Темнота раздевает желания

Прошло две недели после описанных событий. Радость от проведенных вместе часов сменялась у Хирато угрызением совести, у Йоги - непонятным смятением в душе. Капитан понимал, что он делает нечто неправильное, аморальное, безнравственное, но почему? Это оставалось загадкой. Ноги сами вели его в комнату Йоги, на другой день руки по собственной воле набирали номер принца и писали ему, что того ждут на чашечку чая. Сопротивляться этой автономности тела было совершенно невозможно. Это была какая-то физическая потребность, платой за которую становились душевные терзания. О причине Хирато догадывался. Точнее, причины было две. И неизвестно, какая из них является истинной. Нужно проверить. Набраться бы смелости. Йоги же страдал от того, что чувствовал то, чего ему чувствовать не полагалось. Все эти мучения брюнета отнюдь не физического характера каким-то образом отражались и на принце. Порочный круг разорвать не получалось. Свидания становились продолжительнее, но большую их часть составляли страстные вздохи, поцелуи, проникновение твердой плоти, слезы удовольствия и царапины на плечах. А вот на задушевные разговоры времени не оставалось. Стоило принцу открыть рот, чтобы спросить, что тревожит капитана, как для него находилось более интересное занятие. Либо язык оказывался в тесном контакте с языком Хирато, который по-хозяйки проникал в рот и оставался там до тех пор, пока принц не заводился настолько, что забывал о том факте, что вообще умеет разговаривать. Либо капитан запускал пальцы в золотистые волосы, немного натягивал их, а затем тянул принца все ниже, пока болтливый орган не касался напряженной плоти. Планировалась операция по захвату человека, который по данным Циркуса был связан с Кафкой. Только вот охрана у этого человека была не из простых. Каждый второй - варуга. Поэтому поимка лакомого кусочка была поручена лучшим бойцам. Среди них, разумеется, оказался и Йоги. Операция длилась несколько часов, и под конец у принца сил почти не осталось. Потеряв бдительность, он отхватил крепкий удар. С лица отклеился пластырь. На сцену вышел Сильвер Йоги. Хорошо, что рядом не оказалось бойцов Циркуса, иначе им бы тоже досталось. Неизвестно, кто привел блондина в чувства, но на борт второго корабля он попал уже без сознания. Его срочно доставили в медбашню под наблюдение доктора Акари, который как никто другой был знаком с этой особенностью организма Йоги. Хотя подобное уже случалось, событие вызвало чрезвычайный переполох. Най волновался настолько, что сидеть на корабле сил у него не хватало. Взяв Гареки за рукав и включив свой фирменный взгляд Ниджи, он потащил друга в медбашню. Оба были немного удивлены, увидев перед дверью палаты Хирато, который, судя по мешкам под глазами с 5ю оттенками синего, явно не спал больше суток. Он насквозь пропах кофе и напряженностью. Мимо прошла одна из медсестер: - Могу я заглянуть в палату? Мои подчиненные для меня дороже всего... - голос Хирато слегка дрогнул. - Только недолго, хорошо? Он сейчас спит, ему очень нужен отдых, - прощебетала медсестра и лучезарно улыбнулась. Хирато-сану улыбались все женщины. Даже его измученный вид не умалял крайней степени очаровательности. Капитан кивнул озадаченным Гареки и Наю и исчез за дверью. На лице выступили следы невыразимой муки, когда он увидел принца, лежащего посреди всех этих подключенных приборов. Рядом не оказалось никакого стула. Хирато-сан встал на колени и осторожно прижался губами к руке принца. Он корил себя за то, что оставил его одного. Если бы он был рядом, он бы не позволил второй личности проснуться. Ничего этого бы не было. В прошлый раз принц очнулся довольно быстро и без каких-либо последствий. Но никто не знает, что будет на этот раз. Хирато часто дышал и гладил руку Йоги. Сердце грозилось вот-вот выпрыгнуть из груди. Самый рассудительный, спокойный и сдержанный человек в Циркусе плакал. Кажется, последний раз он делал что-то подобное, когда еще говорить толком не умел. По лицу скатилась пара слезинок, упавших на кровать принца. Капитан мысленно пообещал себе, что больше никогда отправит блондина на подобное задание одного. Никогда. Йоги не заслужил того, чтобы вот так лежать на кровати посреди всех этих аппаратов. Хирато смахнул оставшиеся слезинки и собирался подняться, как дверь в палату открылась. Зашел человек в белом халате. Почувствовав прожигающий взгляд, капитан понял, кем был этот человек. - Хирато, что ты здесь забыл?! - доктор старался не повышать голос, но даже его шепот звучал угрожающе. - Доктор Акари, искренне прошу прощения, но вы же понимаете, как я волнуюсь за Йоги, - капитан изо всех сил держал себя в руках, чтобы не давать голосу дрожать. - Мог хотя бы у меня разрешения попросить, - несколько смягчился Акари-сан, когда разглядел следы многочасового волнения и отсутствия сна. - Обязательно, Акари-сенсей, в следующий раз непременно найду Вас, - Хирато как всегда - сама вежливость. Акари лишь недовольно фыркнул и подошел к кровати принца. Его всегда раздражала эта слащавость Хирато. - С ним все будет нормально? - капитан не смог удержаться от такого вопроса, хоть и надел на себя маску невозмутимости. - С ним уже все хорошо, он просто спит. И сил у него совершенно нет. Ему просто нужно как следует отдохнуть, а то капитан свободной минутки не оставляет, - Акари был бы не Акари, если бы не сказал Хирато чего-нибудь подобного. Капитан только тяжело вздохнул, потому что знал, что Акари прав. Он всецело осознавал свою вину. Понимал, что виноват только он. Иногда проще взять всю вину на себя, нежели искать виноватых, а потом доказывать, в чем именно они не правы. Лучше расхлебывать все в одиночку. Так легче. Такова обязанность капитана. Он опустил голову и прикрыл глаза. То ли, чтобы снова не дать волю слезам, то ли, чтобы не смотреть на Йоги: у него щемило сердце при одном взгляде. А еще хуже становилось от того, когда он вспоминал, что вытворял с принцем по ночам. Хирато сжал зубы, стало лучше видно красивые скулы. Как доктор, Акари подмечал каждую мелочь человеческого тела. То, что происходило с Хирато, не могло остаться незамеченным. Доктор понял, что немного переборщил со своими замечаниями, точнее, выбрал для них не самое лучшее время. Он молча положил руку капитану на плечо. Тот едва заметно вздрогнул. - Акари-сенсей, с каких пор вы так любезны со мной? - сказать, что Хирато был удивлен - не сказать ничего. - Я пытаюсь тебя поддержать, умник. Не нравится - не буду, - буркнул доктор и резко убрал руку. - Ну зачем же такие радикальные меры, - пропел капитан и вернул руку на место, немного подержав ее в своей ладони. Акари лишь многозначительно закатил глаза. Он никогда не понимал, чем думает этот человек. Хотя сейчас его больше волновал тот, кто лежал прямо перед ним. Он ведь так и не поговорил с Йоги. Не узнал, что же так беспокоило блондина. Хоть принц и избегал его всеми возможными способами, хоть и приходил в полуобморочное состояние от одного голоса доктора, хоть его и колотила мелкая дрожь от каждого прикосновения Акари-сана, он все равно относился к принцу лучше, чем ко многим. Он не раздражал его чрезмерной вежливостью, граничащей (как казалось доктору) с подхалимством, не сидел по-хозяйки в его комнате, распивая спиртные напитки (кстати, нужно прогнать Цукитачи, уже который час не уходит, еще и напоить пытается). Просто он еще ребенок. И доктор искренне волновался за него. Даже удивительно, никогда до этого он не привязывался к пациентам. "Нужно об этом подумать, когда будет свободное время," - сказал себе Акари, снял с плеча руку Хирато и вышел из палаты, не забыв бросить едкое:"У тебя 5 минут. Задержишься - больше не пущу." Капитану стало немного легче, когда он ощутил руку доктора на своем плече. Ведь доктор был одной из тех причин, что не давала ему покоя. Он знал, что нужно делать. Но не сейчас.