Я хотела, чтобы это длилось вечность
30 марта 2020 г., 13:00
На часах уже почти одиннадцать. Мы тихо вошли в гостиную, и в том полумраке я увидела силуэт Данте, сидящего на кресле. Он сразу поднялся и подошел ко мне. В его глазах была боль и что-то непередаваемо тяжелое.
— Агата, как жаль, что мы встретились только сейчас, — его голос звучал мягко, но с ноткой беспокойства. — Ты как?
— Все хорошо, мне уже лучше. А где детектив? — я пыталась скрыть тревогу, но голос выдал меня.
— Гудман и его помощник Макото на третьем этаже.
— Почему они здесь? — вмешался Александр, и его лицо моментально стало серьезным.
— Детектив считает, что Аннет убили, — ответил Данте, и в его словах звучала горечь, которая заставила меня замереть.
— Как это, убили? Кто? — вопросы сыпались в голове, словно дождь. Зачем кому-то убивать тетушку? Она же не была плохим человеком. Что она могла сделать, чтобы стать целью?
— Я не знаю, но именно это они и пытаются выяснить. Сегодня они опросили всех нас, завтра ты, а потом начнут проверять гостей, — сказал Данте, и его слова повисли в воздухе, тяжело давя.
— Почему детектив так уверен, что её убили? — теперь голос Александра был наполнен любопытством и тревогой.
— Её нашли с раскроенным черепом. Какой предмет использовали для этого — пока неизвестно, но Гудман сказал, что завтра будут результаты судебно-медицинской экспертизы.
— Что еще известно? — спросил я, пытаясь удержать спокойствие.
— Пока ничего нового, только это.
Голова раскалывалась. Я чувствовала, как будто по мне проехала повозка. Это было слишком для моего сознания. Почему именно сейчас, когда я вернулась? Почему, когда я приехала, всё это произошло?
— Хорошо, Данте, я тогда пойду в свою комнату, — я попыталась выдавить из себя что-то нормальное и скрыть внутренний беспорядок. Александр, словно по привычке, последовал за мной.
Шагая по коридору, я не могла не думать о том, что происходит. В моей голове крутились тысячи мыслей. Кто убил тетушку? Кто мог бы на это решиться? И если это действительно кто-то из близких, что тогда будет? Нет, этого не может быть. Исключено.
— Агата, да не беги ты так, я не успеваю, — голос Александра вернул меня к реальности. Я словно очнулась и заметила, что забежала слишком далеко.
— О, прости, не заметила. — Я сбавила шаг и остановилась.
— О чём задумалась? — его взгляд был полон внимания.
— Да так, о всяком, — я попыталась улыбнуться, но это было больше жестом отчаяния, чем радости.
Мы подошли к дверям моей комнаты, и Александр вдруг остановил меня.
— Слушай, если хочешь, я могу остаться у тебя. Чтобы тебе не было так одиноко и страшно.
От его слов в груди словно что-то растаяло, стало легче.
— Знаешь, было бы неплохо. Мне и правда страшно оставаться одной, особенно в этом доме.
— Тогда проходи, я возьму одежду и приду.
Я открыла дверь и включила свет. Это странное чувство, когда не верится, что день подошел к концу, и вдруг на тебя наваливается вся тяжесть переживаний. В голове всё крутилось, а тело требовало покоя.
Я зашла в ванную и приняла душ, чувствуя, как вода омывает меня, снимая напряжение. Вся суета уходила, и я расслаблялась. Но как только я увидела себя в зеркале, мое лицо покраснело. Этот чертов засос! Я выгляжу, как малолетка. Ух, спокойно, Харрис, всё нормально.
Я быстро закончила с душем, одела черную кружевную ночнушку и вышла из ванной, не готовая столкнуться с тем, что меня ждало за дверью.
Александр стоял, облокотившись на стену, и внимательно меня рассматривал.
— Ты это специально надела для меня? — игриво спросил он и слегка покусал губу.
Я нахмурилась и подняла брови. Стоп, он что, в одних боксерках?
— Почему ты в одних боксерках? — не сдержав любопытства, я не могла не спросить.
Он пожал плечами, а потом с усмешкой сказал:
— Думаешь, будет лучше, если я их сниму? Ну, я тоже так считаю.
Он встал, пытаясь снять свои боксерки. Мои глаза расширились.
— Нет, нет, лучше оставь их. Не надо ничего снимать.
— Да что ты, как дитя малое. Ты что, член никогда не видела?
— Александр, не задавай глупых вопросов! — я почувствовала, как лицо стало ещё краснее.
Тогда я почувствовала его дыхание на своей шее. Я не заметила, как он подошел так близко. Нужно что-то делать, пока не сделает он.
— Между нами вчера что-то было? — резко спросила я, не в силах больше скрывать волнение.
Он застыл, его лицо изменилось. Он выдохнул и посмотрел на меня.
— Ты всегда всё портишь? — он недовольно цокнул языком.
— Отвечай, да или нет?
— Ничего не было, ты была в зюзю.
Я приподняла брови, не веря своим ушам.
— Почему я проснулась в твоей комнате без макияжа и в твоей футболке?
— Ну, я же сказал, ты была в зюзю. Я тебя на руках донес до твоей комнаты, а ключи с телефоном ты спрятала у себя в лифчике. Я не стал пользоваться моментом и просто отнес тебя в свою комнату. Потом еле умыл тебя. Эта тушь — жуть какая-то, её бы ещё час стирать. Как только я тебя умыл, снял каблуки и положил на кровать, через 10 минут ты каким-то образом встала, открыла мой шкаф и взяла футболку. И нет, я не смотрел, как ты раздеваешься.
Харрис, ты реально дебилка.
Я была в полном замешательстве, но тут же почувствовала облегчение, ведь это не было так страшно, как я себе представляла.
— А засос? — я не могла не спросить.
— Это не засос. Тебе показалось, что тебя укусил комарик. Ты так царапала шею, что вышло что-то похожее на засос. Присмотрись.
Я подошла к зеркалу и увидела только царапины. Я почувствовала, как мне стало неловко.
— Еще вопросы? — он внимательно наблюдал за мной.
— Нет, никаких вопросов. Прости, что доставила тебе хлопоты.
— Да брось, это было даже забавно.
С этими словами я выключила свет, и мы устроились на кровати. В комнате была тишина, и я чувствовала, как уходит весь стресс.
— И что, я действительно была настолько пьяна, что даже идти не смогла? — нарушила тишину я.
— Знаешь, я много чего видел, но запивать коньяк пивом — это впервые. Ты меня просто поразила.
— А почему ты меня не остановил?
— Ты думаешь, я не пытался? Ты начала кричать, что я к тебе пристаю, и меня вывели из клуба.
— И ты сидел и ждал меня?
— Конечно, что мне оставалось? Но я сидел недолго. Через пару минут охранники вынесли тебя и передали мне.
Я закрылась одеялом с головой.
— Что ты делаешь? — Александр удивленно спросил.
— Мне очень стыдно. И больше никогда не пойду в этот клуб.
— Да тебя и никто не пустит. Думаю, они тебя запомнили надолго. А теперь вылезай, а то ещё задохнешься.
— Нет, я не вылезу.
— Агата, если хочешь мне отсосать, так и скажи.
Мои глаза расширились от удивления.
— Что ты сказал? — изумленно спросила я, не веря своим ушам.
Он лишь усмехнулся и ответил:
— Ну вот, вылезла. А теперь ложись ближе ко мне и давай спать.
Я успокоилась и легла ему на грудь. Он обнял меня. Мне было так спокойно. Я наслаждалась его запахом. Слушала его стук сердца. Он же, гладил меня по голове, пару раз поцеловал в макушку. Мое дыхание участилось, когда он опустил руку к моим ягодицам, будто случайно, а затем убрал руку. Я чувствовала, что мне очень сложно удержаться. Просто невыносимо. Я сглотнула. Переместила свою ногу, на его. Александр тоже начал действовать и на этот раз решительно поставил руку на попу. Видимо дальше, он стал ожидать от меня следующего шага. Я начала рисовать непонятные фигуры на его груди, а затем медленно вводить пальцем. Сначала от шеи, а потом к торсу и назад. Кажется, его терпения лопнуло и он быстро перекинул меня на спину, а сам повис надо мной. Он сжал мою ягодицу и начал целовать шею. Я выгнулась от удовольствия. Затем, я закинула одну ногу на его бедро. Александр принялся целовать меня в губы. В животе будто бабочки начали порхать. Я давно ни к кому не испытывала подобное. Его рука проскользнула через ночнушку к моей груди, и он начал теребить мой сосок. Это завело меня еще больше. Я взяла инициативу в свои руки. Резко поменяла нас местами и села на его бедра, потеревшись об его член, который уже выскакивал из трусов.
— Ты сводишь меня сума, — протянул он и я сняла к черту ночнушку.
Нильсен начал мять мою грудь, а я поцеловала его за ухом.
— Я надеюсь, у тебя есть презервативы?
— Ну, я же не знал, что ты у нас похотливая девочка.
— Это плохо.
— Значит, на следующий раз буду на чеку.
С этими словами, он снова перекинул меня.
Мы долго еще целовались, а потом просто уснули в обнимку. Я хотела, чтобы это была вечность.
