Презумпция невиновности

Pov Аня.       Завалившись домой, я сняла куртку и прошла в гостиную. Бросив верхнюю одежду на диван, я сама плюхнулась на предмет мебели и, зарывшись пальцами в волосы, запричитала. — Твою мать! За что мне всё это? — заныла я. — Какого хрена он припёрся сюда? Почему именно я должна заниматься этим делом?       Моё нытьё прервал телефонный звонок. Достав телефон из правого кармана куртки, я посмотрела на дисплей. На нём высветился номер Леонова, который в книге звонков записан как «Вестник смерти». — Да, Вахтанг, — ответила я на звонок. — Да, я просила Лёшу тебе позвонить. — Да, я понял, — послышался голос Вахтанга. — Что нужно сделать? — Ты нашёл в базе Следственного Комитета дело Лагина и список тех, кого он отправил на нары за последние полтора месяца? — спросила я. — Я уже всё нашёл и скинул тебе на почту, — ответил Леонов. — Спасибо, Вахтанг, — улыбнулась я.       Отключив входящий вызов, я пошла в свою комнату и вернулась в гостиную с ноутбуком. Вновь плюхнувшись на диван, я включила технику и подождала, пока всё загрузится. Надев очки для работы с компьютером, я начала работать. Просматривая скан дела, фотографии с места убийства, я пыталась сопоставить произошедшее. Что-то не собирался у меня Ваня в образ убийцы. — Нет, так я ничего не добьюсь, — выпалила я и, схватив смартфон, набрала номер Леонова. — Да, Ань, — раздался в динамике голос эксперта-криминалиста. — Вахтанг, ты ещё в отделе? — спросила я. — Да, и Лена с Лёшей тоже, а что случилось? — поинтересовался собеседник. — Я могу приехать и распечатать данные из дела про убийство, в котором замешан Лагин, — пояснила я цель своего визита. — Конечно, приезжай, — согласился Вахтанг. — Всё нужное найдёшь у Лены, в лаборатории. — Спасибо, Вахтанг, я сейчас приеду, — ответила я и отключилась.       Бросив взгляд на Норда, который до моего звонка мирно посапывал на своей лежанке. Пёс слез со спального места и, подойдя ко мне, сел напротив. — Ну, что, лохмотенция, поедешь со мной к Лене? — спросила я своего четвероногого друга. На это Норд одобрительно гавкнул. — Вот и отлично. Только сейчас приведу себя в порядок.       Скопировав нужные мне файлы на флешку, я выключила ноутбук и побежала в спальню. Сменив футболку на красную клетчатую рубашку, распустив и расчесав волосы, я схватила рюкзак и побежала в гостиную. Забрав флешку и кинув её в карман, я метнулась в прихожую. Накинув куртку-косуху и запрыгнув в туфли, я позвала Норда, и мы вышли из квартиры.       Выскочив из подъезда, я поёжила плечами, будто почувствовала, что кто-то следит за мной. «Мания преследования — самая распространённая болезнь у ментов», — как-то сказал мне Лёша. С появлением Лагина в Подольске у меня, возможно, появится эта болезнь. А может, чего похуже.       Сев в машину, я поехала в отдел. По пути туда, я карила себя. Почему Громов в приказном порядке сказал заниматься делом Лагина? Я же не адвокат, а следователь! — Вечно он влезет в какую-нибудь задницу, — проворчала я, сворачивая налево на перекрёстке. Проехав пару кварталов, я остановилась на парковке нашего убойного отдела.       Выйдя из машины и выведя пса, я поставила свой Volkswagen на сигнализацию и вместе с Нордом направилась в здание. Подойдя к обители Лены, я открыла дверь и, запустив во внутрь пса, зашла следом. — Привет, Лен, — поздоровалась я с женой своего напарника, которая сидела за компьютером. — Привет, Аня, — улыбнулась она и тут же переключилась на Норда. — Привет, мой хороший. Колбаску будешь?       На её вопрос Норд одобрительно гавкнул. — Держи, — и скормила моему псу ломтик варёной колбасы. — Лен, за комп пустишь? — спросила я. — Конечно, садись, — Жарова поднялась со стула и подошла к столу, где у неё стоят пробирки и другие химические принадлежности.       Подключив флешку и сделав нужные манипуляции, я стала ждать, пока принтер напечатает файлы по делу Лагина. — Мне сказали, что ты занялась делом Лагина, — прервала тишину Лена. — Ага, — подтвердила я. — Громов сам приказал заняться его презумпцией невиновности. За что? Почему я? — Потому что, ты — лучший следователь в городе, — сказала Лена. — Иногда, я сравниваю тебя с Максом. — Твой бывший муж, — вспомнила я того, про кого говорила Жарова. — Я читала про него, когда училась в Академии МВД.       Принтер весело зажужжал и через несколько секунд у меня были материалы по делу, которые есть на флешке, только в распечатанном варианте. — Спасибо, Лен, — поблагодарила я судмедэксперта, закинув бумаги в рюкзак. — Я пойду. — Счастливо, — попрощалась со мной молодая женщина, когда я с Нордом уже собиралась выходить из лаборатории. — Лагина, смотри, не прибей раньше времени.       Эта фраза заставила меня замереть в дверном проёме. Внутри меня закипели противоречивые чувства. С одной стороны, было стремление защитить Ваню и спасти от тюрьмы, а с другой, — очень хочется свернуть ему шею и закопать в поле под берёзкой. Сначала, нужно помочь Лагину с презумпцией невиновности, а потом, видно будет — прибить или на все четыре стороны отпустить. — Посмотрим на его поведение, — заявила я и вместе с Нордом вышла из обители Лены.       Двигаясь по коридору участка, я пыталась унять в себе злость, так как вспомнила время, проведённое в Москве. Именно из-за Лагина и его барышни на стороне, я заработала себе два шрама. Один сделан во всё левое плечо в виде веточки дерева, а второй — во всю икру правой ноги, напоминающий царапину, сделанную когтём какого-то животного.       Неожиданно левое плечо и правая нога заныли, отчего мне пришлось сесть на ближайший стул. Норд начал ходить около меня и поскуливать, привлекая внимание. Ко мне подбежал Алексей, который вышел и кабинета следователей. — Аня, — присел перед мной Леонидов. — Аня, что случилось? — Старые раны заныли, — отозвалась я. — Тебя домой отвезти? — спросил напарник. — Нет, не надо, — отказалась я. — Сейчас всё пройдёт.       Посидев ещё немного, я почувствовала, как спазм утих. Лёша помог мне подняться, хоть я его не просила. Это всё из-за тебя, Лагин! Это из-за тебя все шрамы на моём теле болят! — Ань, у тебя точно всё прошло? — в голосе Алексея проскочила нота беспокойства. Как бы меня Ленка к нему не приревновала. — О, чё, как Максимов, забухала? — из ниоткуда появился Гнездилов с издевательской усмешкой на своей тупой роже. — Гнездилов, честно, не до тебя сейчас, — отозвалась я. — Да точно забухала! — начал ржать племянник генерала. — Я смотрю, у тебя нога после прошлого укуса Норда перестала болеть, — влез в разговор Лёша. — Чё ты начинаешь, Лемонидов? — возмутился капитан. — Давай топай отсюда, — огрызнулась я. — Пока Норда не натравила. — Да охренела, что ли? — офигел Игорь. — Лёш, когда будешь бить морду вот этому, — я указала указательным пальцем на Гнездо. — Врежь пару раз от меня. — Я тебя понял, — кивнул Леонидов. — Я пошла, — сказала я. — Мне ещё версии отрабатывать.       И я покинула мужчин. Выйдя на улицу, я вздохнула и направилась к машине, а за мной бежал Норд. Запустив его на переднее пассажирское сидение, я села за руль и поехала домой.       Приехав во двор, я со своим псом поднялась в квартиру. Сняв верхнюю одежду, я направилась в ванную. Приняв душ, я переоделась в пижаму тёмно-синего цвета, состоящую из майки на тоненьких бретельках и штанов со шнурками и рисунком на правой штанине ниже бедра. А что? Я дома, могу позволить! Собрав влажные волосы в косу, я вернулась в спальню, взяла из рюкзака распечатки и вошла в кабинет.       Сняв с доски старые записи, я начала крепить распечатки. Прикрепив материалы, я начала разбирать дело Лагина. Справа от фотографий я расписала мотивы для убийства. — Изучая деятельность Максимова и покойного отца Лены, Жарова, я усвоила, что никакую версию, даже самую тупую, не стоит отвергать, — сказала я Норду, который лежал на диванчике в моём кабинете. — Как думаешь, Ваня мог убить Леру для того, чтобы ограбить?       Пёс гавкнул. — Правильно. Я тоже эту версию считаю бредовой. Даже если не смотреть на то, что эта версия — самая популярная для мотива, — и вычеркнула надпись «Ограбление». — Наследство… С какой это стати? Он даже женат на ней не был.       И провела маркером по слову «Наследство», делая пометку, что и эту версию исключаем.

***

      Я почти всю ночь провозилась с мотивами для убийства. Я пыталась проработать каждую версию, написанную на доске. Большую часть пришлось исключить так же, как «Ограбление» и «Наследство».       Глаза уже слипались, но я пыталась сделать ещё хоть что-то. Когда я снова начала клевать носом у доски, Норд гавкнул, как бы говоря: «Не спать!». — Ну тебя к чёрту, Лагин! — выпалила я и села на диван рядом с Нордом.       Немецкая овчарка заскулила и положила свою морду мне на колени. Я начала гладить Норда, чтобы успокоить вновь возникшую злость на Лагина. — Норд, я не могу не злиться на него, — приговаривала я, проведя рукой по шерсти собаки. — Он так накуросел в моей жизни, что просто невозможно смотреть на него без ненависти в глазах. Ведь, эти два шрама из-за Лагина.       Норд заскулил пуще прежнего. Ему самому было неприятно слышать про этого капитана. Тогда, мы вдвоём пострадали от его предательства. Два осколочных ранения достались мне, а Норд отделался пулей. Благо, что нас двоих вовремя успели спасти. Но мой пёс мог остаться без хозяйки, так как до приезда в больницу я сама пыталась вытащить осколки от взрывного устройства самостоятельно.       Из грустных воспоминаний меня вывело громкое сопение. Посмотрев на колени, я увидела, что Норд уже заснул. Улыбнувшись, я потрепала его по голове и взяла плед, который лежал за собакой. Укутавшись им, я постаралась лечь, чтобы не потревожить сон собаки. Когда же мне это удалось, я сама провалилась в царство Морфея. Усталость одержала победу над всем, даже над злобой на сына Веры Александровны.