Голод

Вот уже прошло три дня, как Хэ Сюань оставил Ши Цинсюаня на своем острове. Все это время Черновод занимался тем, что бесцельно бродил по округе. Та зияющая внутри дыра так никуда и не делась, а напротив стала больше, грозясь поглотить все, включая и душу самого демона. Ужасный, неутолимый голод терзал его и день и ночь, не давая покоя ни на секунду. Сколько бы Хэ Сюань не ел — он не мог наесться. Казалось, что от поглощаемой еды аппетит только сильнее разыгрывался. Такое с ним случилось впервые… Раньше еда приносила пусть и временное, но все же облегчение, а теперь же все его усилия были тщетными. Черноводу даже пришлось явиться в Призрачный город, чтобы наконец утолить свое бесконечное желание еды, но, как оказалось, и это не помогло. Он пустыми черными глазами смотрел на хряка-повара, у которого уже закончились все продукты. — Г-господин, Черновод, у нас н-нет больше еды… пожалуйста, н-не ешьте меня… Хэ Сюань сглотнул набравшуюся в рот слюну и встал. Громкое урчание живота заставило его поморщиться, а Хряка сжаться. — Я ухожу. Демон-свин, щерясь в нервной клыкастой улыбке, активно закивал, да так интенсивно, что ещё немного и его голова бы оторвалась от шеи и улетела бы за прилавок. — Конечно-конечно, господин. П-приходите ещё! Однако стоило Черноводу развернуться, чтобы покинуть лавочку, как вокруг поднялся шум и гам. Демоны будто взбесились, выкрикивая приветствия и толпясь на улице. Хэ Сюань закатил глаза, уже прекрасно понимая, что это значит. Уж лучше бы он ушел несколько минут назад, тогда, возможно, получилось бы избежать встречи. — Я был удивлен, когда узнал, что ты появился в Призрачном городе. Обычно ты избегаешь моих владений, как огня. Что же изменилось на сей раз? Собиратель цветов под кровавым дождем довольно улыбнулся и сел за столик. Хэ Сюаню не оставалось ничего иного, кроме как последовать за ним. Именно этот момент выбрал его желудок, чтобы громко и протяжно заурчать. Хуа Чэн, услышав эту руладу, слегка приподнял бровь в своей обычной манере. Небрежный жест рукой, и их небольшой столик унесли и притащили другой: огромного размера и полностью заставленный едой. Хэ Сюань нахмурился и, сглотнув набежавшую от голода слюну, холодно бросил: — Я это не заказывал, а значит платить не буду. Черновод взял в руки палочки и стал с угрюмым видом есть. В некотором роде ему даже стало интересно то, почему Собиратель цветов явился к нему лично. Обычно князья демонов не искали общества друг друга, предпочитая держаться на расстоянии. Исключением могло послужить только если кто-то из них хотел попросить об услуге… Вот только уж лучше отрезать свои собственные руки и ноги, чем обратиться с просьбой к Хуа Чэну. Он конечно поможет, но потом с этим коварным демоном очень сложно расплатиться. Это Черновод познал на своей собственной шкуре. Он уже не раз проклинал тот день, когда обратился к этому хитрому лису. — Я просто пришел поесть. Блюда перед Хэ Сюанем быстро пустели, и расторопные демоны убирали их, заменяя новыми. Все время пока демон ел, Хуа Чэн молчал, ковыряясь палочкой в еде. Вдруг он мечтательно вздохнул и нежно пробормотал себе под нос: — Вот бы гэгэ что-нибудь приготовил сегодня для меня… Черновод, услышав эти слова, поперхнулся и громко закашлялся. Уронив палочки, водный гуль ударил себя в грудь. Даже если во всем мире не останется ничего съестного, кроме стряпни Его Высочества наследного принца, Хэ Сюань предпочтет жевать камни и грязь. — Кулинарный талант Его Высочества действительно… уникален. Довольный такой оценкой влюбленный князь Хуа Чэн кивнул и взял чашу с вином. Сделав небольшой глоток демон в алом лениво произнес: — Я пришел сюда не просто так… Какой сюрприз, как предсказуемо… Нисколько не удивленный Хэ Сюань тяжело вздохнул и снова стал есть. — Что ты хочешь? Я помню про свои долги, так что тебе не стоило тратить силы, чтобы напоминать мне о них. Собиратель цветов натянуто улыбнулся и положил свою голову на ладонь, наблюдая за гостем. — Я бы и не стал ради такой мелочи искать тебя. Видишь ли, я хотел бы узнать, что случилось с повелителем ветров. Черновод впился в кусок мяса зубами и скосил глаза на Хуа Чэна. — Забыл наш уговор? Ши Уду и Цинсюань должны мне, и я сам взыщу с них долги. Так что кто жив, а кто мертв — это не должно тебя волновать. Спасибо за угощение. Я наелся. Демон, потеряв интерес к разговору, поднялся на ноги и, даже не попрощавшись, ушел. — Что-то я сомневаюсь в этом… Собиратель цветов спокойно смотрел в след фигуре в черном, допивая чашу вина. Он уже понял, что Черновод не убил повелителя ветров. Хотя, возможно, этого человека ждала куда более ужасная судьба, чем просто упокоиться с миром. Только покинув границы Призрачного города Черновод смог хоть немного расслабиться. Этот разговор действительно подействовал ему на нервы. Хуа Чэн заботился только о интересах Его Высочества наследного принца, а он в свою очередь успел неплохо сдружиться с бывшим повелителем ветров. То что Цинсюань пропал, не могло не огорчать Се Ляня, и это сподвигло Собирателя цветов на эту встречу. По сути Хуа Чэн мог потребовать освободить Ши Цинсюаня, а Черновод едва ли мог бы ему отказать, учитывая положение сил и все те долги, что висели на нем мертвым грузом, но князь демонов этого не сделал, чем поневоле заслужил уважение Хэ Сюаня. Демон решил вернуться и посмотреть, чем же сейчас был занят Цинсюань. Наверняка он, как побитая собака, забился в угол и рыдал окруженный сумасшедшими, что липли к нему. Использовав заклинание сокращения тысячи ли Черновод вернулся в свои владения. Как обычно тут было тихо и пустынно — только безмолвные скелеты рыб провожали своего хозяина пустыми мертвыми взглядами. Однако стоило Хэ Сюаню подойти ближе к неприметной постройке, как он услышал крик повелителя ветров. Все в животе перевернулось от неприятного предчувствия и тревоги. Демон ринулся вперёд, ожидая увидеть что угодно, но только не это… Ши Цинсюань сидел в окружении безумцев и пытался почистить их одежду, при этом покрикивая на них. — Эх, каков наглец! Я отправлял тебя мыться, так какого демона ты не слушаешься?! Ха-ха… Ну и рожу ты скорчил! Я тебя не на казнь отправляю! Иди-иди, ворота открыты… Хэ Сюань от злости чуть не накричал на вполне здорового и адекватного Цинсюаня. За три дня этот ненормальный сдружился с этим сбродом, вынуждая их привести себя в порядок, и теперь проводил время, играя или болтая с ними. Бывшего небожителя мало интересовало то, что потерявшие разум люди его не понимали — достаточно было и того, что с ними можно было поговорить. Черновод сделал шаг назад, скрываясь в тени. Он так и не был замечен ни сумасшедшими, ни самим Цинсюанем. Хэ Сюань не знал, почему прятался в своем же доме, но отчего-то он не хотел, чтобы его заметили. Демон, хмурясь, наблюдал за Ши Цинсюанем не в силах отвести глаз от этой ненавистной улыбки. Что ещё он должен сделать, чтобы стереть ее с лица этого недоразумения? Почему даже потеряв свое положение и семью это ничтожество все также ярко и беззаботно улыбается?! Ему не больно? В голове демона Черных Вод прозвучал тихий, с намеком на улыбку голос: «Нам правда было весело вместе…». Смешок сорвался с губ Черновода, и он покачал головой. Эта фраза согрела его, подобно чаше с горячим бульоном, и голод, снедающий его, казалось немного ослабел. Хэ Сюань ещё долго неподвижно стоял на месте, наблюдая за дурачествами этого большого ребенка. Он успел, и подраться, и помириться с парочкой безумцев, а в конце дня он вообще принялся что-то стряпать, чем заставил мрачного демона немало удивиться. Прогоняя безумцев, как своих слуг, он собрал какие-то грибы и ягоды, и даже кто-то особо ловкий притащил пару крыс. У Ши Цинсюаня все получалось как-то легко и просто. Не прошло и часа, и он уже готовил на костре какое-то варево. Его странный запах невольно навевал воспоминания о стряпне Его Высочества наследного принца. Хэ Сюань поморщился, но его желудок жалобно заурчал. Черновод накрыл живот ладонью и с какой-то тоской посмотрел на творящийся у костра бардак. Бывший повелитель ветров смеялся и сыпал шутками, раздавая каждому свою странную еду, словно она была величайшим даром. В условиях строгих ограничений в качестве посуды они использовали все, что только было возможно. Оказалось, что Цинсюань успел сдружиться и с маленьким поселением демонов на острове, а именно они пожертвовали ему котелок и немного посуды. Когда все безумцы были накормлены и, поглаживая тощие животы, разбрелись кто куда, бывший небожитель взял одну чашу и подошёл к озеру, где хорошенько ее отмыл. Вернувшись к костру, он набрал в нее побольше странного по виду варева и отошёл с ним подальше от спящих. Хэ Сюань безмолвной тенью последовал за ним немало озадаченный. Зачем ему нужна ещё одна порция? Демон своими глазами видел, что бывший небожитель уже успел поесть со всеми. Ши Цинсюань огляделся по сторонам и поставил чашу с всё ещё теплой едой на плоский валун. Мужчина несколько минут стоял молча, а затем тихо произнес: — Мне… немного непривычно проводить столько времени вдали от тебя. Что бы ты не говорил — ты всё же оставил меня в живых, а разве не так поступают друзья? Ха-ха-ха… Я… скучаю по тебе, Мин И… Ох, прости, Хэ Сюань. Мне трудно запомнить, что ты это не тот ты, которого я знал. Ши Цинсюань медленно опустился на колени и низко поклонился, касаясь лбом сложенных впереди рук. — Пожалуйста, прости меня и брата. Я не хотел занимать твое место, но ничего уже не поделать. Прошлого не изменить, хоть очень и хочется. Мужчина встал и немного смущённо почесал щеку. Явно чувствуя себя крайне неловко, он указал на еду и хихикнул. — Знаю, что это не поможет тебе меня простить, но… просто я вдруг подумал, что ты тоже один сейчас и, наверное, голоден. Прими это не в качестве извинения или подношения. Просто… Эх, я делаю это уже три дня. Вряд ли ты вообще узнаешь про мою глупость… И это даже хорошо, потому что ведь тебя всегда раздражала эта моя черта. Хэ Сюань, я знаю, что ты ненавидишь меня больше всего на свете, и я тебе противен, но… знал бы ты, как я сожалею. Я даже не могу винить тебя в смерти брата — он погубил тебя первым. Я просто… просто хочу, чтобы все было, как раньше. Мне не хватает тебя… Ха-ха-ха. Ши Цинсюань поднял руку и стёр с щек бесполезные и глупые слезы. Они не могли ему ничем помочь — только стыдили. — Я пойду, а то эти ребята становятся буйными, если оставить их надолго. Пожалуйста, угощайся. Это конечно не блюда с Верхних Небес, но я честно старался… Мужчина улыбнулся и пошел обратно к ветхому строению, оставляя Хэ Сюаня в крайне противоречивых чувствах. Демон точно знал, что Цинсюань его не видел, так что это совершенно точно не было представлением. Медленно, но он все же подошёл к камню и взял чашу. Варево не вызывало особого аппетита и к тому же скверно пахло, но Черновод поднес чашу к губам и сделал глоток. То ли блюдо было настолько отвратительным, то ли напротив очень сытным, но голод демона тут же утих. Хэ Сюань озадаченно моргнул и буквально накинулся на еду. Бездонная пропасть внутри стала медленно уменьшаться, пока и вовсе пропала, а на давно остановившемся сердце неожиданно потеплело. Чаша дрогнула в руках Черновода, и он присел на камень. На его губах появилась лёгкая улыбка. Странный… этот Цинсюань был действительно странным. Хэ Сюань убил его брата, лишил его сил, но он все равно заботился и скучал по тому, кого считал другом. Ну разве он не дурак? Демон перевел взгляд на пустую чашу в своих руках и вдруг тихо рассмеялся. Поднявшись на ноги Хэ Сюань медленно направился к этому странному сборищу. Фигура Ши Цинсюаня четко выделялась среди всех этих бездомных. Он спал на спине, раскинув руки и ноги в стороны, но даже во сне этот неугомонный не замолкал. Бывший повелитель ветров тихо хихикал, то хмурился. Его бледные губы звали брата, а иногда и Мин И. Такой непостоянный и переменчивый, ну точно ветер. Хэ Сюань поставил пустую чашу рядом с мужчиной и присел, заглядывая в уставшее лицо того, кто долгие годы жил его жизнью. Видимо трехдневное пребывание на острове далось Цинсюаню не так легко, как Черновод думал с самого начала. Темные тени залегли под глазами мужчины: он теперь казался куда старше своих лет. Щеки впали, кожа приобрела нездоровый серовато-желтый оттенок. Перед Хэ Сюанем уже был не величественный и блистательный повелитель ветров, который славился своей щедростью — сейчас это был потрёпанный жизнью смертный без гроша в карманах. По сути, только рассудок отличал его от этих грязных оборванцев, что впервые за много лет спали не на пустой желудок. — Друзья… Хэ Сюань поднял руку и погладил пальцами скулу Цинсюаня. В его обычно холодном голосе сейчас звучала горькая насмешка. — Я никогда не был тебе другом, но ты настолько глуп, что не мог понять, что стояло за этими моими словами. Подушечки пальцев заскользили вниз и мягко надавили на покусанную нижнюю губу бывшего небожителя. Шершавая и обветренная — именно она казалась Хэ Сюаню особенно привлекательной. Он склонился и нагнулся, чтобы украсть с этих губ первый в жизни поцелуй. Однако стоило их лицам оказаться очень близко, как Ши Цинсюань резко распахнул глаза и сонно уставился на Черновода. Демон замер, раздумывая, что же сделать в сложившейся неловкой ситуации, но прежде, чем Хэ Сюань успел что-то предпринять, повелитель ветров сонно улыбнулся. — Мин И, ещё слишком рано… Дай мне ещё поспать! Проворчав ещё что-то Цинсюань схватил Хэ Сюаня за край черных одежд и повернулся на бок. Свернувшись калачиком бывший повелитель ветров снова прикрыл глаза и продолжил спать со сладкой улыбкой на лице. Черновод с трудом подавил порыв стукнуть этого глупца. Как всегда он слишком много и не вовремя болтает. Момент был упущен, и демон Черных Вод попытался вырвать одежду из рук Цинсюаня — тот так сильно вцепился в нее, что оторвать его, не разбудив, не получалось. Вздохнув Хэ Сюань просто расположился рядом и стал смотреть на ночное небо. — Завтра уходи отсюда. Тут тебе больше нечего делать. На утро Ши Цинсюань проснулся с сильной головной болью. Он не спал всю ночь не в силах унять свой бешеный стук сердца. Хэ Сюань ушел на рассвете. Он точно знал, что повелитель ветров притворялся — это было очевидно! Только глухой бы не услышал этот оглушительный бой барабана в груди! Ши Цинсюань сел и положил холодные потные руки на свои пылающие щеки. Ночью… Неужели его хотел поцеловать Черновод?! Да нет… быть того не может… Хэ Сюань же просто его презирал! Как можно хотеть поцеловать того, кого даже не считаешь за друга?! Стиснув спутанные волосы руками бывший небожитель в лёгкой панике опустил голову и лихорадочно стал хватать ртом воздух. — Меня хотел поцеловать… Хэ Сюань… Меня хотел… поцеловать… Ха-ха-ха… Мужчина закрыл пылающее лицо ладонями и стал его тереть не в силах поверить в то, что происходящее этой ночью было правдой. — Мне должно быть просто приснилось… Убрав руки Цинсюань повернулся и в ужасе уставился на пустую чашу. Его губы задрожали, выдавая волнение мужчины. — Не приснилось… Медленно улыбка расплылась по чумазому, но всё ещё красивому лицу. На длинных ресницах блеснули слезы, и мужчина счастливо засмеялся, перебудив этим всех умалишённых. Вскочив на ноги счастливый и оттого ещё более неугомонный повелитель ветров завопил: — Встаем-встаем! Пора уходить отсюда! Собираем вещи! Пора бы уже начать жить своей жизнью! Давайте, хватит спать! Впервые за всю свою долгую и блистательную карьеру Ши Цинсюань ощутил себя действительно живым. Ему даже стало легче дышать. Казалось, что гора, лежавшая на его плечах, просто исчезла. Бывший повелитель ветров с широкой улыбкой посмотрел на перепуганный сброд и засмеялся. Он ещё обязательно встретится с Хэ Сюанем, а пока он будет каждую ночь оставлять по чаше полной еды, уже зная, что на утро она будет пустой.