Прерванная эпитафия

Неделя пролетела незаметно. Пару раз Джорно вызывал Ризотто к себе, обсуждал лучшие решения некоторых проблем Семьи и даже просил совета. Всё же, мало кто из выживших после свержения Дьяволо был достаточно давно в Пассионе, чтобы хоть как-то помочь новому боссу. Да и наёмник был старше Джованны на добрых 12 лет, его взгляд был крайне полезен. К своему несказанному удивлению, Ризотто обнаружил, что начинает испытывать симпатию к дону, ведь, несмотря на свой юный возраст, тот сумел быстро адаптироваться к управляющей должности, нашёл общий язык с местными капо, и, что самое главное, в отличие от Дьяволо прислушивался к нему и не ущемлял в каких-либо правах. С ним было легко разговаривать, а его харизме позавидовали бы даже именитые актёры и политики. Правда, остальные члены банды Буччеллати, как они упрямо продолжали себя называть, не одобряли такой союз, но Джорно убедил и их в безопасности намерений Ризотто и они, вроде как, перестали как-либо протестовать. Вечером 11-го мая, босс снова позвонил наёмнику. Доппио читал в спальне, так что мужчине пришлось выйти в коридор, на ходу придумывая какое-то оправдание такой скрытности. Мальчик лишь кивнул, не отрываясь от книги. —Слушаю, дон Джованна. —О, не так официально, я же просил.—В голосе по ту сторону прозвучали недовольные нотки, но уже через пару секунд они сменились на обычный, слегка фамильярный тон.—У меня для тебя хорошие новости, убийца. Все бумажки для малыша Доппио готовы. Когда ты их сможешь забрать? Ризотто беззвучно вздохнул. Всё таки, он, наверное, никогда не привыкнет к этой насмешливо-вежливой интонации, с которой Джорно разговаривал со всеми, кроме своих дружков. —В любой час когда это будет удобно. И ещё… Я хотел спросить кое-что у вас. —Да-да, я тебя слушаю. —Я, как бы это сказать… В общем, хотел бы это отметить с Доппио, но совершенно не знаю что ему может понравиться. Чисто формально, вы одного возраста, да и больше мне не с кем это обсудить. Послышался приглушенный смешок, затем тихий треск и тишина, будто телефонную трубку убрали от уха и прикрыли рукой динамик. Неро понял, что босс был не один и в этот момент, по всей видимости, решил сказать что-то присутствующему. Он бессильно скрипнул зубами, но решил дождаться, когда к разговору с ним вернутся. Наконец, вновь послышался мягкий голос Джованны. —Ты извини, просто мне нужно было кое-что уточнить. У меня тут возникла потрясающая идея! Завтра, в субботу вечером, я буду абсолютно свободен, а ты же именно на это день запланировал день рождения Винегара? Так во-от, как насчёт того чтобы нам вместе посетить ресторан? Я могу забронировать весь зал и нам совершенно не будут мешать. —Вместе? —Ну да! Вы вдвоем и я с Мистой. Ну знаешь, мне нельзя никуда выходить без своего верного телохранителя. Посидим, поужинаем, пообщаемся, а потом сможете отправиться домой и провести время вместе, чем тебе не празднование? Ризотто заколебался. С одной стороны, это звучало довольно привлекательно, уж для босса мафии где угодно расстараются на все сто процентов, да и Доппио будет полезно пообщаться с кем-то кроме него. Но с другой, он все ещё не считал Джорно своим другом, да и не думал, что когда-либо вообще до конца простит его за смерть товарищей. И тут ужин с ним? Но, все же, других вариантов у него особо и не было. —Ладно, надеюсь, все пройдёт лучше чем звучит сейчас. —Не сомневайся! И мне, действительно, есть о чем поболтать с твоим милым мини-боссом в неформальной обстановке. Будет весело. —Как скажете, только прошу, не называйте так Доппио при нем. —Ха, уговорил. Значит, завтра я свяжусь с тобой, будьте готовы. Наёмник положил трубку и прикрыл глаза, собираясь с мыслями. —Этот вариант ничем не хуже других —Убеждал он сам себя—Всё будет нормально. Смутные сомнения никак не выходили из его головы и в спальню мужчина вернулся в подавленном настроении. Доппио тактично не стал спрашивать его о теме разговора. Утром следующего дня у Ризотто была назначена встреча с местным капо: вроде как, у того была какая-то просьба, и обратиться с ней он мог только к наёмнику. Раньше он бы ни за что не согласился, люди находившиеся в крайней нужде в его услугах сначала должны были встретиться со специальными людьми, через которых уже могли договориться о сделке. Но сейчас, когда Squadra Esecuzione перестала существовать, придерживаться старых правил стало невозможно. Когда Неро попрощался с Доппио и вышел на улицу, мальчик, вдруг, заметил оставленный мужчиной на столе мобильник. У него самого ещё не было своего телефона и, в случае чего, он звонил с домашнего, звонок которого, смутно напоминал ему что-то важное, о чем он благополучно забыл. Схватив тяжёлый серый мобильный он выбежал в прихожую, а затем и на порог дома, догнав наемника только когда тот уже собирался сесть в машину, но задержался, отвечая что-то их неприятной соседке, возвращающейся в этот момент из магазина. Её покрытое глубокими морщинами лицо в миг стало донельзя заинтересованным, когда она увидела выбежавшего на улицу мальчика. Она показательно отвернулась, но любопытный взгляд из-под тонких бровей все так же был направлен на них. Ризотто в недоумении обернулся к Доппио. —Ты телефон забыл—Объяснил подросток, протягивая мобильник. Наёмник хлопнул себя по карману. Секунду подумав, он мимолетно кинул взгляд на женщину, убеждаясь что она все также смотрит на них и удивление на его лице сменилось едва заметным ехидством. Он взял протянутый ему телефон и, наклонившись, мягко поцеловал Доппио в губы, одаривая самой нежной из доступных ему улыбок. Сбоку послышались тихие булькающие звуки, а затем кашель, будто кто-то подавился. —Спасибо, милый—Неро, продолжая игнорировать застывшую столбом соседку, походившую сейчас больше на вывалившуюся на берег рыбу, нежели на человека, сел в машину и завёл мотор. Мальчик проследил взглядом за удаляющимся автомобилем, а затем, ушёл обратно домой. Мечтательная полуулыбка продолжала блуждать на его губах. Пустота одиночества, окружающая его каждый раз, когда Ризотто не было рядом, перестала так пугать после того как они начали заполнять домашнюю библиотеку. Доппио все так же лелеял мечты о путешествиях по морю, он хотел побывать во многих странах, а не только в Италии, которую он успел объездить пока бегал с приказами Босса. Он с детства усиленно изучал английский и, как-то раз, даже разговаривал с каким-то иностранцем. Подросток помнил что у него был акцент, но не итальянский, и серебряные волосы, однако самого разговора и чем он закончился он вспомнить не мог. Да, дальние страны манили его и, в последнее время, он часто читал британские и американские книги на языке оригинала. И сейчас, слушая как шаги отдаются тихим эхом от стен, он направлялся в гостиную, чтобы продолжить чтение одного из таких произведений. «Also the stratification of these rocks, seem to have a character for basalt formations. Something similar can be seen in Salisbury steak cliffs near Edinburgh. The top of the mountain range is covered…» —Вершина горного хребта была. Была… Черт, я же знаю это слово! —Мальчик раздражённо отложил книгу в сторону и пододвинул к себе ноутбук, чтобы перевести забытое слово на итальянский. Однако, в углу загоревшегося экрана он заметил уведомление о новом сообщении. Борясь с любопытством, он перевёл нужное ему выражение и уже потянулся к кнопке выключения, когда взгляд его снова упал на письмо. Он решил хотя бы посмотреть адрес отправителя. Сообщение было отправлено от имени мафии. —Значит, это просто очередное задание—Пробормотал подросток—А ведь, если подумать, Ризотто никогда не рассказывает мне о том, что они обсуждают с Джорно… Если я просто взгляну одним глазком, ничего же не случится, верно? По лбу скатилась капелька пота и, прочертив след по веснушчатой щеке, упала на клавиатуру. Доппио щёлкнул по уведомлению. Сообщение внутри было было коротким: «Via del Re Cremisi 131, в 19:00, не опаздывайте. Джорно Джованна» —Наверное, адрес очередной жертвы. Но почему «Не опаздывайте»? Ризотто будет не один на задании? Он закрыл письмо, а затем и крышку ноутбука, решив спросить наемника, когда тот вернётся от капо. Ризотто приехал чуть позже обеда. Войдя в дом, он обнаружил подростка уткнувшимся в книгу, рядом стоял включённый ноутбук, с открытой программой для перевода. Он сел рядом на диван и заглянул в экран. —Что такое, тебе сложно даётся этот текст? Доппио, наконец, с лёгким удивлением, оторвал глаза от страниц, будто только заметил присутствие мужчины: —Даа, тут слишком много терминов которых я и на итальянском-то не слышал. О, кстати—Подскочил он, внезапно вспомнив о послании босса—Тебе приходило письмо. Я случайно увидел его, прости. Мальчик поспешно выключил программу и открыл сообщение. Быстро глянув в него, Неро лишь кивнул каким-то своим мыслям и обернулся на Доппио, в глазах которого, явно читался вопрос, задать вслух который, он не решался. —Хочешь узнать что за адрес? Тот отвёл глаза, но, едва заметно, все же кивнул. Наёмник коротко усмехнулся, неожиданно тепло посмотрев на подростка: —Вечером ты все узнаешь сам, мы поедем туда вместе. —Вместе?! А разве это не… Ризотто отрицательно покачал головой: —Не задание. Увидишь. —Как скажешь.—Все ещё находясь в лёгком недоумении, мальчик закрыл книгу, предварительно заложив меж страниц исписанную терминами и их значением, широкую закладку.—Тебе сделать кофе? Мужчина откинулся на спинку дивана, расслабленно закрывая глаза. Металлические шары капюшона звонко ударились друг об друга. —Да, кинь пару кубиков сахара. Передохну и пойдём. —Куда? —Доппио остановился на пороге комнаты, оборачиваясь. Ризотто поднёс руку с часами к лицу, приоткрывая черно-красный глаз. —До семи ещё полно времени, не вижу смысла сидеть дома. —Мы просто пойдём гулять? Ты же сам не хотел выходить из дома без особой необходимости! Говорил, мол, привлекаешь слишком много внимания. —Сегодня можно. —Почему именно сегодня? —Доппио, —Наёмник повернул голову, смеряя мальчика тяжелым взглядом из-под снежно-белой чёлки, заставляя его спину покрыться холодным потом.—Раз я сказал можно, значит можно. Доппио не стал больше задавать вопросов, немедленно удаляясь на кухню. Всё же убийца, пусть и бывший, иногда пугал его до чёртиков, хотя, чаще всего, он и делал это не специально, скорее по привычке. Даже когда он пытался говорить вежливо, люди все равно не доверяли ему и боялись, ожидая прикосновения холодного, словно тонкие пальцы смерти, металла у спины. Исключением бы, разве что, Джорно и он сам. Он не знал в чем причина бесстрашия главы мафии, но сам для себя отлично понимал что Ризотто, по сути, обычный человек, со своими переживаниями и страхами. И он был рад, что за коркой равнодушного киллера смог разглядеть любящее сердце, скованное ледяными цепями одиночества, которое, мало-помалу, оттаивало из-за его присутствия. Заварив капучино, он вернулся в гостиную и, поставив чашку на стол, осторожно присел рядом с Неро. Тот взял кофе и, немного отхлебнув, притянул к себе мальчика, приобнимая его за плечи. —О чем задумался? —Да так… Я просто понял, что совсем тебя не знаю, хотя мы, вроде как, уже и ну… —Спим? Хах, —Мужчина невесело усмехнулся, а затем заглянул Доппио в глаза—Не торопись ты так, успеешь ещё. Люди быстро только помирают, для другого нужно время. Да и не думаю, что тебе будет очень уж интересно о моей жизни слушать… —Интересно! —Подскочил на месте подросток, перебивая наемника, за что получил ещё один, давящий тяжестью, взгляд. —Что ж, ладно, —Ризотто одним глотком допил кофе и встал, направляясь к выходу. —Пойдём, я отвечу на твои вопросы, но только когда выйдем на улицу. Честно говоря, в последнее время мне неуютно в замкнутых пространствах. Навевает неприятные воспоминания. Доппио не нужно было долго уговаривать, он с готовностью побежал за наемником, на ходу обдумывая интересующие вопросы. К его удивлению, Неро не пошёл к машине. —Давай лучше прогуляемся. А обратно вызовем такси. —А это безопасно? Мужчина пожал плечами: —Думаю, тот с кем мы встретимся сможет обеспечить нам безопасное возвращение. Мальчик не стал выпытывать подробности, зная, что он, все равно, не расколется. И тогда он начал расспрашивать Ризотто о нем самом: его прошлом, работе, стенде. Он старался обходить острые углы и не напоминать о погибших товарищах, но не всегда это получалось так гладко, как он рассчитывал. На некоторые вопросы он получал развёрнутые ответы, приправленные какой-нибудь историей. На некоторые слышал лишь «да» или «нет». О Металлике, например, наёмник рассказывал много, не скупясь на подробности, было видно, что он доволен своей способностью, пусть в обычной жизни она была и не так полезна, как человекоподобные стенды. Он также рассказал о детстве, хоть уже и забыл многое. А вот о службе Пассионе он говорил неохотно, не вдаваясь в детали, но Доппио и не настаивал. День выдался тёплый, но не жаркий, а от того людей на улицах было больше обычного и Ризотто с Доппио часто сворачивали в маленькие уютные переулочки и скверы, пока не вышли на набережную и не нашли одинокую лавочку, стоящую в тени разросшегося лавра. Там они решили отдохнуть, в тишине, прерываемой лишь криками чаек и случайными прохожими, наблюдая за, искрящимися в солнечном цвете, волнами Тирренского моря. Тени на старом потрескавшемся асфальте постепенно удлинялись, накрывая их прохладой. Так они болтали до самого вечера, искренне наслаждаясь обществом друг друга и только Доппио хотел предложить перекусить что-нибудь, как Ризотто, взглянув на часы, объявил что пора бы выдвигаться на встречу, ибо до семи уже оставалось чуть больше часа. Они пришли на одну из главных улиц ровно в семь. Мальчик не сразу увидел куда они заходят, но как только за ним закрылись тяжёлые двойные двери, понял что это был ресторан, причём один из самых дорогих в Неаполе. Вышколенный и прямой, словно проглотивший палку, официант, сверкая накрахмаленной салфеткой, перекинутой через руку, проводил их в небольшую vip-комнату, приоткрыв перед ними дверь, отделяющую её от общего зала. В комнате был лишь один стол на четыре персоны за которым уже сидело два человека. Они беззлобно спорили о чем-то и обратили на пришедших внимание только тогда, когда Ризотто, взяв подростка за руку, подошёл к ним вплотную. —О, вы как раз вовремя. Я уже все заказал, скоро должны принести.—Джорно повернулся к ним и обезоруживающе улыбнулся. На нем был девственно-белый костюм декорированный золотом под цвет волнистых волос. Рядом с ним, ближе к выходу сидел Миста одетый во все те же фиолетово-серые свитер и шапку. Он кивнул Ризотто, которого уже много раз видел в их резиденции и заговорчески подмигнул Доппио, с которым до этого встречался лишь единожды. Мальчик вопросительно посмотрел на наемника. Тот скрестил руки на груди и устало вздохнул: —Не смотри на меня так. Все вопросы к Джорно. —Это действительно я предложил встретиться, тем более, такой повод подвернулся. —Поспешил объяснить тот. —Ну вы не стойте, садитесь уже. Ризотто сел напротив дона и усадил рядом с собой подростка. —А что за повод? —Поинтересоваться он. Джорно удивлённо вскинул бровь: —Ты не сказал ему? —Не хотел говорить до вечера—Слегка раздражённо ответил Неро. Тогда Джорно поднял, лежавший рядом с ним, прямоугольный свёрток. —Могу я.? —Валяй. Доппио взял протянутый ему пакет и, после одобрительного кивка со стороны наемника, аккуратно раскрыл его. Оттуда он достал небольшую стопку бумаг и тонких книжечек и на всех обнаружил свое имя. —Это… —Да, —Джорно слегка хлопнул в ладоши—Теперь ты- полноправный гражданин Италии, полностью свободный от всех преступлений, которые твоими руками совершал Дьяволо и вольный сам выбирать свое будущее. Сегодня, можно сказать, на свет появился абсолютно новый человек, с чем тебя и поздравляю. —Я попросил их сделать для тебя—Добавил Ризотто—И сегодня мы отмечаем день твоего, так сказать, перерождения. Доппио, все ещё не веря своим глазам, пролистал новенькие, ещё пахнущие типографской краской, бумаги, а затем порывисто обнял мужчину. —Спасибо! Миста, видя это, заулыбался до ушей, Джорно же лишь коротко усмехнулся, опуская глаза. Их прервал вежливый стук в дверь, после чего, катя перед собой тележку с подносами полными еды и напитков, зашёл официант. Дождавшись жеста одобрения со стороны Джованны, он начал проворно расставлять все на столе. Закончив с этим и разлив по бокалам густое вино, он поклонился и вышел. —Что ж, —Босс первым поднял свой бокал—Предлагаю выпить за нашего новоиспеченного гражданина. Доппио с опаской поглядел на бокал. Он уже пил вино в бывшем штабе убийц, но это выглядело куда дороже и крепче, да и вкуса он тогда распробовать не успел. Ризотто подбодрил его: —Давай, ты не можешь отказаться. Уверяю, тебе понравится, стоит только попробовать. Он взял в руку бокал и настороженно принюхался к ароматной бордовой жидкости. В нос ударил дурманящий запах винограда, каких-то фруктов и, на удивление, цветов. Легко стукнувшись с чужими, протянутыми ему бокалами, он отпил и почувствовал приятное тепло, медленно разлившееся по его горлу и ниже, и слегка вяжущий язык терпкий вкус, напоминающий, скорее, вкус дождя и солнца пропитавших спелые чёрные ягоды. —Кто же сейчас за главного, если босс мафии прохлаждается в подобном месте? —Спросил Ризотто, после того как все приступили к первому блюду. —Не думаю что за столь короткое время случится нечто такое, что потребует моего прямого присутствия.—Задумчиво сказал Джорно, покачивая в руке бокал. —Но, если что, Фуго и Абаккио вполне могут заменить меня. —А что, Леоне уже в порядке? Джованна промолчал и тогда голос подал Миста: —На самом деле, мы не думаем что он хоть когда-нибудь снова будет в порядке… Но эй, может не будем о грустном? —Да, действительно—Оживился дон—Кстати, а почему виновник торжества молчит? Тебе что-то не нравится? —Нет, все хорошо—Доппио поднял глаза на Джорно—Но я хотел спросить кое-что. —Да, конечно. —Мне просто интересно, почему вы нам так помогаете? Мы же, так сказать, ещё пять минут назад были врагами, а теперь вы общаетесь с нами как близкий друг. —Всё просто. Твой любимый наёмник очень подсобил мне… Кхм, кое в чем—Закончил Джованна, поймав на себе предупреждающий взгляд красных глаз напротив.—Можно сказать, он практически всю работу за меня выполнил, сам того не зная. И продолжает помогать до сих пор. Я просто отплачиваю вам той же монетой, к тому же, вы и вправду симпатичны мне. —Даа, вы оба просто милашки, ха-ха—Добавил Гвидо, но осекся, посмотрев на скрипнувшего зубами наемника и прикинув, сколько времени понадобится на призыв Sex Pistols, если в его языке вдруг окажется пара саморезов. Остаток вечера прошёл в пустой болтовне, все старались за версту обходить опасные темы, которые могли бы легко испортить их встречу. Миста рассказывал всякие весёлые истории о его похождения в юности, Джорно нашёл общий язык с Доппио и с интересом обсуждал с ним его планы на будущее, сказав что, если тот действительно отправиться в путешествие, у него есть связи в Америке и Японии, никак не связанные с мафией, Ризотто же, по большей части молчал, лишь иногда отвечая на вопросы любопытного стрелка или уточняя что-то у Джованны. Когда стрелка часов начала подкрадываться к к 22, Миста напомнил боссу о какой-то важной встрече рано утром и они начали расплачиваться. Неро вовремя вспомнил что они с Доппио пришли сюда на своих двоих и тогда Джорно вызвал одного из проверенных водителей, самих их уже ждала машина, которая была у ресторана с самого начала вечера. Попрощавшись, они уехали в резиденцию, а Ризотто и Доппио остались ждать машину, номера которой, были им предварительно сообщены. —Ну что, как тебе вечер? —Спросил наёмник, наклонившись к самому уху мальчика, чтобы его не заглушили толпы людей, гуляющих по улицам. —Мне понравилось, только вот, в голове как-то мутно и мысли путаются. —Да ты пьян.—Ризотто ущипнул подростка за порозовевшую щеку. —Что?! Ничего подобного! —Возмутился Доппио. —Ладно-ладно, не кричи. Но, все же, пожалуй тебе стоило ограничиться одним бокалом. —Эй, да ты сам мне подливал! —Он немного отстранился от мужчины, демонстративно скрещивая руки на груди. —Прости, не учёл того что ты до этого нормально и не пил ни разу. Все-все, не кипятись, вон смотри, похоже это наша. —Он указал на остановившийся неподалёку черный автомобиль. Сверившись с номерами и перекинувшись парой слов с водителем, Ризотто посадил мальчика на заднее сидение и сам сел рядом, не желая упускать его из виду, пока они наедине с незнакомцем. Однако, опасения были напрасны и, водитель даже не был обладателем стенда. Он довёз их без происшествий и высадил напротив дома, не сказав больше не слова и уехав также быстро. Зайдя в дом, Доппио поднялся по лестнице в спальную комнату и сел на кровать, положив на тумбу рядом с собой документы. Ризотто поднялся в след за ним и, наклонившись, убрал с лица вьющуюся чёлку и заглянул в прикрытые глаза. —Ты как, нормально себя чувствуешь? Мальчик отмахнулся, высвобождаясь из холодных пальцев наемника: —Всё хорошо, отстань. —Это ты мне отстать предлагаешь? —Неро щелкнул зажмурившегося подростка по носу.—Раз все хорошо, то что, пойдём спать? Ты же устал сегодня. —Я не хочу спать. —А чего ты хочешь? Доппио, пряча глаза, молча потянул мужчину за ремни плаща. Тот все понял и, оперевшись о спинку кровати, он наклонился ещё ниже и, с нажимом, прижался своими губами к губам мальчика, требововательно проникая языком между ними и проводя им по разомкнувшимся зубам, а затем сплетаясь в объятьях с чужим языком. Доппио медленно отпустил ремни и скользнул руками вверх по груди наемника, охватывая его шею и прижимая к себе. Когда они на мгновение прервались чтобы набрать немного воздуха, подросток откнулся на спину, маня за собой Ризотто. Тот навис над ним, посностью закрывая широкой спиной слабый свет от прикроватной лампы и одной рукой задрал свитер, оголяя худую грудь с еле заметными на, блестящей от пота, коже, следами их страсти. Он провел пальцами по нескольким особо глубоким ссадинам под рёбрами. —Ты уже неделю меня не трогал, все давно зажило. —Сказал Доппио, увидев что мужчина медлит. —А ты только об этом и думал, так что-ли? —Неро положил ладонь на щеку мальчика, большим пальцем проводя по губам. Но тот, не желая останавливаться, раскрыл губы, горячим языком прошёлся по пальцу и начал его посасывать, смотря при этом остекленевшими глазами прямо в глаза наёмнику. Неро тяжело сглотнул, чувствуя как накатившее возбуждение, вкупе с выпитым алкоголем, забирают у него остатки разума. —А знаешь, мне нравится открывать в тебе все новые стороны. Раньше ты казался таким скромным, но теперь раскрепощаешься все больше и больше. —Это целиком и полностью твоя вина.—Сказал Доппио, наконец выпуская его палец изо рта.—Раньше я ничего так сильно не хотел, как сейчас хочу тебя. —Взаимно, маленький ты извращенец… Ризотто уже полностью снял свитер и теперь высвобождался из собственной одежды, пока мальчик под ним непослушными руками пытался расстегнуть свой ремень. Когда с одеждой было покончено, Неро припал к груди подростка. Даже не пытаясь сдерживаться он оставлял свежие метки, прикусывал нежную кожу и соски, губами чувствуя неистово бьющееся сердце и ощущая как Доппио начинает бить мелкая дрожь, как воздух из его лёгких вырывается все более прерывисто. Мальчик начал, пока что едва слышно, постанывать, когда крепкие руки начали блуждать по его разгоряченному телу, на ощупь выискивая самые чувствительные места и грубовато лаская их. Не выдержав, он поднял на себя лицо Ризотто, заставив того оторваться от своего занятия, и впился своими губами в чужие. Не расчитав, он слегка прикусил их, за что получил ответный укус, сопроводившийся стекшей по его подбородку алой солоноватой каплей. —Эй, ты опять крови моей выпить хочешь? —А нечего кусаться. Только я так могу делать.—В качастве извинения он, действительно, собрал кровь языком, мягко целуя прокушенную губу. —Ризотто, быстрее, я уже не могу… —Потерпи, впереди ещё вся ночь. Он сел, вызвав у подростка лёгкий вздох разочарования, который, однако, быстро сменился вздохом боли, смешанной с удовольствием, когда наёмник развёл его ноги и, плеснув на пальцы, неизвестно когда успевшей очутиться в его руках, смазки, прошёлся, едва касаясь, пальцами по болезненно-твёрдому члену мальчика, а затем медленно, один за другим, начал вводить их в узкое кольцо мышц. Привычным движениями он начал разрабатывать вход и, на этот раз, времени ему потребовалось совсем немного. Когда он убедился в том, что может приступать к более активным действиям, то потянулся к пачке презервативов, но, заглянув в неё, раздражённо чертыхнулся: —Всего один остался. Доппио сел на кровати, ногами охватывая мужчину вокруг талии, мягко отобрал коробочку у раздасованного наемника и отвёл руку в сторону. —Значит, сегодня без них. Неро слегка опешил: —Нет, я ничем не болею, но тогда же мы все запачкаем. —Тогда давай внутрь. Сегодня можно.—Он ехидно улыбнулся, припоминая Ризотто его же слова. Неро что-то нечленораздельно прорычал, а затем снова повалил мальчика, надавливая на него одной рукой, а второй поудобнее обхватывая его ноги, и, пристроившись, вошел, постепенно начиная движение. Дыхание Доппио перехватило, перед глазами заплясали красные круги, а из мира вокруг, казалось, исчезло все, кроме слившегося с ним воедино мужчины: их тела двигались навстречу друг другу, голоса звучали в унисон, а все чувства и эмоции что оба ростили в себе, сейчас переплетались, образуя новые причудливые формы, которые не мог бы изобразить ни один художник, не мог бы описать ни один поэт. Ощущение полной безопасности и, ни с чем не сравнимого, блаженства, за все это он должен был поблагодорить, прижавшегося к нему и нашептывающего что-то успокаивующе-нежное, наемника, но все что он мог сейчас, это едва слышно всхлипывать и в пол голоса просить большего. Он уже слабо понимал прошло ли десять минут или двадцать, а, может, это продолжалось уже вечность, когда, наконец, не почувствовал потоки горячей жидкости, переполнившие его изнутри и не услышал вздох облегчения, сорвавшийся то-ли с его губ, то-ли с чужих или, вообще, с обоих одновременно. Тяжело дыша, Ризотто отстранился от него, но Доппио, собрав остатки сил, не дал ему расслабиться, повалив на спину и садясь сверху. —Эй, ты чего творишь? —Ты всегда все делаешь сам, теперь дай и мне поруководить процессом… Не теряя времени, кое-как подчинив себе непослушные руки, он начал ласкать опустившийся орган мужчины, чувствуя как тот снова напрягается, точками наливаясь кровью. Неро сел, придерживая мальчика за спину, и начал внимательно следить за его действиями, запоминая каждое движение руки, каждый взгляд или мимолетно проскочившую эмоцию. Жестом, Доппио запретил как-либо ему помогать и, теперь уже сам, взял инициативу в свои руки, седлая наемника и начиная задовать темп и постепенно ускоряясь. Он прижался к мужчине, обвивая его руками за шею, и уткнулся носом в белые, чуть влажные, волосы. Неро помог ему, охватывая за талию и удерживая на месте. Он полной грудью вздохнул дурманящий, сводящий с ума каждую клеточку его тела, аромат, исходящий от мальчика, горьковатый, но, в тоже время, приторно-сладкий, аромат страсти и похоти, пропитавший каждый кубометр окружающего их воздуха. За собственным тяжёлым дыханием, он едва расслышал тихие слова Доппио: —Ризотто, спасибо тебе… За все. И за сегодняшний день особенно. Наёмник усмехнулся, утыкаясь мальчику в плечо. —Ага, для тебя все что угодно, милый… *** «Несколько лет спустя» Ризотто сидел за кухонным столом и что-то читал в ноутбуке, лениво крутя колёсиком мышки. Рядом послышался тихий стук наполненной чашки, опустившейся на деревянную крышку стола, затем он почувствовал как крепкие руки опустились ему сзади на плечи, медленно скользя дальше, пока на него не легли всем весом, прижимаясь. —Мне тяжело. —Нуу, блин, не будь таким вредным, я не так-то часто бываю дома! —Обиженно отозвался Доппио. —Напомни-ка, когда у тебя следующий рейс? —Через 3 недели, но я буду в море почти месяц! Знаешь как я скучаю по тебе в плаваниях? Ризотто вздохнул и, взяв кофе, немного отпил. —Сам знал куда ты устраивался и, вообще, ты уже большой мальчик, но ничуть не изменился. —Как и ты, —Доппио обошёл его и плюхнулся на колени, вызвав недовольный взгляд, которым все и ограничилось. Неро уже привык, так что и сейчас просто приобнял его за спину, мысленно прощаясь с возможностью дочитать статью.—Все такой же противный снаружи, но душка внутри. Доппио, все ещё, был ниже и менее развит в мышцах, но и мальчишкой его уже назвать было трудно: длинные, ниже лопаток, розовые волосы были связаны в хвост, фигура утратила всю юношестскую угловатость, лицо, наоборот, заострилось, руки, покрытие старыми татуировками, огрубели от работы. Но некоторые вещи остались неизменными: его любовь к сереневому цвету, огромные и наивные золотистые глаза и веснушки, покрывавшие его щеки и округлый нос. Многие девушки заглядывались на него, тихо вздыхая, но ни одной из них не было известно что сердце его занято и останется таковым до самого последнего дня.