Свобода Идиан (временно)

Чуя решила отправиться в место, где, по словами Виктора и Рейзела, она проживала с тех пор, как стала Главой собственного клана. Ну что же, сходила, посмотрела, ничего не почувствовала. Только сложилось впечатление, будто на экскурсии по каким-то местам давних сражений прошлась. Ощущение было странным, но Накахара прошлась по всей территории, разглядывая некогда наверняка большой и величественный, а сейчас почти полностью разрушенный и сожженный, особняк клана Дросия. — Нда… Кажется, Идиан во мне окончательно исчезла, раз я вообще ничего не ощущаю… — пробормотала она, почесав в затылке. Интересно, о чем бы подумала сама Идиан, если бы видела это разрушенное полностью гнездо, в котором она когда-то росла? Разве ей не было бы очень грустно? Там ведь наверняка остались воспоминаний о ее родных… Девушка тяжело вздохнула и сложила руки в молитвенном жесте, собираясь помянуть эту семью и молодую Благородную, которая могла еще жить и жить. — Ну, надеюсь, ты будешь покоиться с миром… Зеленоволосая никогда не была слишком мягкой, но и слишком жестокой она не была тоже. Эспер надеялась, что раз она смогла занять тело Идиан, то сама Идиан смогла упокоиться с миром и встретиться со своими родными. Владелица Смутной печали очень хотела, чтобы та не винила ее за это вселение. Она ведь даже за это не ответственна! Не хотелось бы, чтобы ее после преследовал неупокоенный дух… Хотя до этого Дросия не показывалась, так что, наверное, все разрешилось наилучшим для всех образом. — Интересно, тут есть сокровищница, или Благородные, разрушившие это место, уже все обобрали? — задумчиво протянула Чуя, но так как почти никаких (полезных) воспоминаний у нее об этом месте не было, она лишь осматривала местность и сами развалины, стараясь представить, каким бы могло выглядеть это место, если бы вся инфраструктура была сохранена. — С другой стороны они же вроде как Благородные, значит вряд ли станут заниматься мародерством. С другой стороны… А, ладно, я все равно никаких тайников, если они тут и были, не помню. Накахара еще некоторое время побродила среди обломков, повздыхала над прошедшей красотой (вряд ли у Благородных может быть ужасный вкус), безвозвратно ушедшей в историю, после чего неторопливо отправилась в ту сторону, где, предположительно, должны быть ее подопечные (Виктор и Кадис в том числе). Рейзел не обнаружился, зато обнаружился почти полностью слетевший с катушек Франкенштейн, которого явно собиралось поглотить Темное копье. А еще со спины к раненным (когда успели?!) модифицированным подпирался Раэль, явно собираясь не поздороваться. Был еще какой-то блондинистый тип напротив Ли, но на него девушка вообще не обратила внимания. — Приди в себя, мой прекрасный принц. — мягко захихикала эспер, аккуратно встряхнув мужчину, чтобы привести его в себя. Она вытянула из него часть этой темной силы, вернув ее Арахабаки (тот с удовольствием ухватился за нее, собираясь съесть ее). — Я, конечно, понимаю, что Темное копье возмущено таким неуважением к своей темнейшей персоне, но все же давай без режима берсеркера. — Чуя… — Виктор заморгал, как разбуженный ото сна, и мягко улыбнулся. — Спасибо, что вернула меня. — Всегда пожалуйста. — засияла владелица Смутной печали, после чего осмотрелась по сторонам. — Кстати, а куда делся Рейзел? — Ушел по делам. — Франкенштейн ответил, полностью обратив внимание на спутницу. Этим и попытался воспользоваться Раэль, поменяв свою цель на отвлекшегося владельца Темного копья. — Мда… И это Благородный… — с каплей над головой протянула Чуя, ловко хватая его за шкирку и приподнимая, чтобы пару раз встряхнуть, как расшалившегося котенка. И ей совершенно не мешало, что этот наглец выше нее сантиметров на шесть. Гравитация всегда в помощь, и это если не считать саму силу Благородной. Пацан этому событию (его никто не тряс, как тузик грелку?) настолько удивился, что аж впал в ступор. Так что Накахара не преминула этим воспользоваться, раза три еще хорошенько ударив его по заднице в наказание рукой. Только после этого блондинчик начал приходить в себя и пытаться дергаться, хотя слишком сильно злить девушку не рисковал. Видимо, представлял, чем это могло закончиться для него. — И кто же тебя учил со спины нападать, а, крыска Лариска? — Кто? — слабо вякнул Кертье, явно вообще не осознавая культурную отсылку. Кажется, нужно заняться его образованием в этом направлении. Впрочем, нет, пусть брат этим занимается. Самой зеленоволосой выше крыше и своих детей с модифицированными хватает. — О, Арахабаки, за что мне это? — возвела глаза к небу эспер, после чего укоризненно посмотрела на ребенка в своих руках. Тот предусмотрительно замолчал, лишь хлопал ошеломленными глазенками, явно не слишком понимая, что тут вообще происходит. — Спасибо, Чуя. — благодарно кивнул Франкенштейн, так как больше не волновался, что это блондинистое нечто может напасть на модифицированных и навредить им. В силах владелицы Смутной печали он уж точно не сомневался. Единственное, пожалуй, о чем стоило переживать, так это о целостности самого Раэля, но это его проблемы. Нападать со спины и правда самое низкое, что можно сделать. — Всегда пожалуйста. — отсалютовала та ему, не обратив ни малейшего внимания на застывшего посреди битвы еще какого-то странного высокого блондина, смутно похожего на младшего Кертье. После этого Накахара, опустив Раэля на землю и, достаточно сильно ухватив его за ухо, потащила его за собой. — Ой-ой, больно! — плаксиво проныл тот, морщась. — А нечего со спины нападать! — рыкнула раздраженно девушка. — Скажи спасибо, что я ничего серьезного тебе не сделала. Тем более, что ты попытался со спины на Виктора напасть! Между прочим, это невероятно низко! Тоже мне… Благородный… А ведь она могла. Да и Арахабаки как всегда проявил отчетливую кровожадность по поводу этого мелкого недоразумения. Впрочем, не удивительно, что их мнения в его случае сошлись. Картье мог оказаться действительно невероятным и талантливым Благородным, но вот его подлые поступки и по-детски вспыльчивый характер сводили все впечатление от красивой внешности на нет. Все же, красотой сыт не будешь. Тому было нечего сказать, поэтому он просто промолчал, обиженно надувшись. — Ребята, вы в порядке? — взволнованно спросила зеленоволосая, с беспокойством осматривая модифицированных. Те выглядели несколько потрепанно, но были определенно живы и здоровы. — Стоило мне отлучиться на несколько часов, так как я хотела посмотреть на место, где раньше вроде как жила, как вы тут же нашли себе приключения и пострадали! Кажется, мне придется серьезно браться за ваши тренировки… По телам парней пробежала испуганная дрожь, но они даже не думали спорить. По своему опыту знали, что если она что-то решила, то точно это сделает. И возражать не имеет смысла. Да и какой придурок вообще будет вставать на пути у танка? Они не самоубийцы, да и стать сильнее им действительно хотелось. — Ты… Ты еще кто?! — наконец привлек ее внимание незнакомый голос. Эспер ненадолго застыла, а потом резко обернулась, впиваясь крайне недружелюбным взглядом в высокого тощего блондина с двумя короткими черными кинжалами в руках. Чем-то он ей Дазая напоминал (ростом и тощестью?), но свое раздражение владелица Смутной печали даже не думала показывать. — Назови себя! — Брат, это Идиан! — тявкнул Раэль, и тут же взвыл, когда хватка на его распухшем ухе усилилась. — Идиан?! Ты?!!! — шокированно воскликнул Раджек, пристально изучая стоящую в отдалении Чую. Та лишь недовольно дернула бровью и нахмурилась, пробормотав: — И чего вы все так к моему имени прицепились?! Даже если так, то какое ваше вообще дело, Идиан я или нет?! Ее невероятно сильно раздражало, что каждая вторая собака прекрасно знает ее, хотя она о них практически ничего не может вспомнить. Все же, память Идиан была сильно повреждена из-за Лагуса Традио (Чтоб этот тип в котле с раскаленным маслом варился! У нее к нему столько злости, что просто никаких слов нет! Вот вроде убила уже этого мудака, так нет, он даже после смерти умудряется ей подгадить!!! Это определенно талант…). Тот хорошо постарался, чтобы превратить Дросию в пустую марионетку, и если бы не своевременное вселение самой Накахары, у этого старого сморчка были все шансы добиться желаемого. И как же ее бесит, что она понятия не имеет, кто этот тип, если не считать, что ей уже сказали, что он — старший брат Раэля. У Идиан если и были о нем воспоминания, то куча подчиняющих зелий и другие факторы почти полностью все стерли из ее памяти. Так что от воспоминаний о Раджеке остались какие-то смутные ощущения, которые даже определить не получиться. — Идиан… — Да чего ты ко мне прикопался?! Я все равно ни хрена не помню! — возмущенно рявкнула девушка, раздраженно топнув ногой и оставив в земле внушительную вмятину. Она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться, после чего гораздо спокойнее продолжила. — Даже если мы были когда-то близки, то прощу прощения, но у меня амнезия. Поэтому я действительно практически ничего не помню. И вообще… Виктор, заканчивай уже. — капризно сообщила она Франкенштейну, фыркнув. — Может, развлечешь его немного поактивнее? Давай, заканчивай уже, а то Кадис наверняка влип в очередную переделку и без нас! Тем более, меня детеныши дома ждут! Ты ведь сам прекрасно знаешь, как хорошо Шинву себе приключения ищет! Она не знала, куда именно почапало это чудо-юдо с титулом Ноблесс, но пятой точкой чувствовала, что приключения тот наверняка уже нашел. Так что стоило поторопиться и добраться до него прежде, чем он покалечится или покалечит кого-то другого. Да и с Ханом все было совершенно верно, этот рыжий искал неприятности себе с настоящим профессионализмом. Нет, он едва ли погибнет, но ведь и в больницу его класть уж точно не хотелось. Кроме того, если Кадис погибнет, то дети расстроятся. Да и сама Чуя все же умудрилась к этому болезному (иногда казалось, что на голову) привязаться… — Тогда я закончу быстрее. — решительно сообщил Виктор, внимательно посмотрев на Раджека. Однако тот не спешил нападать, внимательно смотря то на своего противника, то на Накахару, то на общую композицию, в которую был включен и его брат. — Что ты имеешь ввиду, говоря, что у тебя амнезия? — наконец спросил тот, нахмурившись. — Так, у меня нет никакого желания отвечать. — помассировала виски девушка, вздохнув. — Виктор, будь зайчиком, объясни ему все. Тем более, я голодная и хочу есть! Давай шустрее! — За зайчика ответишь! — недовольно буркнул тот, но жажды убийства от него так и не последовало. Может, потому, что зеленоволосая капризничала, совсем как маленькая девочка? Ну, или он к ней все-таки привязался, несмотря на их вечные подколки в сторону друг друга. Пока Франкенштейн не слишком охотно разъяснял старшему Картье всю ситуацию, связанную с Чуей (Идиан), сама эспер тем временем читала Раэлю строгую лекцию о недопустимости подобного поведения. Она решила, что долгие и нудные нотации, подтвержденные хорошими ударами по попе, пойдут ему на пользу. — Как я уже сказала, если тебя не воспитывает твоя семья, за воспитание возьмусь я. — угрожающе улыбнулась она. — Тем более, что опыт у меня уже есть. Ей показалось, или Раэль трусливо сглотнул?