Берег надежды

Берега, берега, берег этот и тот, Между ними река – моей жизни. Между ними река, моей жизни течет, От рожденья течет и до тризны А на том берегу, там, на том берегу Было то, что забыть, никогда не смогу…

А. Малинин «Берега»

США, Массачусетс, Инсмут вторая половина 1995 года.       Обустройство дома сопровождалось причитаниями Винки, о том, что предыдущие хозяева не хорошие люди, вывезли абсолютно всю мебель, осталось только несколько встроенных шкафов, да и площадь помещений оставляла желать лучшего: привезенная обстановка оставляла слишком мало свободного места. Пришлось закупать новую мебель, занимавшую меньше места, а продажа привезенной не возместила и половины затрат.       Город не нравился Бартемиусу: готичные здания тёмных цветов, минимум скверов и газонов, и частые туманы с моря. Местные жители не спешили заводить знакомства с приезжими, не смотря на общеизвестную общительность американцев. Прогулки по близь лежащим улицам удивили Крауча, у многих местных были машины, часто встречались грузовики с открытым кузовам: «пикапы», он не сразу вспомнил это название, но хватало и других разновидностей автомобилей, не самых старых моделей.        Осмотр города помимо ознакомления с колониальной архитектурой позволил найти источник информации: явно скучающий продавец, лет 35 на вид, из бакалеи «Фёрст-Нешнл», находившейся недалеко от его дома, рассказал, что современному Инсмуту не более 60 лет. Так как в 1930-х годах в заброшенный и преданный забвению Инсмут пришли маги, решившие получить собственное магическое поселение. К немалому удивлению магов в городе ещё были местные жители, со своеобразной внешностью и столь же своеобразной магией. Вскоре о Инсмуте окончательно забыли, решив, что он заброшен из-за эпидемии. Дома на окраинах города пришли в окончательное запустение и разруху, центр же был отреставрирован, бухта очищена от песка, Инсмут стал перевалочной базой для торговых и промышленных фирм магов. Железнодорожная ветка на Раули была построена, автодороги приведены в порядок, и в Инсмут потянулись маги, проживавшие в Аркхеме, Кингспорте, Данвиче, в основном из любопытства и для продажи сельскохозяйственных товаров…       Крауч учёл эти общие сведения, не представляя даже, где взять нужную ему информацию: финансы надо было увеличивать, так как перевод галлеонов в американскую валюту, конечно увеличил капитал, но не сильно. Так самой ходовой валютой американских магов был серебряный драгот. Так же имели хождение монеты в ½ драгота и ¼ драгота, так же именуемый «четвертак», отливаемый из бронзы, по мимо монет американские маги использовали маггловские доллары, которые меняли по курсу 3 доллара за 1 драгот. Английская валюта менялась по курсу 1 сикль на 1½ драгота, за галлеон давали 25,5 драготов, кнат считался равным ¼ драгота.              Неделю спустя после переезда Крауч сидел в небольшом дворике своего нового дома, изучая присланные местными властями требования, Бартемиуса удивляла оперативность работы бюрократов, и слухи утверждающие, что американцы следят друг за другом переставали казаться слухами. Письмо от аврора первого класса Брайана Тиллмана, содержало требование явиться в отдел авроров по адресу Мэйн-стрит 16, для получения разрешения на хранение и использование волшебной палочки и регистрации оной, прийти рекомендовалось до 17-го августа этого года. Второе было от мэра города Джереми Андраде, в котором было выставлено требование о регистрации вновь прибывших кандидатов в граждане Америки, с предоставлением подробной родословной.       Подкорректировав информацию о семье, не зря же сгорели архивы английского министерства, Крауч зашёл на Мейн-стрит, где располагался не только отдел авроров, но и вся МАКУСА, переехавшая туда в тридцатых годах. Конгресс расположился со всеми удобствами, занимая целых четыре особняка, соединенных множеством переходов на разных этажах. Регистрация палочки заняла минут пять, выяснение нюансов по гражданству – часа два.        Существовало несколько способов получить гражданство, подходящих для него только два: открытие бизнеса с обеспечением минимум десяти рабочих мест для американцев, магов естест-венно, или вливание в экономику от 600 тысяч долларов. Вложившие в экономику иностранцы и члены их семей получали Грин Карту, и только прожив на территории ОШСА два года получали гражданство. Бартемиус был озадачен: у него было всего 150 000 долларов. Какой бизнес он мог открыть?        Мэрия располагалась на площади Нью-Чёрч-Грин, в полумиле (0,8 км, 800 м.) от пирсов. Секретарь Пейдж Мэтьюс, выдала временное разрешение на проживание, по вопросу гражданства она повторила то же, что он слышал в Конгрессе, так же мисс Мэтьюс удивила посетителя заявлением, что его внуки в пять лет должны поступить в окружную школу № 7, дабы у них был документ об не магическом образовании, помимо магического образования. И видя недоумение на лице посетителя, снисходительно пояснила, что хороших рабочих мест в Америке не слишком много, чтобы занимать их иностранцами. Напоследок, Мэтьюс выдала методичку по заполнению налоговых деклараций и закрыла кабинет.       Методичка оказалась маловразумительной, пришлось покупать налоговый справочник, в котором подробно описывались все возможные налоги. Весь опыт Крауча не особо помогал понять написанное, прошло несколько дней, прежде чем Бартемиус разобрался с налогообложением. Событие, случившиеся в конце июля, отодвинуло размышления о возникших затруднениях на второй план.       Во второй половине дня, когда Крауч прогуливался по улице с внуками, налетел ветер, вопреки всем законам физики дующий перпендикулярно улице, не многочисленные прохожие заозирались, выискивая, что-то в небе. Вскоре все смотрели в северо-восточном направлении, откуда при помощи раскрытого зонтика спускалась женщина в темно-фиолетовом костюме. Явление дамы было эффектным, особенно впечатлились дети, и именно этого дама и добивалась.        Окинув цепким взглядом восторженные лица Элмайры и Каспера, женщина быстрым шагом направилась к Краучу, небрежно помахивая зонтиком. Крауч как опытный маг оценил небрежность взмахов, равно как и то, что люди потеряли всякий интерес к женщине, в совокупности это означало: в зонтике была спрятана палочка и дама опытный маг – не каждый может наложить невербальные чары невнимания.       – Я – Мишель Гомес, – представилась женщина, в голосе которой проскакивали властные нотки. – Сотрудница фирмы «Мэри Поппинс и Ко», которая облегчает магически одарённым детям не-магов, а так же иностранным малолетним магам влиться в магический мир Америки.       Мадам Гомес прервалась, наблюдая за оказанным впечатлением, а Крауч опять почувствовал дискомфорт: они, Краучи, хоть и потомственные волшебники, но не ровня местным, и у них в Англии такого не было, ходили слухи, что Дамблдор продвигал похожую идею, приводил доводы в виде создания новых рабочих мест для магов, у которых нет собственного бизнеса и которых не тянет в министерство. И что с того, что придётся финансировать за счёт налогов фирму? Всё равно при одном и том же годовом бюджете министерства финансирование отделов по связям с оборотнями и кентаврами сокращается, а бюджеты других отделов не увеличиваются. Вон даже ликвидаторов заклятий иногда приходится у гоблинов одалживать.        Тем временем мадам Гомес рассказывала перспективы сотрудничества с ней и фирмой: она поможет устроить детей в первый класс окружной школы, которую заканчивают все сквибы, и не потомственные маги, да и потомственные тоже. По крайне мере маги учатся до 7 – 11 лет, а затем – Салемская академия или Ильвельморни, и по окончании маги получают два диплома, что помогает тем, кто не найдёт себя в магическом мире устроиться хотя бы дворником. Мнение Крауча никого не интересовало, ему придётся уступить или будут приняты меры, вплоть до отправки внуков в приют и приёмные семьи, и не факт, что в одну и главное в магическую семью.       На Крауча наваливалась усталость, он слишком стар для перемен, с другой стороны наличие няни сулило выгоды: она местная и понимает, что к чему, о цене услуг речь не шла… пока. К счастью Мишель Гомес – оказалась приходящей няней, к тому же знающей своё дело, с обширным опытом и прекрасными рекомендациями. За короткий промежуток времени помогла оформить детей в школу, мягко и аккуратно начала готовить детей к учёбе, особенно Элмайру, которой в школу в сентябре. Крауч признавался себе, что помощь этой Гомес пришлась очень кстати, разгрузив и его и Винки.       Изучение экономического рынка, заняло всё свободное время. Наиболее крупными предприятиями города были: рыбная ловля (пять рыбоперерабатывающих заводов, рыболовецкие суда и часть торгового флота города принадлежали Кепвеллам и Локриджам), аффинажная компания Ульямсонов, занимавшаяся переработкой золота, сетевая бакалея «Фёрст-Нешнл», принадлежавшая Поттерам, и магазин волшебных палочек Йенкера. И владельцы этих предприятий не потерпели бы конкурентов, да и стать партнёром в отлаженном семейном бизнесе не представлялось возможным, так как владельцы бизнеса предпочитают банковские займы, но не реорганизацию бизнеса в акционерное общество. Про маггловские акции Крауч знал очень поверхностно, и где искать маггловские биржи в Америке не представлял вообще.       Но и тут помощь пришла от Гомес, предложившей организовать фирму по доставке и продаже специфической продукции, создаваемой магами Нового Орлеана. Так как вне пределов Луизианы очень немногие ею интересуются, и одной фирмы должно хватить. По крайне мере до восьмидесятых одна фирма вполне справлялась, пока один свихнувшийся француз не уничтожил всех сотрудников фирмы в 81-м, якобы по причине убийства его семьи сотрудниками фирмы. Утверждение данного француза не нашло подтверждений – следствие установило, что Лилиан Лефевр и полуторагодовалый Мартен Лефевр были убиты собственным мужем и отцом Француа Лефевром. В то время основным поставщиком ликвидированной фирмы были семья Антуана Моро, и Жак-Ив Кусто с сыновьями, младший из которых был убит в 81, а так же гаитянская и ямайская общины Нового Орлеана, практикующие «магию Африки», и не только Вуду.       Крауч напрягся – слишком гладко получалось, да и за 15 лет никто не занял нишу? Всё оказалось банально до безобразия в Инсмут не охотно допускались выходцы их Нового Орлеана, а коренным жителям вообще были откровенно не рады. Так что ни о каком их бизнесе речи идти не могло. Да и покупателей на специфический товар нью-орлеванцев и коренных народов Америки было очень мало, и основные покупатели обращались на прямую к производителям, хоть это и сопровождалось большими расходами, и не все знали, где именно искать производителей, а те не спешили выходить из тени.       Обдумав ситуацию, Крауч остановился на предлагаемой сфере деятельности, так как если фирма не заработает в ближайшие время, то месяцев через пять Краучу придётся покинуть Аме-рику на месяц: ибо временная регистрация закончиться. Да и лучше быть единственным постав-щиком ограниченного по официальному спросу ингредиентов, зелий и артефактов. Договорился с поставщиками и покупателями из Нового Орлеана – семьи Рополо и Крюс, из Инсмута – Джинелли, Донелли и Андраде, и неким Орогастусом, магом исследователем, живущим около Кингспорта, на Туманом утёсе. Семья Джинелли, имела неоднозначную репутацию, в основном благодаря Ри-чарду, среднему из трёх братьев Джинелли, считавшемуся гангстером, хотя обвинения так и не смогли доказать. Орогастус и Ричард Джинелли утверждали, что помимо закупок будут сбывать через фирму Крауча лишние продукты исследований за определённую цену, как будет отбивать её Крауч никого не волновало.        В первой декаде сентября в Инсмуте появилась фирма «Крауч Ltd», вложения в которую обошлись в треть имеющегося капитала, приличную часть которого съела аренда помещения под офис и склад, и аренда транспорта. Выходило дороговато, но это лучше, чем наплыв чужаков в его доме. Дела фирмы заняли недели, и когда всё пошло по накатанной и не требовало внимания двадцать четыре часа в сутки, и было получено американское гражданство, Бартемиус обнаружил, что на дворе конец октября, Элмайра уже два месяца посещает не магическую школу, где обзавелась друзьями, как и Каспер, правда здесь уже были подопечные других сотрудниц компании «Мэри Поппинс и Ко». И, невероятное дело, Мишель Гомес смогла даже произвести благоприятное впечатление на Винки, которая была очень недоверчивым эльфом. А тут абсолютно чужой человек из чужой страны и чужой культуры… Бартемиус почувствовал себя ненужным в собственном доме и в собственной семье. Дети, которых все считали его внуками, с радостью покидали дом, направляясь к новым и первым друзьям, о кузенах Блэках они и не вспоминали, слишком редко их видели, да и молодые Блэки не особо принимали их в свои игры…       Что бы отвлечься от неприятных мыслей, Братемиус занялся изучением законов страны и двух штатов которые теперь находились в сфере его интересов. Из дебрей юриспруденции его выдернуло письмо из ювиниального отдела МАКУСА, представитель которого, Роджер Торн, с типичной американской бестактностью интересовался действительно ли Эрнест Арчибальд Делавер, являющийся сыном Кантона Эверата Деллавера II, и внуком Эльфриды Крауч и Кантона Эверета Деллавера I, приходиться двоюродным племянником ему, Бартемиусу Краучу-старшему? А нужно это для того, что в случае его Крауча смерти, кому в первую очередь предлагать опекунство над его внукам. Братемиус перечитал письмо несколько раз, прежде чем до него дошёл смысл письма. Такого цинизма он не ожидал даже от американских магов.        «Чему я удивляюсь? Закон Рапапорт» – поморщился Крауч, вспомнив закон об изоляции магов, приведшей к серьёзному снижению популяции американских волшебников, из-за которого и неких беспорядков в Нью-Йорке (поговаривали об убийстве сына сенатора или самого молодого сенатора) с участием магов в 30-х годах МАКУСА, да и обычным магам пришлось переселяться в Инсмут. В ответном письме завуалированными выражениями Крауч рекомендовал не хоронить его раньше времени и о своих внуках он позаботиться сам.        Эльфрида Крауч… Это имя не давало покоя Бартемиусу: так звали старшую сестру отца, выбравшей в мужья американского метиса, к тому же магглорождённого, в то время как родители присмотрели ей другого, чистокровного мужа. Выбирали между Арктурусом Блэком и Корантеном Макмилланом, да даже братьев Амбридж: Оуэна и Орфорда, рассматривали. Однако тетка Эльфрида предпочла Дэллавера, с которым и сбежала лет за десять до рождения Крауча. В их семье не принанято было вспоминать эту историю, он сам о ней узнал на втором курсе, когда происходили странные нападения на маглорождённых и полукровок (одна маглокровка даже погибла), когда от нечего делать копался в списках наград полученных студентами Хогвартса, и нашёл пометку, что Эльфрида Крауч была ловцом и капитаном команды Райвенкло, и под её руководством команда выигрывала кубок по квидичу три раза подряд. И позже, в подшивках "Пророка" нашёл упоминание об американском загонщике техасской квидичной команды «Одинокая звезда» и американской сборной, Кантоне Эверете Дэлавере III, женившемся на эмигрантке, являвшейся ловцом в команде «Торопыги» из Оклахомы…        Выбросив из головы давнюю историю, сколько таких тайн было и сколько ещё будет, Крауч занялся более важными делами. 31 октября 1995 года. Эллиот-стрит, 29.        – Мда-а-а… их не ждали, а они явились, – недовольно заявил Эрнест Делавер, бросив исписанный лист бумаги на стол и подойдя к окну. – Ну, хоть не спешит знакомиться. Меня с семьёй абсолютно не интересуют бывшие родственники бабушки.       – А то, что дети змееусты? Причём оба сразу, а мальчишка ещё и метаморф? Или кузен: ты и дети могут похвастаться хоть одним таким умением? Или Эльфрида не унаследовала возможность говорить со змеями,– спросила сидящая в кресле Мишель Гомес, с долей насмешки глядя на кузена, с которым вела не самый законный семейный бизнес, даже по меркам магов. – «С чего такое пристрастие к милированию? Что он опять затеял, что ему надо выглядеть как шпана?»       – Она ненавидела змей, – раздражённо напомнил уставший Эрнест. – «Нашла время прийти со своими идеями. И что кузина задумала на этот раз?»        Мишель не стала тянуть нунду за хвост, и выложила свой план: убрать старика и использовать мелких как шпионов и убийц.        – А девчонка – тоже метаморф?        – Не знаю, время для проверки ещё есть…        – Стандартно два года? – обернувшись от окна, спросил Эрнест. – Долго… Джи!        В комнату вошло нечто напоминающее помесь человека и кролика. Издали существо можно было принять за ребёнка или карлика: невысокий рост, две руки, две ноги, одна голова… А на голове не большие кроличьи уши, и самой страшной деталью были глаза: небольшие белые точки на чёрной склере.        «Он всё-таки создал эту тварь?» – Мишель прошиб холодный пот, в то время как Эрнест отдавал приказания Джи на неизвестном ей языке.       Облик твари потерял форму, поплыл, и через несколько мгновений на её месте находился трёхцветный котёнок, месяцев трёх на вид.       – Ну вот! Отнесёшь Джи к Краучам? Ты всегда была хороша в отвлекающих чарах…– довольным тоном спросил Эрнест. И на удивлённое выражение лица собеседницы, пояснил: – У меня нет причин знакомиться с возможным дядюшкой, Краучи разорвали с Грэмс (примечание: бабушка) все контакты…       Мишель рассеяно кивнула, но вот шпион подельника ей был абсолютно ненужным, и даже опасным. Кинув внимательный взгляд на котёнка, сосредоточено вылизывающего лапу, Эрнест всегда любил многофункциональность, так, что и шпион не только шпион.        Через пару дней Каспер подобрал на улице трёхцветного котёнка, а Мишель разразилась лекцией об ответственности, вернувшийся в это время Бартемиус, довольно кивнул, уточнив что любая живность то ответственность, и только Винки заметила что и Братемиус и Мишель вкладывают слегка разные нюансы в понятие «ответственность», а позже вечером у няни и детей появилась маленькая общая тайна: котёнок, не понятной породы, поселившийся в детских комнатах. Бартемиус Крауч и домовушка Винки пребывали в уверенности, что кот был здесь всегда, что это модифицированная разновидность книзла, которых вывели как своеобразную защиту от незваных чужаков и тварей.       Дети с радостью возились с быстро растущим котёнком, Мишель же испытывала удовлетворение от прекрасно работающих чар рассеянья, её личное изобретение смесь сильно разбавленного вытяжкой из корней фирны Вредящего зелья и Конфундуса. Несколько недель спустя в сочельник Мишель получила письмо от кузена приглашение на рождественский ужин, где Эрнест сообщил, что и девчонка – метаморф, но гораздо слабее своего брата: пока могла менять только цвет волос. И пожаловался на въедливость своего дядюшки, слишком он следит за делами: не получается проводить неучтенные операции.       – Думаю, наведёте порядок сами? – сказала жена Эрнеста, Элоиза, в девичестве Смит, и, улыбнувшись, увела детей в спальню.       – И так, кузен, что ты решил? – спросила Мишель, рассматривая брата поверх чашки кофе.       – Метаморфы и так имеются, взять ту же Бишоп или Альвареса…       – Да, а сколько змееустов?       – Да разве что гадюку натравить, и то не факт, – безразлично ответил Эрнест, и через мгновение посмотрел на довольно улыбающуюся кузину, и на его лице отразилась такая же довольная улыбка.        Прошло почти два года. Каспер закончил первый класс, обзавёлся знакомыми и соперниками, основными из которых были кузены Торны, точнее из всей компании Торнов Каспера задирал одноклассник Эрик Торн. Кузены Эрика: Раймонд, Дэмиен и Марк Торны, относились к нему крайне не приязненно, но не спешили одёргивать и при разборе полётов выгораживали своего: да не охотно, но постоянно и дружно. Слишком опытный управленец, Барти Крауч видел те недовольные взгляды бросаемые на Эрика Торна его кузенами, когда они рассказывали, что Каспер Крауч сам во всём виноват и он первый начал. Преподаватели кивали, и ограничивались наказанием в виде писания строчек после уроков для обоих, но чаще Касперу приходилось убирать коридоры и спортивные залы, чем упражняться в чистописании, так как администрация явно не хотела раздражать богатое и влиятельное семейство Торнов, не взирая на их внутренние взаимоотношения. А Краучи… А что Краучи? Незначительное семейство натурализованных мигрантов, даже хуже местных магов первого поколения, как здесь именовали маглорожденных.        Элмайра поступила в Салемскую академию ведьм в сентябре 1997 года, письма домой были нечастыми раз в две недели и чаще брату и няне Мишель, чем деду, что немного расстраивало последнего. Обдумав ситуацию Бартемиус решил, что Элмайра расстроилась, что будет проживать в академии на полном пансионе, пусть это будет дороже, но таких студенток было большинство. Да и не аппарируешь в Салем постоянно       Днём в доме царила тишина, а на Бартемиуса навалилась тоска и скука (фирма не требовала его ежедневного присутствия в офисе), довольно быстро сменившаяся страхом: на него давили стены: привычные по Англии тёмные деревянные панели, тяжёлая, массивная мебель, и кот. Мордредов трёхцветный кот по кличке Бри, выросший за два года в крупного красивого зверя, никогда не мяукавшего, даже когда дети пытались его потискать, но такое случалось всё реже и реже. Как сказала Элмайра – «У него – странный взгляд». Тогда он не обратил на это внимание, мало ли что покажется, а недавно начало казаться ему: полгода назад он стал замечать этот «странный взгляд», слишком внимательный для обычного котаю. В сентябре, не смотря на то, что Элмайра всё же взяла кота с собой в Салем, он вернулся через три недели: своим ходом через два штата! Тогда Мишель трансгрессировала в академию, дабы успокоить волнующуюся подопечную правда кота с собой не взяла.       Дома Краучу казалось, что кот за ними следит. Занимает место на перилах второго этажа, откуда видна комната Каспера, и камин в холле, около которого он, Крауч, любил сидеть. Каждый раз, встречаясь взглядом с Бри Бартемиусу становилось не по себе, казалось кот на него охотиться, подкрадываясь с каждым днём всё ближе и ближе.        Единственными собеседниками оказались посетители спортивного бара, в трёх квартала от дома, на полпути к офису. Чаще всего он общался с Брайаном Уильямсом, владельцем бара и периодически барменом, и Брайан часто говорил об успехах своего сына, Рори, ставшего медбратом в больнице.       20 октября был плохой день, сорвались две крупные сделки, на которые Крауч рассчитывал, и в ближайшее время на такие денежные договора рассчитывать не приходилось. По предварительным прикидкам и этот год закончиться с чистой прибылью в 5000 долларов. Ровно столько он заработал за шесть месяцев в прошлом году. Бартемиус упорно не понимал, почему маги так цеплялись за валюту магглов, он поморщился, вспомнив те презрительные взгляды американцев и презрительно-безразличное «англичанин». По этому, как и по многим другим вопросам его просветила Мишель: валюта не-магов должна поступать, а магов первого поколения которые только и могли принести её в магический мир было не слишком много, а крупные фирмы работающие на оба мира не спешили вливать деньги не-магов в свой магический бизнес, находя лазейки в законах. На все попытки принуждения обмена валюты через филиалы отдела драготов и сокровищ закончились закрытием магического бизнеса, и снижением поступающих налогов и валюты. Так что оставались такие вот фирмы, вроде той, что принадлежали Краучам.       Было уже поздно, начали зажигаться фонари и Бартемиус, направился домой. Из не весёлых дум, Крауча вывел вскрик и шум борьбы. Свернув в проулок Крауч увидел, что какой-то мужчина насиловал женщину, а его подельники держали сопротивляющуюся жертву.       Бартемиус несколько растерялся: проулок был проходным, и на параллельных улицах прогуливались люди, но на сам проулок никто не обращал внимание. Барти кинул в преступников несколько обездвиживающих и связывающих чар, но попал только в двух, третий начал кидать заклятия в ответ, от пары Крауч прикрылся щитовыми чарами, от одного увернулся, но пятое ранило его. В этот момент, наконец, появились люди, оказавшиеся охранниками бара «Тиволи».       Нападавших перенаправили в аврорат, пострадавших в больницу, в которой Крауча оставили до утра, объяснив это особым проклятием не снимающимся финитой. А утром явился аврор, с вопросами о вчерашнем происшествии, беседа с которым заняла около часа. В холле гостиницы Крауч стал свидетелем безобразной сцены: владелец четырёх рыбоперерабатывающих заводов, и половины кораблей приписанных к порту Инсмута Чэннинг-Крейтон Кэпвелл, так же известный как Си-Си Кэпвелл («C.C.» Channing-Creighton Capwel), обвинял Лайонелла Локриджа, зашедшего в больницу за своей матерью, в организации нападения на его дочь, Идэн Кэпвелл.       – Да ради всех богов. СиСи! Зачем мне это делать? Идэн самая бесталанная и бестолковая де… женщина в Инсмуте, не учись она в Ильвельморни, её бы ожидал титул Самой плохой ведьмы Салема со всеми вытекающими последствиями, – ухмыльнулся Локридж, Кэпвелл с ненавистью взглянул на соперника в рыбном бизнесе. Медицинский персонал растерянно переглядывался из-за внезапной вспышки ссоры, а Локридж продолжал насмехаться над соперником. – Остальные твои дети тоже не могут похвастаться чем-то выдающимся. Мой сын придумал, как усовершенствовать «Плачущую Звезду» и эту модификацию приняли наши квидичные команды мирового уровня… И, СиСи… пожелай я на законных основаниях заполучить весь твой бизнес, я бы избавился от тебя и твоих отпрысков, исключая Идэн, и только после этого спокойно и на законных основаниях заполучил бы весь бизнес по переработке и ловле рыбы под свою руку. Даже ты, СиСи, не можешь отрицать, что шансов гарантированно остаться вне подозрений у меня было предостаточно. А сейчас: всего хорошего и приятного дня!

_________________________________________________________ Плачущая звезда, Starsweeper, американская летающая метла. «Плачущая звезда – 21» – последняя модификация ________________________________________________________

       Лайоненл улыбнулся, и, окинув внимательным взглядом собравшихся людей, вместе с матерью направился к выходу, а раскрасневшийся и задыхающийся от злости Кэпвелл с ненавистью смотрел ему в след. Раздалось демонстративное покашливание, Кэпвелл вздрогнул и осмотрелся, рядом с ним стоял аврор, крайне вежливым тоном потребовавший проследовать за ним для составления протокола.        На практически суточное отсутствие Крауча обратила внимание только Винки, и то как повод для ворчания. Следующая неделя была занята привычным хлопотами в конторе, корреспонденцией, слухами в любимом баре. Из которых Крауч почерпнул многое о взаимоотношениях Кэпвеллов и Локриджей, и абсолютно не пригодное для применения. Ченинг и Лайонел кажется, были троюродными братьями, точно было известно, что эти две семьи роднились как минимум два раза. Тётка Локриджа вышла замуж за очень богатого не-мага, что позволило семьям выгодно вести бизнес, используя лазейки в законе Рапопорт, что раздражало Кэпвеллов, так как их бизнес переживал упадок…       31 октября Крауч вернулся домой раньше обычного. Было тихо, очень тихо: Каспер, надевший костюм созданный Мишель, отправился с приятелями вымогать конфеты у соседей, Мишель тоже отсутствовала, Винки не отзывалась. Пройдя в холл Крауч обнаружил домовушку, лежавшую около лестницы на второй этаж, кот стоял рядом и обнюхивал Винки. Услышав шум, Бри поднял морду, которая оказалась в крови. Секунду рассматривал зашедшего и с утробным рыком бросился на него, ловко двигаясь зигзагами.       Крауч успел кинуть только два режущих заклятия, прежде чем боль и тьма поглотила его разум.

«Новости Инсмута» от 1 ноября 1997 года

      Вчера в собственном доме, по адресу Вашингтон-стрит 117, был обнаружен мёртвым Бартемиус Крауч, владелец фирмы «Крауч Ltd», вдовец и опекун двух внуков, Элмайры и Каспера Краучей. Элмайра Крауч учиться в первом классе Салема, а Каспер в окружной школе.       Бартемиус Крауч и его домовой эльф были убиты неизвестным видом нечисти, как-то пробравшейся сквозь стандартную защиту дома и домовика. Домовик был загрызен кем-то за несколько часов до возвращения Крауча. К счастью для Каспера он ушёл с друзьями отмечать Хэллоуин, и потому остался в живых.       Мадам Мишель Гомес, уверенна, что это дело рук Ачери, по поверьям жителей мексиканского округа ОШСА: мёртвая девочка или скелет девочки приносящей смерть и болезни. Но ведь всем известно, что эта нечисть приходит с гор, а рядом с Инсмутом гор нет. На что мадам Гомес пожала плечами предположила, что уж нагваль здесь, в Инсмуте точно водится.       Для тех наших читателей, которые не слишком знакомы со справочником «Фантастические твари: живые и мёртвые» Нагваль это зловредный монстр или животное, в которое превращается колдун или обычный человек.       Расследующий смерть мистера Крауча, аврор Круз Кастильо, заявил, что убийство связано либо с бизнесом Крауча, либо со спасением от нападавших Идэн Кэпвелл, дочери СиСи и Софии Кэпвелл. Оба этих дела будут расследоваться совместно.        Но надежды на раскрытие нет, так как если смерть Бартемиуса Крауча не несчастный случай вследствие недостатка защиты дома, а убийство, то заказчики могут находиться в Британии, откуда и прибыл мистер Крауч. И что он оставил на острове нам не известно.       Что же касается внуков Б. Крауча, то под полную опеку их взял Эрнест Арчибальд Дэлавер, являющийся двоюродным племянником покойного. Как заявила Элоиза Дэлавер, в девичестве Смит, они с мужем позаботятся о сиротах, тем более у них самих дети такого же возраста и второй сын учиться в Салеме, в одном классе с Элмайрой и у девочки будет поддержка члена семьи.

      Катберт Симс