ПОЛУНОЧНЫЕ ИГРЫ

       Усевшись сверху на мои бёдра, Алекс провёл рукой вверх по моему животу, полностью оголив его. От его прикосновений кожа покрылась мурашками, а внизу живота начал формироваться тугой комок.        Я нервно сглотнула, до последнего не ожидая от своего тела такой предательской реакции.       «Соберись, Агата! Ты сильная независимая женщина» — мысленно твердила я себе. «Ты не поддашься на провокацию. Ты выше всего этого».        Однако несмотря на все мои старания и усилия, напряжение внизу живота всё увеличивалось, а разум начал постепенно затуманиваться.        Руки Александра тем временем переместились к моим бёдрам, и теперь медленно двигались поглаживая их и чуть приподнимая юбку.       — Признайся, тебе ведь нравится. — Алекс наклонился, оказавшись прямо напротив моего лица так, что я чувствовала его горячее дыхание.        Я не ответила, лишь дернула запястьями в наручниках. Но, как выяснилось, красноречивого ответа и не требовалось, он легко прочёл всё по моему лицу.       — Алекс, отпусти меня, — простонала я.       — Ты настолько упёрта, Агата, что даже не можешь признаться в этом самой себе. — Усмехнувшись, он задумчиво посмотрел в мои глаза. — Ты просишь отпустить тебя, но всё твоё тело говорит об обратном.        Я продолжала ощущать его горячее дыхание и жар прикосновений, уже заранее понимая, что проиграла в этой войне. Каждая клеточка моего тела хотела Александра и было бы безумием его останавливать.        Его губы были совсем близко, и я, повинуясь сиюминутному порыву, потянулась к ним. Александр пах пряной сладостью, от которой напрочь сносило остатки разума, и я растворилась в нём. Он целовал меня неистово, кусая губы, одной рукой грубо сжимая грудь. Это возбуждало ещё сильнее, и я тихо застонала.       — Я хочу, чтобы ты умоляла… — Услышала я возбужденный, хриплый голос Алекса над ухом.        Этому голосу хотелось повиноваться, полностью окунувшись в безумие.       «О Боги, что я творю?»        В следующую секунду я почувствовала, как что-то очень твёрдое и большое упёрлось мне в живот.        После чего Александр с силой сжал ткань моей блузки так, что швы на ней затрещали и разошлись. Он разорвал ткань, и пуговицы от неё разлетелись в разные стороны.       — Плохие девочки не носят нижнего белья. Не так ли, Агата?! — Несколько секунд он ухмыляясь смотрел на мою оголённую, тяжело вздымающуюся грудь, а после припал губами к вздыбленному от возбуждения набухшему соску.        Я откинула голову назад, прикрыв глаза и громко застонала.        Алекс усилил нажим, продолжая ласкать мою грудь языком, в то время как его пальцы пробрались мне под юбку. Беспощадно разорвав тонкую кружевную ткань трусиков, двумя пальцами мой мучитель проник в лоно и начал двигать ими, заставляя меня извиваться и ещё громче стонать от удовольствия, кусая губы.        Я чувствовала его настойчивые пальцы внутри себя, они ласкали, тёрли, гладили самые чувствительные места и точки, о существовании которых ранее я даже не подозревала.        Затем он опустился ниже и, отодвинув нежные влажные складочки, провёл по ним языком, проникая внутрь. Александр вытворял неимоверное, заставляя меня стонать его имя и беспомощно метаться по подушке.        Посасывая чувствительный бугорок, он вновь проник в меня пальцами и задвигал ими ещё резче и сильнее.       Когда напряжение внизу живота разрослось до неимоверных масштабов, Алекс вдруг отстранился, заставив меня издать разочарованный стон.       — Ты ведь этого хотела, Агата? — Швед вновь наклонился надо мной, и его глаза оказались на одном уровне с моими. — Хотела, чтобы я тебя отпустил?!       — Нет… — Раскрасневшаяся я, смущенно отвела глаза.       — Так чего же ты хочешь? — Нильсен вновь поймал мой взгляд. — Скажи это!        Секундная пауза казалось длилась целую вечность, пока моё бешено колотящееся сердце, стремилось вырваться из груди.       — Тебя…       — Громче! Не слышу! — Голос Александра звучал властно и повелительно.       — Я… Я хочу тебя!        Вскрикнула от неожиданности, когда Алекс вдруг снова припал к моей груди и укусил за сосок.       — О да, Агата… Ты будешь кричать, — прошептал мой мучитель, — Я приложу к этому все свои усилия…        Сбросив с себя остатки одежды, Нильсен вновь навис надо мной. Затем приподняв мои ноги, закинул их себе на плечи, тесно прижавшись своим эрегированным органом к моему влажному разгорячённому лону.        От предвкушения меня бросило в жар, а на лбу выступили бисеринки пота. Но Александр не торопился, сперва он очень медленно поводил головкой члена по моим мокрым складочкам, а после слегка надавив, дал войти лишь самой верхушке.        Я охнула и прижалась к парню, прикусив тонкую кожу на его шее, тихонько постанывая. Безумное желание близости с ним захлестнуло меня, но стоило попробовать двинуться бёдрами ему навстречу, Алекс тут же немного отстранился, нещадно меня дразня.       — Алекс, прошу… — Мой голос был отчаянно слаб.        Внизу живота всё пульсировало и ныло. Терпеть и дальше эту сладостную пытку было выше моих сил.        Александр тяжело выдохнул, прикрыв глаза. Я чувствовала, что и ему становится трудно себя сдерживать — длительное возбуждение приносило боль теперь уже не только мне. Борьба с самим собой была проиграна сегодня нами обоими, без какого-либо шанса на отступление.        В следующее мгновение Алекс резко двинулся, заполнив меня до упора.        В первую секунду показалось, что в лёгких закончился воздух, и я принялась хватать его ртом. Однозначно я не была готова к такому. Размеры Алекса поразили и взбудоражили бы фантазию даже самых искушённых в подобном вопросе.        Он замер на несколько секунд, давая мне привыкнуть, затем ритмично задвигался, растягивая меня под себя и заставляя громко стонать.        Все его движения были далеки от нежности, но он делал это так умело и чувственно, что я кричала от удовольствия, не сдерживая себя.        Пророчество Александра сбывалось, но на мои крики мог сбежаться весь дом, поэтому нам необходимо было быть потише. Я сделала усилие над собой, кусая губы.        Тем временем Алекс продолжал наш бешеный марафон, вколачивая моё податливое тело в матрас кровати, от чего та ходила ходуном. То ускоряясь, то замедляясь он мощно входил в меня на всю длину, не давая даже отдышаться. Но мне этого и не требовалось. Я чувствовала в себе его твёрдую, возбужденную плоть и хотела его ещё больше, ещё сильнее.        Внизу живота продолжала разливаться и нарастать сладкая боль, она граничила с неописуемым наслаждением, когда Алекс был во мне, и безумным чувством пустоты, когда не был.       «Это безумие» — успела подумать я, прежде чем рассыпаться на миллиарды ярких осколков. Горячая волна прокатилась по всему моему телу, от самой макушки до пяток. Удовольствие накрыло с головой так, что я даже на несколько секунд потерялась в пространстве и времени.        Из небытия меня выдернул сладостный стон Александра.

***

       Мы с Александром лежали на влажных простынях, тяжело дыша. Оба изнеможённые, но безумно довольные.       — А ведь сначала я просто хотел проверить все твои синяки и ссадины, — простонал он обессилено.       — Теперь, как добропорядочный джентльмен, ты просто обязан на мне жениться. — Лукавая улыбка коснулась моих губ.        Повисла молчаливая пауза…       — А кто сказал, что я против? — В его глазах заплясали чертенята. Александр улыбнулся и, наклонившись, быстро чмокнул меня в нос.