знаю — ОТКУДА.       Мне больно.       Хочется плакать, но сил уже не осталось.       Я одна.       А этот остров — так близко к дому.       Вернее, месту, которое было моим домом, до этого момента.       Одна.       Одна-одинёшенька.       Северная Симфония? Закат? Повелительница Бурь?       Молодая, слабая, неуверенная в себе Ледяная, в одночасье потерявшая всё, что любила!       Осознание самой себя — болезненная вещь.       Правда режет плоть и душу, хуже ножа.       Но лучше уж она, чем то надменное забвение.       Лучше она, правда, чем самая приятная, высокомерная ложь.       Я одна….       Неожиданно, я ощущаю, что нет.       Странно, за один день столько всего.       Столько нового и необычно приятного.       День, который я хотела бы остановить в веках, клонился к закату. Я лежала на песке у самой воды и плакала, свернувшись в клубок. Я смотрела на небо глазами, полными боли и осознания собственной беспомощности, своего бессилия.       Неожиданно, среди красного полотна зари сверкнул загадочный, но такой приятный, отозвавшийся тихой и умиротворяющей болью в сердце, Изумрудный луч. Мгновенная вспышка, и я поняла, что я не одна. Я поняла, что есть ещё кто-то. Кто-то, кого мы не видим, но кто всегда поддержит и ласково погладит крылышком вдоль гребня, минуя шипы на шее.       Я уснула. Провалилась в тёмную пустоту, ощущая себя именно собой. Так легко и тепло, так приятно. Как будто кто-то ласково и нежно приобнял большим и тёплым крылышком, защищая от всего-всего вокруг. Так тепло. Так нежно и ласково. Усталость взяла верх и я окончательно потеряла ощущение всего окружающего. Провалилась в мир снов с осознанием того, что всё будет хорошо.       Я — Дрейф. Я — закат. Я — восход. Я — заря. И теперь я знаю это. Навсегда. И это прекрасно.       Я — Дрейф. И это — навсегда.