Я просто хочу сделать нас счастливыми...

Было утро. Шайн сидела на кухне, жмурясь от ласковых лучей солнца и наслаждаясь их теплом, а также наслаждаясь кусочком фруктового пирога и горячим, бодрящим кофе. Утро было прекрасным. Поев и помыв за собой тарелку, немка поднялась наверх, встретившись с Рейхом. — Доброе утро, мой зубастик! — Доброе утро, моя пиранья! – Рейх поцеловал Шайн. – Уже так рано на ногах? — Да, школа, тест, новые темы и ещё я заскочу к Япи, помогу ей с домашней работой. Дел невпроворот! — У тебя совсем нет времени? Даже на меня? Шайн усмехнулась. — Ты неисправим. Ладно, вечером я уделю тебе время, так уж и быть, вредина. – Шайн показала Рейху язык и пошла в ванную, чистить зубы. После расчесала и более-менее нормально уложила волосы, пошла в комнату за рюкзаком и спустилась вниз. И вдруг, услышала из кухни: — Нет!!! Нет, этого не может быть! Шайн моментально оказалась на кухне. — Что случилось, Рейх? – обеспокоенно спросила она. Рейх, который искал что-то в холодильнике, сказал: — Я тут оставил кусочек пирога, и не могу его найти! Шайн побледнела. — Кусочек фруктового пирога? — Ну, да. А откуда ты знаешь что он был фрукто- – Рейх повернулся к Шайн, сражённый догадкой: — Шайн! — Я не знала что это твой! Я думала, что он просто лежит в холодильнике и решила его съесть! — А меня спросить ты не додумалась? — Ты спал! — Как ты могла, Шайн! Ты уничтожила моё доверие к тебе! Я требую возмещения убытков! Шайн вздохнула. Ну конечно же, как иначе? Да, если она обидела Рейха то придется искупить вину либо быстрым соитием сейчас, либо удовлетворить его сексуальные фантазии вечером при помощи ролевых игр. Вдобавок, ариец не так давно намекал ей, что не прочь поиграть с ней в заключеную и тюремщика. Прекрасно зная, что Рейх может слишком уж сильно вжиться в роль (сломанная линейка тому подтверждение), немка почти моментально ответила: — Ладно, Рейх, я поняла. Конечно, я опоздаю на урок, но если ты будешь чувствовать себя так лучше, то хорошо, идём в спальню. Рейх хихикнул. — Не-е-е-т, Шайн.– протянул он. – Это телесное удовлетворение. А иен необходимо моральное. — И это значит... — С моей стороны вполне справедливо было бы заставить тебя чувствовать себя неловко. И я даже знаю как. – Рейх дьявольски оскалился, сердце Шайн сжалось от нехорошего предчувствия. Ариец быстро поднялся наверх и также быстро вернулся. Он держал руки за спиной, явно пряча что-то позади. — Я конечно берёг это на особый случай, но полагаю, сегодня мы этим воспользуемся. – Рейх показал Шайн, что он прятал за спиной. Шарик, скорее яйцо, с верёвкой, на вид будто силиконовое, голубенького цвета. И такого же цвета пульт, с кнопкой включения и с двумя кнопками, на одной был изображён плюс,а на другой – минус. Рейх нажал на кнопку, послышалось слабое гудение, и силиконовое яйцо начало дрожать. Шайн осознала своё наказание. — Нет, Рейх, только не говори- — Ты поняла, верно? И это на весь день~ – он нажал на кнопку ещё раз и гудение прекратилось. — Рейх, только представь какие слухи расползутся обо мне! Все подумают что я озабоченная извращенка! Как я потом посмотрю другим в глаза? — Шайн, никто ничего не узнает, если ты будешь хорошо скрывать, что внутри тебя эта милая, вибрирующая игрушечка. Поэтому, попрошу тебя взять и раздвинуть свои стройные ножки как можно шире~ — Может, давай я сама? — Шайн, я же не идиот. Знаю я, как ты вставишь это в себя, чтобы можно было легко вытащить. Я сам. А теперь давай, снимай брюки и садись. – Рейх указал рукой на стул. Шайн вздохнула и молча повиновалась. — Ты чего ноги вместе держишь? Раздвинь их, как по-твоему я вставлю это в тебя? — Может, договоримся? – немка попробовала спасти ситуацию. – Ты можешь съесть мои любимые сладости. — Я с детства терпеть не могу марципан и солёную лакрицу. – нахмурился Рейх. Шайн немного раздвинула ноги, поняв что так просто она не выкрутится. Арией закатил глаза, подошёл к Шайн и взяв её за ноги, раздвинул их очень широко. — Вот так. – сказал Рейх, после чего лизнул открывшуюся ему промежность. — Ты что творишь? – пискнула Шайн, почувствовав шершавый язык, тщательно вылизывающий её. — Если ты хочешь... чтобы игрушка вошла безболезненно.... то нужно тебя возбудить.... – приглушённо ответил Рейх, после чего обхватил губами клитор Шайн и принялся его посасывать. Немка закусила губу, мыча от ласок, после чего придвинула голову Рейха одной рукой ближе к розовым створкам. Наслаждение быстро приближалось, грозя вытолкнуть девушку за грань. — Рейх, я скоро... – отрывисто прошептала она, как вдруг Рейх отодвинулся от неё, облизывая губы. — Ты же не ожидала, что я тебя буду поощрять за твои же косяки? Какое это тогда наказание, верно? – он улыбнулся ей, после чего после чего взяв игрушку в руку, сказал ей: — Постарайся расслабиться, если не хочешь дискомфорта. Шайн не успела ничего сказать, как Рейх моментально ввёл яйцо внутрь. Ощущения были донельзя странными. Ариец этим временем достал пальцы, покрытые смазкой и посмотрев на них, строго спросил: — Как я понимаю, ты не совсем поняла смысл слова "наказание"? Что же мне делать с твоей похотливой натурой, а? Удивляюсь, как тебе удаётся притворяться для остальных божьим одуванчиком? – он облизал пальцы, после чего сказал: — Ладно, а теперь проверка! – он нажал на переключатель. Шайн, которая к этому времени успела одеться, вмиг почувствовала сильную вибрацию и у неё моментально подкосились ноги и она рухнула на пол. Немка попыталась встать, как вдруг, наслаждение, которое ещё не успело уйти, накрыло её. Шайн взвизгнула и упёрлась щекой в пол, с глуповатой улыбочкой и обворожительным выражением лица, которое так сильно нравилось Рейху. Он выключил игрушку, и подошёл к немке: — Эй, ты как? — М-м... Всё хорошо... Ариец помог ей встать. — Что же, удачи в школе. Я позабочусь, чтобы этот день принёс тебе много радости, не волнуйся. – прошептал он ей на ухо.

***

Шайн шла в школу, пытаясь внутренне собраться силами, выдержать сегодняшний день. Слова Рейха очень сильно обеспокоили её. Но пока что всё было хорошо: она более менее привыкла к ощущению инородного тела в своей интимной части, и игрушка не вибрировала, что не могло не радовать. Немка решила вспомнить всё то, что учила вчера для сегодняшнего теста по религии. Сегодня планировался опрос на тему "Индуизм" и Шайн была уверена, что не ударит сегодня в грязь лицом, ни в коем случае. Девушка была так глубоко погружена в мысли, что не сразу услышала крик "Шайн" и чуть ли не была сбита с ног своей лучшей подругой – Японией. — Япи! Ты испугала меня, с ума сошла? — Шайн, я звара тебя миррион раз! Ты хоть бы посмотрера в мою сторону! Кстати, и тебе доброе утро! Шайн закатила глаза. Япония это Япония, и изменить её невозможно. — Как прошло твое утро, Япи? — Не считая того, что папа снова прокринар европейцев, пытающихся испортить наши суши, все непрохо. Учитывая что сегодня на истории я сижу с Америкой-сенпаем! — Япония, если ты снова обратишься ко мне за помощью в истории, потому что завалила тест, написав во всех вопросах в ячейке ответа "Америка", как это было в тесте по биологии, я посоветую тебе в следующий раз садится в другом месте, подальше от Америки. — Да радно тебе! Подумаешь, мне нравится Америка, это быра просто шутка! — Британия это не оценил. И это я ещё молчу о том, что ты делаешь с ручкой Америки в уборной, пропуская этим несколько уроков подряд! — А что ты сдерара с моей синей ручкой, м? – спросила Япония. – Я же не жаруюсь и не ругаюсь! — Ладно, ладно! Всё, молчу, довольна? – резко съехала с темы Шайн. – Так, ты говорила про суши? — Да, про суши. Мне было рень готовить, вдобавок, сегодня приходишь ты и будешь помогать мне с уроками. А заморачиваться с ними я не хочу, поэтому я заказара суши. И конечно же, папа доржен высказать свое мнение по этому поводу! А что насчёт твоего утра? — Ну как сказать... – задумчиво протянула Шайн. "Учитывая, что я съела кусочек пирога Рейха, за что он меня наказал тем, что сначала почти довёл меня до оргазма кунилингусом, после чего вставил в мою киску виброяйцо и заставил так ходить весь день с этой игрушкой внутри, то моё утро можно назвать так себе удавшимся." –... Моё утро прошло вполне нормально, ничего такого. Япония поверила, поэтому дальше они шли к учебному зданию, болтая про мангу и аниме. Шайн время от времени чувствовала, что за ней следят. Перед тем, как зайти в здание, Шайн сказала Японии: — Ты иди вперёд, я потом подойду! Мне камушек попал в обувь. Неко ушла, а Шайн обернулась назад. В нескольких метрах от неё стоял Рейх, облокотившись об дерево. Улыбнувшись, она достал из кармана голубоватый пульт, и дразнясь, показал его Шайн. Немка судорожно сглотнула. — Будь паинькой сегодня в школе, дорогая~ –сказал ариец.

***

Шайн села за парту. Краем глаза она увидела, как Рейх за окном спрятался за ближайшим деревом. Немка помотала головой и принялась читать конспект, готовясь к тесту. Неожиданно, она почувствовала слабую вибрацию внутри себя. Не то, чтобы это сильно доставляло наслаждение, но это дразнило её и в голову немки начали лезть похотливые мысли. "Только не сейчас!" подумала Шайн "Я так завалю тест! И тогда Рейх меня накажет, очень сильно-" Немка помотала головой, избавляясь от фантазии того, как ариец устраивает ей порку. К сожалению, это ещё сильнее разожгло возбуждение Шайн, отчего та начала елозить на стуле, пытаясь унять жар внизу. Это не помогло, зато стенки влагалища плотно обхватили игрушку и немка улыбнулась кончиками губ от наслаждения. Вибрация усилилась, видимо Рейх решил дать Шайн желанное наслаждение. Девушка почувствовала, как ещё чуть-чуть и она кончит. Мысль о том, что она сейчас в общественном месте сильнее подталкивало её к грани, как вдруг игрушка перестала вибрировать. Шайн тихонько заскулила, на что Япония, услышав это, спросила: — Что такое, Шайн? — Да так, нога до сих пор болит из-за камешка. – она улыбнулась Японии и неко, сочувственно кивнув ей, отошла и села за другую парту, дальше готовясь к тесту. Шайн разочарованно вздохнула, она была так близка! Поймав себя на мысли, что ей понравилось столь похотливая вещь, немка мигом внутренне пристыдила себя. О чем она только думает!? К счастью, в этот момент в кабинет вошёл Израиль с стопкой бумаг: — Доброе утро, надеюсь вы готовы к тесту! Многие из присутствующих закивали, Шайн в том числе. Когда Израиль раздал листочки, Шайн самоуверенно улыбнулась. Тест, где нужно ставить галочки? – Легко! На все вопросы, Шайн знала точный ответ, не зря он учила всё вчера! Она взяла ручку в руки и поставила первую галочку. Игрушка начала слабо вибрировать. Шайн сглотнула. Бляяяять. Она поставила следующую галочку, и вибрация усилилась. Немка взглянула на листок. 10 вопросов. 2 позади, впереди ещё восемь галочек. С каждой галочкой её муки будут усиливаться. Хорошая оценка или честь? Шайн подумала и решила что возьмёт себя в руки и напишет тест, не подавая виду о том, что сейчас происходит. Шайн собралась духом и мысленно продумала, куда ставить галочки. Вдох, выдох. Она быстро начала заполнять листок, умоляя всех божеств не дать ей опозориться при всех. Вибрация тем временем стремительно росла, потихоньку сводя Шайн с ума. На седьмой галочке немка замерла. Внутри всё горело, она удивлялась, почему никто не слышит вибрацию внутри неё, она же стала довольно мощной! И осталось ещё три галочки. Девушка взяла себя в руки. Всего лишь три галочки. Глубокий вдох и выдох. Сконцентрировавшись, Шайн быстро заполнила. Вибрация усилилась, вытолкнув Шайн за грань. Она резко вдохнула и пригнулась, чтобы её лицо не было видно. Она блаженно улыбнулась, отходя от оргазма, немного дрожа. — Шайн, все хорошо? – спросил Израиль. — Да-да, все прекрасно... Просто, у меня болит живот, переволновалась и ничего не ела, вот и болит сейчас... Но всё хорошо, правда. Израиль улыбнулся ей, после чего к концу урока собрал все листочки. Следующим уроком была история. Шайн обычно сидела дальше от окна и на удивление урок прошел спокойно. Кинув взгляд на окно, она заметила, как Рейх жмёт на пульт, но ничего не происходит – сигнал не доходил до такого расстояния. Оно и к лучшему – Шайн вызвали к доске, и она была рада, что Рейх не решил её опозорить тем, что заставит кончить перед всем классом. Правда после этого, Рейх решил достать Шайн на перемене: когда девушка шла к столу с едой в руке, резкая вибрация застала её врасплох, вынудив её уронить еду, разбить тарелку и упасть на пол, уткнувшись лицом в пол и застонать сквозь стиснутые зубы. К счастью, все решили, что стоны связанны с болью, поэтому Шайн вышла сухой из воды. Ей помогла подняться Украина, а Япония поделилась своим обедом. Шайн моментально положила кусочек суши в рот, поэтому очередной стон Япония приняла за то, что немке понравилась еда. — Вкусно? — Ещё бы, очень... Вкусно... – блаженно сказала Шайн, наслаждаясь ощущениями снизу. Правда, Рейх решил не баловать её – довёв её до грани, он выключил игрушку. Через некоторое время, Шайн чувствовала, как игрушка включалась и выключалась, меняла мощность, словно Рейх просто нажимал на все кнопки от скуки. Так оно и было – арийцу стало скучно мучить Шайн таким образом, вдобавок она постоянно сдерживала стоны и молчала, когда игрушка работала, поэтому он время от времени играл с пультом управления, не получая должного удовольствия, смотря на то, как Шайн резко краснеет и заслоняет лицо учебником или тетрадью.

***

На последнем и самом скучном уроке экономики и математики, Шайн и Япония больше болтали, чем следили за уроком. Немка – потому что знала тему, неко – потому что ей было скучно. Время от времени им удавалось делать вид, что они заняты на уроке решением задач, однако, долго притворяться им не удалось. В какой-то момент, Великобритания, с присущей ему строгостью, сказал: — Шайн, Япония! – девушки мигом замолчали и посмотрели на британца, который строго на них смотрел. – Раз уж вам так понятно на моих уроках, то не согласились бы вы рассказать всем в классе, как решить этот пример? – Великобритания указал на уравнение, написанное на доске. В классе стало тихо. — Я жду. – сказал Великобритания. – Мне, что, выбрать добровольцев? Шайн резко почувствовала сильную вибрацию и от неожиданности встала. — Ну, Шайн, я слушаю. Шайн посмотрела на доску. Чёрт, он не может заставить её это сделать, он же не серьёзно, Рейх же не настолько жесток! Вибрация не прекращалась и стоя она была только приятней, доставала до тех мест, где это было приятней всего. Все ждали ответа, поэтому Шайн, глубоко вдохнув, легко дрожащим голосом сказала: — Для начала, я бы раскрыла скобки... Ах... А потом перенесла на одну сторону эти числа-ах! Д-да, та-ак! И п... Ах! Извините, я случайно укололась об кончик карандаша! И потом – Шайн чувствовала, как потихоньку она доходит до оргазма. Чёрт, он не может! Она весь день терпела, он не может так жестоко с ней поступить! – Мы р-решаем этот пример и получаем- Ах! 25а + 6b - 23x! Шайн почувствовала оргазм и достаточно громко сказав решение, резко вдохнула, упёршись руками в парту. — Спасибо, Шайн, ты решила пример блестяще, однако я попрошу тебя впредь не болтать на уроке — Так точно, Великобритания, этого больше... Не повторится... – сказала Шайн, отходя от оргазма и сражаясь с большим чувством стыда, чувствуя себя очень низко. Весь урок она молчала, сгорая от стыда, молясь чтобы никто не догадался о том, что с ней произошло. Когда урок закончился, Шайн собрала рюкзак и полная хороших ожиданий, вышла из школы, готовясь идти к Японии. Выйдя, она увидела, как Рейх к ней подходит, улыбаясь. — Привет, Шайн, как я рад тебя видеть! Япония отошла от немки со словами "Я оставлю вас на пару минут", и девушка почувствовала блаженную вибрацию внутри себя. — Вижу, ты тоже рада меня видеть. – улыбнулся Рейх, после чего её поцеловал. Во время поцелуя, немка почувствовала, как что-то круглое оказалось в её рту, что она рефлекторно проглотила. Она отстранилась от арийца и просмотрела на него. — Я дал тебе кое-что, чтобы тебе точно было хорошо. Кое-что, что сделает этот день прекрасным до возбуждения! – он улыбнулся ей, и Шайн почувствовала лёгкое жжение внизу. — М-Мерзавец! — Когда ты придёшь домой, вряд ли ты будешь так говорить мне. – сказал Рейх, ухмыльнувшись ей. Вибрация прекратилась и ариец ушел, оставив Шайн наедине со жгучим чувством возбуждения. Шайн попыталась отвлечься от пошлых мыслей и подошла к Японии, которая уже заждалась немку. — Что он хотер? – спросила неко. — Да так... Поцеловать меня и прочие нежности, как у парочек... Только не надо вспоминать Китай, Япи, прошу! – сказала Шайн, увидев на лице Японии тоскливое выражение лица. – Он идиот, раз уж бросил тебя- Вспомни про Америку! Он то ещё свободен для тебя! Япония успокоилась, так что по дороге к дому неко, Шайн слушала её размышления о том, как Америка крут, хорош и горяч. Немка делала вид что слушает, а у самой в голове крутились самые пошлые фантазии с ней и Рейхом в самых разных позах и ролях. Внизу начинало жечь, было желание просто наплевать на встречу и поползти к Рейху на коленях. Было такое же чувство, как когда она заключила пари с арийцем. К этому времени Шайн уже пришла с Японией к её дому. Немка вздохнула. Рейх все продумал: раз уж тут его игрушка не поможет, то таблетка которой он её напичкал точно не даст ей расслабиться. — Ну что, начнём с суши, а потом закончим мясом уточки с острым соусом? – спросила Япония. — Да, давай... – уныло сказала Шайн, готовясь к ближайшим часам ужасного возбуждения.

***

Был вечер. Япония заметила, что Шайн какая-то несобранная, в результате чего через пару часов сказала: — Знаешь что, Шайн, давай ты мне завтра поможешь... Ты выгрядишь не очень хорошо. Пойдёшь домой, выспишься, м? — Ох, Япи, спасибо большое! – воскликнула Шайн, взяв рюкзак. Попрощавшись с Японией она вышла из дома подруги и направилась домой. Идя по вечерней улице, она ускоряла шаг, боясь что сейчас Рейх снова нажмёт на проклятый переключатель. Вдобавок на улице пустынно, идеальная возможность для его столь извращённого ума. Однако, она шла и вибрация так и не появлялась. Это настораживало. Шайн уже была готова к включению игрушки, так хотя бы пройдет чувство неизвестности! Ещё и этот жар от чёртовой таблетки афродизиака, которую ей дал Рейх! Ух, когда она придет домой, она ему покажет, засовывать в нее виброяйцо! С такими мыслями она дошла домой. Зайдя домой и кинув в другой конец коридора рюкзак, она насторожилась. Дома была темно. Рейх что, уже лёг спать? Странно, это не похоже на него... Шайн поднесла руку к переключателю, чтобы включить свет. В коридоре пусто. Она зашла в гостиную. Никого. Как вдруг она резко почувствовала сильную вибрацию. Её ноги подкосились и она упала на пол. — Привет, Шайн. Как прошел твой день? – Рейх опустился возле неё на колени. – Выглядишь немного... Перевозбуждённо. Шайн хотела что-то сказать, но в таком состоянии она смогла только застонать. Рейх тем временем снял с неё штаны и завёл свою руку в её трусы. — Ого, да тут целый потоп, хлещет как из фонтана! Надо же! – Шайн почувствовала, как Рейх ввёл в неё пальцы, чтобы вытащить игрушку. – Эй, ты слишком сильно сжимаешь мои пальцы, полегче! – С трудом вытащив игрушку, он сказал: — Я могу дать тебе кое-что получше моих пальцев, тебе следует только попросить меня. — Рейх, ты такой идиот! Как только я приду в себя, то я запихну эту хрень в тебя- — Разве это вежливо? – Рейх приложил всё ещё вибрирующее яйцо к клитору Шайн, слушая, как с её губ сорвался стон. – Хочешь чтобы я это остановил? Тогда попроси меня. Шайн, чувствуя невыносимый жар между ног, сдалась и сказала: — Рейх, пожалуйста войди в меня... — Нет, Шайн, это слишком просто. Как насчёт немного уважения? — Великий Третий Рейх, пожалуйста, окажите милость войти в меня! — Как насчёт того, что ты приедешь этой просьбе немного точности и грязи? — Грх... Великий Третий Рейх, прошу вас, войдите в эту мокрую, похотливую пизду своим большим членом. – буркнула Шайн. — Немного громче. – сказал Рейх, прижав яйцо ближе. — Великий Третий Рейх, прошу вас, войдите в эту мокрую, похотливую пизду своим большим членом! Умоляю вас! Просто выебите меня! — Люблю когда ты честна со мной, Шайни~ Рейх стянул с Шайн трусы, после чего вошёл в неё. Шайн застонала от наслаждения и столь желанного чувства. Да, она ждала этого весь день! Рейх начал двигаться в ней. — Ах, да... – застонала Шайн. – Так хорошо... — Ты прям как сучка во время течки... Ты такая тугая и тёплая... А внутри тебя так влажно... — Глубже... — Неа. Как я тебя просил говорить? — Пожалуйста, вколачивай свой член в меня глубже... – сказала Шайн сквозь стоны. — Как скажешь, пираньечка! – Рейх ускорил темп, наслаждаясь тем, как нутро Шайн сжимает его член и с удовольствием слушал хлюпанье. Его идея удалась на славу. В какой-то момент она выгнула спину и протяжно застонала от удовольствия. Упёршись щекой в пол, она заплетающимся языком пробормотала: — Фух, это было хорошо... Ладно, дай я отдохну минуту, потом пойду спать- Рейх грубо прижал её к полу. — О, нет, не так быстро! Ты выходит, кончила, а мне довольствоваться своей рукой? Ну уж нет, сейчас я буду драть тебя до тех пор, пока не буду удовлетворён. – прошипел он ей на ухо. — А, стоп, Рейх, я больше не могу, я- Ах! – Шайн вскрикнула, почувствав, как Рейх принялся в ней двигаться. На этот раз он её не щадил, был груб, в прямом смысле вколачивал в неё член. Шайн было не очень то приятно, удовольствие перемешалось с дискомфортом. — Рейх, мне неприятно, пожалуйста остано- — Как забавно, мне наоборот, прямо самое то. – перебил ариец её, садистски улыбнувшись. Он схватил её за волосы и потянул их на себе. — Стони для меня, моя милая сучка, постони для меня! Давай! Шайн, чья голова была теперь задрана, повиновалась. Комнату наполнили громкие стоны. — О-хо-хо, Шайн какая ты мазохистка, тебе нравится? — Нет, не нравится... Рейх шлёпнул её, сказав: — Плохая девочка, врать плохо... Я же знаю, тебе нравится когда тебе устраивают порку!Или это не ты принесла мне линейку во рту, как собачонка, м? – он шлёпнул её ещё раз. – Ох, как ты сжала меня, воспоминания возбуждают? — Ах, ладно, да, мне нравится, когда ты меня наказываешь! И я думала на уроке об этом всё время! — Ох, правда? Как мило с твоей стороны, что ты так честна со мной... М-м, а за честность надо поощрять, да? — Ах, да... – еле слышно ответила девушка. — Ну, хорошо, а вот и твоя награда! – Рейх шумно выдохнул и излился в немку. Выйдя из неё, он сказал: — Фух, ну и беспорядок на полу, верно? Не услышав ответа, он забеспокоился и посмотрел на Шайн. Ты пребывала в полусознании, с полуоткрытыми глазами и судя по её реакции, была где-то в своем мире наслаждения. Рейх улыбнулся, после чего взял её на руки и отнес в комнату. Одев на неё пижаму, он уложил её в кровать. После он спустился вниз и убрал пол, на котором пару минут назад можно было наблюдать довольно похотливую сцену. Убравшись, он принял душ и лёг рядом с Шайн. Закрыв глаза, он мигом уснул.

***

— Интересно, он рано или поздно поймёт, что ты его разыгрываешь? – спросила Япония у Шайн, которая сидела на подушке, кушая роллы палочками. — Вряд ли... Он до сих пор это делает? — Да, он бегает и стучится в дома к другим странам, и спрашивает, не видери они тебя... Что он натворир, из-за чего ты с ним так жестока? — Япи, поверь ты знать не хочешь... Но ничего, слушая от всех, что я якобы утром в подавленном состоянии рыдала и кричала что наложу на себя руки, он в следующий раз подумает тысячу раз, прежде чем делать что либо. — Мда... И как дорго это будет продоржаться? — Ну... – Шайн посмотрела на настенные часы. – Ещё четыре часа... — Посмотрим ещё один сезон моего рюбимого аниме? — Несомненно.