Шантаж

Взгляд Люцифера блуждал из стороны в сторону, тогда как сам он не решался сдвинуться с места. Ее не было. Нигде. Сердце гулко колотилось в груди, а ярость затмевала все остальные чувства. Хищный взгляд теперь выискивал в толпе жертву, пытаясь разглядеть за дымкой образ ангела или демона, которому теперь непременно несдобровать. Напоследок обведя взглядом улицу и убедившись, что непризнанной точно здесь нет, Люцифер рванул в пустующую подворотню, призывая водоворот. Исчезновение Уокер сбило его с ног, выкачало весь воздух из легких, которые теперь неприятно жгли, надеясь получить малую дозу спасительного кислорода. Словно израненный зверь, демон метался из стороны в сторону по комнате, гадая, кому понадобилось похищать Уокер. Мог ли на это решиться Асмодей, до этого действовавший слишком осмотрительно, или же сам Сатана затеял коварный план, в котором Вики досталась одна из главных ролей? Он продолжал мерить неровными шагами спальню и хмурить брови, прокучивая в голове недавние события. На место злости пришло липкое отчаяние, неприятно окутавшее его сознание. Люцифер знал, что привязался к непризнанной, но даже и представить себе не мог, какую власть она имеет над ним. Он не просто физически хотел ее. Ему было важно ощущать ее присутствие, вдыхать жасминовый аромат ее духов, наслаждаться лучезарной улыбкой, которая заставляла биться быстрее зачерствевшее сердце, и знать, что ее душу терзают те же чувства, которые никогда прежде не испытывал Люцифер. Вики забралась ему под кожу, застыв на подкорке и отпечатавшись в каждой клеточке его тела. И в тот момент, когда она была так близко к нему, ее забрали. Вырвали, словно одну из конечностей. И теперь его преследовали фантомные боли, ведь он видел ее везде. Вот она опустилась на пол над Книгой Бытия, стоит у окна, пытаясь что-то рассмотреть в сумраке ночи. Касается его щеки, а после страстно целует, отдавая всю себя до последней капли. — Ее нет у Самаэля, — закрывая за собой дверь, твердо сказал Азазель. Увесистый хрустальный стакан разбился на миллионы осколков, встретившись с холодной каменной стеной, а Люцифер обреченно застонал, без сил опускаясь на кровать. *** Вики очнулась от назойливых солнечных лучей, бивших прямо в глаза, и неприятно поморщилась. Голова гудела, будто по ней ударили чем-то тяжелым, но, ощупав пальцами затылок, непризнанная поняла, что, скорее, подверглась воздействию. Она медленно поднялась с твердой кровати, разминая затекшее тело, и огляделась. Комната больше напоминала камеру для заключенных. Темно-серые каменные стены, узкое зеркало в золотой раме, стоявшее на полу, крохотные окошки, за которыми виднелись облака, и графин с водой на хлипкой тумбе. Зеркало засветилось мягким розовым светом, и Вики, нахмурившись, подошла ближе, вглядываясь в собственное отражение, которое растворялось вместе с рябью, зато на его месте возникла Ребекка. — Мама? — удивилась непризнанная, заглядывая за зеркало. — Да, Вики, это я, — она слабо улыбнулась, но взгляд ее был крайне обеспокоенный. — Прости, мне пришлось пойти на крайние меры. — Что все это значит? — Милая, я уже говорила, что Люцифер не лучшая компания для тебя, — холодно чеканит она, и ее слова эхом отдаются от стен. — Тебя нужно оградить от него, но после того, что произошло между вами на земле, это единственный способ. Вики поморщилась от отвращения. Неужели ангелы и демоны следили за ними все время? Ей вдруг захотелось спрятаться от всего этого мира, который так бесцеремонно врывается в личные жизни каждого бессмертного существа. Она отвернулась от зеркала, но все еще чувствовала, как осуждающий взгляд матери прожигает ее спину. — Почему? — вымученно спросила Вики. — Для чего ты это делаешь? Что такого может произойти, если мы будем вместе? – выпалила она, не до конца понимая суть собственных вопросов. Они просто лились нескончаемым потоком, пока непризнанная срывала груз со своей души. Она не думала о том, какими теперь будут их взаимоотношения с демоном, не знала, что это будет значить для них самих и всего небесного мира. Поддавшись минутному порыву, Вики позабыла, что она больше не человек и за каждым ее шагом внимательно наблюдают, записывая в толстенный том даже самое крохотное действие, чтобы после вынести приговор, который никогда не сможет быть обжалован. — Вики, — начала было Ребекка, но непризнанная не дала ей возможности продолжить слишком хорошо подготовленную речь. — Нет, — она подняла руку, останавливая мать, которая с каждым новым словом становилась лишь дальше, позволяя пропасти между ними расти в геометрической прогрессии. — Не тебе говорить мне о том, что делать, когда отец твоей дочери — демон. Не кажется ли, что пора мне все рассказать? — Ты знаешь? — охнула Ребекка, прикрывая глаза. — Но откуда? — ее глаза растерянно забегали из стороны в сторону, выдавая страх. — Это имеет значение? — буркнула Вики, скрещивая руки на груди. — Хорошо, я расскажу, — она тяжело выдохнула. — Тогда я совершенно не знала ни о мире ангелов, ни о демонах, которые иногда приходят в мир людей, чтобы склонить души на свою сторону. Мне было девятнадцать, молодая студентка, только начавшая самостоятельную жизнь, я хотела почувствовать вкус свободы. Тогда за мной только начал ухаживать, — она запнулась, думая, как представить земного отца Вики, — Джон. Конечно, как девушке, мне было приятно его внимание, к тому же он всегда был очень галантен. Но потом, примерно месяц спустя, я встретила Асмодея — невероятно красивого мужчину, который представился нашим преподавателем, и влюбилась в него. Ребекка нервно сглотнула, а Вики устало прикрыла глаза, стараясь удержаться на ногах. Она сильнее обхватила свои плечи, впиваясь в кожу пальцами, ведь понимала, что с самого начала все ее существование было сплошной ложью. — Он тоже полюбил меня по-настоящему. Но мы не могли придавать огласке свои отношения, поэтому я продолжала принимать ухаживания Джона и даже изредка ходить с ним на свидания, тогда как все время думала об Асмодее. Мы встречались тайно, и вскоре я забеременела. Вики часто заморгала, когда глаза защипало от слез. Предательство Ребекки ранило куда сильнее, чем все, что ей пришлось пережить в прошлом. Сердце больно закололо, отдаваясь неприятными иголками в теле. — Тогда я и узнала правду об Асмодее. Он поведал все до мельчайших подробностей, а после сказал, что не может растить ребенка, потому что это в Аду не место земному младенцу, — Ребекка всхлипнула, но слезы матери вызвали у Вики лишь пренебрежение. — Мы договорились с врачом об аборте, а Асмодей после этого словно испарился. Я рыдала всю ночь перед походом в клинику, когда в дверь постучали. Это был Джон. Он не спрашивал, что случилось, лишь крепко обнимал, смахивая непрекращающиеся слезы. — И ты воспользовалась его добротой? — возмутилась Вики. — Ты отвратительна! — Я бы не смогла вырастить тебя сама, а Джон, когда узнал, что у нас будет ребенок, сиял от счастья, — возразила Ребекка, чуть прикрикивая. — Ты обманывала его всю жизнь, разыгрывая счастливую семью. И после этого тебе позволили стать ангелом? — кричала Вики, рьяно размахивая руками и краснея от злости. Сколько еще ударов ей придется вынеси, прежде чем она упадет и не сможет больше подняться? — Мне никогда не искупить вину перед тобой, но все те годы, которые здесь, я исправляю совершенные ошибки, — Ребекка вновь говорила холодно, будто не было этого откровения. — Поэтому заперла меня здесь? — Это для твоего же блага, Вики. Ты пробудешь здесь столько, сколько понадобится времени для того, чтобы забыть о Люцифере. — Ты не сможешь держать меня здесь вечно. Отражение в зеркале исчезло так же быстро, как и появилось, а непризнанная торопливо обошла комнату, ища что-то, что помогло бы ей выбраться из заточения. Вики чувствовала энергию рун, что не позволяли ей приблизиться к двери. Значит, выхода и вправду нет. *** Люцифер лично обошел тюрьму в Аду и каждую спальню во дворце отца в поисках непризнанной, так и оставшись ни с чем. Казалось, весь мир померк, а Ад промерз насквозь. Осознание того, что Вики бесследно исчезла, то и дело наносило новые раны на сердце. Он снова вернулся на землю, до мельчайших подробностей вспоминая последние мгновения, проведенные с ней, но единственное, что удалось обнаружить — слабый, едва различимый энергетический след, который Люциферу был смутно знаком. Но на поиски ангела или демона уйдут долгие месяцы, тогда как непризнанная ему нужна сейчас. Оказавшись перед школой, Люцифер хмурым взглядом обвел здание, замечая открытое окно. Преодолев расстояние за один лишь взмах крыльев, он опустился в знакомой комнате непризнанной, где теперь царил хаос. Вещи небрежно разбросаны по комнате, все ящики выпотрошены, а в комнате стойко сохранилась та же энергия, что он почувствовал на земле.