Я не хотела

      — Ясуда-сан, думаю, мы сможем лишь смягчить его срок, но никак не оправдать. Ведь его обвинили в ужасном преступлении — в убийстве. Но вы же не думаете, что это — правда, что он — убийца? — с серьёзным видом говорил мужчина, не забывая при этом отпивать кофе.       — Я уверена в том, что он не убийца. Но, как я поняла, доказательств нет, чтобы оправдать его… Но я могу выступать как один из свидетелей, ведь незадолго до случившегося я видела его у кофешки «Тамагояки». Он мой друг, он не мог так поступить, я знаю его с детства, — в глазах Ясуды читалась мольба; мужчина и сам хотел помочь, ведь знал парнишку.       — Парня могут приговорить к пятнадцати годам лишения свободы, если эти, прости за выражение, недальновидные существа смогут накопать на него всякой бредятины, да ещё и всякой лабудой приправят. Ты же знаешь, что этим ребятам не важно, кто кого, а главное поскорее сделать и замять, — выругавшись, мужчина начал собирать сумку с документами.       — Но… Даже Марико не защищала его как-либо, хотя она его жена. Господин Тэдэши, вы же адвокат, пожалуйста, помогите смягчить его срок. Хотя бы до семи, я не прошу пяти лет, — молила мужчину Кохэку, уже собираясь стоять на коленях перед ним.       — Ясуда-сан, сначала проверяются личности пострадавшего и обвиняемого. Будут проверяться алиби, взаимоотношения, а главное — мотив. Я уверен, что кто-то стеллит под пацана, так что сильно сгладить срок не получиться. Он оказался в ненужном месте и в ненужное время. Я уже провёл опрос и сделал несколько тестов, так что я смогу убрать несколько лет. Через три дня состоится суд, так что не опаздывайте, Ясуда-сан.        После разговора они пожелали друг другу удачи, и девушка вышла из кабинета.

***

      — «Как будто на самом деле в прошлое переместилась», — подумала девушка со всё ещё закрытыми глазами; открыв сначала правый глаз, она потёрла левый и привстала. — «Ну, тогда я хотя бы смогла смягчить его срок до семи лет. Хотя, он всё ещё в тюрьме…»       — «Что такое тюрьма?» — спросила уже давно проснувшаяся Незуко.       У Ясуды аж мурашки пробежались от неожиданности. «Ну и как мне ей ответить? Она такая невинная, что даже такого слова не знает! Боже мой…»       — «Ну… Ты знаешь, что такое темница?» — осторожно начала Кохэку, вставая с кровати.       — «Нет», — это ещё сильнее усложняло ситуацию Коху.        — «Ладно, давай так: это такое место, где сидят плохие люди. Обычно такие места охраняют для надёжности, чтобы плохие люди не сбежали».       — «Их держат для того, чтобы они больше не совершали плохих поступков? Но если провиниться ребёнок, неужели его разлучать с родителями?» — на этом высказывании Кохэку конкретно зависла.       — «Нет… То есть, это немного другое. Ну, в смысле… Тут не дело в том, что ты сделал что-то плохое с точки зрения… Эм… Нет, не так… В общем, там сидят те, кто нарушил государственный закон. Сделал что-то непростительное».       — «Тогда, там должны сидеть все демоны», — вдруг сказала Незуко.       — «Ох, это немного другое… Не забивай себе голову этим, ладно?»       — «Ну, тогда ладно…» — как-то задумчиво промямлила младшая Камадо.        Ясуда нервно выдохнула. Наконец, привстав с кровати, девушка заметила, что комната стала чище после задания. Похоже, кто-то решил прибраться, пока она спала.       — Сейчас у меня крутится один вопрос в голове. Что означала её подсказка? Я слишком ленивая чтобы думать об этом, — как-то сама себе говорила Кохэку, пытаясь найти серебряную заколку.       — Точно! Книжка! — Ясуда неожиданно вспомнила про «Феникса» и подошла к книжному шкафу; на полках нужного предмета не оказалось. — Надеюсь, она исчезла навсегда.       — «Согласна с вами», — торжественно заявила Незуко, полностью рассматривая книжный шкаф; он был полон разными травниками или сборниками о медицине, были разные рассказы, четверть были романы, которые Коху давно успела прочесть.       Кохэку хотела только потянуться за одним сборником, как послышался тихий стук в дверь. «Мне кажется, или мне столько в прошлой жизни за пять лет не стучались?» — пронеслось в голове у девушки.       — Ясуда-сан, вы у себя? — глухо послышался знакомый голос, а раз знакомый, то нужно сказать «Войдите».       В комнату зашёл тот самый гетерохромный парень с бинтами на лице.       — Что вас привело? — выдавливая из себя вежливость, спросила Ясуда и присела на кровать (она помнит не самый радушный приём с его стороны по отношению к семье Камадо).       — Хотел вас спросить кое о чём. Как вы попали в тело Незуко Камадо? — сколько девушка уже не слышала этот вопрос, а он успел обрасти горький привкус.       — Я умерла в две тысячи семнадцатом году двадцать пятого мая, — сходу начала Кохэку, раз уж причин молчать не было. — Точнее я совершила суицид.       — Суицид? — удивлённо повёл глазами Обанай.       — Да, я спрыгнула с десятиэтажного здания. После чего я проснулась в теле Незуко, но я даже не хотела этого. Редко во снах ко мне приходит дева и что-то рассказывает, и последний сон был с какой-то подсказкой, — тараторила Ясуда, под конец задумавшись.       Столп змеи, мягко говоря, был в шоке от того, что почти ничего не понял. «Суицид, дева, сон, подсказка? Никогда раньше подобной ерунды не слышал… Интересно, про какую деву она говорит? Это может помочь…»       — Про какую подсказку вы говорили? Может, я смогу помочь? — поинтересовался парень со змеёй на шее.       — «Ему удобно со змеёй на шее? Буду надеяться, что она не ядовитая…» — Сейчас… «Оставь плоть и чужую душу, что так яростно защищаешь, под самым сильным врагом демонов», — сказала Ясуда и глянула в глаза Обаная.       — Под самым сильным врагом демонов… Наверняка это солнце, — сказал Обанай о первой своей догадке.       Тут глаза Ясуды странно блеснули, а веки поднялись кверху. До неё дошло.       — Тогда, плоть и чужая душа — Незуко? Она имела в виду, чтобы Незуко была в сознании и управляла телом, пока стоит под солнцем? — возмущённо вскрикнула Ясуда и резко встала; Игуро со своим другом-змеёй уставились на внезапно вспыхнувшую девушку. — А если она сгорит?! Я не хочу терять её, к тому же Танджиро и остальные… — тут Кох остановила свой яростный поток речи и задумалась. — «Деве не выгодно врать мне и убивать Незуко со мной раньше времени…» — А если она сможет побороть солнце?       Девушка нездорово блеснула глазами так, что даже парню стало не по себе. Обанай был удивлён такой заботой о сестре Танджиро со стороны Ясуды. Ведь они чужие друг другу. Может, стали подругами? Да, стали.       — Так как Танджиро тогда вколол в тело лекарство для иммунитета от солнца, она не должна будет сгореть, — задумался столп змеи.       — Как сказать, — усмехнулась девушка и подошла к окну.        «Запахло жареным», — Обанай наблюдал за действиями Ясуды, но когда та раскрыла занавеску, то вскочил и встал как вкопанный; вся рука начала расходиться тёмными полосами, за которыми тут же следовали ярко оранжевые.       — Но почему? Ведь лекарство… — ошарашенный Обанай присел обратно.       Он был удивлён такому раскладу. Теперь даже думать о том, чтобы подставить Незуко под солнце, не хотелось.       — Я сама не понимаю, но может это потому, что две души в теле, а владелец тела один? — Ясуда невзначай подошла к книжному шкафу; место под злосчастную книгу всё также пустовало.       — Не хватает одной книги? — спросил Игуро, стоя уже за спиной девушки.       — «Он что… Всевидящий?» — Что если я скажу, что сама не знаю? — загадочно ответила Ясуда и повернула в сторону гардеробного шкафа. Обанай только глянул на девушку косым взглядом и принялся рассматривать один травник.       — В эти дни могут появиться задания? — спросила Ясуда.        Кохэку выдвинула ящичек и обнаружила драгоценную заколку. Она дорожила ею, ведь эта простая вещица напоминала о тех счастливых днях. Сакура всегда напоминала о золотых волосах, будто солнечные лучи, и голубых глазах, залитых морем.       — Никто не может предугадать точность дней, но я уверен, что могут быть, — процедил сквозь зубы столп змеи. Коху ели расслышала слова Игуро, ведь тот слишком тихо говорил.       — Вот оно как, — кратко ответила девушка, встряхнув бровями вверх.       — Мне пора идти, сегодня вечером к вам наверняка ещё кто-нибудь наведается, — сказал Игуро и прошёл к седзи, плавными движениями проскользнув сквозь них.       — «Он реально как змей…» — Так, теперь надо прочесть этот сборник. Со скуки всё кажется весёлым, — говорила себе под нос Ясуда и открыла книжку с тёплым цветом обложки.       — «Кохэку-сан, вы так много читаете, это достойно восхищения», — сказала Незуко, читая сквозь зрение Ясуды книгу; на щеках Коху появился лёгких румянец (она очень долго не слышала такую желанную похвалу).       — «Ничего особенного, в прошлой жизни я много читала. Но по большой части романы или новеллы», — ответила Ясуда младшей Камадо.       — «Что такое «новеллы»?» — озадаченно спросила Камадо у Коху.       Девушка вспомнила о том, что такого названия сейчас даже и не существует. Так ещё и никто даже не догадывается, что в будущем это будет настолько распространено.       — «Ну, это похоже на романы», — попыталась хоть как-то объяснить Кохэку. Незуко это хоть что-то и дало, но она всё равно не так поняла. Ясуда сдалась объяснять частички современного мира.

***

      — Ох, Игуро-сан, как там Ясуда-сан? — спросила неожиданно подбежавшая к столпу змеи Канроджи.       Как же парень сдерживал краску, но всё равно не смог контролировать лёгкий румянец. Хорошо на нём была повязка. Но Митсури только мило хлопала ресницами, ожидая ответа.       — С ней всё в порядке, — «Могу ли я рассказать о том, что она мне рассказал?» — задался вопросом Игуро; он даже не спросил у Ясуды, может ли он рассказывать кому-либо или же нет.       — Это хорошо, — обрадовалась Канроджи, прямо-таки сияя от радости.       Игуро этому ещё сильнее смутился, поэтому решил пойти куда-нибудь в сторону. Столп любви, недоумевая, глядела своему товарищу вслед.       — «Неужели я его чем-то обидела? Ох, наверняка, так и есть!» — подумала Митсури и заметно расстроилась.

***

      — Мда, не самая хорошая, конечно, но сойдёт для новичков, — сказала Ясуда и положила книгу на рабочий стол, за которым она ужасно редко сидела (только если почитать книжку или же написать о чём-нибудь).       Ясуда прошла к шкафу, но остановилась на полпути. Заметив зеркальце, к ней пришла довольно интересная идея:       — «А может, приодеться? Макияж там сделать, причёску изменить. Что скажешь, Незуко?»       — «Давайте!» — весело ответила младшая Камадо и заметно стала веселее.       Коху была рада этому и поспешила дойти до шкафа. Открыв его, девушка схватила несколько красивых кимоно, украшений и косметику, которую принесла Канроджи на случай «Если вам будет скучно…»       — Так, лучше начать с простого… Одежда, — сказала самой себе Коху и приложила к своему телу красное кимоно.       — «Кохэку-сан, я думаю, лучше выбрать что-то спокойнее, слишком броское я никогда не носила», — предложила Незуко, рассматривая слишком яркое кимоно.       Оно казалось лучше подходить на праздники, а лучше на Новый год. Ясуда согласилась с этим и убрала все яркие кимоно в шкаф. Осталось только три.       — Какое же выбрать: белое, жёлтое или фиолетовое? — было очень тяжело выбрать между этих трёх, ведь все три были к лицу Незуко.       — «Д-давайте, жёлтое», — от чего-то смутившись, пролепетала Незуко и залилась румянцем. Ясуда удивилась выбору Камадо, ведь думала, что ей приглянулось бы белое.       — Хорошо… — Ясуда взяла жёлтое кимоно в цветочек. Тут-то цвет и напомнил светловолосого истребителя. — «Ха-ха, теперь понятно, почему она выбрала жёлтое», — подумалось Ясуде в разрыве между мыслями девушек. Переодевшись, девушка решила сделать прическу.       — Так, я не профессионал в этом, так что сделаем какую-нибудь косичку, — сразу предупредила Ясуда о своих умениях. Сделав объёмную косу, девушка глянула в зеркало. — «Миленько».        Прошло совсем немного времени, прежде чем девушка посмотрела на свою юную подругу с лёгким макияжем со стороны. Лёгкий румянец, подкрашенные губы — всё так хорошо смотрелось, что теперь не было больше вопросов на счёт первой красавицы, коей называл Танджиро свою сестру.       — Вау… Красота уж точно, — изумлялась Ясуда.       — «Вы так красиво меня нарядили. Очень красиво», — улыбнулась Незуко, посмотрев на себя сквозь зрение бывшей офисной леди.

***

      — О-ого, очень красиво, госпожа Кохэку, Незуко, — сказал Танджиро, разглядывая девушку со всех сторон, пока Зеницу лежал без сознания.       — Огромное спасибо, — ответила Ясуда и снова посмотрелась в зеркало.       Дрожь пробежалась по всему телу, когда она увидела там не младшую Камадо… То есть, одежда с причёской были теми же, но само лицо — это точно была она. Она сама. Та самая Кохэку Ясуда из прошлого. Холодная капелька пота скатилась со лба девушки и она проморгалась. На этот раз перед ней снова была младшая сестра Танджиро.       — «Конечно, осталось совсем чуть-чуть, наверное, поэтому я начала чаще себя видеть. И чаще начали сниться сны о прошлой жизни…» — подумала Ясуда, разорвав на время общение с Незуко. Танджиро заметил серьёзное лицо Ясуды и посмотрел в ту сторону, на которую был прикован взгляд Коху.       — Кохэку-сан, всё хорошо? — заметно забеспокоился старший Камадо.       — А? Да, всё хорошо, а что? — быстро нашлась Ясуда, наконец-то отведя взгляд от зеркала.       — Просто вы несколько минут смотрели в зеркало, и я подумал, что что-то вас тревожит, — ответил Камадо и глянул в сторону Агатсумы. Тот так и не пришёл в сознание.       — Наверное, он уже заснул, — вслух ляпнула Ясуда, даже не заметив этого. Бывает же такое, разрыв между мыслями. Ну, ничего, бывает так у всех, не только у неё. Но от мыслей её отвлёк стук.       — Кохэку-сан? — девушка услышала голос Токито и сразу же взбодрилась.       — Входи, Токито-кун, — став намного бодрее, ответила Ясуда. В комнату зашёл столп тумана и присел рядом с Танджиро. Тот был не так удивлён, как в прошлый раз.       Муичиро сразу приметил новый образ девушки. Тёплого оттенка жёлтого кимоно и её любимое украшение с цветком сакуры прекрасно сочетались. И не яркого красноватого цвета помада была ей к лицу.       — Вы сегодня очень красивы, — неожиданно улыбнулся по-детски столп тумана. Ясуда смутилась, но уже привыкла к таким резким изменениям в личности Муичиро.       — Д-да, спасибо, — своим заикнувшимся началом Ясуда выдала своё смущение, от чего оба парня начали странно пялиться на неё так, что девушка не выдержала и, легонько ударив щёки, отвернулась от них.       — Хорошо, оставлю вас. Наверное, есть важный разговор, — произнёс Танджиро и, прихватив край одежды Агатсумы, вышел из комнаты.       — Вам что-то было нужно? — спросила Ясуда после того, как старший Камадо ушёл. Муичиро только кивнул и посмотрел в зеркало.       — Никогда не думал, что увижу вас в прошлой жизни, — серьёзно прошелестел парень.       Ясуда замерла на месте, ошеломлённая такими словами. Глаза тут же округлились и напряжённо уставились на Токито.