Like fire. Hellfire. This fire in my soul.

      Гарри медленно открыл глаза, не понимая, что с ним происходит. В голове была полная каша, а зрение все никак не хотело показывать мир во всех красках. Мальчик попытался пошевелиться, но, как оказалось, тело тоже не собиралось его слушаться.       — Директор, ребенок может быть опасен. Столь сильный выброс магии в его возрасте. Причем без какой-либо причины. Нам повезло, что сил организма не хватило, чтобы застрять в другом теле, иначе бы последствия были трагичны. Не целесообразней ли будет оградить его? Состояние стабилизируется, но стороннее воздействие вновь может повторить случай.       — Мальчик мой, в этом нет необходимости. Пусть ребенок восстановит силы, а остальное станет понятно позже. Не думаю, что у нас есть право вырывать его из жизни, где он только увидел чудо и завел друзей.       — Как пожелаете, директор.       Гарри будто через вату слышал чужой разговор. Который, кажется, был о нем, но при этом никто и не замечал, что ребенок очнулся. Сейчас его маленькое тельце на больничной постели далеко не привлекало внимания. Болезненная бледность делала общую худобу страшней. Закрыв глаза, Гарри попытался отвлечься. Запах медикаментов непривычно резал нос. Школа подарила ему еще одно новое ощущение. Ребенку даже захотелось задать глупый вопрос и узнать, всегда ли в этом месте подобный запах.       Вскоре его коснулась чужая рука, аккуратно приподнимая голову, а вторая в этот момент быстро влила в приоткрытые губы какое-то зелье. Пальцы аккуратно массировали горло, помогая сглатывать горькую на вкус жидкость. Хотелось открыть глаза, чтобы получить возможность лицезреть обладателя столь холодных ладоней. Вот только веки как назло налились свинцом. Разум подсказывал, что это из-за выпитого им зелья, которое по первым ощущение было чем угодно, но явно не ядом. Спасительный сон постепенно утаскивал Гарри в свои объятия, пока тело полностью не расслабилось, а голова не склонилась на бог, дав носу мимолетно коснуться чужой кожи, из-за чего помещению был подарен рваный выдох.

***

      Про ночного гостя мальчик так и не смог ничего узнать. Неспешно протекло целых три дня, за которые Гарри успел полностью свыкнуться с атмосферой медпункта. Мадам Помфри заходила к нему три раза в день, лишь проверяя самочувствие и наличие пустых колбочек от выпитых зелий. Еще какие-то два дня и Гарри обещали допустить к занятиям, чему волшебник был безумно рад, потому что спать целыми днями ему банально надоело, а других развлечений было мало. Палочку у него временно отобрали, а учебники, кое-как переданные Гермионой, быстро утомляли, вызывая зевоту.       — Гарри! Нас наконец-то к тебе пустили! Мы так волновались!       — Рон?! Гермиона! Я так рад, что вы решили меня навестить. Тут так скучно. Вы даже представить себе не можете.       — Гарри, кто же знал, что ты так… Ну в общем, того…       — Рон, разговаривай нормально. У Гарри пробудился дар. И это, конечно, замечательно, но… Когда ты метнулся с трибуны, отталкивая нас, мне стало так страшно. Все были шокированы. Даже братья Рона не сразу поняли, что успело произойти. А потом ты бросился в бой. Я боялась, что ты можешь пострадать.       — Герми, ну не начинай. Гарри был бесподобен в бою! Да и вообще. Еще не разу в истории первокурсник не побеждал на дуэли выпускника.       — Ребят, честно говоря, я совсем не помню, что произошло. В памяти будто пропасть. Мадам Помфри сказала, что у меня был магический выброс и вряд ли я смогу вспомнить что-то. И что значит «выиграл дуэль»?       — Гарри, ты сразу кинулся на Марка. Так звали того парня. Причем ты очень сильно уступал ему по размеру, но при этом будто знал, как обернуть это в преимущество. Быстрые атаки, а после ты вообще вцепился ему в шею, дожидаясь пока противник сдастся. Гарри, это суть дуэли! В Хогвартсе не поддерживают кровавые бойни, поэтому преподаватели и остановили поединок тогда. Чтобы выиграть, обычно противника захватывают сзади за шею, чтобы лишить возможности двигаться. Потом дракон старается прижать противника к земле, ожидая, когда тот признает, что больше не в силах вырваться.       — Но разве драконы не вредят друг другу?       — Не в этом и смысл, друг. Изначально ты должен идти в бой не с целью разорвать противника в клочья, а с целью заставить противника сдаться. Так ты показываешь свое превосходство. Смысл в показе силы, а не во внушении страха. На это и направлены дуэли. В процессе драконы могут ранить друг друга, но раны представляют собой лишь царапины. Это не так страшно, если раны не смертельны. Ведь по сути драконы представляют собой чистую магию. Раны с их тела отражаются на твоем магическом ядре, но не на твоем теле. Так что бояться нечего.       -Рон, ты только еще больше его запутал. Гарри, в общем, драконы — это твоя магия. Отражения тебя самого. Дуэли направлены, чтобы выявить лидера. Того, кто сможет вести за собой. Это если совсем легко объяснять.       — И ты у нас слиток золота в этом плане!       Поттер немного растерялся, все еще слабо понимая друзей. Голова гудела от вываленной на него информации. Как он мог стать драконом и не понять этого?! Как он мог на кого-то нападать? Слишком много непонятных и не взаимосвязанных пока событий обрушилось на его и так пострадавшую голову.       -Гарри, на самом деле твоя чешуя и вправду очень необычна. Я не читала ни о чем подобном.Ты будто покрыт золотом. Еще и свет легко отражается от чешуек. Это очень красиво, но такой окрас видимо не известен даже учителям. Хотя… Макгонагалл тогда тоже раскрыла свой облик дракона. Вы с ней даже похожи. Оба имеете чистый окрас без вплетения в чешую каких-либо цветов. Вот только профессор уже взрослая особь, а ты на ее фоне прям детеныш. А так… В последнее время профессор Макгонагалл растеряна, а профессор Снейп очень задумчив. Он даже баллы перестал снимать. Директор! Думаю, он тоже шокирован. Чтобы попасть на поле, ты пробил магический щит. Этот щит ведь ставил сам директор, а он великий маг. Не понимаю, как ты смог разбить такие сильные чары.       — Дети, Гарри нужен отдых!       Под разочарованные вздохи, ребята поднялись с грустью глядя на друга, что сейчас не мог пойти с ними. Обнявшись на последок, друзья быстро обменялись подбадривающими словами и отправились к дверям.       — Да, мадам Помфри. До завтра Гарри.       Мальчик улыбнулся, провожая взглядом друзей. После их слов на душе почему-то было неспокойно. Ребенок до середины ночи ворочался в постели, пытаясь заснуть, вот только вместо грез на ум приходили лишь воспоминания о дуэли. Пламя, легко способное поглотить человека. До сих пор было чувство, что оно было не где-то вдали направлено против одного нелюбимого всеми преподавателя, а на Гарри. Он не понимал, почему ему было так жутко и лишь пытался отогреть вдруг окоченевшие кисти и стопы. Ребенок уже успел отвыкнуть от своей прежней мерзливости, так что теперь ловил «хорошие» воспоминания о прошлом. В итоге до самого утра завернувшись в одеяло, на кровати лежал подрагивающий комочек, глаза которого сомкнулись лишь к рассвету.

***

      Было как-то непривычно заходить в большой зал на завтрак в одиночестве. Особенно когда на тебя тут же начали коситься все присутствующие, включая преподавателей. Наткнувшись на изучающий взгляд директора, Гарри сглотнул и как можно быстрей добрался до друзей за столом.       — Гарри, ты чего как мышка крадешься? Ты ведь у нас теперь знаменитость!       — Я не уверен, что это что-то выдающееся…       — Кстати. Мне близнецы рассказали, что в школе появились новые ставки. Большинство считает, что ты у нас будешь настоящим альфой!       — Подожди. Ничего не понимаю. Что еще такое " альфа»? Вы меня сейчас опять будите грузить непонятной информацией? Ну ладно, ладно. Извините ребят. Просто мне до сих пор все кажется глупой сказкой.       — Гарри, в последней книге, что я читала, как раз рассказывалось, про пары. Так вот есть альфы и омеги. Не такое важное деление сути. В тех же дуэлях это не играет особой роли. Зато очень важно для семейной жизни. Когда альфа выбирает себе омегу, а чаще происходит именно так, то он уже не отвечает за себя, он любым способом защитит свою пару. Обычно подобная черта проявляется сразу с обретения сил. Ребята посчитали, что раз ты так силен и решил защитить всех от разбушевавшегося дракона, то скорей всего будешь альфой. По их словами под альфами понимают защитников, а тот, кого он выбирает, становится его омегой. Четкого деления, как я поняла, нет, но считается, что альфы от природы отличаются своим поведением. Они более вспыльчивы и при каждом удобном случае стараются показать свое превосходство. Признание для них играет большой вес.       — Но ведь я не совсем такой.       — Гарри, все впереди.       — Еще будет как профессор Снейп.       За столом раздался испуганный голос с ноткой раздражения.       — Невилл, ты что такое говоришь?       — А что… В школе никто не отрицает, что Снейп альфа.       — Друг! То-то он тебя невзлюбил сразу! Видит потенциального соперника.       — Рон, это не смешно. Я не хотел бы участвовать в подобных играх, кто кому подчиняется. Как же сложно. Уже голова гудит. И почему все оказалось так сложно…       — Ты же не Герми, смирись тебе нужно время.       Под смех друга мальчик обреченно выдохнул. Только сейчас он осознал, что спину до сих прожигает чей-то взгляд. Вот только сил узнавать, кто же это, уже не было.

***

       Сделать первый шаг без помарки Гарри не успел и трое друзей буквально вывалились из камина на оголенный перед ним пол под собственный оглушающий смех.       — Рон Уизли! Неужели я так и не научила тебя вести себя воспитанно?        Поднявшись, рыжий мальчик сразу стушевался, смотря на грозную женщину с полотенцем в руках.       — Мам, не ругайся. Это Гермиона, а это Гарри. Ребята, а это моя мама — Молли Уизли.       — Миссис Уизли, мы так благодарны вам за приглашение на рождественские праздники. Когда я узнала, что не смогу провести их с семьей, потому что они работают, то мне казалось, что это будут худшие дни в году.       — Ну что ты, дорогая. Мы всегда рады друзьям Рона. А теперь быстрей мойте руки и за стол. Как вижу, первое перемещение по каминной сети вам удалось на славу.       Гарри молчал, оглядывая уютный домишко. Он согласился праздновать у Рона после первого же предложения, но теперь чувствовал себя неловко. Ребенок, никогда не видящий настоящей любящей семьи теперь чувствовал себя лишним.        Разговоры с Фредом и Джорджем окончательно расслабили, а после и догонялки вокруг Норы, в которых принимала участие большая часть рыжей семейки.       — Дети, пора садиться за стол!       Звонкий смех, громыхание посуды и нескончаемые беседы олицетворяли праздник за этим столом. В отличие от Гермиона, Поттер не так часто вступал в диалог. Он предпочел наблюдать. Сердце неприятно изнывало. Если бы мир был не так жесток, то у мальчика осталось бы семья. У него бы был уютный уголок, куда он мечтал бы вернуться.       — Гарри, а чего это ты такой худенький?       — Да, милый. Это ведь ужасно. Рон, конечно, рассказывал о том, что ты рос с маглами, но неужели и в Хогвартсе вас плохо кормят.       — Просто его порцию съедает Рон.       — Эй! Гермиона, это не смешно!       — Мистер Уизли, со мной все впорядке. Честно говоря, я уже не слабо набрал в весе за прошедшее время. Так что не переживайте. Кормят в школе отменно. Я, наверное, просто привык есть мало. Простите, мне не очень хочется об этом говорить.       — Конечно, милый. Ну-ка не вешай нос. Лучше давайте распакуете свои подарки,        Стол быстро заполнился вдобавок к тарелкам еще и небольшими коробочками. С неким трепетом открыв упаковку, Гарри обнаружил в ней теплый свитер со своим именем. На лице непроизвольно выступила улыбка вместе с румянцем на щеках.       — Огромное спасибо. Это так… Так приятно. Вот только, мне… У меня ведь нет ответного подарка.       — Даже не думай об этом! Еще бы я стала требовать от детей ответного подарка. Лучше быстрей все примерьте свои свитеры. Уверена, вам всем пойдет.       На глаза снова наворачивались слезы. Теперь Гарри знал, что он будет хранить этот свитер, как самое дорогостоящее сокровище, ведь это был его второй подарок в этой жизни, после появления полувелика на пороге его неродного дома.

***

      Праздничная сказка постепенно таяла, забирая с собой столь непривычные эмоции. Кажется, это были самые лучшие выходные в его жизни. Гарри побывал в гостях у Рона, поближе познакомился с его семьей, а еще узнал, что не все такие, как портящие ему до этого жизнь Дурсли. Однако жизнь омрачало собственное состояние. С каждым днем мальчику казалось, что он все меньше контролирует свои силы. Все началось с первой ночи в гостевой комнате Норы. Магия внутри активно бунтовала, отказываясь хоть как-то подчиняться. Подобное чувство вызывало страх. Ребенок боялся, что в конце концов силы просто выйдут из-под контроля, и он сможет навредить своим друзьям.        Подойдя к зеркалу, ребенок осмотрел себя беглым взглядом. Молли сильно постаралась, чтобы он поправился. К удивлению это видимо сработала. Сейчас Гарри уже не так сильно напоминал скелет. Тело постепенно приходило в норму. Оставалось надеяться, что так будет и с магией.

***

      — Эй, Поттер. Где же ты успел потерять своих друзей?       — Драко, отстань. Приставай к кому-то другому.       Времени выслушивать очередные попытки слизеринца вывести его на эмоции не было. Если он опоздает на отработку, то его факультет вновь потеряет баллы. Как бы им не восхищались в начале года, Гарри был слишком плох в учебе, что приводило к постоянным снятием баллов. И если гриффиндорцы еще не высказывали ему недовольство этим, то самому волшебнику было жутко стыдно.       — Профессор?       — Заходите, Поттер. Котлы вас уже заждались. И не додумайтесь пытаться применять магию.       — Да, профессор.       Опустив голову, мальчик отправился выполнять уже привычную работу. Иногда вечерами Гарри задумывался, почему ему так тяжело даются зелья. Сколько бы он не готовился, во время варки постоянно случаются неприятности. А в последнее время его котлы и вовсе полюбили взрываться от магии волшебника, что упорно не желала быть под контролем. Сжав в руках тряпку, мальчик прикусил нижнюю губу. Разум так и вопил о необходимости рассказать правду, а страх, что он кому-то навредит, подгонял.       — Поттер. Поттер, вы уснули?! Ваша отработка закончена, постарайтесь вернуться в гостиную до отбоя, а то ваш факультет вновь лишится драгоценных баллов.       — Профессор, можно вопрос?       Гарри замер, давая себе мысленный щелбан. Он ведь решил рассказать все Макгонагалл. Она все же их декан. А теперь так глупо подставился. Оставалось лишь надеяться, что мужчина его просто выставит.       — Рискните.       — Я… Профессор, маг может ощущать, что с его силами что-то происходит?       — Что за глупый вопрос необразованного ребенка? На то вы и маг, чтобы обладать магией. Я не намерен тратить время на такие глупости, а теперь… Стоп. Поттер, что вы имели в виду сейчас? Что не так с вашей магией?       — Она не слушается. Профессор, пожалуйста, я знаю, что вы сейчас снова назовете меня дураком, но мои силы правда не слушаются. Я не только у вас котлы взрываю. Все мои заклинания получаются намного мощней, чем я хочу. Это пугает. Я думал, что преподаватель сможет мне посоветовать, как с этим справиться.       — Поттер, подойдите ко мне и дайте руку.       Взяв чужую ладонь, мужчина тихо пробормотал какое-то заклинание, а после сделал небольшой надрез на запястье, собирая кровь. Ребенок завороженно смотрел на этот процесс, с шоком осознавая, что эти холодные руки ему уже знакомы.       — Через неделю, я смогу дать вам ответ. Не смейте больше никому говорить об этом. Даже преподавателям, особенно Макгонагалл. Пока магия внутри просто беспокойна, то бояться не стоит. Ваше магическое ядро только формируется. Возможно был скачок силы, он вас и напугал. Эту неделю просто постарайтесь сократить применение магии. Но если появится чувство, что силы больше не желают оставаться внутри тела, то любым способом связывайтесь со мной. В таком случае вы уже реально можете быть опасны для своих друзей. Вы меня поняли, Поттер?       — Да, профессор. Спасибо.       — Пойдемте, я провожу вас до гостиной.До отбоя вы уже опоздали, а для мистера Филча вы явно будите легкой добычей.       Сердце предательски трепетало от подобной заботы. Впервые этот человек не стал на него кричать, когда с уст сорвалась очередная глупость.

***

      Волшебник еще два дня пытался принять ту речь Снейпа, но в голове так и не укладывалось, что этот преподаватель мог за него переживать.       Урок полетов. Это, наверное, было его самое любимое занятие. Поднявшись в воздух, Гарри мог спокойно вдохнуть полной грудью. Воздух дарил ему чувство свободы, позволяя забыть о ждущих на земле неприятностях. Одна правда находила его и воздухе.       — Потти, что такое? Смотришь, как твои друзья безуспешно пытаются удержаться на метле?       Драко Малфой. Его главный фанат, не упускающий возможности пустить в его сторону колкость. К большому разочарованию именно этот маг составлял ему компанию в группе учеников, что довольно умело держались в воздухе.       — Всем спуститься на землю. Не расходиться, занятие еще не окончено. Пока что из двух классов только два ученика сумели совладать с метлой. Не стоит расстраиваться, дети. Это стандартная ситуация для первого курса. Сегодня я хотела позволить нашим отличникам устроить небольшое соревнование. Возможно, посмотрев, как ваши друзья легко держатся в воздухе, вы будете больше замотивированы. Мистер Малфой, я прикреплю к твоей метле ленту. Задачей Поттера будет нагнать вас и заполучить ленту. Главное условие — вы не вылетаете за пределы этого двора.        Глубоко вдохнув, Гарри открыл глаза. Сжав ногами древко метлы, он приготовился к рывку, и Малфой не заставил себя долго ждать. Каким бы занозой не был этот парнишка, было нельзя не признать, что летал он умело. Гарри несколько раз нагонял его, но тот просто уходил с траектории резким поворотом. Игра начинала затягиваться, потому что ни один из противников не желал сдаваться. Оставшимся на земле ученикам оставалось лишь делать ставки, кто именно будет победителем в данной схватке.        С заносом выйдя из поворота, мальчик помчался вверх за светлой макушкой. Вот только чем выше он поднимался, тем трудней становилось дышать. В ушах зазвенело и в следующую секунду Гарри осознал, что метла просто выскользнула из рук. Под оглушающий рев ветра его тело начало стремительно падать вниз. Вот только паники не было. Лишь пустота и какая-то подозрительная легкость.       — Поттер!       Мадам Хуч поднялась в воздух, пытаясь хоть что-то сделать, вот только сердце с ужасом подсказывало, что она не успеет. Послышался тихий треск, а после площадку окатило ударной волной. Ученики в панике закричали, не понимая, что происходит. Вот только профессор была растеряна не меньше их. Опустившись на землю с перепуганным Драко, она не отводила взгляда от облака пыли. Для разбившегося ученика ее было слишком много. Послышался тихий рык.       — Все назад! Собраться в группы и в школу. Сейчас же!        Отправив патронуса, мадам Хуч направила палочку на дракона. Тот, кажется, до сих пор не понимал, что произошло. Не с первого раза поднявшись на лапы, зверь оскалился, приметив наставленную на него палочку. С его пасти сорвалось пламя, которым ящер быстро очертил круг.От пламени чешуя становилась лишь ярче, напоминая своим оттенком раскаленный металл. Поджав сложенные крылья и хвост, дракон замер, будто готовясь в любой момент напасть, чтобы разорвать в клочья свою добычу. Ноздри время от времени расширялись. Зверь пытался всеми доступными способами понять, что произошло. Зрачки изумрудных глаз были заметно сужены, но постепенно принимали свой обычный вид. Гребни на спине один за другим ложились на спину, буквально иллюстрируя медленное успокоение ящера.