Простое решение
19 апреля 2020 г., 18:03
Гермиона
С утра она успела только отнести несколько уже ненужных ей книг в библиотеку и наскоро позавтракать, а потом скорее побежать на занятия. К счастью, пока она не видела ни Юхани, ни Малфоя, но она неминуемо должна была их встретить в кабинете зельеварения. Она вошла в кабинет, уже немного опаздывая, застенчиво улыбнулась Юхани, натолкнулась на внимательный взгляд Малфоя и заняла ближайшее свободное место. — Рад видеть вас в добром здравии, мисс Грейнджер. Не забудьте сдать мне доклад по пройденной в ваше отсутствие теме… — кивнул ей профессор Рихтер, а потом обратил внимание студентов на доску. — Как вы видите, там ничего не написано. Перед некоторыми из вас лежат листочки, на которых записан состав и способ приготовления зелья. Найдите себе партнёра, который будет помогать вам сегодня. Гермиона опустила голову вниз и посмотрела на пергамент перед ней. Она хотела выбрать себе в напарники Юхани, но и на его парте заметила листок. Студенты быстро разбивались на пары, и, покрутив головой, она быстро поняла, что без партнёра остался только один парень. — Кажется, мы работаем вместе, Грейнджер, — криво усмехнулся Малфой и подсел к ней. — Так что за зелье нам досталось? Она не успела ничего ответить, так как профессор Рихтер продолжил объяснение задания: — Ваш партнёр не сможет прочитать рецепт зелья, и вы не имеете права пересказывать его. — Тогда как мы должны его готовить, сэр? — громко осведомился Драко. — Студент, знающий список ингредиентов, должен пересказать его, не используя настоящих названий. Проявите фантазию, найдите слова, которые точно передадут смысл. Все вокруг понимающе кивнули, но Гермиона в замешательстве уставилась на преподавателя. — Дурацкое задание. Как это поможет нам выучить новые зелья? — спросил Малфой. И Гермиона, наверное, первый раз в жизни была полностью с ним согласна. — Это поможет вам научиться работать в команде, мистер Малфой, и находить нестандартные пути решения. Эти умения не менее полезны, чем простое заучивание составов, которые можно найти в любом справочнике, — холодно ответил профессор Рихтер. Студенты приступили к работе, вполголоса переговариваясь между собой. Гермиона же вернулась к своему листку и перечитала написанное там. — Это полная тупость, Грейнджер, Снейп никогда бы не дошёл до такого маразма, — прошипел Малфой слева от неё. — Но раз уж нам дали такое задание, может приступишь к его выполнению? — Подожди, я должна подумать, — огрызнулась Гермиона, не поднимая глаз. — Я не собираюсь провалить зелья из-за твоей тупости. — Моей тупости? — возмутилась Гермиона и, забывшись, вскинула голову вверх. И замерла, будто в омут окунувшись в серые, как хмурое небо над Дурмстрангом, глаза Малфоя. «Неужели, у них всегда был такой цвет?» — Задание, Грейнджер! Нечего на меня пялиться! — А я и не пялюсь! Не больше, чём ты сам. Но он был прав, они пререкались уже минут пять, пока все остальные вовсю начали трудиться над своими зельями. — Добавь в котёл то, что ты обычно пьёшь, — сказала Гермиона после глубоко вздоха. — Огневиски? — с сомнением переспросил Малфой, разглядывая пустой котёл перед собой. — Это зелье мне уже нравится. «Мерлин, дай мне сил дожить до следующего урока и никого не убить!» — Конечно нет! То, что пьют нормальные люди! — она отчётливо подчеркнула слово «нормальные». На этот раз Малфой не стал ничего уточнять и сходил за графином с водой. — Ну? Сколько добавлять? Гермиона не была уверена, можно ли называть цифры, указанные на листочке, а подходить с вопросами к профессору Рихтеру ей совершенно не хотелось. Она уже поняла, что он не слишком любит, когда студенты не могут справится самостоятельно. — Три четверти стакана, — ответила она, быстро переведя указанный объём воды в рецепте. — Теперь нужно добавить… Э-э-э, кожное покрытие существа, которое должен выпускать наследник Слизерина. Малфой посмотрел на неё, как на сумасшедшую, и недоверчиво покачал головой: — Только не говори, что ты назвала чешую василиска кожным покрытием… — Отлично, ты меня понял! А количество… Такое же, как число пальцев на руке. Гермиона проследила за действиями Малфоя, чтобы убедиться в их правильности, и начала раздумывать над следующей строчкой: «Один человеческий волос». — Теперь… Твоя… М-м-м, шерсть. — Что, прости? — фыркнул Малфой. — Я не животное, Грейнджер. — Очень сомневаюсь, — прошептала Гермиона себе под нос. — То, что растёт у тебя на голове. — Я тебя прекрасно слышал, — заметил Малфой, но вырвал и добавил в котёл волос. — Дальше? — Чуть меньше грамма того металла, который имеется в избытке у твоей семьи. — Ты так это сказала, как будто иметь много золота — это преступление, — усмехнулся Драко. — Можешь не продолжать, я уже понял, что за зелье мы готовим. Гермиона была рада замолчать, но она продолжала наблюдать за Малфоем, чтобы быть уверенной, что его догадка правильная. Она не могла не отметить, что он действительно был хорошим зельеваром, как бы ей не было неприятно это признавать. Закусив тонкую губу, Малфой колдовал над котлом, ни на что не отвлекаясь. Гермиона с удивлением подумала, что он неплохо смотрится, когда вот так сосредоточен: светлые волосы растрепались, на бледных щеках появился румянец от поднимающегося вверх пара, тонкие пальцы буквально порхают, добавляя новые ингредиенты… — Ну, что скажешь? Я хорош, Грейнджер? «О нет! Он подумал, что я им любуюсь! Мерлин, но я и правда делала это…» — Может, ты и довольно привлекателен, Малфой, но… — нервно облизнула Гермиона пересохшие губы. — Я имел в виду мои таланты по части зельеварения, Грейнджер. Совсем смутившись, Гермиона подняла на него полный смятения взгляд и увидела искорки смеха, которые смягчили сталь его глаз. Это было что-то новое, настолько непривычное, что против своей воли Гермиона слегка улыбнулась в ответ.Драко
Улыбка Грейнджер, адресованная ему, сразу напомнила Драко о тех, которые она раздавала Юхани. Всё его хорошее настроение тут же испарилось без следа. Единственное, что ему нужно было от Грейнджер, — это понять, что она знает, а не веселиться с ней на уроке. — Может, ты уже отвернёшься? Как видишь, я не облажаюсь, если ты ждёшь именно этого, — проворчал Драко, возвращаясь к зелью. — Я не… — но он уже её не слушал. Профессор Рихтер похвалил результат их совместной работы и отметил, что они смогли хорошо понять друг друга, но Драко не смог выдавить даже кривую улыбку на эту явную глупость. Они никогда не смогут ладить друг с другом, и, к счастью, этого и не потребуется. Быстро собрав свои вещи, Драко поспешил на следующий урок. Он никогда не понимал смысла изучать прорицания в Хогвартсе, не видел необходимости этого предмета и в Дурмстранге. Дар видеть будущее — очень редкое явление в магическом мире, так что для подавляющего количества учеников попытки сделать правдивое предсказание были заранее обречены на провал. Но хотя бы здесь Прорицания вела не профессор Трелони, которая была не в силах сама что-то увидеть и тем более научить этому других. И студентам не предлагалось вести дурацкие дневники сновидений, разглядывать чаинки в чашке или раскладывать карты на столе, делая вид, что понимают их значение. Седой сгорбленный старик, профессор Романов, поставил на стол в центре кабинета большой хрустальный шар и предложил окружившим его студентам по очереди заглянуть в завихрения тумана внутри. — Внимательно сосредоточьтесь на том, что хотите узнать. Скорее всего, вы ничего не увидите, а даже если и увидите, то это не обязательно сбудется. Просто очистите свои мысли и попробуйте. Кто знает, может, именно вам повезёт, — сказал профессор и отступил от стола, уступая место первому ученику. Шеренга двигалась неторопливо, и когда очередь дошла до Драко, он успел уже порядком заскучать. Прежде он без всякого старания лишь делал вид, что хочет что-то рассмотреть в шаре, но сейчас возможность увидеть ответ на свой вопрос ему была правда нужна, так что он сосредоточился. «Я найду палочку?» Задав вопрос, Драко пристально уставился вглубь шара, но серый туман и не думал рассеиваться. «Что со мной будет?» Результат остался неизменным, и спустя пять минут Драко вернулся на своё место. — Полная чушь, да, Том? — шепнул он другу, который тоже не добился успеха. — Кто-то хоть раз смог? — Ну, иногда случается, что студенты с поражённым аханьем отпрыгивают от шара, но я думаю, что это сплошное притворство, — ответил ему Том. И в этот момент, будто демонстрируя правдивость его слов, громкое «Ох» разнеслось по кабинету. Грейнджер попятилась от стола с таким видом, как будто действительно что-то там увидела, округлив в испуге глаза. «Ты отвратительно переигрываешь, Грейнджер». Сама мысль о том, что грязнокровка могла иметь хоть чуточку нужного дара, была смехотворна. Только волшебники с длинной чистокровной родословной могли похвастаться этим. Но Грейнджер продолжала пристально смотреть на шар, молча качая головой на расспросы, а потом перевела взгляд на него, и что-то в выражении её лица заставило Драко напрячься. А после урока, когда он выходил из кабинета, Грейнджер дотронулась до его локтя, останавливая его. — Что тебе нужно? — грубо спросил Драко, сбрасывая её руку. — Мне нужно узнать у тебя. Этот твой вопрос про меня и Юхани… Помнишь? — Какой ещё вопрос? — конечно, он прекрасно помнил, но не собирался в этом признаваться. — О том, что я с ним… Ну, что мы… — она отчаянно краснела, не желая повторять его слова, и это выглядело весьма забавно. — Забудь, Грейнджер. Я уже знаю ответ. Драко хотел уйти, но пальчики Грейнджер опять вцепились в его руку, удерживая его на месте. «Какого хера?!» — Прекрати меня лапать, Грейнджер! — Откуда ты знаешь? Ты следил за мной? Драко презрительно скривил губы и передёрнул плечами. — Нужна ты мне! В следующий раз не зажимайтесь у всех на виду, если хочешь сохранить это в тайне. И вообще я удивлён, Грейнджер: прикидывалась скромной девочкой пять лет в Хогвартсе, чтобы здесь показать всю свою шлюшечную натуру, — Драко и сам понимал, что его слова несправедливы, но ничего не мог с собой поделать. Всё в Грейнджер, начиная с вечно торчащих во все стороны волос до манеры отвечать на уроках, раздражало его настолько, что он был не в состоянии сдержаться. — Или дело в том, что на тебя никто не смотрит, когда в ближайшем окружении есть любая другая девчонка? Думаю, здесь ты оторвёшься по полной! Кто же следующий будет лапать тебя, Грейнджер? Ты уже составила список очерёдности? Звонкая пощёчина обожгла его щёку. — Больше никогда до меня не дотрагивайся, Грейнджер, — с угрозой протянул Драко. — Больше никогда меня не оскорбляй! — она гневно сверкнула глазами и убежала, оставив его наедине с собственной злостью.Гермиона
Этот день мог бы войти в десятку самых худших в её жизни. Не веря во все эти предсказания, она подошла к шару, даже не пробуя задать вопрос и что-то разглядеть. И как можно было объяснить то, что она впервые что-то увидела в нём? И особенно как объяснить те образы, которые показал ей шар? Малфой, наставляющий свою палочку на Юхани… Юхани, кричащий, что Малфой её не достоин… И сама Гермиона, мечущаяся между ними… А ещё непонятный символ, выплывающий из серого тумана и скрывающийся в нём так быстро, что она не успела его разглядеть. И снова Малфой, который протягивал левую руку к невидимому для неё предмету, потому что правая была вся в крови… «Шар может врать. Должен врать». Ей следовало бы сначала успокоиться, но в шоковом состоянии она сразу рванулась к Малфою, чтобы выяснить у него… «Собирается ли он устраивать поединок с Юхани?» Это звучало глупо даже в её голове, так что было неудивительно, что в ответ она получила лишь порцию грязи. Впрочем, столь бурная реакция была явно странной… Позже Гермиона вернулась в кабинет Прорицаний, чтобы расспросить профессора Романова, но лишь сильнее запуталась. — Я говорил, что многие предсказания никогда не сбываются. Вы видите то, что может произойти при определённых стечениях обстоятельств… Я имею в виду настоящие магические шары, вроде моего. Что касается дешёвых безделушек из стекла, продающихся в каждой волшебной лавке, то это не более чем игрушка, — объяснил ей профессор. — Но я вообще не должна была ничего увидеть! Я даже не задавала вопрос, а думала про доклад по Зельеварению! — Хм… В этом случае шар мог показать вам ответ на вопрос предыдущего студента, — после недолгого раздумья сказал профессор Романов. — Кто был перед вами? «Малфой». Но нет, больше она не собирается ничего у него спрашивать! Профессор Макгонагалл не раз говорила, что Прорицания — очень неточная наука, да и если Малфой поранит руку, то только потому, что сам это заслужил. На обеде Гермиона наконец пересеклась с Юхани. Несколько минут они обсуждали прошедшие уроки, а затем она вежливо попросила его в следующий раз не брать её личные вещи. — Я ничего не брал, — удивился Юхани. — Кроме книг, которые ты сама просила тебе принести. — Я видела, что ты достал мой фотоальбом, — объяснила Гермиона. Я понимаю, что тебе было интересно, но ты мог бы попросить, и я сама бы показала тебе его. — Гермиона, я никогда не стал бы это делать, — честность на лице Юхани выглядела так искренне, что ей хотелось ему поверить, но… — Если не ты, то кто? — Понятия не имею. Но обвинять человека просто потому, что ты не знаешь настоящего виновника — глупо. «Может быть, я действительно не права, и это не он? Но больше некому было это сделать». На следующих занятиях Юхани даже не взглянул в её сторону, а в библиотеке сел в противоположном углу. Ей было досадно, ведь она хотела спросить у него некоторые мелочи по целительной магии, в которой он был так хорош, да и лишиться общения с единственным её другом в Дурмстранге было неприятно. Никакого настроения заниматься сейчас уроками у неё не было, и Гермиона решила отложить их на завтра и пораньше уйти в свою спальню. Прихватив из библиотеки интересную книгу на вечер, чтобы по обыкновению отвлечься от терзающих её мыслей с помощью чтения, Гермиона не спеша вернулась на жилой этаж, приложила руку к своей двери, а когда та открылась… — Малфой?! Что ты… Её взгляд метнулся к выдвинутому ящику стола, а потом снова к Малфою. «Какая же я дура! Как я могла подумать на Юхани…» — Это был ты. И сейчас ты опять роешься в моих вещах! Малфой молчал, видимо, понимая, что глупо отрицать очевидное. — Зачем? — Искал твою домашнюю работу по Трансфигурации. Это была такая нелепая отмазка, что Гермиона рассмеялась бы, если бы не была в такой ярости. — Ты думаешь, я поверю? Что тебе нужно, Малфой? Отвечай! Но он явно не собирался ничего ей объяснять и не считал нужным даже извиниться. Просто молча прошёл мимо неё в ванную комнату и захлопнул за собой дверь. Теперь стало очевидным, как он попал в её комнату. Кляня себя за беспечность, Гермиона тут же наложила на дверь все известные ей запирающие заклинания, а заодно и оповещающее, которое поднимет тревогу, если Малфой как-то сможет обойти остальные и снова заявиться к ней. Но оставался ещё вопрос, что он искал. Гермиона тщательно проверила свои вещи, но ничего не пропало. Да и что могло заинтересовать Малфоя? Ну уж точно не её доклады! И вообще, Малфой ведёт себя очень странно в последнее время. Эти резкие смены настроения... «Мне следует присматривать за ним. Кто знает, что в голове у человека, отец которого — Пожиратель смерти». В ещё более отвратительном настроении, чем прежде, она взялась за чтение.Драко
Он не мог поверить, что так глупо попался. Конечно, было небезопасно проникать в комнату Грейнджер, зная, что та может вернуться в любой момент, но он будто помешался на этой чёртовой книге сказок, которую у неё видел. И его поиск ничего не дал, кроме понимания — скорее всего, она уже вернула книгу в библиотеку. И что ему делать теперь? Драко уже был там, пытаясь раздобыть нужные сведения, но он никак не ожидал, что в серьёзном учебном заведении хранится более сотни самых разных сказок, начиная с давно знакомых ему историй и заканчивая ветхими фолиантами на иностранных языках и написанных незнакомыми ему рунами. Он мог провести почти весь год за чтением и расшифровкой, что явно не входило в его планы. «Всегда можно обратиться к плану Б: напоить Андреса сывороткой правды и выпытать у него всё, что он знает». Но цена ошибки была слишком высока. Драко не сомневался, что будет немедленно исключен, если о его поступке станет известно. Не говоря уже о том, что тайное добавление сыворотки было подсудным делом, и использовать её легально разрешалось только для допросов при получении соответствующего разрешения от Министерства. Во всяком случае, в Британии. Или можно было подлить сыворотку правды Грейнджер… Она, скорее всего, даже не поймёт этого. Но в лучшем случае он сможет сделать это через месяц, когда она будет готова, и то при тех обстоятельствах, что он сможет раздобыть все ингредиенты. Это не Хогвартс, здесь нет профессора Снейпа, который спокойно дал бы всё нужное, не задавая лишних вопросов. Последним в его голову пришло самое дурацкое решение: просто спросить Грейнджер. «Она никогда ничего мне не расскажет». Но если он сможет притвориться её другом… «Она в жизни не поверит, что я бескорыстно хочу с ней дружить». И Грейнджер достаточно подозрительна и осторожна, чтобы не делиться секретами даже с друзьями. Вот если бы можно было сделать так, чтобы она забыла о всякой осторожности рядом с ним… Что может заставить девушку…? Драко презрительно скривился. Ответ был прост — любовь. А зелье, способное её вызвать, готовилось в течение одного дня. Всё, что ему нужно, — это добыть ингредиенты в кабинете Зельеварения, сварить Амортенцию, дождаться подходящего момента и напоить ею Грейнджер. И вот уже она, охваченная любовной лихорадкой, будет готова на всё ради него.
