Временные трудности

На Красной площади как всегда было людно.Коренные москвичи, туристы, русские и иностранные, гастарбайтеры, стражи порядка и, конечно толпы вездесущих китайцев. Самое большое столпотворение было у храма Василия Блаженного, кремлевской башни с красной звездой на макушке и у мавзолея, где покоился, его революционное величество В.И. Ульянов-Ленин отец Советского Союза. В этой разномастной людской толпе, что стремилась сделать побольше красивых фото и побыстрее осмотреть самые главные достопримечательности Москвы, ничем не выделялись усталый мужчина, лет тридцати, держащий за руку худого мальчонку с кардиостимулятором.Подумаешь, люди как люди, кто только не приходит поглазеть на Площадь. И никому, из толкавшихся на площади людишек, не приходило в голову, что этот, с виду образцовый отец-одиночка с больным ребенком, может быть самим Третьим Рейхом с сыном. Да, многие люди знали как выглядит кровавый диктатор, но это лишь отчасти касалось его воплощения. Но на Площади находился и еще один субъект, играющий в этой истории далеко не последнюю роль.Высокий, широкоплечий мужчина которому едва перевалило за тридцатку, с ясными карими глазами.Легкое пальто нараспашку, черные брюки и неизменная военная выправка, не заметить которую мог только слепой.Он медленно прогуливался, не обращая внимания на людей, наслаждаясь спокойным днем. Наверное, многим уже стало понятно, что за персонаж объявился в этой главе.Кто-то считает его мразью, кто-то оправдывает, но многим, думаю, еще остается не совсем ясным, что этот персонаж будет делать дальше.Да-да, этот человек-никто иной как Советский Союз. Натурой он был вполне добродушной, но война наложила отпечаток на его характер.Впрочем, война меняет многое, а в Союзе изменились незначительные аспекты личности, что тоже достойно уважения к его персоне. Многое СССР повидал в своей, относительно безбедной и счастливой жизни, но чувство ненависти не обошло стороной и его.Нетрудно догадаться, кого всей душой ненавидел коммунист и чего он желал этому кому-то. -Папа, с тобой все в порядке-сам не зная зачем, русский обернулся на звук детского голоса и замер.Он.Третий Рейх стоял, потирая ладонью лоб и мучительно морщась, а рядом с ним взволнованно переминался с ноги на ногу мальчик, чертами лица напомнивший Союзу себя в детстве и Рейха в детстве одновременно.Кто этот мальчик сомнений не оставалось. СССР мысленно проклял себя за недальновидность.Неужели он не мог подумать о таком развитии событий?!Мог, но не стал. Русский вдруг детально вспомнил тот день, восемь лет назад.Тогда, прошло еще не так много времени после распада его государства и Союз еще достаточно сильно переживал по этому поводу.Он мог выйти из себя, мимолетом услышав левую реплику о себе на улицах (тогда только и разговоров было, что о распаде СССР), что лишь подливало масла в огонь.В тот день, большевик сильно поссорился с Россией и Украиной, причем враждующие братья объединились, чтобы выпроводить его из Кремля.Он был очень зол, как назло вспоминались все косяки, давние и не очень и тут, он увидел Рейха, на усталом, измученном лице которого робко светилась улыбка. Почему-то сразу вспомнилось то, что совершил немец в прошлом.К девяностым, Союз уже давно смирился с ситуацией и просто принял тот факт, что Третий все еще жив, хотя ему было противно прикасаться к нацисту, пусть и бывшему.Маленькое счастье Рейха обожгло его и так уязвленное самолюбие, отвращение забылось, захотелось преподать урок этой твари, что он собственно и сделал. Позже, он не раз ругал себя за тот поступок, но Рейх не появлялся в здании собраний, а чувство вины по отношению к все еще ненавистному врагу, было достаточно необычным, поэтому совсем скоро забылось и Союз зажил обычной размеренной жизнью.Теперь же, вина снова вернулась, причем в удвоенной форме.Но к чувству вины примешивалась обида.Рейх даже не счел нужным сообщить о ребенке ему, отцу как-никак, а ведь у нациста и денег-то на содержание ребенка не было.И дураку понятно, что мальчик должен жить у Союза!Разве может этот монстр воспитывать ребенка?Чему он его научит? СССР решительно двинулся по направлению к нацисту, но тот его заметил.Глаза Рейха налились ужасом, он взял ребенка на руки и стал быстро пробиваться к автобусной остановке через толпу.Большевик тоже ускорился, но попробуй побегай по переполненной площади! Медленно, но верно, расстояние между Рейхом и Союзом уменьшалось, но судьба, наверное, в виде исключения решила сыграть на руку немцу и он успел сесть в автобус, до того, как его настигнет СССР.Русскому оставалось лишь гневно пнуть мусорный бак на остановке. Рейх устало откинулся на сиденье.Людей в автобусе не было, но это было даже к лучшему.Посидев с минутку, нацист с тревогой перевел взгляд на сына.Он был обескуражен поступком отца, но все же дышал ровно и спокойно, а датчики подтверждали его стабильное состояние. Руки у немца болели, также как и достаточно объемная группа мышц, которые он задействовал при этой "пробежке".Да, сын уже не пушинка, а он по-прежнему не очень-то силен. Такое стечение обстоятельств казалось Третьему невозможным, нереальным, но оно все-же произошло и теперь он старался во всем этом разобраться.А началось все с того, что кто-то из туристов рядом обронил фразу "ты чего такой напряженный?" и Рейха словно заклинило.В голове яркой вспышкой пронеслись воспоминания, ноги задрожали, а по всему телу активно забегали мурашки.Голова при этом болела жутко, а паника накатывала волной.Может, Союз и заметил его только потому, что он замер, как памятник Ленину, в центре оживленной Красной площади, чем и привлек внимание большевика? -Пап?-его дернули за рукав и Рейх вспомнил о сыне.Совет, как он ласково называл Советско-Нацистского Союза, обеспокоенно смотрел на него с соседнего сиденья. -Все хорошо, милый-бывший рейхсканцлер успокаивающе погладил свое чадо, несмотря на то, что сердце его бешено колотилось от пережитого. -Но я же вижу, что нет.Папа, что только что случилось?-настойчивый голос ребенка приобрел требовательные нотки. -Я просто, просто испугался одного человека-поняв, что проще будет ответить, сказал Рейх, выдавливая из себя фальшивую улыбку.-Однажды мы сильно повздорили и теперь он не очень-то меня жалует-отчасти это было правдой, ведь всем известно, что полуправда, пусть даже и приукрашенная, намного быстрее воспринимается людьми, чем ложь, даже очень правдоподобная. По маленькому телевизору в салоне автобуса, очередная реклама сменилась новой. -Мише три месяца и он смертельно болен-послышалось их динамиков и Рейх скривился.Он ненавидел такие рекламы-просьбы, ведь сам не мог воспользоваться такой привилегией.Если бы его лицо показали по всем телеэкранам страны, СССР тут же узнал бы о ситуации и забрал бы ребенка.Впрочем, теперь он уже итак знает.Но эту мысль Третий засунул подальше. Вечером, Рейху позвонил Сергей, сообщая о новом заказе.На этот раз выезжали поздно и у Третьего была возможность уложить Совета. -И жили они долго и счастливо-тихо закончил немец сказку и попытался встать, но детские ручки обвили его шею, не давая подняться. -Куда ты опять, папа?Почему ты все время уходишь?Останься со мной!-мальчик шептал Рейху в самое ухо, крепко прижав отца к себе и уткнувшись лицом в его шею. -Сынок, ну что за глупости ты говоришь?Мне надо идти, начальник вызвал меня на ночную смену.-немец попытался отстранить ребенка, но это оказалось не так-то легко.Совет буквально вцепился в него. -Не пущу!Не пущу!Не пущу!-шептал СНС, все крепче обнимая Рейха. -Ну как же ты не понимаешь?-стараясь не кричать начал нацист.-Это необходимо, нам нужны деньги на твое лечение, глупый ты ребенок!-СНС замер, а потом отпихнул отца и с головой накрылся одеялом.Немец-старший встревоженно дотронулся до него. -Совет?Извини, я не хотел, вырвалось...-Рейх заглянул под одело.Его очень тревожила ситуация, он не хотел обижать сына. -Уходи-Совет перевернулся на другой бок, всхлипывая-Уходи! Рейх вздрогнул, сердце уже привычно сжалось, но нужно было спешить на вызов, машина уже ждала его у подъезда.Нацист встал и тихо вышел из квартиры.Перед тем как уйти, он попросил фрау Гильмонт приглядеть этой ночью за Советом.