Мой мистер

— почему люди стараются причинить боль друг другу? разве мало и без того страданий на свете, так нужно ещё мучить человека этой чепухой. (Р. Брэдбери)

***

*Убей меня* 1997 Комната Кармен располагалась в отдалении. Девушка тенью прошмыгнула мимо слуг, которые с какой-то грустью проводили её. Все (ну или почти…) в доме знали каково истинное положение воспитанницы семьи Риддл. Много лет назад бедную девочку-сиротку забрала к себе вместе с младшим братом Мэри Риддл, отдавшая таким образом дань памяти погибшей подруге. Гермиона положила чемодан рядом со шкафом, не видя особой необходимости разбирать его. В конце концов, она почти и не пользовалась лежащими в нём вещами за пределами Хогвартса, так что… девушка решила заняться уборкой. Впрочем, много времени на это не ушло, ибо к приезду гостей явно основательно приготовились. Оставалось только уложить кое-что в комод, переодеться и… постараться отдохнуть. Девушка так сильно устала, что сон сморил её мгновенно. И снилось ей нечто поистине прекрасное… поляна, усыпанная сотней цветов, свежий аромат которых обволакивал сознание гриффиндорки. Всё казалось таким реальным, что девушка едва не заплакала от счастья. Именно в такие моменты, моменты редкой и истинной радости волшебница на какой-то короткий промежуток времени становилась собой. И когда, казалось, она наконец начинала дышать полной грудью, вдруг с обречённой ясностью поняла… сама Смерть дышит ей в затылок. Девушка открыла глаза и встретилась с ледяным взглядом Тома Марволо Риддла. — Как спалось, принцесса? — спросил он и голос его звучал почти нежно… почти ласково. Девушка впала в ступор. Ей было очень-очень страшно. — Не бойся. Пока что я просто хочу пригласить тебя на ужин, — с этими словами юноша дотронулся до её волос и хотя с виду это могло показаться проявлением нежности, Поттер знала что на самом деле это значило.

***

Внизу было мало людей: лишь хозяйка дома, к которой «спешили» присоединиться ученики Хогвартса. Кармен не спешила садиться за стол, ибо прежде ей нужно было дождаться согласия от главы семейства. — Присаживайся! — Мистер Риддл… — Его сегодня не будет, — Поттер облегчённо выдохнула. Как правило, он либо не обращал на девчонку никакого внимания, либо осыпал порцией оскорблений. Ему не нравилась одна только мысль, что приходится жить под одной крышей с ведьмой. Если что-то происходило, сломалась машина, сорвалась сделка и нечто в этом роде, он во всём и всегда винил её. Для Томаса Риддла не существовало мира магии, а лишь компания, акционеры и власть, куда без неё?! Для него внук Том был копией сына, погибшего несколько лет назад. Совершенной копией, без изъянов (по крайней мере, видимых…). — Ну же, присядь, — Марволо указал на место рядом с собой. Мэри улыбнулась, видя не злую усмешку в глазах, а доброту и отзывчивость. Однако Кармен не винила женщину. Ибо таков удел людской… любить своих близких, не замечать недостатков. Ужин проходил в довольно мирной обстановке. Миссис Ватсон всё интересовалась успехами деток (так она их называла!), однако гриффиндорка заметила, что женщина рассеяна. А ещё она выпила три бокала вина (при муже себе такого позволить было нельзя…), значит, уснёт быстро. Ухмылка слизеринца стала шире. «Мерлин, помоги мне…» — девушка хотела раствориться в воздухе или провалиться сквозь землю… что угодно, лишь бы не чувствовать нарастающую тревогу, что камнем осела на душе. — Знаешь, Теодор делает успехи. Он уже читает и даже… пишет. Мне отрадно видеть, как мальчик растет и становится… — Становится почти нормальным? — закончил за бабушку Том. Кармен могла поклясться, что он смеётся ей прямо в лицо. — То есть, я хотел сказать, что это удивительно. Обычно такие дети всю жизнь проводят в четырёх стенах, а Тео… наш Тео, — на последнем он сделал явный акцент, — делает большие успехи. Да будет Бог милостив к душе его! «Как можно быть таким притворщиком?» — Кармен изо всех сил старалась не выдать своих чувств, хотя и понимала, что Марволо всегда знает о чём она думает. Подобно своему отцу, юноша окутал её густым туманом, который никогда не пройдёт. — Ну, чем думаете заняться после окончания школы? — Если дедушка позволит, я бы хотел попробовать себя в сфере бизнеса, — Мэри одобрительно кивнула. Томас, конечно же, будет рад этой новости. Ведь все люди смертны и больше всего на свете владелец «Риддл-групп» желал бы передать компанию достойному приемнику. — А ты? — теперь внимание хозяйки поместья было сосредоточено на воспитаннице. — Ну, — в горле пересохло, девушка осушила стакан с водой, — не уверена. Думаю, всё зависит от годовых экзаменов. — Разве? Мне казалось, после учёбы ты наконец вернёшься?! — удивлению миссис Риддл не было предела. — Просто… не подумайте, я очень благодарна вам, однако… злоупотреблять людской добротой, как мне кажется, грешно и… — Что ты, милая, ведь ты мне как родная. Мы с твоей бабушкой были лучшими подругами и, глядя на тебя, я словно вижу её. — Да, ты тоже мне очень дорога, Кармен, почти как сестрёнка, — сказал вдруг Том, — и я не хочу отпускать тебя. Твой дом… навсегда здесь, — на какой-то короткий промежуток времени Кармен показалось, что в его глазах-сапфирах вспыхнуло багряное зарево.

***

Кармен всё никак не могла заснуть. Её всё не покидали навязчивые мысли о туманности будущего. Конечно, она и не думала, что сможет убедить Тома отпустить её, однако не желала оставаться пленницей в доме. Да, окружающие могли думать, что ей несказанно повезло стать воспитанницей столь богатой и могущественной семьи, и всё же… реальность была далека от идеального образа, который мог возникнуть в умах людей. За высоким забором дома с аккуратно подстриженной зеленой лужайкой скрывались те, кто жил ненавистью, местью, злостью и горечью. И в тот самый момент, когда девушка услышала как открылась дверь спальни, то поняла с отчётливой ясностью… она в ловушке. Том окинул взглядом всю комнату, прошёлся вдоль стен бежевого цвета с яркими розовыми цветами и остановился вдруг позади девушки. Кармен бросило в дрожь, стоило юноше собрать её волосы назад и прикоснуться губами к шее, впитывая аромат духов. Он мог бы разодрать ей всю кожу, изувечить… отомстить. Однако этого всегда было мало. Для таких людей, как Риддл, куда интереснее вынудить жертву сдаться самой. Он, словно опасная змея, надвигался на неё, не способную дать отпор… покорно ожидающую наказания жертву. В какой-то момент, когда слизеринец вдруг отпрянул и сомкнул пальцы возле тонкой, готовой сломаться в любой момент шеи, она даже почувствовала долю облегчения. Если подумать, ей всё равно ничего не оставалось, кроме как умереть. Дивная птичка, она была поймана в клетку, из которой лишь один выход… смерть. А потом прозвучал его смех, совсем не такой нежный, как могло показаться. И это всё ещё был Марволо. Искренний в своей ненависти, он умело скрывал на людях свои чувства. — Думала, можешь погибнуть, да? — юноша развернул её к себе, вынуждая смотреть прямо в глаза. — Думала, заслуживаешь смерти? Нет… ты ещё мало горя испытала. Рано тебе… на тот свет. Очень рано. — Раз так презираешь меня, тогда лиши жизни. Тебе станет легче, когда заберёшь наконец мою душу. — Куда интереснее будет забрать у тебя близкого человека. — Ты не тронешь Тео… он под покровительством твоей бабушки. Ты ведь… не желаешь расстроить её? — Кармен улыбнулась, зная, что у неё в рукаве всё же припрятан один козырь. — К тому же, он нужен также нужен твоему дедушке, для поддержания имиджа компании. Всё-таки это довольно о многом говорит… воспитание ребёнка-инвалида. Избавишься от него — потеряешь доверие семьи и общественности. Ты ведь так дорожишь своей репутацией, не станешь же рисковать всем ради… меня? Есть куда более легкий способ, — сказать, что Кармен боялась, значит ничего не сказать. Конечно… её сердце так быстро колотилось, что казалось вот-вот выпрыгнет из груди. — Уничтожь меня. Разрушь. Убей. Я готова принять удар… — однако вместо, казалось бы, столь долгожданного удовлетворения на лице Марволо явно проскальзывало удивление. — Аааа… ты ведь не готов, не так ли? — Замолчи! — Ты боишься не меньше, чем я… всё дело в этом, — продолжала девушка, ожидая получить наконец долгожданную свободу. Она не в силах убить себя, ибо знает… это плохо скажется на Тео, но вот если Том сам лишит её жизни, тогда девушке нечего бояться. — Больше ни слова! — Ты ничтожен, ты никто. Ты… — Да замолчи же… — Что, правда глаза колет? — с вызовом спросила девушка. Ещё немного и слизеринец перейдет черту. Ещё немного и… свобода. — Ты трус. Ты такой трус. Даже профессор Дамблдор… — девушка упала на пол от сильной пощёчины. Приложила руку к вмиг покрасневшей щеке. — Сиди тихо и не создавай проблем, — Марволо с удивительной быстротой вновь пришёл в себя. В глазах вновь был лишь холод, ни намека на гнев. Кармен поёжилась, колкий взгляд слизеринца словно высасывал из неё остатки хороших воспоминаний, заменяя их ужасными отрывками прошлого. — Не поняла ещё, я хочу видеть твоё падение. Хочу, чтобы ты стала по-настоящему счастливой, чтобы тебе было что терять. И тогда… я наконец закончу начатое. Поттер всё ещё сидела на полу, когда высокая фигура Марволо скрылась за дверью. Однажды он не выдержит и убьёт её. Обязательно убьёт… а пока, надо просто пережить лето.

***

Утро приносит с собой облегчение. Это в идеале. Кармен же никогда не была идеальной, а уж жизнь её далека даже от определения «пойдёт». И всё же, как и всегда (пусть это трудно!), девушка привела себя в более-менее нормальный вид и спустилась к завтраку. Снова нужно было ждать прихода мистера Риддла. Тот был явно чем-то недоволен и первой мыслью Кармен было вернуться наверх, только… уже всё равно слишком поздно. Когда мужчина подал знак рукой, девушка смогла-таки сесть… она была словно собака, что призвана забавлять хозяев. Стоит подать голос и всё… не получишь даже гнилые кости. — Дорогой, мне звонила Петунья Дурсль, она бы очень хотела увидеть племянников, — начала Мэри, подбирая слова. — Ну и зачем же? — Я бы ей, конечно, отказала, но… мне всё равно необходимо съездить в город, так что… это будет за одно. Да и ты ведь знаешь, десять лет уже как… круглая дата. Кармен старалась не отводить взгляд от тарелки с завтраком, одна только ложка которого встала комом в горле. — Если ты не считаешь иначе, то… я не буду спорить, просто соглашусь. Так или иначе, всё в твоих руках, — Мэри легко коснулась руки мужа. И как по щелчку, мужчина смягчился в лице. Кто бы что не говорил, Томас Риддл любил жену. Лишь она могла найти подход к жёсткому характеру супруга, удивительным образом сочетая в себе стойкость и женскую мудрость. — Хорошо, — ответил наконец Томас, — но помни: я никого из них в своём доме видеть не желаю, — Мэри подарила мужу нежную улыбку. Прежде чем уйти из-за стола, мужчина бросил на Кармен недовольный взгляд, хотя за все утро не обратился к ней ни разу. И хотя это было отчасти хорошо, девушка не могла избавиться от дурного предчувствия. Словно совсем скоро должно произойти что-то очень плохое. «Успокойся… хуже уже не будет…» — повторяла девушка про себя, предпочитая игнорировать внутренний голос. (…хочу видеть твоё падение… …хочу, чтобы ты стала по-настоящему счастливой, чтобы тебе было что терять… И тогда… я наконец закончу начатое…) Падение? А разве она ещё не пала в бездну, такую тёмную и холодную?!