Квест - поиск предметов: "Найди семь Сильнейших!"

Кавахира сидел за столиком в одном из самых модных и престижных ресторанов Палермо. Он предпочитал встречаться с кандидатами один на один, однако в этот раз не он ставил условия. Все дело в том, что возможного Хранителя Солнца невозможно было найти, предварительно с ним не связавшись — издержки профессии заставляли его постоянно менять своё местоположение или, если он проживал где-то хоть несколько дней, хранить его в тайне. После трёх неудачных попыток застать киллера – а это был именно он – в гостинице или баре, Шахматоголовый плюнул и просто послал голубя. Можно было послать телеграмму или позвонить – благо, недавно появился телефон – но мужчина был несколько старомоден. После того, как его пару раз перенаправили и передали письменные инструкции, он, наконец, получил возможность встретиться с этим человеком. Реборн. В определённых кругах он был известен, причём не только благодаря своей работе, но и из-за манеры проведения досуга. Который включал в себя тяжкие телесные повреждения, незаконный оборот наркотиков, порчу чужого имущества, часто в особо крупном размере, огнестрельные ранения, травмы, несовместимые с жизнью... в общем, киллер жил полной жизнью вне закона. Итак, вчера Кавахира получил записку, приглашающую его на встречу в этом ресторане. В ней было указано, за какой столик должен был сесть посетитель, чтобы Реборн нашёл своего нанимателя — естественно, Шахматоголовый позиционировал себя как заказчика, иначе Реборна нельзя было выманить. Время, место и приписка, что если наниматель не придёт, то киллер не сочтёт это заказом и не будет больше выходить на связь. Кавахира пожал плечами. А почему бы и нет? В принципе, его не беспокоило, что они будут в людном месте, поскольку, как-никак, он владел Пламенем Тумана, а значит, никого не волновал одинокий посетитель в маске за столиком в углу. Даже официанты, бросив лишь взгляд на него, тут же забывали об увиденном, занятые с другими клиентами. Встреча назначена на пять. Осталось шесть минут. Мужчина огляделся. Помещение так и сверкало: огромные окна в пол, вид на море, позолота, сияющая в лучах ещё не скрывшегося солнца, которое играло и на хрустальных люстрах, отблесками ложась на стены. Скатерти и рубашки официантов тоже словно светились, такими они были белыми. Пять минут. Звон разбитого стекла, крики, выстрел. Кавахира поднял голову. Одно из окон разбито вдребезги, и в зал влетел мужчина в строгом костюме и чёрной шляпе. Вероятно, войти через дверь — это слишком банально. Мужчина стоял, хохоча, среди осколков. Он был явно навеселе. Одной рукой он прижимал к себе хихикающую и тоже не очень трезвую девушку, а в другой держал пистолет, из которого и палил в воздух. — Какое... эффектное появление, — заметил Шахматоголовый, неодобрительно покачав головой. — Показушник, — ответил ему спокойный голос, и прежде, чем Кавахира обернулся, его виска коснулось что-то холодное, причём богатый опыт недвусмысленно намекал, что это не солонка со стола. Мужчина кашлянул. — Прошу прощения?.. — Погоди минутку, я занят, — отозвался неизвестный и выстрелил. Пуля летит меньше минуты. Намного меньше. Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Жизнь Кавахиры определённо была слишком длинна и насыщенна, чтобы вместиться в эти короткие мгновения. Поэтому он просто припомнил последнюю похожую ситуацию. Оо, чикагские разборки! Там всегда к перестрелкам подходили с душой, а не просто оружием помахать. Вот и взяли Кавахиру в заложники. Вообще, он любил мафию – в старые добрые времена у них всегда был с собой тазик с цементом. И хотя бандитские группировки явно предполагали его для иных целей, Шахматоголовый всегда забирал его для реализации своего давнего хобби – скульптуры. Так о чём мы? Ах, да, его тогда, как и в этот раз, взяли в заложники… От приятных воспоминаний мужчину отвлёк пронзительный визг и осознание, что его мгновение растянулось уже на минуты. Он обернулся. Мужчина, ранее ворвавшийся в ресторан, лежал в осколках и луже крови, а его спутница, разом протрезвев, пронзительно вопила. Всё пришло в движение. Все забегали. Кто-то звонил в полицию. Кавахира повернулся вновь, чтобы увидеть сидящего рядом незнакомца. Но первое, что он увидел, было дуло пистолета. Второе – другой пистолет, который неизвестный как раз опускал после произведённого выстрела. Спрятав оружие, он кивнул на дверь чёрного хода, около которой они как раз так кстати сидели. В суматохе мужчины быстро выскользнули прочь. Незнакомец закрыл за ними дверь и, привалившись к ней плечом, достал из кармана пачку сигарет. Отведя оружие от своего спутника, он нажал на курок и прикурил – второй пистолет оказался зажигалкой. Выпустив струйку дыма, мужчина взглянул на часы и заметил: – Пять часов ровно. А вот и я. Привет. И предлагаю сменить место нашей встречи в связи с изменившимися обстоятельствами. *** Переулками Реборн вывел Кавахиру к бару. Иногда киллер что-то начинал говорить, совершенно на отвлечённые темы, но быстро замолкал, словно одёргивал себя. Они спустились в полуподвальное помещение, где сигаретный дым стелился по полу и плотной завесой окутывал каждого посетителя. Они прошли в конец помещения, провожаемые подозрительными взглядами. Бармен поднял голову и тут же вернулся к стакану, который он тщательно протирал. – Вам как обычно, синьор Реборн? – Да, – мужчина сел у стойки и с наслаждением затянулся уже третьей сигаретой. – А… – бармен неуверенно посмотрел на его спутника. Табачный дым и Пламя Тумана мешали сфокусировать взгляд, – …вашему спутнику? – Стакан молока, – невинно заказал Шахматоголовый. Киллер закашлялся и расхохотался. Пару секунд они оба с удовольствием наблюдали, как вытянулось лицо бармена. Наконец, мужчина смилостивился. – Двойной виски. А молоко – с собой. Пока бармен отошёл, чтобы принести заказ, Реборн поправил шляпу и с ухмылкой посмотрел на своего спутника. – А что, все любители молока даже не вздрагивают, когда им угрожают пистолетом? – Кальций – великая вещь. – Настолько великая, что позволяет зрачкам не расшириться? – А мне следовало бояться? – в тон отозвался Кавахира. – Кстати, а почему ты в маске? – А почему ты наставил пистолет на заказчика? – мысленно мужчина улыбнулся – он был доволен, что кандидат оказался достаточно внимателен, чтобы видеть сквозь иллюзию, пусть даже и слабую, а потому решил не обращать внимания на фамильярности и «тыканье». – Не люблю трусливых заказчиков, – Реборн равнодушно потушил окурок и достал было пачку, но передумал и убрал. – У самого поджилки трясутся, храбрости не хватает лично прибить, сразу к киллеру. Ха. Древнейший из ныне живущих с усмешкой выслушал его, но тут же насторожился – он почувствовал запах крепчайшего кофе, который бармен, бережно держа на некотором расстоянии от себя, принес и поставил перед Реборном. Аромат был настолько сильным и чистым, что не вызывало сомнения, что бармен его только что смолол и заварил по всем правилам. – Поздравляю с успешно выполненным заказом, синьор. – Не докажешь, – тот хохотнул, забирая чашку и вдыхая запах. Бармен щедро плеснул виски Кавахире. – Ну ты посмотри, что за мир! Все всё знают, даже полиция знает, а доказательств… – Сам себя не похвалишь – никто не похвалит? – А что такого? – Да ничего. Я так понимаю, это было демонстрацией своих способностей для меня? – Это было моей работой, – довольный собой мужчина сделал глоток обжигающего напитка и блаженно зажмурился. – Просто из интереса… что стало с несчастным, который пытался всучить тебе растворимый кофе при первом посещении бара? – О, ты знаешь эту историю? – Нет, но хочу услышать. Подозреваю, в баре для первого встречного хороший кофе не готовят. – Ничего особенного, скоро его выпишут из больницы, – подал голос бармен, вернувшийся к своим стаканам. – Правда, инвалидом останется. И по зрению – тоже. Легко отделался, синьор Реборн простил его на первый раз. Реборн кивнул. Было видно, что ему нравится слушать о своих «подвигах». Допив кофе, он положил деньги на стойку и встал. – А теперь нам с приятелем нужно обсудить одно дело. Пусть нас никто не беспокоит, – бармен кивнул, ничем не показывая, что прекрасно понимает, какие дела может обсуждать киллер, который уже увлекал Шахматоголового вглубь заведения, где они завернули в небольшую комнату. Там стоял стол для игры в покер, за которым мужчины и расположились. Реборн снова достал сигарету, но не закурил, а просто покрутил ее в пальцах. – Люблю после дела чашечку хорошего кофе. Особенно, если это двойной эспрессо. Не передёрнуться в этот раз Кавахире было куда сложнее, чем в ситуации с пистолетом. Но ему приходилось пить и не такое, о чём вспоминать совсем не хотелось. – Насчёт дела… – Сигарету? – киллер перебил его, разглядывая оную. Собеседник покачал головой. – Ну и правильно. Курение убивает. Хотя пистолетом – точнее. Сигарета снова была спрятана в пачку, а Реборн, скрестив руки на груди, уставился на заказчика. – Деньги вперёд и фотография. Сроки я устанавливаю сам. Сумму – тоже. Зато из форс-мажорных обстоятельств – только моя смерть. О сроках я уведомляю заранее, чтобы клиент подготовил себе алиби. Предпочитаю пистолет, но за дополнительную плату можно сымитировать несчастный случай. Вопросы? – Всего один: сколько нужно заплатить, чтобы величайший киллер наших дней работал на меня вообще, а не на один заказ? Пару секунд Реборн молчал, после чего, хмыкнув, откинулся на спинку стула. – Я не принадлежу ни одной мафиозной семье. – Понимаю. Свободный художник, – киллер поморщился. – Не нужно таких слов. Я просто предоставляю определённые услуги и беру плату за свой труд. Я же не маньяк какой, чтобы получать удовольствие, расписывая тела жертв под барокко. «Да, не маньяк, конечно. Он работал в ресторане или развлекался?» – вслух этого, однако, Кавахира предпочёл не говорить. – Я жду ответа. Раз это услуги – можно заплатить за любое их количество, – Реборн снова поморщился. – Я делаю это не ради денег. «А ради чего? Ты же не маньяк», – этот вопрос мужчина тоже проглотил. – Я не требую постоянного присутствия. Я просто нанимаю… работника. Как положено, с заработной платой, но со свободным графиком. Иногда я даю задания, за которые полагается премия. Ничего такого, с чем бы знатоку преступного мира не приходилось сталкиваться. Условия: жить там, где я скажу, и выполнять задания по мере поступления. В свободное время заниматься своими делами. Обещаю… это будет интересно, – он заговорщицки подмигнул. Киллер всё ещё медлил. – Кстати… последний заказ, который был выполнен на моих глазах. Кто заказал этого человека? – Профессиональная этика. Я не раскрываю имена заказчиков. – А я и так знаю. Это я. – Что? – мужчина, казалось, был действительно удивлён впервые за всю их встречу. – О, это долгая цепочка, – Шахматоголовый с удовольствием назвал несколько имён, которые контактировали с исполнителем, перечислил обстоятельства сделки, и каждое слово вызывало всё большее и большее изумление собеседника. – Мне нужно было увидеть гениального киллера в действии. Я люблю немного… напустить тумана, так сказать. Я же говорю – будет интересно. Реборн помолчал, после чего, широко улыбнувшись – не совсем по-доброму, правда, – протянул Кавахире руку. – Ну и когда приступать, босс? Тот от души её пожал, пообещав себе не встречаться с новым «подчинённым» в тёмном переулке. Похоже, тот надолго запомнил, что его обставили и сыграли на его тщеславии, а о мстительности киллера ходили легенды. – О, не думаю, что меня так стоит называть. У тебя будет другой босс. Жди инструкций.