Пожалуйста-пожалуйста, давайте сломаем мультивселенную?

Когда Питер снова открывает глаза, он дома. Солнечный свет мягко пробивается сквозь шторы гостиной, а часы на стене показывают, что сейчас ещё раннее утро. Он потягивается, чувствуя, как солнышко греет его лицо, скидывает рюкзак на пол, помогая Мими выбраться из него, и, наконец, чувствует спокойствие. Вау. Как же хорошо вернуться. — Пятница, — Питер шепчет, с прищуром глядя на потолок, — привет. — С возвращением, Питер! — таким же заговорщицким шёпотом отвечает Пятница, и он непроизвольно улыбается. Как же давно он её не слышал! Кто бы мог подумать, что однажды он будет считать своей семьёй не только Мэй, но и Тони, и Пеппер, и Морган, и целую толпу других людей, включая Искусственный Интеллект и несколько роботов. Эта мысль успевает лишь немного его развеселить, потому что следующее, что он слышит — быстрые шаги по лестнице. Питер оборачивается в тот же момент, когда знакомая, взъерошенная голова показывается из-за двери, и далее не следует ни секунды раздумий: Тони с широкой улыбкой раскрывает руки, и Питер, без преувеличения, прыгает ему в объятия. Если ему и тяжело, Тони никак этого не показывает: лишь ласково усмехается, крепко сжимая своего блудного паучка в руках. Почти мгновенно Питер чувствует, как ему ерошат волосы, и от одного этого прикосновения, такого родного и привычного, хочется заплакать. — Привет, малыш, — фыркает Тони ему в волосы, быстро целуя Питера в макушку. — Привет, пап. (Если следующие двадцать минут кто-то из них позорно рыдает, то Тони достаточно милосерден, чтобы никогда об этом не упоминать.) Так или иначе, Питер находит себя свернувшимся в калачик под боком у Тони, где его нежно гладят по голове, давая время, чтобы успокоиться. Мими тоже водится рядом — изучает нового человека, в основном, задумчиво покусывая его пальцы. — Сколько времени прошло здесь? — Чуть больше трёх недель, — Тони, опять-таки, мог сказать с точностью до минуты, но… он крутой, ладно? — Твоего дня рождения ещё не было, так что готовься к приезду наших болванов. — О, нет… ещё не поздно попроситься обратно? — Шкет, — судя по голосу, Тони немного страдает от одной такой мысли, и Питер, на самом деле, может его понять. Никуда он не собирается. Питер смеётся и садится прямо, и теперь, когда Тони лишили привычных кудряшек под рукой, то он ничего не говорит (потому что он крутой!), хоть и выглядит немного растерянно. — А где Пеппер с Морган? — Значит, меня тебе уже недостаточно? — Тони вскидывает бровь, и они какое-то время просто смотрят друг на друга, прежде чем начать смеяться, — Морган спит ещё, ты у нас ранняя пташка сегодня. Пеппер наверху. Она, почему-то, посчитала, что нам нужно немного времени. С одной стороны, Питер удивлён, но с другой… он не может сказать, что Пеппер была не права. Как будто это вообще возможно. И её тактика работает, потому что сейчас Питер чувствует себя не таким хрупким, как когда он вернулся. Несмотря на то, что, по мнению Тони, Пеппер куда лучше справляется с «этими всеми эмоциями», для Питера… Тони — его твёрдый берег. — Интересно, почему, да, мальчики? Слыша её голос, Питер лучезарно улыбается и подскакивает, чтобы обнять и её. Пеппер ласково щипает его за щёки и целует в лоб. — Ого, ты подстриглась? — Питер восторженно рассматривает новый образ Пеппер, и та подыгрывает ему, довольно крутя головой. — Тебе очень идёт! Тони, в свою очередь, переживает очередное предательство. Но… — Так вот что изменилось, — тянет он, и Пеппер фыркает, подходя к дивану, чтобы чмокнуть и мужа. — Не переживай, милый, я и не ожидала, что ты заметишь. — Как предусмотрительно с твоей стороны. Питер только хихикает, смотря на них. После того, как он провёл целый год, отчаянно скучая по своей семье, видеть их перед собой ощущалось совершенно нереально. Но так прекрасно. — Я скучал по вам, — признаёт он, и Пеппер дарит ему свою понимающую улыбку: конечно, она знает, что он скучал. Они тоже скучали — может, они провели без Питера всего несколько недель, но этого было достаточно. Пеппер… не любит быть вдали от своих детей. А Тони и вовсе предпочёл бы никогда не расставаться с Питером, в конце концов, он уже провёл пять лет без ребёнка. Больше не надо. — Мам! Пап! Вы где?… Братик?! Морган стоит на лестнице, сонно потирая глаза, и её голос явно подразумевал, что она собирается начать капризничать, но… теперь её глазки широко распахнуты в удивлении, а плюшевый крокодил, которого она утащила из своей кровати, падает на пол. Опять-таки, Питеру не нужна даже секунда раздумий, прежде чем подхватить её на руки. — Ты вернулся! — Морган забывает о том, что собиралась капризничать в ту же секунду, как видит Питера, и обнимает его за шею, восторженно пища. — Ага! Ты не сильно грустила без меня? — Питер (совсем немного) кружит её, слишком взволнованный, потому что… она что, успела вырасти за это время? Почему она кажется больше? Дети, что, настолько быстро растут? — Сильно! Папочка много переживал и не хотел со мной играть, а мамочка была занята, потому что у тёти Ванды будет малыш, — тут же сдаёт всех Морган, дуя губы. — Раз ты вернулся, ты будешь играть со мной? — Конечно! — Питер весело стреляет глазами в Тони. — Что, папа прям сильно переживал? Тони чувствует, что у него начинает болеть голова. Ему нельзя было допускать, чтобы они так хорошо сработались… Как ему быть крутым, когда у Питера тут свои шпионы? — Да! Он много ругался на Дубину, и сидел… хмурый, — Морган, чувствуя, что Тони не в восторге от того, что она тут разбалтывать его секреты, наоборот начинает болтать ещё больше, видимо, в отместку за то, что с ней не играли, — и не разрешал мне есть много мороженого! — Ах! Как он мог? — Питер в притворном ужасе качает головой. Пеппер только хихикает, обнимая Тони за плечи. Теперь, когда дети спелись против него, было приятно, что хотя бы она остаётся на его стороне. — А ты привёз мне подарок? — Ага. Откроем их все вместе после завтрака, ладно? Я всем привёз кое-что. А ещё я привёз кошечку, — Питер указывает на Мими, и Морган с умилением вздыхает, — её зовут Мими. — А колдовать ты научился? — Немного, — Питер заговорщицки улыбается, — но магия вне Хогвартса запрещена.

(◕‿◕✿)

Следующие несколько дней Питер проводит вдохновенно пересказывая свои приключения в мире магии, одаривая всех подарками и навёрстывая упущенное в мастерской Тони. Пеппер даже не ругается, когда они втроём засыпают на диване, а, наоборот, присоединяется с несколькими чашками горячего шоколада. Мстители заглядывают как только Тони, с ворчанием, подтверждает, что ребёнок вернулся, и они с Пеппер готовы поделиться немного его вниманием. Мишель, Нед и Харли приезжают к ним незадолго до дня рождения Питера, и когда они все вместе валяются на кровати в его комнате, рассматривая волшебные подарки, Питер чувствует себя абсолютно счастливым. Он дома, в окружении семьи и друзей, и, наверное, это единственное, о чём стоит мечтать. Он также надеется, что его новые, волшебные друзья, тоже счастливы в своём мире. И что-то ему подсказывает, что так и есть.