Фальшь стали

      - Может, ты прекратишь хрустеть? - вежливым тоном поинтересовался сильнейший фехтовальщик у девушки, сидевшей на другом краю лодки, похожей на гроб, и поедавшей печенье.       - Прошу прощения, - безэмоционально извинилась та, понимая, что Михоук раздражен самим ее присутствием. - Я бы правда отказалась, но это воля отца, - прошептала она.       - Поднимайся! - приказал мужчина, выпрыгнув из лодки и оказавшись по колено в воде. Шайла так же спустилась в воду.       "Тебе что, трудно? - со смехом спросил слегка пьяный Шанкс. - Ну, пожалуйста, дружище! Это же моя дочурка!.." - но ему удалось убедить Дракула взять эту дурочку в ученицы. Мужчина до сих пор хотел верить, что аловолосая девчушка с полупустой упаковкой овсяного печенья ему снится. Но новоиспеченная юная дозорная была самой реальной, и потому торопливыми шагами догоняла мечника, как только начинала отставать. Правда, Михоука заинтересовал факт того, что Шайла обладала Королевской Волей, но этого было мало.       Вокруг бегала небольшая группа больших обезьян, агрессивных из-за запаха чужака. Они не подходили ближе - уважали мечника, но всем своим видом старались показать свою силу.       "Почему именно Шанкс?! - вновь отзывался голос в подсознании. - Он же совершенно не подходит на роль отца! Брата - может быть, но не отца!"       Признаться, этот голос уже давно надоел брюнету, но в определенный момент согласившись с ним, Михоук уже не мог от него отделаться. Хоть и просыпался голос редко: только тогда, когда мужчина сильно напивался и позволял себе впадать в легкую тоску. Но сейчас, когда причина всех этих мыслей шла позади него, он не мог заставить голос молчать. Девчонка больше была похожа на мальчика по манере поведения, а форма дозорного лишь венчала эту картину еще большим правдоподобием. Если бы Дракул был ее отцом, он бы воспитал ее как настоящую леди и никогда бы не оставил ее, как поступил Рыжеволосый, хотя его решение было лучшим для тогда еще маленькой дочери. Ну, почему же, Лейла, отцом твоего ребенка оказался Шанкс? Ах, Лейла, неужели Михоук любил тебя не так сильно, как его друг? Хотя, какое это имеет значение сейчас? Сейчас, когда со дня твоей смерти прошло семнадцать лет? Невероятно глупо, что мужчина все еще ревновал ее, но девушка была того достойна. Совсем юная, ей было не больше лет, чем ее дочери сейчас, красивая, нежная, невинная, несмотря на свою вынужденную профессию экзотической танцовщицы в квартале красных фонарей, она была готова помочь всем, чем могла.       Брюнет уже был совсем поглощен воспоминаниями об умершей возлюбленной, когда раздался девичий крик. Привязанная к бедру девушки лентой шпага со звоном ударилась о ножны одного из его мечей. Аловолосая испуганно прижалась к спине Дракула, ее тонкие похолодевшие пальцы вцепились в его рубашку. Шайла тряслась мелкой дрожью и всхлипывала. Михоук быстро сообразил, что его гостья испытывала страх перед воинственными криками обезьян.       - Они тебя не тронут, - спокойно проговорил мужчина, освобождаясь от объятий ученицы и слегка приобнял ее за плечо: она вновь всхлипнула.       - Мне страшно: я ничего не могу с собой поделать, - тихим и едва различимым пристыженным голосом произнесла девушка. Дозорная положила свою ладонь поверх ладони мечника, находившейся на ее плече. Так спокойнее. – Я не смогу их вытерпеть…       - Не бойся, я дам тебе одну вещь, она поможет.       Так у Шайлы появилась та самая заветная дудочка, с которой она старалась не расставаться.       Каждое живое существо чего-то боится. Если кто-то считает себя бесстрашным, значит, он еще не встретил свой страх или болен на голову. Хотя, возможно, он уже поборол свой страх, но тогда нет гарантий, что страх не вернется…       Шайла прогуливалась по острову, танцуя под воображаемую музыку, которую не слышала. У нее было прекрасное настроение. Абсолютно ясный поток ее мыслей был обращен к молодому зеленоволосому мечнику, но ее это не напрягало так, как обычно напрягает девушек, чьи мысли заполнены кем-то противоположного пола. Чтобы не страдать, нужно просто отпустить свои мысли. Аловолосая крутила в руках дудочку, придававшую ей уверенность, хотя сама девушка настолько с ней свыклась, что этого уже не понимала. Яркое солнце своими лучами нежно, но требовательно ласкало землю, высушивая глубокие и грязные лужи, и не скрытую от него загоревшую кожу. Полосы, оставленные на память девушке кнутом, уже не так сильно выделялись, и Шайла позволяла себе ходить в более открытой одежде. Она была по-детски счастлива, когда видела над своей головой ясное ярко-голубое небо, а сейчас она была на грани легкой эйфории. Одна мысль о Ророноа Зоро заставляла сердце биться быстрее, и от осознания того, что она может говорить с ним, прикасаться к нему, перехватывала дыхание. Немыслимая мелодия, рожденная в Эдеме, вынуждала танцевать, чтобы хоть как-то поделиться с остальным миром этим счастьем.       …Но жизнь не была бы жизнью, если бы все было хорошо…       Одно неловкое движение, и Шайла, споткнувшись, падает. Легкий треск. Девушка, слепо повинуясь невнятному импульсу, сжала руку сильнее – треск стал сильнее, что-то, что было в руке, не выдержало и сломалось. Рассудок отказывался принимать очевидное, а в его глубине зарождалась паника. Но это было невероятно глупо: дудочка при падении напоролась на что-то острое и прочное и была вдавлена в это. Первый треск ознаменовал появление трещинки, а второй, раздавшийся, когда Шайла сжала ладонь, сообщил о героической кончине музыкального инструмента.       "Нелепо! Слишком глупо, чтобы случиться!" - безустанно твердил внутренний голос. Но ведь не в дудочке было дело: вместе с ней сломался внутренний стержень, оберегавший девушку от ее самого страшного кошмара – обезьян! Она уже не помнила, откуда он взялся, но две-три обезьяны средних размеров могли напугать ее так, как большинство людей пугает появление Морского Короля, а что тогда говорить об огромных, быстрообучающихся, агрессивных хумадрилах с оружием, обитавших на острове Курайгана? Ничего! Вот именно ничего! Тогда следует не говорить, а вскакивать на ноги и с дикими воплями бежать куда глаза глядят, будто тебе зад поджарили, или заплакать как маленькая девочка, свернуться клубочком на земле и ждать, пока тебя не найдут и не спасут…или не сожрут. Можно, конечно, пытаться преодолеть свой страх и сражаться с ним, но на это способен не каждый. Однако, вернемся к Шайле. Взяв себя в руки, она поднялась с земли и на трясущихся ногах направилась в сторону замка. Идти было немного – чуть меньше километра. Наибольшую опасность представляла возможность встречи с обезьянами, и она молилась, чтобы этой встречи не произошло. Однако удача сегодня была не на стороне аловолосой. Хумадрилов она встретила на середине пути. Они не были воинственны по отношению к девушке, а наоборот, вели себя очень дружелюбно, но бывшей дозорной было уже достаточно для того, чтобы начать паниковать. Ноги подкосились сильнее: она упала на колени, выронив обломки дудочки, царапавшие ладошку. Слезы обильно потекли по щекам. Шайла дрожащим шепотом молила Святую Деву о помощи. Хотелось сжаться, но было страшно это сделать. В груди застыла легкая боль. Пальцы похолодели до болезненного покалывания, а ладони вспотели.       - …Пожалуйста… - всхлипывала аловолосая, сжимая руки так, что белели костяшки пальцев. - …Хоть кто-нибудь… Пусть это прекратится… пусть это будет только сон… - вновь и вновь, будто молитву, повторяла она.       Зоро дремал под деревом после тренировки, когда непрекращающиеся крики обезьян прервали размеренный поток сонных мыслей. Мечник что-то проворчал, но поднялся с земли, чтобы пойти и шугануть их. Подойдя к месту скопление животных, он заметил Шайлу, странно склонившись, сидевшую на каменистой тропинке.       - Эй, ты чего? – в несколько шагов преодолев расстояние между ними, спросил Ророноа.       - А?.. – девушка приподняла голову: ее заплаканные глаза испуганно смотрели сквозь молодого мужчину. В этот момент она сильно вздрогнула.       - Тебе плохо? – Зоро присел рядом и положил свою ладонь на холодное оголенное плечо аловолосой. Она сначала вновь вздрогнула, а в следующее мгновение прижалась к обнаженному торсу мечника. – А? Что случилось?       - …Забери меня отсюда… - сквозь слезы проговорила Шайла, еще крепче прижимаясь к бывшему охотнику на пиратов. - …Ророноа-Кун… умоляю…       - Ладно, - Зоро подхватил девушку на руки. Она тут же обвила руками его шею, вновь прижавшись: ее сердце бешено билось от ужаса. – Успокойся только. Не нервируй.       - Я… - "…постараюсь…" хотела сказать аловолосая, но еще сильнее нахлынувшая истерика вынудила просто кивнуть. А так хотелось ответить что-то голосу, согревающему душу и сердце…       Успокаивалась Шайла достаточно долго. Сейчас девушка сидела в одной из гостиных замка в компании Ророноа и Пероны. Принцесса Призраков подрагивающими руками обрабатывала разбитые коленки подруги: она боялась сделать ей больно. Мечник спал в кресле, и его бархатное размеренное похрапывание нарушало почему-то одинокую тишину, углубляемую периодическим шипением аловолосой.       - Больно? – шепотом поинтересовалась Перона, боязливо отдернув свою маленькую ручку от колена второй девушки.       - Ничего, все нормально, - также тихо ответила она. – Ты уже закончила? – кивок. – Тогда, может, пойдем на кухню: нужно приготовить еду.       - Да, конечно.       - "Упала и сломала", - процитировал ученицу Михоук, с трудом веря, что такое вообще возможно. – Шайла, Шайла, ну, как так можно?       Мужчина сидел в роскошном, но достаточно старом кресле и делал новую дудочку для дочери друга. Признаться честно, не будь аловолосая девушкой, тем более плачущей, он бы рассмеялся, услышав ее историю. Но делать нечего: он обещал Шанксу, что позаботится о его дочке.       В светлой древесине появлялись отверстия, и вскоре длинный узкий полый цилиндр стал напоминать дудочку. Дракул уже подумывал об орнаменте, но никак не мог принять решение: хотелось сделать Шайле приятно, но Михоук не знал, что могло бы ей понравиться. И в итоге оставил это на саму девушку.       - Это было жалко? – спросила девушка у подруги, интересуясь о своем состоянии.       - Не говори так! – взмахнула ложкой Перона. – Ты девушка! Ты имеешь полное право бояться и плакать!       - Ха… Возможно, - аловолосая криво улыбнулась. Да, Принцесса Призраков этого просто не поймет. Ей никогда не хотелось выглядеть сильной, а Шайла всегда стремилась к этому. А сейчас, когда рядом был Ророноа Зоро, это желание достигало апогея. Но каждый раз, когда ей вроде удавалось показать себя с нужной стороны, все рушилось карточным домиком… Как же стыдно!..