The Not-So-Harsh Reality (Не Такая Уж Суровая Реальность)

      Если бы у Сотриголовы спросили, с какой причудой он ненавидит иметь дело больше всего, он не задумываясь ответит — телепортеры. И не просто телепортеры, а телепортеры с боевым опытом. Начать можно с того, что запереть их было сущим кошмаром, или мучаться с тем, чтобы успеть предсказать, от какой атаки нужно защищаться, если он случайно моргнет, прежде чем сможет их поймать. Большую часть времени мужчина мог с уверенностью предположить, что они снова материализуются позади него, давая всего лишь несколько драгоценных секунд, чтобы застать их врасплох. Опытные же требовали иной тактики; ту, которая обычно оставляет его без работы на день или два, а иногда и больше, в зависимости от обстоятельств. По крайней мере, в данном случае оно того стоило. Серийное похищение — это не то, к чему стоит относиться легкомысленно. Чем скорее он уберет эту женщину с улицы, тем лучше.       Сотриголова на мгновение замер, когда телепортер, перед которым он стоял, исчез из виду. Он сумел сохранить позицию наступления, зная, что чем дольше он будет тянуть с этим, тем больше шансов, что она оступится. Злодей была хороша, он признаёт. Ее реакция уже несколько раз спасала девушку от того, чтобы ее Причуда была стерта за несколько секунд. Но чем дольше они танцевали друг с другом, тем больше Стиратель замечал закономерность в ее движениях. Слишком просто, как будто она играла. Это именно то, чего он ждал. Он достиг своего предела, глаза пульсировали, когда он сканировал следующее вероятное местоположение своего противника. Если он собирается победить ее, то это его шанс.       В ту секунду, как она вновь материализовалась, стирающий герой начал действовать.

***

      Айзава был…не в самом хорошем расположении духа. Да, ему удалось задержать злодейку и оставить ее на попечении полиции, и да, он с нетерпением ждал, когда же найдут и вернут домой всех восьмерых детей, которых она забрала. Однако он был очень недоволен собой. Вскоре после того, как он оставил полицию — и адреналин — позади, мужчина обнаружил, что сам получил гораздо больше повреждений, чем хотелось бы. Он лизнул то место, где был выбит один из коренных зубов, и, решив, что это безнадежное дело, выдернул его. Он выплюнул, жалобно застонав. Герой остановился, чтобы прислониться к стене, когда на него накатило головокружение, и крепко зажмурился от того, как внезапно накренился мир вокруг. Протянув руку, он осторожно коснулся того места, где боковая сторона головы встретилась со сталью. На волосах виднелся тонкий слой крови, но не было уверенности, что у него сотрясение. Однако левое плечо вывихнуто (которое один из офицеров любезно вправил на место), несколько ушибленных (возможно, сломанных) ребер с той же стороны и относительно неглубокая рана на животе. Она была обернута в длинный шарф, также была сделана импровизированная перевязь для руки. Он раздумывал, действительно ли нужно ехать в больницу; единственная причина, по которой он не направился прямо в свою квартиру, была полученная им травма головы. Мужчина вздохнул, наконец решив, что да, пожалуй, ему следует отправиться в неотложку.       К несчастью, Айзава, видимо, совсем отключился от внешнего мира. Только когда он, оглушенный и вспотевший, подошел к ступенькам общежития класса 1-А, мужчина вновь пришёл в себя. К тому времени было уже слишком поздно что-то исправлять.        — Дерьмо… — он тихо выругался. Видимо ему приложили сильнее, чем казалось. Словно напоминая об этом, боль пронзила затылок и снова поднялась вверх, заставив героя болезненно зашипеть, а колени подогнуться. Он дал себе немного времени, чтобы прийти в себя, прежде чем обдумать все возможные варианты действий.        — Хорошо…ладно, — прошептал он, облизывая губы. — Подумай об этом логически, Шота. Ты сейчас практически один, уже один раз потерял фокус, и нет возможности транспортировки. Попробуй сейчас пойти в больницу, и ты просто потеряешь сознание где-нибудь на улице, посреди ночи, или будешь бесцельно бродить до утра.       Он снова съежился, когда пульсация начала нарастать, и на этот раз опустился на колени. Мужчина сглотнул, тяжело дыша, когда боль отступила. Ни один из этих вариантов, заключил он, не звучал очень уж заманчиво. Лучше всего остаться здесь на ночь и надеяться, что кто-нибудь из его учеников не спит (или, по крайней мере, не будет спать) и как-то поможет ему. А если нет…ну, он справится. Утром он нанесет Исцеляющей Девочке визит. Мужчина вновь поднялся и потянулся за ключом от общежития.       Тихо, насколько это было возможно при данных обстоятельствах, Айзава вошел в здание. Свет выключен, внизу никого нет.        — Великолепно, — пробормотал он. Со сдавленным стоном он снова собрался с духом и, шаркая ногами, направился к одному из диванов в общей комнате. Герой неуклюже снял очки, шарф, пояс с ножом и положил их на пол, а затем осторожно направился на кухню, чтобы взять несколько пакетов со льдом из морозильника и пару полотенец. Он вернулся к дивану, расстелил полотенце и опустился на сиденье, избитое тело протестовало против любого движения. Ну совершенно против любого. Он достал свой телефон и положил рядом с собой, подсвечивая местность. С большим трудом он расстегнул молнию на куртке своего геройского костюма, осторожно вытаскивая руку из самодельной перевязи и рукава. Мужчине пришлось прикусить губы, чтобы заглушить звук, который грозил вырваться из его груди, когда плечо начало пульсировать. Он мог двигать им, но недавнее неудачное приземление привело к болезненному синяку, заставляя мышцы на плече распухнуть и болеть. Он бросил грязную куртку поверх других вещей на пол.       Теперь, когда ее не было, Айзава попытался оценить свои ранения, начиная с плеча. Даже в тусклом свете, который давал телефон, можно разглядеть несколько глубоких ушибов там, давая полное представление о том, как сейчас выглядят бок и спина. Он взял пакет со льдом и сделал глубокий вдох, сдерживая стон, когда осторожно приложил это на плечо и обвернул, превратив перевязь в шину. Приподняв край футболки, Айзава проверил состояние раны на животе. Взяв ткань в зубы и телефон в здоровую руку, он отодвинул импровизированную повязку, взглянул и понял, что она была немного длиннее, чем ожидалось, растянувшись примерно на двенадцать сантиметров и поднимаясь вверх от линии пояса. С другой стороны, кровотечение уже почти прекратилось, и это означало, что рана не могла быть слишком глубокой, даже если ужасно болела. Он решил пока оставить это в покое.       Вернув футболку на место, Айзава вздохнул, решив, что это все, что можно сейчас сделать, имея только одну работающую руку и вероятное сотрясение. Он откинулся назад в самую удобную позу, какую только мог, взял еще один пакет со льдом, завернутый в полотенце, и положил его себе под голову. Оставшуюся пачку льда приложил к ребрам, стиснув зубы от соприкосновения. Через несколько мгновений он вздохнул, почувствовав некоторое облегчение от холода.       Спустя неопределенное количество времени Айзава вскочил и проснулся от звука…ну, он и сам толком не знал, что его разбудило. Было трудно сосредоточиться на чем-либо, кроме чудовищной головной боли, которую испытывал мужчина. Он попытался сесть, ухватившись за спинку дивана и поморщившись, подтянулся в сидячее положение, несмотря на то, что его бок кричал ему остановиться. Ну для начала, он вовсе не собирался засыпать. Сделав пару успокаивающих вдохов, он прищурился в поисках источника беспокойства. Герой заметил две вещи: во-первых, он был не в своей квартире (общая комната в общежитии ЮэЙ, вяло подсказал мозг); во-вторых, на кухне горел свет. Он несколько раз моргнул, проясняя зрение, и увидел, что дверца холодильника открыта. Пока он раздумывал, как бы встать, дверь закрылась, и на пороге появился Яойорозу. Рядом с ней стояла Асуи, наливая стакан воды. Она была первой, кто заметил темную фигуру, сидящую на диване и пристально смотрящую на них. Внимание Яойорозу сразу же переключилось на него. Она вздрогнула, издав странный писк удивления, и уронила свой перекус. По какой-то причине этот звук показался ему крайне забавным, и герой согнулся пополам от боли, когда не смог сдержать смех.        — Что… Мистер Айзава?! — Воскликнула Яойорозу несколько возмущенно. Он продолжал тихо смеяться, и ребра и голова ненавидели его за это.       — Ква.. Что вы здесь делаете?       Айзава сумел подавить смех, чему способствовал резкий удар в глаза, когда Яойорозу включила свет, чтобы получше рассмотреть мужчину. Он не мог видеть их реакции, но судя по одновременным шокированным вздохам, он выглядел так же плохо, как и чувствовал.        — Ну, если даже сейчас не можете сказать, мне нужна небольшая помощь, — Его голос прозвучал грубо и напряжённо; пытаться говорить было тяжело. Девочки быстро пересекли комнату, отмечая видимые ранения. Яойорозу заговорила первым, а Асуи подошла, чтобы осмотреть его левую руку.        — Что произошло?!        — Работа. Меня выбросили из окна.        — Ква.        — С какой высоты?        — …Второго этажа, — сказал Айзава. Потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить это, отметил он.        — Как вы приземлились?        — Левая сторона приняла на себя вес и меня самого, и злодея, с которым я сражался.        — Удивительно, что ребра не сломаны, — заметила Асуи.        — Я не уверен, что это не так… — Признался Айзава. Яойорозу выглядела испуганной.        — Вы ведь не пешком сюда пришли? Почему не пошли в больницу?        — Вообще-то я собирался, но… В итоге я потерял концентрацию и оказался здесь. Наверное, вместо этого мой мозг решил направить меня в самое безопасное место, — Айзава позже пожалеет, что позволил чему-то столь сентиментальному сорваться с его губ. Но сейчас он слишком устал, чтобы думать над своими словами. Девушки обменялись неуверенными взглядами, прежде чем Яойорозу снова заговорила:        — Что мы можем сделать? — Айзава должен очень тщательно обдумать эту часть. Он мог бы попробовать объяснить Асуи и Яойорозу, как его подлатать. В конце концов, он прекрасно знал, как обращаться с такими ранами, как у него. Разум отозвался, и мужчина мысленно покачал головой. Это плохая идея; он до сих пор не имел ни малейшего понятия, насколько серьезно пострадала его голова. Он должен бы попросить одну из них позвонить другим учителям, чтобы они приехали и отвезли его в больницу. И все же, подумал он, не стоит лишать их ценного опыта обучения.        — Позвоните кому-нибудь из учителей, — сказал он после долгой паузы, — телефон на кофейном столике. Код 8175, — Он указал на свою голову. — и помогите мне найти, откуда кровь.- Никто из них не терял времени даром, принявшись за дело. Асуи взяла телефон и пролистал скудный список контактов, пока Яойорозу помогала ему переместиться к одному из обеденных столов, чтобы получить лучший угол обзора.        — Вы ударились головой при падении? — спросила она, создавая пару перчаток. Надев их, девушка осторожно раздвинула волосы, ища рану.        — Нет, раньше. Вероятно, отчасти из-за этого мы вообще оказались за окном, — Айзава наклонил голову, как она указала, шея и плечо резко пульсировали при движении.        — Кому позвонить в первую очередь? — Спросила Асуи, садясь напротив него.        — Немури, — ответил он напряженным голосом, — Скорее всего, она уже проснулась. Я надеюсь, — Асуи кивнула и принялась звонить. Он почувствовал небольшуб боль там, где пальцы Яойорозу аккуратно ощупывали голову.        — Нашла, — сказала она, — Кровь уже подсохла, но здесь небольшой порез. Вероятно, может превратиться в довольно приличную шишку.        — Думаю, мне не стоит удивляться.        — Вы потеряли сознание, когда ударились головой?        — Нет.        — Это ведь хорошо, верно?        — Так должно быть. Но лучше быть уверенным.        — Она не отвечает, — сказала Асуи, когда звонок перешел на голосовой ответчик, — Ква. Оставить сообщение или позвонить кому-то еще? — Айзава раздраженно хмыкнул.        — Попробуй позвонить Ямаде.        — Хорошо, — Айзава на мгновение нахмурился; он уже собирался получить нагоняй, если Хизаши спит. Черт побери, да он и так, наверное, получит нагоняй. Телефон звонил недолго прежде чем услышали ответ.        — ШОТА, ДРУЖИЩЕ! ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?! — Глаза Асуи расширились, и она отдернула телефон от уха от громкости. Айзава послал ей извиняющуюся улыбку.        — Ква, извините, что звоню так поздно, Мик сэр, но это Цую Асуи. Мистеру Айзаве нужна помощь, чтобы добраться до больницы, — Громкость значительно упала, так что Айзава и Яойорозу остались наедине с окончанием разговора Асуи.       — Где вы? Как долго он там пробыл?        — Общежитие. Я точно не знаю, когда мистер Айзава добрался сюда, — Она посмотрела на своего учителя в поисках ответа, но он только пожал плечами, — Он тоже не знает.        — Принял. Я буду так скоро, как только смогу! — Асуи убрала телефон и уставилась на него, ожидая конца разговора. Это было быстро. Она положила телефон на стол и, подняв глаза, увидела, что Айзава устало улыбается. Он закрыл глаза, когда сон попытался овладеть им, сонливость побеждала даже сквозь боль.        — С вами все будет в порядке, учитель Айзава? У вас все еще идет кровь.        — Хм? — Айзава приоткрыл глаза и посмотрел вниз, на правый бок, где свежая кровь просочилась сквозь одежду. Должно быть, она снова открылась, когда он встал, — А, это. Не волнуйся, она неглубокая, — Яойорозу подошла к нему с другой стороны, чтобы посмотреть, что они имели в виду, и ее брови сошлись вместе в ужасе от количества крови.        — Нам, наверное, стоит ее почистить, чтобы она не воспалилась. И чем скорее, тем лучше, — Айзава открыл было рот, чтобы возразить, но его прервала Асуи:        — Пожалуй, лучше всего будет разрезать футболку прямо сейчас. Она испорчена, и в любом случае, в больнице просто срежут её, — предположила Асуи. Ну и черт с ним. Она была права.        «Дерьмо, — подумал он. — Это моя последняя. Придется снова пойти закупиться…»       Айзава обреченно вздохнул и положил локти на стол, пока Яойорозу искала ножницы в аптечке первой помощи. Она встала у него за спиной и разрезала футболку от подола до рукава, стараясь, как он заметил, не задеть руку или бок (что он оценил по достоинству). Однако это заняло целую вечность, и герой снова почувствовал, что опять теряет концентрацию. Он моргнул и сделал такой глубокий вдох, какой только позволяли его разбитые ребра, возвращаясь в настоящее. Футболка была благополучно снята, и он наклонился, чтобы начать разворачивать окровавленный шарф вокруг талии. Он не осознавал неловкого молчания, пока не закончил, скомкав тряпки и протянув Яойорозу. Когда она не взяла их, он поднял глаза и нахмурился в замешательстве. Девушки молча смотрели на него.        — Чтот' не так? — Обе студентки вздрогнули, выйдя из транса.        — П-простите…! — Яойорозу взяла скомканный лоскут, отбросила его и начала шарить в аптечке, с напряженным выражением лица выкладывая необходимые предметы на стол. Даже Асуи казалась взволнованной, когда она встала и потянулась за несколькими антисептическими салфетками. Придвинув свой стул поближе к мужчине, она начала осторожно вытирать кровь, окружавшую рану в его боку. Яойорозу тем временем занялась другими порезами и царапинами. Никто из девушек не произнес ни слова. Айзава нахмурился; обычно он был поклонником тишины, но сейчас она была… напряжённая. К несчастью, он понятия не имел, как ее прервать. Вдруг он сказал что-то не то? Сделал что-то не так? Или, возможно, он просто слишком много думает. В конце концов, было уже довольно поздно, и именно из-за него они всё еще не спали. Позже придется как-то загладить свою вину перед ними. Несколько минут никто не произносил ни слова, пока Асуи не прервала его размышления.        — Учитель Айзава?        — Асуи.        — Откуда все эти шрамы? — Подождите… Что? Он немного удивленно повернулся к ней, внезапно почувствовав себя гораздо бодрее. Она выглядела почти извиняющейся за то, что спросила. Может быть, именно это их и беспокоило? Они увидели его шрамы?        — Работа, — сказал он, внезапно почувствовав себя немного виноватым. Возможно, это была плохая идея. Теперь, когда он подумал об этом, он, вероятно, мог бы, должен был просто позвать кого-нибудь на помощь сам. Он бы мог избавить себя и девочек от этого. Яойорозу на мгновение оторвалась от своего дела.        — Вы получили все это, — сказала она дрожащим голосом, — сражаясь со злодеями? — Айзава нахмурился, чувствуя нарастающее напряжение.       — Большинство.        — А остальные? — Тихо спросила Асуи. Он тяжело вздохнул.        — Ты не станешь профессионалом, пока не наткнешься на несколько коряг, — честно пробормотал он, — Такова уж действительность. Жестоко, но именно это и значит быть героем. Ты хорошо дерешься, тебя переодически сбивают с ног. Иногда ты добиваешься успеха, иногда нет. Но несмотря ни на что, ты возвращаешься и делаешь это снова.        — А оно того стоит? — Айзава посмотрел на Асуи сверху вниз. Девочка не смотрела на него. Ее взгляд был прикован к локтю. Тому, который разрушила Причуда Шигараки в USJ. Неужели она видела, как это произошло? Он немного поколебался, прежде чем протянуть руку и положить ее на голову девочки. Ее глаза затуманились, когда она снова посмотрела на него.        — Когда я оглядываюсь назад и вижу людей вокруг меня благодаря моим усилиям, то могу без сомнения сказать, что оно того стоит, — Это заставило ее улыбнуться. Позади себя он услышал тихие всхлипы Яойорозу. На самом деле это было забавно. Он никогда особо не задумывался о том, чего стоит быть героем. Оно просто пришло само собой. Профессиональный риск. Этим девочкам… Ну, он мог только догадываться, что это значит для них — увидеть последствия своими глазами. Может быть, это было то, что им нужно было узнать, размышлял он. Не то чтобы у него могло войти в привычку показывать свои шрамы ученикам, но, возможно, время от времени, в качестве своеобразной проверки реальности, это не повредит.       После этого снова воцарилась тишина, но уже не напряженная, когда Асуи и Яойорозу закончили очищать его раны. Время от времени она прерывалась либо болезненным шипением, сопровождаемым тихими извинениями, вопросами о конкретном шраме и о том, как он его получил, либо если прикосновение к нему определенным образом причиняло боль. Айзава снова начал засыпать, не в силах держать глаза открытыми из-за боли, которая начала оседать по всему его телу. К счастью, они быстро закончили работу и вскоре перевели его на диван, где он мог бы с большим комфортом подождать, пока не приедет Ямада. Асуи подобрала брошенную куртку и накинула на плечи.        — Пр’стите, что задержал вас допозна. Вам лучше вернуться в постель, — Они упрямо покачали головами.        — Мы останемся с Вами, пока не придет Мистер Ямада, — твердо заявила Яойорозу, усаживаясь рядом с учителем.        — Мистер Ямада, — с ухмылкой повторил Айзава, откинув голову на спинку дивана, — Он терпеть не может, когда его так называют, — Асуи села с другой стороны от него, вытянув ноги так, чтобы видеть его лицо, — Вы должны называть его так, когда он приедет, — задумчиво произнес он, пока она устраивалась поудобнее.        — Кстати, я хотела спросить вас кое о чем, мистер Айзава.        — А?        — Ква. Это что, татуировка?        — …Хм? Какая татуировка…? — пробормотал он. В этот момент Айзава был настолько не в себе, что даже не мог припомнить, чтобы у него когда-нибудь была татуировка.        — Вот здесь, на груди.        — Татуировка? — Яойорозу наклонилась, чтобы взглянуть, куда указывала Асуи, — О, это же кои! И что же это такое? Лист гинкго? — Айдзава наконец вспомнил.        — Предполагалось, что это будет пара кои.        — А что случилось с той, другой? — Спросила Яойорозу.        — Не сделал ее, — Татуировка была очень простой. Когда-то это была пара рыбок кои, одна белая, другая черная, сделанная так, чтобы походить на традиционную японскую картину тушью. Неочень удачная драка со злодеем с ядовитой причудой привела к тому, что белая кои были почти полностью уничтожена. Теперь остались только черный кои и лист гинкго, который раньше был хвостом белого.        — Вау, мистер Айзава. Никогда бы не подумала, что Вы набьете татуировку, — заметила Асуи, задумчиво поднеся палец к подбородку.        — Это было давно, — сказал он, — И я набил ее только для того, чтобы кое-что доказать.        — Что это было? — Айзава нахмурил брови, честно пытаясь мысленно вернуться назад сквозь туман в своей голове. Чем больше он старался, тем больше ему казалось забавным, что самым интересным для них оказалось вовсе не множество сквозных шрамов, разбросанных по всему его телу. И не длинные белые линии там, где его разрезали, и не массивный след от укуса, занимающий большую часть нижней части живота. Что действительно привлекло их внимание, так это безобидный рисунок размером с большой палец немного ниже его правой ключицы, который он даже не мог видеть без зеркала. Он фыркнул, ребра сильно свело судорогой, но, несмотря на боль, он рассмеялся. Девушки обменялись смущенными взглядами, не понимая, что тут смешного, но смех Айзавы был странно заразительным. На самом деле они были уверены, что впервые слышат его. Прежде чем они поняли это, девушки тоже беспомощно захихикали, Яойорозу деликатно поднесла руку к лицу, а Асуи изо всех сил старалась не фыркать.       Именно тогда Айзава понял, что забыл сказать девочкам что-то важное. Именно в такие моменты, наполненные смехом, пусть и бессмысленным, когда чувствуешь себя как дома, вся эта кровь, пот и слезы действительно стоили того. Ну и ладно. В конце концов они все равно догадаются.        — Хей, хей, хей! Чего смеемся, слушатели? Недавний наш разговор звучал очень серьезно! — Смех быстро стих от удивления, когда вошел Хизаши Ямада, одетый только в потрепанные джинсы и едкую зеленую футболку. На нем даже не было обуви, — Если бы я знал, что вы так хорошо проводите время, я бы надел нормальную одежду!        — Говори тише, Ямада, люди все еще спят, — сказал Айзава хриплым голосом. Он закашлялся, сдерживая смех. Ямада приподнял бровь и тихо присвистнул, остановившись перед своим другом.        — Или страдают от сотрясения мозга. Хреново выглядишь, приятель.        — Бывало и похуже.        — Я знаю. Ты готов? Или мне просто оставить тебя наедине с твоими милыми, способными медсестрами? — Айзава раздраженно нахмурился, щеки немного покраснели.        — Это неуместно, Хизаши. Ради бога, мы же их учителя… — Ямада коротко хихикнул шлепнув себя по лбу.        — Прости, прости, ты прав! Давай, дружище, отвезем тебя в больницу! — Он протянул Айзаве руку, которого с обеих сторон поддерживали его ученики. Ямада закинул здоровую руку героя себе через плечо, стараясь держаться подальше от раненого левого бока мужчины. Он лучезарно улыбнулся девушкам, которые поднялись на ноги на случай, если нужна будет помощь, — Вы, девочки, сегодня очень хорошо позаботились о своем учителе. Держу пари, что вы обе будете профи в этой области! — Он двинулся, чтобы вывести Айзаву за дверь, но тот остановился, собираясь кое-что сказать.        — И еще кое-что: ни слова об этом другим ученикам, поняли? Не хочу, чтобы у кто-то думал о чем-то не том, — Он бросил прищуренный взгляд на Ямаду, который отвернулся, насвистывая с притворной невинностью.        — Вы можете на нас рассчитывать, мистер Айзава, — заверила Яойорозу.        — Ква. Выздоравливайте поскорее, — взгляд Айзавы смягчился.        — Конечно. Спасибо вам, Асуи, Яойорозу. Увидимся на уроках, — в конце концов он позволил Ямаде увести себя.        — Спокойной ночи! — воскликнули они в унисон.        — Спокойной ночи, дамы!        — Спокойной ночи.       Приведя себя в порядок и получив то, за чем они пришли сюда в первую очередь (полуночный перекус и стакан воды), Яойорозу и Асуи вместе вернулись на пятый этаж, тихо размышляя о ночных событиях.        — Было очень напряжно, — решительно сказала Асуи.        — Я всегда представлял себе, какие следы могут остаться от работы Про, — начала Яойорозу, — Но… — Асуи кивнула, все прекрасно понимая.        — Когда видишь это вблизи, все становится по-другому, — закончила она. Яойорозу что-то промычала в знак согласия, затем повернулась к ней и поморщилась.        — Ты ведь была там, когда он получил ту, у него на руке, верно? — зеленоволосая снова кивнула.        — Мидория и Минета тоже. Было действительно страшно. Мне до сих пор снятся кошмары; думаю о том, что случилось бы, если бы учителя не пришли вовремя.        — И я тоже. Джиро, Каминари и я однажды разговаривали об этом. Хотя я думаю, что мы все стали сильнее. Было неприятно, но это был ценный опыт.        — Ква. Как и сегодня? — Яойорозу улыбнулась.       — Как и сегодня.       Они снова замолчали, погрузившись в свои мысли. Обе в какой-то степени задавались вопросом, как теперь будут складываться отношения между ними и Айзавой. Может быть все изменится, а может они всё же каким-то образом станут чуть ближе к стирающему герою. Им нужно просто подождать и увидеть.       На этот раз Яойорозу первая нарушила тишину.        — У него татуировка… — удивленно заметила она.        — Он смеялся, — сказала Асуи, и недавнее воспоминание заставило ее улыбнуться. Они немного помолчали, прежде чем их снова охватил смех.