Квест - поиск предметов: "Найди семь Сильнейших!"

- Привет! Как я рада тебя видеть, почему так давно не заходил? А я как раз пирог приготовила, проходи… - Да уж, давно… больше года… я и не знал, что ты… в положении. Луче засмеялась и неожиданно легко пересекла кухню, чтобы поставить чайник. - А что за маскарад? Я тебя сразу и не узнала… Гость поправил маску – он вообще не хотел, чтобы его узнавали, но задумка потерпела полный провал в самом начале. - Я, собственно, ради этого и пришел… - Чтобы показать свой маскарадный костюм? - Э… не совсем… это касается пустышки Неба. - Это та рыжая? – женщина достала чашки. – Тебе с сахаром? - Нет, спасибо. Да, она. Ты знаешь, зачем она нужна? - Кавахира, у меня скоро будет ребенок. Наверное, я знаю, зачем нужны пустышки? - Я не совсем это имел в виду. - А для чего еще нужны пустышки? Уж не для сохранения ли мирового баланса и защиты планеты от разрушения? - Ну… вообще-то, именно для этого. - Я знаю, - философски отозвалась Луче и деловито кинула чайные листики в заварочный чайник. – Просто если это вовсе и не ты, то тогда и я вроде как ничего не знаю, - она залила листья чуть остывшим кипятком. - Луче, ну я серьезно… - почти обиженно протянул гость. Собеседница безучастно пожала плечами. - Сложно воспринимать серьезно человека в карнавальной маске. Мужчина вздохнул, снял маску и положил рядом. Хозяйка добродушно улыбнулась, разлила чай и поставила чашку перед ним. - Так-то лучше. Сейчас пирог порежу, - она отправилась претворять свой план в жизнь. Кавахира машинально взял чашку и отпил глоток ароматного напитка. - Луче, ну правда. Твоя предшественница тебе ведь рассказывала про… предназначение? - Моя мама много чего мне рассказывала, - женщина повернулась, весело помахивая большим и, как заметил нежданный гость, очень острым ножом. – Но она рассказывала мне не все. К примеру, она говорила, что ты – старый друг семьи. Но вот о том, что ты являешься старым другом уже несколько сотен лет, она упомянуть забыла. - А откуда ты тогда знаешь?.. – Кавахира упал духом. Тайна оказалась вовсе и не тайной. Луче обиженно взмахнула ножом. В непосредственной близости от лица сидящего. Ну, с кем не бывает, женщина-то в положении, ей можно простить некоторую неловкость… - Ты меня совсем за дуру держишь, да? Я, конечно, тщательно поддерживаю этот образ, но ты-то хоть мог бы и догадаться… - окончательно расстроившись, она опять взялась за пирог. - Луче, прости, я не хотел… только не волнуйся, в твоем положении вредно! – мужчина вскочил и принялся успокаивать хозяйку. Попутно он пытался вытащить из цепких пальчиков нож. «Везет же мне с этой семейкой… что Сепира, что Луче… да и промежуток между ним был таким же… женско-логичным…» - В моем положении вообще все вредно, - абсолютно спокойным голосом отозвалась та, ловко всучивая задумавшемуся было интригану тарелку с пирогом. – И всякие там разговоры о спасении мира – тем более. - Луче, я правда по делу! Не могла бы ты принести пустышку? Женщина ответила ему тяжелым скептическим взглядом. - Мне галопом или рысью поскакать? Кавахира мысленно выругал себя. Ну почему с женщинами этого рода так сложно? Ну почему с женщинами в принципе так сложно, даже если они не люди?.. - Извини. Скажи, где искать, я сам принесу. - И позволить тебе рыться в моих вещах?! Мужчина мысленно взвыл. И едва удержался от того, чтобы не взвыть вслух, когда заметил озорные искорки в синих лукавых глазах. Это нечестная игра! Луче, вдоволь насладившись потерянным видом жертвы, сжалилась. - Ладно, я схожу, мне несложно. А ты чай пей, пока не остыл. И пирог ешь, пока горячий… в общем, чувствуй себя как дома. Хотя ты чувствуешь себя здесь как дома с середины пятнадцатого века, когда наша семья сюда переехала… - с этими словами она легко выпорхнула из кухни, словно была накачена воздухом. Кавахира немного обиженно посмотрел ей вслед и перевел взгляд на маску. Что за нелепый атрибут! В этом Луче абсолютно права. Но…мужчина вздохнул. Тысячи лет… если бы он хоть немного не отвлекался на подобные шуточки, он бы точно спятил. Или он уже?.. Нет, об этом лучше не думать. Когда в голову приходят такие мысли, он просто меняет костюм. Кажется, его прошлый костюм крайне нравился прапрапрабабке Луче. Да, она любила груши… но тот костюм его несколько полнил. Послышались шаги. На кухню вошла Луче, неся в руках шкатулку, и Кавахире пришло в голову, что носить странные маски ничуть не глупее, чем подушку на голове. Но вслух он, разумеется, этого не сказал. - Держи, - она открыла крышку, откуда тут же вырвался яркий оранжевый свет. – Что с ней? Она мне сейчас весь дом подожжет! – женщина осеклась. – А с тобой что? Ты светишься, как рождественское дерево. Рановато отмечать, май месяц, мы только елку выбросили… Кавахира покачал головой и вытащил из кармана связку пустышек, переливающихся всеми оставшимися цветами радуги. - Это они друг на друга реагируют… - он подождал, когда приветственное сияние чуть угаснет, и положил пустышки на стол рядом со шкатулкой. Наконец-то вся радуга в сборе. – Они всегда ярко светятся, когда встречаются. К счастью, недолго, иначе бы Аркобалено просто не смогли бы находиться рядом – свет все время бы слепил глаза. Так, поблестят и перестанут… - Я помню. Мама говорила, что эти пустышки почти как живые, - Луче кивнула и осторожно коснулась содержимого шкатулки. – Они приветствуют друг друга, поддерживают мировую гармонию, сохраняют мир на земле, а мы им просто нужны как источник энергии… - Луче, пожалуйста, не начинай! Я знаю, чем кончается подобный разговор – я злой и нехороший, и на людей мне плевать, а ты – белая и пушистая, всех защищаешь. - Откуда ты знаешь? – женщина так и замерла с открытым ртом, не успев набрать полную грудь воздуха для новой тирады. Назревающий скандал был погублен в зародыше. - Ты же сама сказала, что я друг семьи уже много сотен лет. Я успел изучить характер рода Сепиры и выучить наизусть гневную обличительную речь в мой адрес. Я понимаю, что выдвигать обвинения в черствости и жестокости против меня – это уже традиция, но давай мы сделаем вид, что ты все уже сказала? Мне некогда… извини, что лишаю тебя удовольствия ангелом правосудия налететь на меня, - ехидно добавил он. Женщина, по-детски надувшись, смотрела на него. Наконец, ее взгляд смягчился. - Ладно, один-один, - миролюбиво признала она и, порывшись в шкафу, водрузила перед гостем трехлитровую банку. – Но на то, чтобы открыть мне огурчики соленые, у тебя времени хватит? Кавахира кивнул и взялся за крышку. Когда хозяйка отвернулась, снова закопавшись в шкаф, он украдкой вытер пот – судя по тому, как туго шла крышка, огурцы Луче закатывала собственноручно. Он поднажал, и, к счастью, та поддалась с аппетитным чпоканьем. На который тут же обернулась женщина. - О, спасибо! Будешь? – она выудила тонкими пальчиками из банки огурец и, обмакнув в вытащенную с полки сгущенку, с удовольствием захрустела. Живот Кавахиры протестующе заурчал. Его хозяин резво замотал головой. Женщина пожала плечами и полезла за новым огурцом. – Итак, о чем ты хотел поговорить? Гость откашлялся и посмотрел на слегка светящиеся пустышки. - Как ты знаешь, – а я знаю, что ты знаешь – время от времени мне приходится находить новых Аркобалено. Место Аркобалено Неба закреплено за твоим родом еще Сепирой… - …когда она ушла, хлопнув дверью. - …но все равно я на всякий случай спрашиваю: готова ли ты возложить на свои плечи… - …на свои хрупкие женские плечи. - …этот тяжкий груз ответственности и проклятья? - Готова, готова. Где расписаться? - Что, прости?.. - Кровью подпись где ставить? - Луче, ты опять? - Ну правда. К чему все эти слова? Ты и так знаешь, что я никуда не денусь, так к чему предоставлять мне иллюзию выбора? - Ты можешь отказаться. - Кавахира, я слабая беззащитная женщина, но не безответственная. Если не я, то кто?.. - Ты как Сепира… - мужчина вздохнул, но спохватился. – Разговор о том, что я поступаю с людьми плохо, отложим! - Да не в этом дело. Мы эту кашу заварили, нам и расхлебывать... кстати... хочу каши. Овсяной. С джемом. И рыбьим жиром... Любителя маскарадов перекосило, но он быстро взял себя в руки. - Значит, я оставляю пустышку у тебя? Надеюсь, мне не нужно напоминать тебе о проклятии? Женщина грустно и серьезно посмотрела на него. - Кавахира, я все помню. Правда. И я готова принять на себя и ответственность, и бремя проклятья. Это мой долг перед людьми и перед совестью. - Мне, как я вижу, ты ничего не должна. - Разумеется. Они некоторое время пристально смотрели друг другу в глаза, пока Луче не протянула руку и легким щелчком не закрыла шкатулку. - С формальностями покончено? Гость спохватился и вытащил из кармана листок. - Вот, последнее. Тебе следует прибыть через два месяца по этому адресу, чтобы познакомиться с остальными хранителями. Время, точная дата - все указано. - А почему только через два месяца? - женщина пробежалась глазами по аккуратным строчкам. - Мне еще всех собрать надо. Некоторые живут довольно далеко. - Я понимаю... что ж, спасибо. Что-то еще? - Ну... - мужчина замялся, избегая смотреть Луче в глаза. - Прости за нескромный вопрос... а кто отец? Собеседница несколько секунд обескураженно смотрела на него, после чего ее глаза наполнились слезами. - Кавахира... как ты мог... после всего того, что между нами было... - Эээ, постой! Мы год не виделись! - мужчина испуганно отшатнулся. - И вообще, ты же знаешь, я никогда не позволял себе... и даже не думал... - То есть, ты не считаешь меня привлекательной? - Я не это хотел сказать! - Расслабься, я пошутила. Я просто не хочу говорить тебе, кто отец. - Да? А ты вообще знаешь, кто это? - огрызнулся обиженный Кавахира. Теперь настал черед Луче возмущаться. А точнее, смертельно оскорбиться. Она замолчала и отвернулась, всем своим видом демонстрируя, что Кавахире должно быть стыдно. И действительно, совесть тут же послушно принялась его грызть, словно состояла в тайном сговоре с Луче. - Извини, я не хотел... Хозяйка смерила его сердитым взглядом, но все же кивнула. - Зато я понимаю, почему от тебя Сепира ушла. Собеседник покраснел. - Да не было ничего! Чисто деловые отношения. И вопросы я задаю чисто как друг семьи! - Ну да, конечно. Ладно, хватит об этом. На месте я буду вовремя, не переживай. О, чай совсем остыл... и к пирогу ты так и не притронулся. - Прости, - гость, спохватившись, откусил от пирога. Задумчиво прожевал. - Яблоки, карамель и... сардины? - Ты прав. Я забыла черный перец. - Э... пожалуй, мне пора.