Мой Витамин C

— Невестка? Эй, Ким Сынмин, о чем ты? — хмурится Феликс, толкая в плечо рядом сидящего друга. — Девушка, которая в скором времени станет моей невестой — Ли Хва Ён, — сухо произносит Ким, продолжая пристально пялиться на опешившую брюнетку, что беззвучно открывает и закрывает рот, не в силах вымолвить и слова. Произнесенная Сынмином новость поразила ее, словно электрическим током.        А больше всего волновало то, что почти незнакомому, весьма странному парню, что попадается ей на глаза уже второй раз, но в абсолютно ином образе, не составит никакого труда доложить родителям о ее местонахождении. И тогда Хва Ён точно будет вынуждена помахать ручкой свободной счастливой жизни, о которой она мечтала долгие годы, и вновь отправиться в недотюрьму. Нет уж, спасибо.       Собрав мысли воедино, Ли вдруг хмурит брови, сжимает кулаки и решительно надвигается на Кима, подобно серийному убийце, наконец нашедшему очередную жертву. — Ч-чего? Что удумала, а? — убрав от греха подальше стеклянный стакан, что может послужить пугающей девушке своего рода оружием, недоуменный Сынмин откидывается на спинку кресла, неловко прикрываясь ногами и руками. Кто знает, что взбредет в голову этой сумасшедшей. Парни же с превеликим интересом наблюдают забавную картину, посмеиваясь над не менее забавным выражением лица испуганного денди-боя.       Хва Ён резко тормозит в нескольких сантиметрах от «жертвы»  и, зыркнув на нее бросающим в дрожь взглядом, вдруг поворачивается к восьмерым парням, обворожительно улыбается и мило выдает: — Извините, но я вынуждена украсть вашего друга на пару минут, не беспокойтесь, я вовсе не кусаюсь~, — заставив до этого момента спокойно сидевшего Хёнджина подавиться спиртным напитком и судорожно откашливаться, она поворачивается к вжавшемуся в кресло Сынмину и хватает его за запястье, пытаясь поднять с сидения и утащить из наполненной людьми гостиной, дабы обсудить кое-какие моменты. — Эй-эй, вот только без рукоприкладства, ты мне ведь ребенка покалечишь, — возмущается Чан, словно оберегающая свое чадо мать, пытаясь освободить младшего от оков разъяренной ведьмы. — Я же сказала, что все в порядке, ничего противозаконного я с ним делать НЕ собираюсь, — фыркнув и презрительно взглянув на Бана, Хва Ён все же вытягивает бедного Кима и ведет в коридор, не замечая пронизывающе холодного взгляда парня, что еле сдерживается от желания преподать ей урок за столь нахальное поведение и облитую виски брендовую рубашку, купленную лишь на прошлой неделе. — Бабы — и все этим сказано, — беспечно пожимая плечами, шмыгает носом до этого молчавший Хан и съедает сочную клубнику с шоколадного прирога, — Будете?

***

— Есть вещь, которую срочно необходимо разъяснить, — убедившись, что никто не подслушивает, спокойно произносит Ли, прокручивая в голове мысль о том, как попросить Кима об услуге. — Отпусти сначала, и я подумаю, — шумно выдохнув, расслабился Сынмин, а после перевел взгляд на свое запястье, которое девушка сжимала с невероятной силой. Тихо ойкнув, она отдернула руку, словно ошпаренная, и неловко отвела взгляд. — В общем, ты ведь в курсе, что никакой помолвки не будет? — уже дерзким взглядом Хва Ён смотрела прямо в глаза спокойного парня, — Не говори никому, что видел меня здесь, ясно? — она попыталась выглядеть как можно жестче, давая понять, что не время шутки шутить и ситуация довольно серьезна. — А то что? — окинув Ли насмешливым взглядом, он начал медленно надвигаться, — Что, если скажу? — Сынмин явно издевался, желая посмотреть на реакцию смущенной девчушки, что только что выглядела беззастенчиво и довольно грубо. Естественно, он тоже не хотел этой свадьбы, не хотел, чтобы отец так жестоко обходился с другими людьми, но… Он же может повеселиться? Ничего больше, честно, просто чуть поиграть с нервишками интересующей его девушки. — Т-тогда… Тогда я не останусь в долгу и сделаю все, чтобы отплатить тебе и всей твоей компании… — заикаясь, неуверенно пролепетала Ли, уже полностью прижатая к стене. Да что за дурацкая привычка у этих парней? У них что, один мозг на всех? — Сюда иди, — дверь гостиной резко открывается, и оттуда выходит до чертиков красивый, но жутко злой парень в запачканной коричневым содержимым рубашке. Эти пугающие слова явно адресованы Ли. Он грубо хватает растерянную девушку за руку и, не обращая внимания на рядом стоящего Кима, уводит в другом направлении.       Затащив Хва Ён в ванную, Хван одним рывком снимает с себя рубашку и закрывает дверь изнутри. Ошарашенная девушка визжит, что есть мочи, и тут же закрывает глаза ладонями. Чего это он раздевается, придурок? — Не ори, истеричка, — кажется, еще больше разгневанный, парень убирает руки Ли и швыряет ей в лицо свою рубашку, — По твоей вине я испачкал ее. Стирай, давай, — он презрительно смотрит на по какой-то причине покрасневшую девушку и вдруг догадывается, коварно ухмыльнувшись: — Расскажи-ка мне, извращенка, о чем подумала? — А? — непрерывно моргая, растрепанная Хва Ён корит себя за дурацкие мысли, неловко прокашливается и, смотря куда-то в пол, более спокойно выдает: — Но ведь это ты затащил меня сюда, закрылся, так еще и верх снял. И вообще, рубашка твоя — проблемы тоже твои. Удачи, — быстро открыв дверь, она выскальзывает из душной комнаты и со всей силой бежит к выходу, желая скорее очутиться в своей квартире. — Эй, вернись! Вот сумасшедшая.

***

Pov. Хва Ён       Глупая, и зачем только сунулась туда? Запомни, ты и «дружелюбность» — два совершенно противоположных понятия. Чтобы я еще раз вытворила подобное… Кого этот парень из себя возомнил? Очередной зазнавшийся придурок. Обычный среднестатистический школьник со своими заебами в голове. Вот и все.       Так ненавижу подобных самовлюбленных эгоистичных существ. Да, я наслышана, что он довольно умный. Умный, но неразумный. Его «ум» сводится лишь к чисто механической способности решать задачи быстрее и иногда рациональнее, нежели некоторые. Причем эта способность резко снижается при появлении в поле зрения объекта женского пола в короткой юбке. Гадость. Да, красивый. Ну и что? Такие люди не признают критику ни в каком виде. Стоит упомянуть хоть что-то негативное в их адрес, то кем бы ты ни была, мгновенно превращаешься в «стерву», «депрессивную суку», «истеричку», ну и всё в этом роде, на что хватит их недалекой извращенной фантазии. Брр! Просто не думай о нем…       Все же нужно что-то решать по поводу помолвки. Стоит мне лишь вспомнить об этом, как боль пронзает все тело. Словно каждая клеточка организма кричит: «Спаси». А я спасу, не позволю. Не каждую ведь девушку родители насильно выдают замуж. Я до сих пор не могу принять их поступка, не «не могу», а не хочу. Но куда бежать от правды. Жить как ни в чем не бывало, натянуто улыбаться, прикрываясь ложью, невыносимо тяжело. Да и к чему такие подвиги…

***

      «Как быстро пролетел первый день! Настроение просто замечательное! Я всегда буду помнить, как в первый раз пошел в первый класс» — с такими мыслями улыбчивый мальчик покинул все еще непривычное здание, что выглядит невероятно огромным и просто шикарным. Поправляя тяжелый рюкзак, что, кажется, весит больше него самого, он вдруг услышал громкий звонок телефона в кармане своих новых школьных брюк, таких неудобных и сковывающих свободные движения. Не теряя и секунды, первоклассник с счастливой улыбкой принимает вызов. — Алло? Папа! Мне так понравилось, я никогда больше не поверю в глупые сказки хена о том, что школа — это плохо и скучно. — Ты же мой мальчик, — мужчина явно улыбнулся, умиляясь забавной речью сына, — ступай скорее на то место, где я сегодня оставлял машину по приезде в твою школу, я уже подъезжаю. — Хорошо, пап, бегу! — Будь осторожнее, здесь полно машин! Обязательно смотри по сторонам, хорошо? — Есть, сэр!       Весело прыснув, мальчик прячет телефон в карман брючек и радостно направляется к знакомому месту, желая скорее увидеть отца и поделиться всеми эмоциями и чувствами, что он успел ощутить за прошедший школьный день.       Подойдя к огромной парковке, он начал старательно высматривать знакомую машину. Пару раз прищурившись, первоклассник все же замечает черную иномарку и рядом стоящего мужчину, что так тепло улыбается и машет ребенку, дабы обратить на себя внимание.       Школьник ярко улыбается и со всех ног бежит к любимому родителю. Наедине с собой он всегда думает об отце: «Он – рыцарь, каких сейчас нет. Он – настоящий герой, который жертвует всем во имя любви. Ведь только благодаря папе я являюсь самым счастливым на свете ребёнком. С ним мне не страшно, с ним хорошо, очень тепло и уютно. С ним мир прекраснее и ярче. Для меня он самая лучшая в мире награда, он учит меня добродетели, знаниям и чудесам. И я безумно счастлив, что именно он — мой папа.» — Папа!       Мужчина кивает мальчику и, приложив к уху телефон, отвечая на чей-то звонок, идет навстречу сыну. Вдруг он резко останавливается и таращится огромными глазищами куда-то в сторону дороги, которая мальчику была не видна. А дальше все как в тумане: шокированный малыш сначала не понимает, что произошло и лишь спустя секунд десять сбрасывает огромный рюкзак, срывается с места и, заливаясь горьким слезами, набрасывается на отца. Мужчину сбила летящая на очень высокой скорости внедорожная машина. Урод, который сидел за рулём, даже не подумал скинуть скорость или резко затормозить! Остановился примерно метров через 15. — Папа! Папочка! Вставай, пап, поехали домой, скорее! — он отрывисто дышит, задыхаясь в беспрерывно льющихся слезах, а отец — в беспрерывно капающей крови. И почему никто не подходит и даже не вызывает скорую? Все лишь прикрывают ладонью рты и стоят, как истуканы. Мальчик поднимает глаза и в тех 15-ти метрах видит злобно ухмыляющегося мужчину, водителя внедорожника, что сейчас же уезжает с места преступления и скрывается за поворотом. Малыш тогда еще не понимал, почему этот дядя так страшно улыбался и уехал, не оказав помощь. Он навсегда запомнил эти лукавые глаза и небольшой шрам на правой щеке…»       Парень резко поднимает туловище, принимая сидячее положение. На лбу выступила испарина, а глаза начали испуганно бегать по темной комнате. Тупая боль отдается в груди, сердце бьется с частотой выше 120 ударов в минуту, отзываясь в каждой артерии. Ощущение тревоги. Он опустил голову, болезненно сморщился и резко встал с кровати. Выйдя на балкон и опустив подрагивающие веки, темноволосый почувствовал освежающий ветерок, что нежно касается кожи и вызывает миллион бегающих россыпью мурашек. Нервно чиркнув зажигалкой, он затягивается сигаретой. Определенно легче. Страшные воспоминания продолжают частенько приходить во сне, задевая за живое и высыпая гору соли на все еще незажившую рану. Сколько лет прошло? Десять? Да, десять лет и два месяца. А ощущение, что эти ужасные события произошли не раньше, чем вчера.       Он ненавидит этот мир. Ненавидит постоянное стремление к наживе и накопительству. Миллионы людей стремятся быть богатыми, хотят заработать горы денег, идя на самые подлые поступки, порой даже на убийство. Будто деньги, которые они тратят на совершенно ненужные вещи, дороже жизни человека. Он ненавидит этот гиблый мир и эти противные лица…       Выбросив окурок вниз, парень покидает балкон и направляется в душ. Немного умерив пыл под холодными струями воды, он спускается на первый этаж и замечает сидящую на гостинном диване женщину в черном деловом костюме. — Мам? Ты когда пришла? Почему не разбудила? — удивленно спрашивает Хван, с трепетом и любовью наблюдая за самой родной женщиной. — Хёнджин~а, я сегодня пораньше завершила свои дела и оставила в качестве надзирателя за работниками дядю О. В последнее время слишком мало бываю дома, — тепло улыбнувшись, красивая женщина откладывает в сторону журнал и кружку с напитком и подходит к стоявшему в проеме двери сыну, — Айгу, сынок, и когда ты стал таким высоким? — она весело улыбается и пытается дотянуться головой до широких плеч парня, вызывая искреннюю улыбку на его устах. После чего нежно обнимает своего ребенка и тихо говорит: — У тебя ведь все хорошо, да? Я очень люблю тебя, Джинни, и хочу, чтобы ты стал таким же чудесным человеком, каким когда- то был твой отец. Пообещай мне, что никогда не пойдешь на жестокие поступки, кем бы ни был человек, которого ты хочешь наказать. — Обещаю, мам.

***

      Четыре парня ступают на территорию учебного заведения, что-то бурно обсуждая и как обычно приковывая миллионы любопытных взглядов. — Да вчерашней ночью эта стерва назвала меня каким-то «Марком», прикиньте? Дешевая прошмандовка! Чтобы я еще раз подпустил ее к себе, — активно жестикулируя, выражал свое негодование Чонин. — А у самого сколько таких «прошмандовок» на стороне? — подкалывает Феликс младшего, задорно улыбаясь. — Помолчал бы, а… — обиженно фыркнул Ян, складывая руки на груди. — Что это у тебя? — заметив, как Хван вертит в руках розовый объект, удивленно спрашивает Сынмин. — Та чокнутая забыла вчера, — безразлично хмыкнул Хёнджин, — под столом Хана валялся.       Вспоминая образ девушки, Ким невольно усмехается. — Кстати, что будешь делать с Ли Хва Ён? — вдруг спрашивает Чонин у Кима. — А я должен что-то делать? Думаю, все и без этого будет хорошо, — загадочно улыбнувшись, Сынмин поправляет лямку рюкзака и продолжает путь, вызвав удивленные взгляды друзей. — И чего это он… — тихо проговорил Ян, не понимая слов Кима. А Хван многозначительным взглядом смотрит в спину удаляющегося парня и невольно усмехается, будто бы о чем-то догадавшись.

***

      Сонная брюнетка в очередной раз зевает и, не выдержав, кладёт голову на парту. Вчерашняя бессонница дала о себе знать. До звонка еще двадцать минут, а в классе уже так шумно. Тихо прохныкав, она зарывается в волосы и накрывает уши ладонями. — Хэй, Ли Хва Ён, утро доброе!       Мысленно обматерив наглеца, посмевшего нарушить ее и без того «беспокойный покой», девушка натягивает улыбку и медленно поднимает голову. Протерев глаза, она видит как всегда веселую Юну, а рядом… Чхве Лию? Ту самую странную девушку? И чего это они вместе? — Утречка… — Чего такая вялая? Не хочешь разговаривать? Совершенно не хочет.        Но нужно же хоть с кем-то поддерживать общение в этой школе, поэтому Хва Ён набирает воздуха в легкие и, еще ярче улыбнувшись, отвечает: — Конечно, хочу. Я просто не выспалась немного… А ты… Лия, вроде? — она перевела заинтересованный взгляд на стоящую за Шин девушку и решила взять на себя инициативу, что далось с огромным трудом, ибо неприятные воспоминания об их с Чхве неловком диалоге так и всплывают в голове. — Угу, — тихо мычит шатенка, застенчиво отводя взгляд. Ей тоже неловко. Дико неловко. В особенности за свое недопустимо грубое поведение, от которого она и сама была в шоке. Джису была прекрасно воспитана любящими родителями и знала, как нужно вести себя, а как нельзя… Но в тот момент она просто не могла контролировать себя и свои слова из-за резко нахлынувших эмоций. — Как видишь, мы подружились. Думаю, ты и сама знаешь, что Лия на самом деле хорошая и добрая, — вдруг выдает светловолосая, оперевшись рукой о парту. Не она ли пару дней назад называла Чхве серой мышкой и советовала не связываться с ней? Решив промолчать насчет этого, Ли лишь положительно кивает, соглашаясь со словами Юны. Она ведь не знает, что там между ними произошло. Однако еще с первого учебного дня точно уверена, что Джису и вправду неплохая. — Через минуту прозвенит звонок, договорим после урока, — коротко улыбается Лия и покидает девушек, направляясь к заднему ряду. — Пообедаешь сегодня с нами? — Ага…

***

       Коротковолосая девушка заходит в трехэтажное здание и окидывает его оценивающим взглядом, отмечая качественный ремонт и абсолютную чистоту в коридоре. Осталось только найти кабинет директора и отправиться в новый класс. Страшно? Вовсе нет, ни капельки. Самое страшное она уже пережила в прошлой школе. Теперь Чон ничего не боится. Больше никто не посмеет и слова ей сказать. Она не собирается наступать на одни и те же грабли и проявлять свою слабость. Никогда.       «И где этот чертов кабинет директора? Я что, в лабиринт попала?» — пронеслось в ее голове. — Эй, где здесь кабинет директора? — Рин А обратилась к первым попавшимся людям. — Ты это нам? — удивленно вскинул брови возмущенный парень. — А ты видишь кого-то еще? — Эй, ты кто такая? Лицо попроще сделай и тон снизь, стерва, — влез второй. — Мм, очередные самовлюбленные придурки. Удачи! — стрельнув в стоящих напротив парней отвращенным взглядом, Чон собиралась развернуться и уйти, но осуществить действия ей помешала сильная рука, что грубо потянула ее назад. — Ты, походу, не знаешь, кто мы. Что ж, я тебе по… — не успел он закончить свои важные речи, как брюнетка перебивает его: — Пошел нахуй. Она хмурится, выдергивает больную руку, что вчерашним вечером потерпела подобные хватки, и со всей силы бьет парня по самому сокровенному месту. Даже не взглянув на жертву, Рин А твердой походкой продолжает свой путь.       И даже не заметила, что ударила совсем не того, кого хотела… С одной стороны он сам виноват, ибо нечего влезать в чужой «диалог», хоть и пытаясь успокоить обе стороны.       Все же отыскав нужный кабинет, приняв наставления директора, Чон направляется в класс. Уже прошло два урока, и звонок на третий урок прозвенел несколько минут назад, но это не страшно, ведь при таком раскладе ей простительно. Легонько постучавшись, Рин А входит в помещение и равнодушно здоровается с учителем, не обращая внимания на прикованные недоуменные взгляды. — Внимание, класс! С сегодняшнего дня Чон Рин А будет учиться в вашем классе, — громко оповестила учеников учитель и обратилась к коротковолосой, — Представься, пожалуйста, и можешь занимать любое свободное место. — Я Рин А, настоятельно прошу не беспокоить меня, — она безразлично окинула взглядом новых одноклассников и, поклонившись учителю, села за единственную свободную парту рядом со скромной на вид девушкой, и, внимание, ее первые слова: — Даже не пытайся подружиться со мной, ок? — Больно надо, — в ответ фыркнула соседка. — Эй, хен, это ж та придурочная, что ударила тебя в коридоре, — Чонин был единственным из четверых, кто обратил внимание на новенькую и, узнав в ней ту наглую особу, что вела себя очень грубо, он тут же шепотом обратился к Феликсу. Рыжий оторвал взгляд от телефона и недоуменно взглянул на младшего, а после, осознав, что тот сказал, повернулся назад, и вправду замечая девушку, от которой нехило так отхватил. — Чего молчишь? Надо преподать ей урок. — Но она собиралась ударить Хёнджина. Это вышло случайно, зачем что-либо предпринимать? — С ума сошел? Что с тобой, Ли Феликс, неужто зацепила? — Айщ, мелкий, помолчи уже, а…

***

      Спасительная трель звонка распространилась по всей школе. Радостные ученики, даже не дослушав учителя, повскакивали со своих мест и помчались в любимую столовую. — Идем? — Шин встала со своего места и обратилась к лежащей на парте Хва Ён, что, кажется, засыпала. — А? Да… Идем, идем, — она еле оторвала голову от парты и нехотя встала. — Лия, скорее.       Разместившись за столиком у окна, девушки начали медленно поглощать пищу. — Эта новенькая — весьма странная девушка. Да своим поведением она на девушку-то и не смахивает, — увидев неподалеку сидящую в одиночестве Чон, заговорила Юна. — Не знаю. Но, подсев ко мне, она велела даже не пытаться подружиться… — пожала плечами как всегда спокойная Чхве. На самом деле она была в очень даже хорошем настроении, ибо Мина не было в школе и не будет, как сказала классная, еще около недели. Разве не прекрасно? — Вот грубиянка…       Хва Ён же ничего не ответила, да она почти и не слышала то, о чем говорили и продолжают говорить девушки. Ли вдруг засмотрелась на коротковолосую, словно анализируя ее, пытаясь хоть что-то увидеть во взгляде и действиях, но та лишь молча жевала бутерброд, безразлично втыкая в телефон. Ничего примечательного. — Слышь, ненормальная, принеси мне колы, — вдруг раздается в нескольких метрах от столика девушек. Хва Ён отрывает взгляд от Чон и удивленно смотрит на вальяжно раскинувшего ноги под столом парня. И снова это дурацкая ухмылка. — Оглохла, что ли? — С чего бы мне выполнять твои просьбы? — опешила от такой грубости Ли, тем более говорившим был не кто иной, как придурок Хван. — Ну, раз не хочешь вернуть свой телефон… — вытаскивая из кармана мобильный в розовом чехле, дразнит девушку Хёнджин.       Увидев знакомую вещицу, Хва Ён бьет себя по лбу, вспоминая, что выронила телефон в гостиной парня в цыплячьем комбинезоне. Она все нервы себе вытрепала, в панике искала его, звонила утром с номера Юны, а этот парень, не удосужившись даже вызов принять, сейчас сидит и так нагло шантажирует ее? Козел. — Верни телефон, — Ли встает с места и подходит к спокойному, как удав, парню, вытягивая ладонь. — «Телефон твой — проблемы тоже твои», — ее же словами против нее. Умно. Хван поднимает свой пронзительный взгляд и, проведя языком по нижней губе, серьезно выдает: — Колу тащи. Девушка просто взрывается. Да что он снова строит из себя пуп Земли, индюк напыщенный?