Тяжела и неказиста жизнь простого экзорциста

Некоторое время спустя Приходил в себя долго, а уж насколько плохо мне было… Как только более-менее оклемался, резко сел, но так же быстро пожалел об этом: меня тут же заштормило, а к горлу подступила противная тошнота. Сдержать это в себе не удалось. Хорошо, что хоть успел отвернуться, а то благоухало бы не только изо рта, но и от одежды. А так пострадал только бетон. Но, думаю, это ещё не самое страшное, что на него сегодня выливалось. А сегодня ли?.. Чёрт, моя голова! Ни хрена не помню. Как только желудок стал способен исторгать только собственный сок, я без сил лёг обратно, стараясь не вляпаться ненароком в свою же рвоту. В спину впивались неровности пола и какой-то мусор, но выбирать не приходится. Так, отдохну немного, хоть и это трудно сделать в таких условиях, а потом нужно вспомнить, что же произошло, и как можно было оказаться в такой ситуации. Как ни странно, но получилось уснуть почти мгновенно. Это ж насколько меня вымотало? Впрочем, оно и к лучшему. Через сколько проснулся, не знаю, а какое сейчас время суток в затемнённой комнате было понять сложно. Впрочем, когда продрал глаза, встал и прогулялся по квартире, оказалось, что сейчас глубокая ночь. И судя по не особо изменившемуся – это хорошо было заметно благодаря не затянутому облаками небу − лунному диску, прошло не более двух дней. Это радовало. Значит, валялся я сравнительно недолго. Пытаясь вспомнить последние события в своей жизни, окинул задумчивым взглядом свой временный и нежданный приют: потухшие оплавившиеся свечи и проплавленные слизью-кислотой дыры в полу, оставленные монстром, холодные бетонные стены, не окрашенные сейчас солнечным светом. Пытаясь сосредоточиться, сконцентрировался на одиноко валявшемся в углу злополучном кинжале, очищая разум. И постепенно, по крупицам, картина начала складываться. Так… Вот эта тварь надвигается на меня, тут уже пытается схватить своими щупальцами… Хм… А дальше что? О, я уворачиваюсь, правда, не очень удачно: монстр успел меня прижечь кислотой (одновременно с этим нога в месте ранения болезненно запульсировала, напоминая о себе). Как неудачно-то. Ладно, и не такое переживал. Дальше мы дерёмся практически в рукопашную, потому что он выбил из моих рук клинки, но в следующее мгновение я их уже поднял. Бой, бой, бой… Хм, а вот это уже интереснее. Что здесь делает эта дамочка? Откуда взялась-то? Эм… Что-что она говорит? Просит прощения за то, что сбежал её… кто, извините? Пёсик?! Да это порождение Чернобыля меня чуть жизни не лишило. Тьфу ты… Ладно, забрала эту тварь с собой, и хрен с ней. Но почему мне так плохо стало, от чего? Не просто же так я мог упасть в обморок, будто излишне впечатлительная барышня? Несолидно как-то, знаете ли. Только вот вспоминать эту немаловажную деталь мой мозг, к сожалению, не желает. Ладно, поднимаемся и в темпе вальса едем докладывать Боссу. А, стоп. Нужно девчонку забрать. Но где её искать-то теперь? Надеюсь, эти полудурки догадались хоть в полицию пойти. Если же нет, а это вероятнее всего, будет сложнее. Но только стоит мне вернуться с пустыми руками, и мне не жить. Утрирую, конечно, но тем не менее. Что делать тогда? Эх, хотел бы я знать. Надо было поисковый амулет с собой взять, блин. Хотя, может, накопитель захватил случайно. Остаётся надеться только на это. Так, всё, собрался. Одна нога, вторая нога, теперь туловище… Ох, это уже сложнее. Видимо, не до конца оправился. Вторая попытка… Третья… Всё, вроде встал. Сделал пару пробных шагов, но опасно закачался и непременно упал бы, если бы не успел опереться о стену. Кое-как восстановив равновесие, пошарил в карманах брюк и со смешанным с радостью облегчением обнаружил в одном из них маленький гладкий цилиндр – тот самый накопитель. А теперь осталось всего ничего: поставить его рядом с пентаграммой или тем, что он неё осталось, активировать и немного подождать – буквально пять минут, что я тут же и поспешил сделать. Вскоре мой «спасительный круг» завершил сканирование, обозначив это коротким писком. Подняв прибор и вернув его на прежнее место, прикрепил почему-то разбросанное вокруг оружие к специальным пазам на ремне и поспешил убраться с территории злополучной стройки, на которой ещё совсем недавно чуть не случилась трагедия. Автомобиль обнаружился там же, где его оставили. К тому же, благодаря мобильному, случайно забытому в нём, я узнал, что сейчас ночь того же дня, когда сюда приехал, что меня снова порадовало. А теперь трогаемся. Не знаю, заезжать ли сначала к доку, а потом уже домой, или до утра подождёт. Благоразумие подсказывает, что первый вариант будет лучше, а вот общее состояние организма – что второй. М-да, выбор невелик. Может, лучше их совместить? Так и поступим. Но стоило мне только тронуться с места, как снова появилось уже знакомое неприятное ощущение. И сколько бы ни прошло времени, оно всё не исчезало, что стало здорово надоедать. Но страшно уже не было. Привык, наверное. Может, просто подсознательно чувствовал отсутствие плохих намерений со стороны невидимки. Ночью, понятное дело, пробок не было (да что уж там, и самих машин – раз-два и обчёлся), поэтому доехал довольно быстро, насколько можно было в этой ситуации. К этому моменту свет в окнах «Конторы» не горел, только через стекло дверей можно было заметить сияние где-то в глубине. Но это меня не смущало. Когда обычно ухожу с работы, всё ровно также и выглядит со стороны. Прохладный ветерок приятно трепал волосы, играясь, и на секунду мне показалось, что они вдруг стали похожи на серебряные нити, сверкающие в лунных лучах. Но стоило моргнуть, как мираж пропал, становясь лишь плодом богатого воображения. Ха! Ну и привидится же иногда. Не теряя больше времени, поднялся по ступенькам и вошёл в ставшее почти родным за эти годы здание. Из-за сильно задерживающихся в нём сотрудников двери не запираются часов до трёх, поэтому возвращающиеся с задания экзорцисты беспрепятственно могут зайти, что мне и на руку. Надеюсь, док всё ещё здесь. Как оказалось, да. Только вот не один. Когда спустился, то собирался постучать, но подумав, что Веник, как всегда, спит, а будить его в этот раз не хотелось – не было настроения, на пробу толкнул дверь – вдруг открыто. К моему удивлению, та легко и почти без скрипа поддалась. Ожидая увидеть сопящего на стуле дока, я спокойно заглянул в комнату, но картина, открывшаяся моим глазам, была более чем внезапной, хотя, после той одежды, и можно было догадаться. Лежа на кушетке, вампир со спущенными до колен брюками прижимал к ней какого-то незнакомого мне парня и жадно целовал его шею, тяжело дыша и изредка прикусывая её до выступающих на коже капель крови. Тот же в свою очередь крепко сжимал голыми ногами талию мужчины и комкал ткань на его спине, сдержанно постанывая. Кушетка жалобно скрипела от ритмичных толчков, слегка прогибаясь под весом явно не являющихся пушинками гуманоидов, но падать не думала. Вот на что я асексуал, но и мне аж жарко стало. Решив больше не смущать любовников (хотя они меня даже не заметили), положил на пол накопитель и аккуратно прикрыл за собой дверь. Ну что ж, жизнь решила всё за меня, поэтому следующий пункт – дом. В этот раз чужой взгляд меня не преследовал, поэтому добрался до родной берлоги вполне спокойно. С тем же настроением перекусил, пока оставались силы, простирнул в тазике вещи Веника и повесил их сушиться в той же ванной, а затем лёг спать. Причём, стоило моей голове коснуться подушки, как моё сознание сразу же погрузилось в омут сна, наполненный непонятными шорохами и шёпотами. Даже здесь покоя не дают, уроды…

***

Пытаюсь хоть что-то разглядеть, но не получается: вокруг чернильная темнота без единого огонька, и лишь моё тело окружено блёклым ореолом. Кажется, будто это свечение исходит из-под самой кожи. Может, это не я, а бумажный фонарик, свободно парящий в пространстве? Красный такой, с драконами. Но нет, ведь чувствую же что-то и руки вижу, если поднести их близко к лицу. И вода, в которой стою по щиколотку, вполне себе мокрая, только немного более вязкая, чем должна быть. С другой стороны, это ведь сон, а в нём всякое быть может. Только вот что-то дюже реальные ощущения, словно и не сплю вовсе. Странно… Где-то вдалеке слышался тихий плеск, но понять, в какой стороне, было невозможно. Внезапно мои глаза перестали что-либо видеть: кто-то накрыл их прохладной рукой, стоя сзади меня. Кожу шеи на миг опалило чужое дыхание, и меня резко развернули к себе, но рассмотреть себя не дали, снова закрыв глаза. От непривычной ситуации даже нечего было сказать, да и смог бы? Любопытство глодало меня изнутри, поэтому я попытался убрать столь назойливую преграду, но сказать куда легче, чем сделать. Та даже с места не сдвинулась, будто приросла к моему лицу. Это мне не нравилось ещё больше. Не люблю чувствовать себя беспомощным. Или лучше сказать «ненавижу»? Прекрасное слово, не правда ли? – Прекрати эти игры. Неужели ты настолько уродлив, что упорно продолжаешь не показывать мне своё лицо? – мой голос прозвучал с лёгкой насмешкой и непривычно хрипло, будто мною недавно было съедено в один присест несколько килограммов мороженого прямо из морозилки или пришлось долго кричать. Стоило это произнести, как тут же возникло ощущение чужой мягкой улыбки, от которой почему-то иррационально и при этом нестерпимо захотелось поёжиться. Но по-прежнему не было слышно ни слова. – Неужели не ответишь? – Молчание. Что ж, это было предсказуемо. – Жаль, очень жаль… Дай хотя бы подсказку. Знакомы ли мы? – И снова тишина. Можно было бы подумать, что всему виной глухота, но ведь произносимые мною слова мне явно не кажутся. Но у меня вдруг возникло чувство, будто ответ на вопрос мне уже знаком. Что это наша первая встреча, но она не будет единственной. Кто же это? Неужели невидимка? Но смысл ему скрываться? Ничего не понимаю… Но что-то мне подсказывает (жопа, наверное), что ничего хорошего это знание мне не принесёт. Сглотнув, еле слышно интересуюсь: – Скоро? – Секунда… две… т… Щёку внезапно обжигает, будто кто-то с размаха дал мне пощёчину, убрав за мгновение до этого руку с глаз, и я вижу, как темнота с оглушающим звоном ломающегося стекла начинает разрушаться, оглушая абсолютной белизной, скрытой за ней. Её осколки прорезают воздух вокруг в опасной близости от меня, иногда задевая острыми краями кожу, оставляя кровоточащие царапины, и тогда перед глазами вспыхивают алые круги боли, кажется, прошивающей до мозга костей. Это невыносимо, нестерпимо, это сводит с ума и заставляет орать без остановки, будто бы от этого станет легче… Собственный крик пульсирует в голове, отражаясь и повторяясь многократно, а любые попытки судорожно зажать уши ничего не дают. Нет. Нет… Кто-нибудь, прекратите это, прошу вас. Я не могу больше терпеть! Ещё чуть-чуть, и сердце не выдержит, непременно разорвётся. Тихий смех заставляет запрокинуть голову и посмотреть в белоснежную пропасть над головой. Ничего? Но не успеваю подумать об этом, как один из осколков погрузился в переносицу, аккурат между глаз, кажется, раскалывая голову на две половины. Но боли больше нет, есть лишь звон, всепоглощающий звон…

***

Проснулся резко, в тот же момент открыв глаза и ошарашенно уставившись на ровный, не так давно побеленный потолок, напоминающий чистую яичную скорлупу. Что за херь мне только что приснилась? Вроде бы не перетруждался особо… Грудь быстро вздымалась, и некоторое время было потрачено лишь на успокаивание дыхания. Горло саднило, будто бы я действительно кричал во весь голос, но тогда бы ко мне уже давно ломились в квартиру соседи, разбуженные нечеловеческими воплями. Значит, делаем вывод, что за ночь мною не было произнесено ни слова. Что ж, хоть это радует. Перевёл взгляд на электронный циферблат настенных часов. Ё-маё, только пять утра. С трудом подавив в себе желание перевернуться на живот и накрыться с головой одеялом, тяжело вздохнул. Смысла снова засыпать не было. Да и не думаю, что после такого сна у меня это выйдет, только время зря потрачу. Встаём, значит? Если сделать это было ещё не так трудно, то всё остальное, последовавшее за ним… Руки ощутимо так подрагивали, из-за чего, уж простите за откровенность, и в унитаз точно попасть, и кофе не расплескать по всему столу вместо наливания его в кружку(решил его сварить в коем-то веке, коль выдалось время) было ещё тем испытанием. Но я с ним справился, от чего только больше себя зауважал(от самомнения не помру). Приблизительно через полчаса мерзкая дрожь прошла, и тогда у меня получилось спокойно позавтракать, наслаждаясь вкусом еды и чувством, что ты никуда не опаздываешь, а на работу ещё нескоро. Ну, относительно. Всё-таки что-то в этом есть. Может, стоит ввести это в привычку, но нет, слишком лень. Да и спать столько же, сколько и жираф(①), удовольствия не доставляет, знаете ли. Оставшиеся несколько часов потратил с относительной пользой: погладил уже высохшую одежду, аккуратно сложил её в пакет и поставил его около входной двери, чтобы не забыть дома, когда уходить буду. После решил полазить в интернете, всё равно делать больше нечего было. Перескакивая с одного сайта на другой и просматривая новости ВКонтакте, сам не заметил, как наступило время собираться. После этой секунды и до момента пересечения дверного проёма, разделяющего коридор с временно занимаемым мною, пока восстанавливается старый, кабинетом ничего из ряда вон выходящего не произошло. Это было обычное утро, ничем не примечательное, такое же, как и в любой из других рабочих дней. Даже подозрительно, особенно после случившегося недавно. Не смешно ли? Я должен наслаждаться этим, а в итоге только сильнее себя накручиваю. Печально, однако. Скоро стану таким же параноиком, как и Босс. Не дай кто-то там, конечно. Но мало ли… Решив не откладывать дело в дальний ящик, отправился к доку: нужно было наконец-то отдать одолженное и забрать результаты с накопителя, если их уже успели снять и обработать, а потом в темпе вальса ехать на поиски девчонки, пока длинноухий меня не вспомнил. Но, как говорится, помяни чёрта… На полпути к вампиру меня перехватил один из работников и сказал, что Босс просил меня зайти к нему, как приеду. Срочно. Подавив ещё в зародыше нестерпимое желание приложить руку к лицу, с недовольным сопением развернулся в противоположную сторону и поплёлся обратно. Невольные свидетели этого наверняка подумали, что иду я не меньше, чем на казнь. И это было бы недалеко от истины. На самом деле, разумеется, ничего страшнее выговора из-за упущенного ребёнка мне не грозит, но кто бы знал, насколько мне это не нравится. Поэтому мною делалось всё возможное, чтобы отсрочить этот момент. Но в конце концов был сделан вывод, что перед смертью не надышишься, и цирк с замедленными короткими шагами быстро прекратился. По мере приближения к ненавистной двери невнятный шёпот становился всё громче, а в конце превратился во вполне себе обычный разговор, разве что слова было не распознать за неплотно (!) прикрытой дверью. Как оказалось, все охранные заклинания почему-то не работали, и покрытая рунами поверхность казалась непривычно безжизненной. Загадка на загадке и загадкой погоняет, однако. Постучав несколько раз для приличия, потянул кованую ручку на себя, освобождая себе дорогу в кабинет. Просунув голову, негромко поинтересовался: – Босс, звали? Но на мой голос никто не отреагировал, а полуэльф, стоящий ко мне спиной, продолжил о чём-то переговариваться с незнакомым парнишкой, цветом волос напомнившим о Яське. Вежливо кашлять в кулак пришлось далеко не пару раз. Когда на мою скромную персону соизволили обратить внимание, я уже успел зайти в комнату и прикрыть за собой дверь, а сейчас стоял, оперевшись о прохладную стену и скрестив руки на груди. Весь мой вид прямо-таки излучал молчаливое нетерпение, готовое в любой момент превратиться в наглое и шумное. – О, Кирилл. Мы ждём только тебя. – Да ну? То-то вы меня так заждались, что мне приходится стенку подпирать уже пять минут. Произнеся это, Босс наконец-то повернулся ко мне лицом, а не задницей, которое выражало крайнюю степень добродушия, что бывало крайне редко. Это что ж такое должно было сдохнуть, чтобы он пребывал сейчас в приподнятом состоянии духа. Чувство жопы от судьбы усилилось. – Я вижу. И зачем вы меня оторвали от дела? – лучшая защита – нападение. Однако переусердствовать в этом деле не стоит, иначе можно таких проблем себе нажить, что разгребать замучаешься. Хоть бы он про задание не вспомнил. Про мальчишку мне есть, что сказать, но лишь дураку будет непонятно, что за этим последует. – Хочу тебя познакомить с одним перспективным молодым человеком. – Та-ак, начало мне уже не нравится. – Николай, перед тобой один из наших лучших экзорцистов – Кирилл Чернышов. Он, кстати, когда-то учился в том же институте, что и ты сейчас. Кир, прошу, знакомься – Коля Лисичкин, будущий выпускник ЗМИ(②) и просто прилежный студент четвёртого курса. На эти полгода он будет твоим напарником и учеником в одном лице. Видя успехи парня в учёбе, мы с его ректором, моим хорошим знакомым, решили не мучить его лишним повторением теории, а направили сразу опробовать на себе практику. Надеюсь, ты не против… Эй, Кирилл, ты куда? – Извините, мне нужно срочно отойти, – протараторив это на одном дыхании, еле сдерживая гримасу ужаса и не дожидаясь протестов, я выскользнул за дверь. Вот ты и пришла, моя ненаглядная жопа.