Чумовая пятница

Как ни удивительно, Питера разбудил не будильник. С постели его сдернула сильнейшая боль в голове и груди. Он быстро осмотрелся и понял, где он и что произошло вчера. Ну да, он все еще в теле Тони. И судя по ощущениям, тело Тони умирает. Он метнулся в туалет, допустив ошибку и по привычке щелкнув выключателем. Вспышка света заставила схватиться за раскалывающуюся от боли голову. Питер согнулся над унитазом, и его вырвало. Отлично, это похмелье. Я заслужил. Это объясняло головную боль, но с фига ли в груди так болит? Выпивка не вызывает такой побочный эффект, не так ли? О боже, у меня сердечный приступ? Допрыгался, я умираю. — Пятница, набери мистера Старка, — простонал он, схватившись за живот и грудь и свернувшись калачиком. Тони, который в это время еще сладко спал, ответил лишь несколько гудков спустя. — Питер? — сонно произнес он. Часы на прикроватной тумбочке показывали четыре часа утра. — Мистер Старк, — прокряхтел он, — мне так больно. Эти слова окончательно разбудили Тони. — Шкет, что случилось? Что у тебя болит? Где ты? — Я в вашей комнате. Мой живот и грудь так сильно сводит от боли, кажется у меня сердечный приступ. — Пятница, просканируй! — приказал он. Питер отчетливо слышал как на другой стороне телефона Тони суетится, натягивает джинсы и собирает всё, чтобы в кратчайшие сроки добраться на базу. — Сканирование тела завершено. Отклонений не найдено, — произнесла Пятница. Тони замер на секунду и глубоко вздохнул прежде чем уточнить: — Шкет, а что ты вчера ел? Питер послушно назвал все блюда вчерашнего меню, вызвав у Тони смех. — Это изжога и несварение, Пит. В моем возрасте нельзя питаться подобным образом. — Тони откровенно потешался над ситуацией. Вот только Питеру было не до смеха, учитывая, что его все еще крутило от боли. — Чеши за аптечкой. Пятница подскажет что принять. И не забудь о болеутоляющем — поможет от похмелья. И следи за своим питанием. Есть все подряд сможешь, когда вернешься в свое тело. Тони подумал о возможности накормить парня клубникой в шоколаде. Из-за этого обмена Питер лишается многих удовольствий. Но все вернется на круги своя как только они поменяются обратно. — А сейчас я отправлюсь досыпать, мне через пару часов в школу, — Тони в жизни бы не подумал, что настанет момент, когда он снова скажет эти слова. Питер прервал звонок и нехотя поплелся к шкафчику и выбрал таблетки, на которые указала Пятница. Его лицо пылало от стыда, когда он медленно возвращался в постель. Хорошо еще, что у него была возможность проспать час или около того, прежде чем ему пришлось бы вставать. Все оказалось не так радужно. Полчаса он крутился в кровати, пока не почувствовал себя достаточно хорошо, чтобы снова забыться сном, а значит, проспал он меньше часа, прежде чем его подняла Пятница. Да кому вообще могло прийти в голову назначить встречу на семь утра? Душ помог прийти в себя. Хотя процесс был куда сложнее, чем обычно: Питер мылся с закрытыми глазами, стараясь практически не прикасаться к себе, даже несмотря на то, что очень хотелось. Господь свидетель, как сильно хотелось. Питер старался тщательно поддерживать чистоту тела Тони, раз уже он его временно арендовал. Да, возможно некоторым частям тела досталось больше внимания, чем остальным. И да, это было очень приятно. Но это ни при чем. Пятница одернула его, когда он потянулся за чашкой приготовленного Стивом кофе. Видно кофеин мог спровоцировать жжение в груди и несварение. Он взвесил все «за» и «против» и все равно жадно выпил всю чашку. Голова все еще трещала из-за похмелья, кофеиновая ломка не добавила бы ему приятных ощущений. И Питер был уверен, если бы Тони знал, как можно безопасно пустить кофе прямо в вену, он бы так и делал. — Тяжелый вечер? — спросил Стив, заметив симптомы похмелья. Питер промычал что-то согласное, не отвлекаясь от кофе, словно от горького напитка зависела его жизнь. Он удовлетворенно вздохнул, игнорируя обожженный язык. Стив с любопытством наблюдал за ним. Он знал, что Тони любит приготовленный им кофе, но раньше тот никому не позволял увидеть, насколько отчаянно он в нем нуждается. — Знаю, это не мое дело… — начал Стив. Наташа, сидевшая рядом, тут же обратила все свое внимание на разговор, ей было интересно какие границы допустимого пересечет Стив на этот раз. Питер знал, что Тони моментально пресек бы этот разговор, сказав что-то вроде «Вот и не суй свой нос куда не просят». Но он просто не мог заставиться себя сознательно нагрубить Стиву, учитывая, что он ничего плохого самому Питеру не сделал. Так что он просто промолчал. Стив воспринял это как разрешение и договорил: — Но у тебя все в порядке? Ты уже давненько так не… распускался. — Расслабь булки, Эльза, — съехидничал Питер, стараясь подражать Тони. Не идеально, конечно, но сработало. — Я всего лишь слегка повеселился. — И это была чистая правда. — В воскресенье вечером? — спросил он, приподняв бровь. Да, Питер определенно не продумал всё до конца. Может ли быть такое, что его гениальность наложилась на гениальность Тони и они взаимоуничтожились? — Не знаю, в курсе ли ты, но людям разрешено веселиться в любой день недели, Кэп. — Питер заглянул в холодильник в поисках чего-то, что можно закинуть в свой нежный желудок и не мучиться от предчувствия скорой смерти после этого. Его всегда поражало, какое количество еды хранится на базе в холодильниках и шкафах. Все было таким аппетитным, что слюни текли. Но на всякий случай Питер решил обойтись бананом. — А я-то думал, Питер на тебя хорошо влияет, — громко фыркнул Стив. — Вы ведь все выходные проводите вместе. — Питер никак не мог понять, почему все вокруг постоянно приплетают его. — Клинт сказал, что в прошлую субботу вы поругались. Ты поэтому так бесишься? Как же Питера достали подобные разговоры, которые все никак не заканчивались, как и его похмелье. Слышать их больше не мог! Люди оборачивали все так, словно он и правда что-то значил для Тони. — Ты прав — это не твое дело, — совершенно в стиле Тони ответил он, уходя из кухни и направляясь в спальню. Он знал, что это грубо, но ничего хорошего из этого разговора все равно бы не вышло.