Улыбнись, Супермен!

США. Тихоокеанское побережье, штат Калифорния, Метрополис, Уэствуд, Шестая улица, дом номер 13. 2008 год. 2 июля. 22:33

***

— Ван, я маленько не понимаю данную ситуацию. — Поясни? — Какого детонатора мы стоим здесь и уже три минуты пытаемся дозвониться в эту несчастную семьдесят вторую квартиру? Действительно, Харли и Пиро три минуты стояли перед дверью и пытались культурно войти через нее. Может некультурно войдём через окно? Можно, но чуть позже. Раз Пиро через дверь решила войти, значит могут пустить. — Мы, моя дорогая, пытаемся войти в квартиру к моей троюродной сестре. А там помимо неё есть человек, который мне очень дорог. — И кто?! — У Харли прямо хвостики задёргались от любопытства. А кому было бы не интересно, кто для этой психопатки «человек, который ей очень дорог»? И ты называешь её психопаткой? А ты сама кто? — Сейчас увидишь. Он тебе понравится, — Ванесса закинула в рот жвачку и, встав спиной к двери, вновь постучала, на этот раз ногой. Таким образом, когда дверь резко открылась, итальянка чуть не грохнулась спиной вперёд. На пороге стоял высокий для своего возраста мальчик андрогинной внешности, лет десяти, с чёрными волосами чуть ниже плеч, левый глаз закрывала длинная чёлка, второй был широким и зелёным, что чуть ли не светился на ангельском личике. В ухе золотая серьга-кольцо. Какой он милый!!! Я понимаю, что все мы здесь немного ненормальный, но… Да не засматриваюсь я на малолеток! Просто говорю, что он очень милый! Харли услышала звук, очень похожий на удар твёрдого тупого предмета с большой площадью соприкосновения о чьё-то лицо. Или наоборот, лица о тупую поверхность. Фрейд Пршиборский… Какой?! Он родился в городе, который сейчас в Чехии и называется Пршибор. Википедию читать надо было внимательнее! — Здравствуй, Адриан, — Пиро присела на корточки и обняла мальчика, тот, к удивлению Харли, улыбнулся и обнял её в ответ. — Привет, мама. Ты писала, что приедешь только через месяц. На этих словах Харли Квинн выпала в осадок, как при реакции гидроксида натрия и хлорида магния. И пусть все знают, что я знаю химию! К Дядя Сэм в цилиндр химию! «Мама»! Серьёзно?! Пока Харли была немного в шоке, Адриан и его мать расцепили объятья и прошли внутрь квартиры, Харли поплелась за ними. Комната, что выполняла роль гостиной, была в идеальном, прямо-таки неживом порядке. Единственное, что несколько выбивалось из общего антуража был труп аккуратно завёрнутый в прозрачную полиэтиленовую пленку и сидящий в кресле. — Кто данный единорог? — единорогом Харли называла труп из-за кухонного ножа, что был у трупа во лбу. — Эта тётя Сара, — ответил мальчик, — она хотела выкинуть мой компьютер. Тогда я решил попрактиковаться в… — …метании ножей, как я тебе и советовала, — Ванесса внимательно осматривала труп, — блин, меня не было какие-то два года, а ты уже так натренировался в метании ножей. Что же из тебя к двадцати годам выйдет?.. Зазвонил местный телефон. Адриан поднял трубку и нажал на громкую связь. — Да? — Привет, мелкий, — до боли знакомый Харли голос, — Ван у тебя? — Да, Джей, — отозвалась вместо ребёнка Сервас, — Что ты хочешь? — Дуй на базу. У тебя есть дело. Подробности у Лонни и Валеска. — Мне надо кого-нибудь убить? — в голосе Ванессы слышалось явное нетерпение. — Сама узнаешь. — Ладно. Извини, Адриан. — Я понимаю, — мальчик поправил чёлку, — работа не ждёт. Жан ведь передал тебе все информацию за два года твоего отсутствия? Он не забыл? — Да, не забыл, что странно для него. — Ну всё хватит, — Адриан уселся за компьютер, — и вам, и мне нужно работать. Тебе надо кого-нибудь убить, мне надо проработать пути доставки иридия и слоновой кости из ЮАР в штаты. — Вот и славно. Удачи. — И это… — Что? — Труп можете убрать? А то он разлагается уже. Здесь недалеко есть крематорий. Сторож — наркоман. Увлекается героином. — Значит передозировка.

***

США. Тихоокеанское побережье, штат Калифорния, 40 километров к югу от Метрополиса, поместье Люторов. 2008 год. 2 июля. 11:30 — С возвращением из лаборатории, сэр. Вы выпали из реальности всего на семнадцать часов, что на три часа меньше, чем в прошлый раз. — Какие новости, Мёрси? — Главный инженер «LexSpace» представил новый чертёж многоступенчатой ракеты. — Передай Маску, пусть перешлёт все наработки на мой личный сервер. Как будет время, посмотрю и доработаю. — Как скажите, сэр. Ещё. Послезавтра вам нужно появиться на закладке филиала НИИ имени Лилианы Лютор в Готэме. Мэрия устраивает приём по этому поводу. — Лааадно. А нет ли ещё чего-нибудь? Чего-нибудь необычного? — Вчера в Сан-Франциско был совершён террористический акт в офисе L-Medicine. — Что же ты сразу не сказала?! Подробности! Как Лена?! — В филиал вошёл некий человек с ножами. Шестнадцать человек погибли, из них пятеро полицейских и трое спецназовцев, тридцать восемь раненных, из них шестеро полицейских и четверо спецназовцев. Террорист покончил с собой. Ваша сестра среди раненных. — Церковь Кровопролития?! — Да, сэр. Такова официальная версия. — Что же… позвони русскому. Пусть свяжется с их настоятельницей и устранит недопонимание между нами, если что пусть отследит, где она сейчас. Мне проблемы с этими психами-вампирами не нужны. Также свяжись с «Опустошителями», пусть прибудут в Сан-Франциско и позаботятся о безопасности сестры, а так же пусть появятся в окрестности города, могут понадобиться. Если эти психи чисто случайно чуть не убили Лену, то заплачу отступные, если нет… то пусть возьмут что-нибудь убойное. Эти кровопийцы те ещё параноики, так что убежище у них должно быть таким, что даже ядерный взрыв им не почём. Я в кабинет отца, позвоню Лене, узнаю, как она там, если она в сознании. — Как скажите, сэр.

***

Лотарь Лютор, отец Александра «Лекса» Лютора и основатель компании «LuthorOil» (позже «LexOil», ещё позже «LexCorp»), всеми силами старался упрочить положение своей семьи в штатах. Ему почему-то казалось, если он докажет своё древнее и аристократическое происхождение, то его перестанут считать выскочкой (а так многие считали) и признают его равным себе. Он нашёл других Люторов, баронов из Баварии, заплатил им огромные деньги за то чтобы стать частью их семьи и слышать в свой адрес не обычное «мистер Лютор», а гордое «барон Лютор». И чтобы лишний раз подчеркнуть своё «аристократичное» происхождение, Лотарь решил перенести «дворец своей семьи» из Баварии в Метрополис. По камешку, за какие-то десять лет особняк был полностью перенесён, даже вместе с обширными подземельями и пыточными. Неизвестно, как и с какой скоростью переворачивался в гробу Лотарь Лютор, когда Лекс сносил этот самый дворец и построил на его месте умный дом в урбанистическом стиле. Неизменным в доме остался только кабинет Лотаря, куда сейчас Лютор-младший и направлялся, даже подземелья были переоборудованы в личные лаборатории Лекса. Но это всё лирика. Вот миллиардер и филантроп входит в кабинет отца… и видит, что обычному распорядку дня он сегодня вряд ли вернётся. На дорогом, из итальянкой кожи, кресле, закинув ноги на монументальный стол, который был вырезан лучшими мастерами из старого трёхсотлетнего красного дуба, сидел всем вам, друзья наши, известный Носитель Хаоса в грязном фиолетовом плаще и нарочито неаккуратном гриме. В руке он держал бокал виски. — Привет, Лекси. Вкусное у тебя виски. Шотландское, 30 лет, да? Лютор как-то по инерции сделал пару шагов во внутрь комнаты, и ему в затылок врезался ствол пистолета. — Да, шотландское. Только не 30, уже 34, — глава «LexCorp» решил, что спорить, пытаться звать на помощь и прочее подобное не рационально. Убьёт, значит убьёт, незачем приближать этот момент. — Ммм… — психопат снова пригубил виски, — да, действительно, тридцать пять. Да садись ты уже, в ногах правды нет. А ты, Джейсон, опусти пушку. Да и убивать тебя я не собираюсь. Лютор сел в кресло напротив Джокера. — И за что я отдал столько денег? «Лучшая защита»… говорили они. «Никто не проникнет». Правильно я думал, что нужно самому делать. — Это, да, Лекс. Защита так себе. Слышал про хакера, которого «Денежным пауком» прозвали? — Пару раз пользовался его услугами. Он? — Да. Что же к делу? — Да. Что ты хочешь от меня? — Супермен. Ты хочешь его убить, не так ли? — Это так заметно? — Понял, что врать бесполезно? — Да. Я, как вы могли заметить, далеко не глупый человек. — Что-что, а это заметно даже для круглого идиота. Я, как ты видишь, совсем другой формы. — Смешно. Так что тебе надо от Бога среди людей? — Примерно то же, что и тебе. Спустить Его до нашего уровня и показать, что он такой же, как и мы, ведь… — …Бог может быть либо всемогущим, либо добрым…— задумчиво, как бы про себя сказал Лекс. — Именно. А он противоречит этому правилу. — Да. Но я понимаю, зачем это мне, но зачем это тебе? — Богу нужен Дьявол, а кто лучше меня справиться с этой ролью? Он не человек, но воплощает всё «лучшее», что есть в людишках, я же человек, что олицетворяет всё худшее, ну, так по крайней мере думает большинство людишек. — Даааа… ты прав… — Ты мне веришь, Лекси? — Допустим. — Если я выиграю, у него появиться выбор: убить меня или умереть. Если выберет первое, добрым быть он перестанет, ведь я должен быть приговорён судом, а если второе… какая тут всесильность, если тебя грохнул обычный человек? Твоя схема соблюдена, детские комплексы не мучают. Тебе спокойно, власти до тебя не докапываются, ты можешь спокойно баллотироваться в президенты, как и хотел, ну, а мне весело. Все довольны. — Ты прав, — задумчиво проговорил миллиардер и филантроп, доставая из кармана белого пиджака свои любимые вишнёвые конфеты, — будешь? — Давай, — Джокер взял конфетку в рот, — Ммм… вкусненько. Отсыпь мне потом немного. Так, возвращаемся к теме. Догадываешься, зачем я тут? — Scientia potentia est. — Знания — сила, бинго. Ты ведь уже нашёл способ убить Супса? Лютор-младший задумался. Рассказывать ему или нет? Вроде бы очевидно, что нет. Он не надёжен, непредсказуем и наверняка предаст в конце. Изначальный план предполагал сначала предложить Сенату создать оружие-сдерживание Супермена, «Серебряная пуля», как назывался этот проект на личном сервере Лютора. Если не поможет, то надавить у монстра в красном плаще на какую-нибудь слабость, любимую, например, что суёт нос в не свои дела. «Только надо будет проверить, услышит ли он её, ну, скажем, за пару тысяч километров». — Долго думаешь, Лекс. Давай колись уже. Наверняка у тебя есть что-то. Какой-нибудь особый материал, как серебро от оборотней. «Догадливый псих… и талантливый, говорят. Пожалуй, я поверю в его таланты». — Есть кое-что. Один материал, я называю его криптонит. По сведением некоторых моих, кхм… «друзей»… — Это называется «осведомители из Министерства обороны и ЦРУ». — Если быть точнее, то из Департамента Экстраординарных Операций. Это секретное подразделение, которое было основано в 1989 году, после обнаружения первого инопланетного объекта. И не перебивай меня! Так вот, мои друзья из ДЭО сообщили, что предположительно Супермен является жителем планеты Криптон, что в одной из ближних к нам звёздных систем. Вскоре после рождения Супермена, Криптон из-за нестабильного и радиоактивного ядра был уничтожен… — Только не говори, что криптонит — это осколки Криптона, что неведомым мне образом долетели до Земли! Пожалуйста, не говори этого, а то я в человечестве разочаруюсь! — Нет, конечно! Слышал про вторжение пришельцев три года назад? — Естественно. Я ради этого рванул из Чикаго, где я находился, в Метрополис, чтобы поучаствовать в хаосе. Жаль не успел. — Сочувствую. Так вот, криптонит был одним из самых распространённых веществ в коре одноимённой планеты. Это кристаллический радиоактивный элемент. Знаешь, почему Супермен обрёл свои силы? Он, судя по некоторым гипотезам, поглощает и накапливает ультрафиолет, то есть свет Солнца, но это действие прерывает свет красного солнца, криптонская атмосфера, богатая, судя по всему, микрочастицами этого самого криптонита, а так же чистый криптонит, что при воздействии земной атмосферы приобретает яркий зелёный свет. Во время данного рассказа Джокер почти не двигался, не моргал, лишь пил виски из бокала да закусывал вишнёвыми конфетами. — Генерал Зод, главный среди пришельцев, запустил процесс терраформинга и часть коры в Индийском океане стала идентична криптонской… — И теперь в Индийском океане есть залежи Криптонита у самой поверхности? — Именно! — Индия? — Уже нет. Я успел выкупить остров, в береговых водах которого лежит большая часть залежей. Теперь это мои залежи. — Чудесно, — Джокер встал, — из этого крипонита можно сделать скажем пулю? — Нет. Слишком твёрдый. Обработать его может только особый лазер, а для такой ювелирной работы он не приспособлен. — Пыль? В дымовую шашку? — Мне кажется можно. Кстати, ещё одна важная деталь. Супермен очень чувствителен к радиации, а так же свинец блокирует его рентгеновское зрение. — Откуда такая информация? — Два года назад он геройствовал на какой-то одной АЭС, где чуть второй Чернобыль не случился, эту аварию потом засекретили. Там его потом три часа пытались откачивать, так ему от радиации в главном блоке плохо пришлось. Тогда же он пожаловался, по словам очевидцев, что не видит сквозь свинец. Так что информация нуждается в проверке. — Ладненько, — Джокер подошёл к двери и взялся за ручку, — можешь мне дать кусок криптонита и лазер для обработки? — Конечно. Что будешь делать? Какой у тебя план? — План? — лицо Клоуна выражало крайнюю степень удивления, — я похож на человека, у которого есть план? Нет у меня плана. Ну, а что я собираюсь делать… Я буду делать то, что умею лучше всего. Я устрою Хаос.

***

2008 год. 15 июля. 21:48 — Скоро небоскрёб? — Пять минут, Ван, и можете прыгать. — Высота? — 20 метров. — Хайт-дайвинг, блин. Устраивать Хаос Джокер стал не совсем обычным для себя способом. То есть перепоручил это другим. Делайте что хотите. Но устройте мне в городе беспорядки да помасштабней. После этого заявления Клоун-психопат забрал какие-то ящики из приехавшего к базе грузовика и заперся в бункере под базой, формулировкой «Чтобы не рвануло» и табличкой на двери «Кто сунется, будет смеяться вечно и кровью. Без исключений, Харли!». В такой ситуации, Пиро и, внезапно, Лонни пришлось разрабатывать план, звучавший, как: «Мы убьём кого-нибудь из семьи Стиплчейз, а потом они закажут Пиро Сайониса». План?! Это ересь! Спасибо за отсылку, Джей. Мы учтём твоё никому не нужное мнение. А теперь иди занимайся своими делами. И вот по этому плану Ванесса, одетая в гидрокостюм и с непромокаемой сумкой за плечами, летела на вертолёте, замаскированном под репортёрский, с открытой дверью. — Помни, ты должна прыгнуть и одновременно нажать детонатор, а я отключаю электричество с отставанием в 5 секунд, — раздался в наушнике голос Мэчина, — Значит ты сидишь на дне в течении пяти-десяти секунд. Поняла? — Окей. Я пошла, — сказала Ванесса и прыгнула «солдатиком» в пустоту, — Джерооонимооо!!! Где-то внизу грянул взрыв, слегка приглушённый свистом ветра в ушах. Потом был удар ногами о воду. «Блин! Как будто бетон ногами пробила! Давно не прыгала, надо больше практиковаться. Так мне сказали считать. 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10». И Пиро вынырнула и глубоко вдохнула. Но дышать было некогда, надо выбираться из бассейна. — Так, что тут у нас… дверь не особо бронированная, но вскрывать долго. Сервас сняла сумку и вытащила оттуда что-то отдаленно напоминающее кусок глины и, окинув дверь оценивающим взглядом, Пиро уверенно прилепила этот самый кусок к какой-то точке и начала творить вкруг него какие-то шаманства. — Так… Замок, петли, парочка направляющих… Вроде ничего не забыла, — она вытащила из сумки два детонатора. — Ван, может вскроешь по-тихому? — Нафиг! Второй заряд есть? — Есть, он напротив первого. Останавливать тебя бесполезно, да? — Гори-гори ясно, как заряд фугасный! — замогильным голосом взывала итальянка и нажала на два детонатора одновременно. Где-то внизу снова громко бабахнуло, ошалевшие люди не могли бы услышать, как на 88 этаже небоскрёба, что-то произошло. А в самом небоскрёбе подумают, что это так причудливо отразился звук взрыва внизу. А в пентхаусе на 88 этаже дверь аккуратно влетела внутрь помещения, начисто сорванная с петель.

***

— Папа, как там дедушка Тони? Да, печально. Когда к нему будет можно? Так долго… Ладно. Займусь делами. Целую. Бьянка вышла из лифта, вошла в свой пентхаус и остановилась. — Чем это пахнет. Как будто порохом. — Hasta la vista, baby! — Что?! Свист чего-то в воздухе и сокрушительный удар по затылку. Бьянка Стиплчейз потеряла сознание.

***

Бьянка очнулась привязанной к своему креслу. Первое, что она увидела, когда открыла тяжеленые глаза, до тошноты знакомое с детства лицо-сердечко с широкими и слегка безумными карими глазами. — Buongiorno Bianca! — Buongiorno, — Стиплчейз осмотрела свою подругу, что сидела на её рабочем столе, — я говорила тебе, что ты классно выглядишь в гидрокостюме? Зачем он тебе, кстати? — Ты меня ещё в костюме полицейского не видела. Помнишь я как-то прыгнула с вертолёта в бассейн и сломала себе ногу, ты ещё потом его углубила? — кивок, — вот примерно так я и оказалась тут. — Взрывы тоже ты, — скорее утверждение, чем вопрос. — Ага. Красивые были? — Я не видела. Сервас обиженно, по-детски надула губки. — Ты меня даже не боишься. Я обиделась. — Я боялась. Безумно боялась. Но это в прошлом, когда ты вернулась из мёртвых спустя четыре года. Ты изменилась, все это видели и все этого боялись. С тех пор многое прошло, я и семья поняли тебя и стали бояться ещё сильнее. Ты стала детской страшилкой в нашей семье. Я устала бояться. Я знала, что рано или поздно ты придёшь. — И я пришла. — Кстати об этом. Ты ведь не просто так пришла меня убить. Кто заказчик? И во сколько ты оценила мою жизнь? — Заказчик не важен. А деньги я с него не взяла, с таких, как он, денег не берут. Я за идею работаю и кое-какое дополнительное условие. — Понятно. А почему ты до сих пор меня не убила? — Поговорить захотелось. Вряд ли сюда кто-нибудь войдёт до утра. — Послушай… ты никогда не рассказывала, что с тобой было на том острове. Что там было? Почему ты стала такой? Ты же знаешь, Мэтти… Сервас, не вставая со стола, ударила Стиплчейз ногами в лицо. Потом спрыгнула на пол и взяла владелицу «Thrillkiller» за голову. — Я кажется просила. Никогда. Не при каких обстоятельствах. Не упоминать это имя. Хочешь знать, что было на острове, а? — Бьянка получила увесистую затрещину, — смотри мне в глаза, падла! Хочешь знать?! — она успокоилась так же резко, как и разозлилась, отошла и снова села на стол, — скажи… за все годы нашего знакомства… Я говорила тебе, что такое безумие? Да? Нет? Ну ладно, скажу. Безумие — это точное повторение одного и того же действия. Раз за разом… в надежде… на изменение. Это… есть… безумие. Это сказал мне один чувак из Калифорнии, перед тем, как я отрезала ему голову его же собственным ножом, а потом высушила её и оставила, как сувенир. Но когда он только сказал эту хрень… я подумала, что он псих. Но смысл в том… ха-ха-ха-ха, окей? Он был прав. Я стала видеть это везде. Везде, куда ни посмотри. Болваны делают точно одно и то же. Снова, и снова, и снова, и снова, и снова… и думают: «Сейчас всё изменится. Не-не-не-не-не, прошу! Сейчас всё будет иначе!» — Пиро пристально посмотрела на Бьянку, что начала пытаться выпутаться из верёвки, — Но главное… — она соскочила со стола и принялась ходить по комнате, активно жестикулируя, — Я поняла, что главным безумием было уходить от самого себя одним путём, цепляться за «нормальность» одними и теми же словами и воспоминаниями… Это. Есть… Безумие… Ванесса подошла к подруге вплотную. — Но это лирика… вода под мостом… А сейчас… Прости… — она резко отошла на пару шагов назад, — Мне не нравится как… ты на меня смотришь. Окей? Пошла ты, окей! Всё в порядке. Хахахаха, — Пиро согнулась пополам в истерическом хохоте, но вдруг резко разогнулась и неожиданно серьёзным тоном спросила: — Что такое… безумие, а? Недавно мой друг сказал мне, что безумие — это как гравитация. Сейчас проверим, насколько ты… небезумна… Передай «привет» бетону. Сервас с небольшого разбега ударила Бьянку ногой в грудь. — Это Спарта! Кресло вместе со Стиплчейз пробило стекло и полетело вниз с восемьдесят восьмого этажа на встречу мостовой. На лице Пиро, что наблюдала за полётом своей недавней собеседницы, играла по-детски счастливая улыбка. — Кхм… извини за беспокойство, — настроение Сервас не испортил даже слегка осипший голос Лонни, — я правильно понял, что вы были близкими друзьями? — Ага. Мы были как сёстры. Я жила в её доме семь лет. — И как тебе сейчас? — Как наркоману после дозы. Ты просто не представляешь какой у меня сейчас кайф. — Странная ты. — Спасибо, стараюсь. Ну, теперь надо эвакуироваться. Где там мой мышь-костюм? В непромокаемой сумке, кроме взрывчатки был сложенный костюм-крыло, что Пиро с горем пополам, но одела. — Джееероонимо!!! — итальянка спрыгнула с вертолётной площадки вниз.

***

22:25 — Мат-т-ть моя ир-р-рокез! Что же так-к-к холод-д-д-но-то? — возмущалась мокрая с головы до ног и всё ещё в гиброкостюме Пиро. — Не кричи как голый кенгуру в Антарктиде, — от воплей Ван у Харли закладывало уши, что слегка затрудняло вождение, — полотенце возьми. А холодно тебе потому что ты грохнулась в пруд Центрального парка. — Grazie, — Пиро вытерла мокрые волосы, — это, конечно, мало чем мне поможет. Есть что-нибудь тёплое? — Хаш мне чай с коньяком в термос намешал. Хочешь? — О! Давай. Ванесса взяла из рук Арлекина термос ядовито-розового цвета, открутила крышку и сделала большой глоток. — Khorosho poshla… хочешь? — Я за рулём. — А будешь? — Давай! Итальянка налила чаю в крышку термоса и передала Квинн. После чего настало двухминутная пауза. — Ванесса — Что? — Зачем был весь этот цирк с убийством Бьянки. — Разве это не очевидно? — У меня есть пара гипотез. — Как научно-то, блин. Давай излагай. — Судя по вашему разговору в клубе, ты хорошо знакома с её семьёй, также мне, за время нашего знакомства, удалось выяснить, что ты неплохо организуешь убийства, — в зеркале заднего вида можно было заметить зардевшуюся от удовольствия Ван, — поэтому улик ты просто не могла оставить. Значит убийство свалят на конкурентов, какими являются Фальшивые Лица, группировка Сайониса. А значит будет война банд, значит будет хаос. — В принципе логично. Думаю именно это он хочет. — Думаешь? Он, что тебе не сказал? — Арлекин чуть в проезжающую мимо машину не врезалась. — Нет, конечно, — Пиро затянулась сигаретой, — сила Джокера, его фишка, как раз в том, что его планы не знает никто. Мне кажется, даже он сам до конца их не знает. Если бы я была психологом, то сказала бы… — …что все его планы в бессознательном? — А навыки психолога не пропьёшь, а? — усмехнулась Ван, — хоть ты и пыталась. — Когда?! — А банки и бутылки в твоей комнате просто так там лежат, да? — Да! — За дорогой следи, подруга. Мы уже на бездорожье. Давай к базе. У меня сегодня-завтра будет очень важный звонок от семейства Стиплчейз с заказом на убийство. — Сайониса? — Именно его. Убьём его, а его любимый кузен, Юэн, сразу поймёт кто это сделал и, зная его военное прошлое и взрывной характер, а так же то что вся семья Стиплчейз либо в Италии, либо здесь, но под усиленной охраной… — А Бьянка тоже была под усиленной охраной? — поинтересовалась Харли. — Эта милашка всегда не любила охрану, хоть я её и предупреждала, что рано или поздно это приведёт к её смерти. — Что и случилось. — Что и случилось. Так вот, учитывая всё сказанное, Юэн начнёт войну, в самом прямом смысле этого слова. А если учесть, то чем сейчас занимается Лонни, то у нас будет ещё и бунт. — А чем он занимается? Ответом для Харли послужила ехидная улыбка Ванессы. — Сейчас он затачивает одно острое перо, что вот-вот проткнёт одну очень раздутую репутацию. — Кстати тебе тут СМСка пришла. Квинн протянула итальянке телефон. — Тааак, что это у нас тут? Знаешь, Квинн… — Что? — Ты не пойдёшь со мной мочить Сайониса. — А что так? — Ибо Джей припас для тебя какое-то спецзадание. Спросишь у него, когда приедем.