Обычный день в Вародурке

— А-а-а, — снова протянула пятнистая серая кошка, лежавшая на диванчике в кабинете психолога. Малик со вздохом поднялся со своего места. Он встал перед кошкой и с улыбкой протянул лапу. Та несколько раз моргнула, подала лапу и тут же психлог резко её поднял, но кошка снова бухнулась на диван, только на этот раз села. — А теперь ты встанешь и пойдёшь работать дальше, — в приказном тоне сказал Созвездие Цикады. — Сегодня ночью после работы отоспишься. Сияние посмотрела в глаза друга. На её морде было видно что-то между усталостью, страхом и ленью. Кот отвёл взгляд. Он взял санитарку под руку и вывел из своего кабинета. — Детишек на полдник вести пора, удачи! И не забудь попросить пару выходных у Мея, — бросил кот и зарыл дверь. Крем взмахнула тонким, но длинным хвостом, рассекая воздух, и посмотрела на часы. Действительно, время полдника. Но зачем вести детишек, если они всегда сами идут. Она обратилась к другу и психологу по совместительству за советом, но тот просто послал её работать дальше, назвав все проблемы обычной ленью и усталостью. Кошка спустилась в игровую зону, ожидая, что где-то через полчаса сюда прийдут все больные и за ними нужен будет присмотр. Пока что она решила полить фикус. Большой такой, тёмно-зелёный комнатный фикус, стоящий на входе в игровую зону. Больные его любят и называют Артёмом. Только вот бывало такое, что Артём становился жертвой экспериментов Пуфыстика… Полдник тоже прошёл вполне спокойно. В это время всегда давали что-нибудь вкусное, ни у кого рука не поднималась начать этим кидаться. Правда, лентовцы, заметив на столе две лишних порции — Пуфыстика и Рыжей — чуть не начали срач из-за них, но Пеструшка просто забрала лишние печеньки себе, а сок унесла на стол работников. Да, сегодня давали овсяное печенье и мультифруктовый сок. Через несколько минут все уже были в игровой зоне, занимались любимыми делами. Кто просто болтал, кто играл с игрушками, кто рисовал, а кто строил хитрые планы по захвату игровой и всей дурки. Главврач медленно-медленно поднимался на верхний этаж. Как бы ни не хотелось, но всё-таки надо выпустить певцов-революционеров. Перед дверью изолятора кот остановился и покопался в разных ключиках, которые были в его кармане. Наконец-то он нашёл нужный и отпёр замок. Едва раскрыв дверь, главврач заглянул внутрь. Рыжая мирно спала, развалившись на всю кровать, а Пуфыстик что-то чертил на стене, но оторвался от своего дела, когда заметил Мейсона. — Пуф, подойди сюда, — шепнул чёрно-рыжий кот, хитро глядя на спящую. Главврач прошептал что-то на ухо учёному, глаза его хитро сверкнули, а рот растянулся в слабой улыбке. Пуф кивнул и на цыпочках подошёл к ни о чём не подозревавшей кошке, наклонился над её головой и громко запел: «Арабская но-очь, дивный Восто-о-о-ок…». Рыжая подскочила на локти, растерянно хлопая глазами. — Зачем пугаешь? — грустно спросила кошечка у Пуфыстика, который, видимо, слегка испугался реакции, потому отошёл от кровати на метр. — Мейсон сказал по-другому тебя не разбудить. А я что, а я ничего… — ответил Пуф и скорее вышел из палаты. — Злой дядя Миша, — фыркнула Рыжая и последовала за серым котом, приглаживая взъерошенную после сна шерсть. Главврач вошёл посмотреть на рисунок Пуфыстика. На стене был нарисован сам Мейсон, целующий дутокрысу, вокруг криво закрашенные розовые сердечки и цветочки, а снизу подпись «Мейсон/дутокрысы канон» и роспись Пуфа. Кот шикнул от злости и вышел из палаты за художником, но того и след простыл. В игровой всё было тихо. Шубка рисовала Пеструшку по её просьбе, получалось очень хорошо. Асфальт и Серебролапа снова шипели друг на друга, но такое обычно происходило по нескольку раз на день, поэтому внимание на это никто сильно не обращал. Водо и Делит оживлённо о чём-то разговаривали, играя с плюшевыми котиками. Жужжащенькая с Мухичем перекидывали мячик рядом с фикусом Артёмом и тихо мурлыкали. Пуф ушёл к игрушечной кухне продолжать свои эксперименты с едой, лишь бы санитары не отобрали. Рыжая сначала немного постяла у входа и погладила фикус по листочкам, после чего отправилась заниматься любимым делом — бесить Шубку своей любовью. Никто и не заметил, что через час санитары куда-то ушли, оставив с пациентами одного Львиноцапа. Как оказалось, это была плохая идея… «Пошёл в игровую Вольноцап И сожрал он сто тринадцать ламп, И убил его Весомый злой За то, что он сожрал лампу его» — запела Жужа, искоса поглядывая на Львиноцапа. Тот вздыбил шерсть, но оставался спокойным. Кошка начала орать «Весомый злой». — Жъжъ, не зли эль Виноцапа. Лалок злить и обижать нехорошо! — воскликнула Рыжая с наигранной жалостью. — Хватит орать, — строго поднял голос Львиноцап и направился к кошкам, прихватив с собой смирительные рубашки из шкафчика в столе. Здесь они в каждом столе на всякий случай хранятся. — Бунд! — крикнул Мухич и кинул в санитара пластмассовый кубик. Жужжащенькая хихикнула и повторила за другом. Когда Жужа подняла лапу, чтобы кинуть ещё один кубик, Львиноцап успел схватить её. Но не успел он и слова сказать, как на кота кто-то прыгнул сзади, повалив на пол. — Пуф, тут кое-что получше подопытной дутокрысы! — Рыжая зловеще улыбнулась. — Злобный дядя Виноцап? Я его в кристалл превращу! — радостно воскликнул Пуфыстик. — Не трогайте Львиноцапа, лалки, — крикнула Серебролапа, отвлекшись от срача с Асфальт. Чёрная перекривила её, встала и ушла. — Это эль Виноцап лалка, — прокричала в ответ Жужжащенькая. Больные связали санитара в смирительную рубашку, несмотря на все его сопротивления и угрозы. Против толпы психов в одиночку, увы, ничего не сделаешь. — Давайте возьмём его в плен, а взамен на возвращение потребуем у тёти Мисон лучшие условия проживания? — предложил Делит. Все сразу же согласились. Все, кроме Серебролапы и Шубки. Первая продолжала ругаться и пыталась прорваться к бедному Львиноцапу, которому даже рот завязали, чтобы не орал, но кошку не пропускали. Шубка же просто собрала все принадлежности для рисования и ушла в коридор. Если позвать врачей сейчас, они точно всех по палатам разгонят, а белой кошечке ещё надо было закончить картину. К тому же, в коридоре стояли стол и лавочки, где можно спокойно посидеть в тишине.