The Flaming Flower of the First House of the Noldor

4 год от восхода Анор и Итиль

С моими ранами еще лежать и лежать на больничной койке, поедая килограммы «очень полезной и нужной организму» каши, но на двенадцатый день моего пребывания в лазарете я, ссылаясь на постепенно улучшающееся самочувствие и хваленую эльфийскую медицину, попыталась встать с кровати. Попытка оказалась неудачной. Я смогла лишь приподняться на локтях и с нечленораздельными звуками упасть обратно. — Та-ак, теперь это дело принципа!.. — с каждой попыткой я заходила чуть дальше и вот, когда их число перевалило за десять, я перевернулась на бок и с приглушенным «бух!» упала на пол. Ну, лучше, чем ничего. Встав вначале на четвереньки, я поднялась на ноги. Правда, стояла скрученной буквой зю, но стояла! Примерно в таком положении, но до безумия счастливую, меня и нашла Лотанариэ. Эльфийка вошла с утренним подносом в руках, что-то напевая себе под нос. И надо же было грудине заболеть именно в этот момент! Я схватилась за рубашку, зашипев. — Нариэль! — поднос чуть не упал на пол. — Тебе еще рано вставать! Светловолосая быстро поставила завтрак на тумбу и подбежала ко мне, помогая сесть, а потом и вновь лечь в кровать.  — Ты не должна так безалаберно относиться к своему здоровью! — начинала она читать нотацию, но мне было как-то все равно на ее слова. Чуть меньше, чем за две недели я практически оправилась от автомобильной аварии! Это же немыслимо! Лежа с распахнутыми глазами, я улыбалась сама себе и даже посмеивалась. Надеюсь, моя светлость не была особо похожа на блаженную… А вообще, то был самый обычный день в крепости эльфов. Начался он, конечно, экстремально, но все же. После завтрака лекарша передала, что ко мне сегодня обещался зайти «Лорд Туркафинвэ» с братом. Вообще, сначала я и не поняла, что эти шестеро (пардон, семеро) здесь хозяева, ведь, насколько я помню, в средневековье не особо-то церемонились со слугами и навряд ли вели себя как братья. Они негласно были выше по происхождению, но разницы между собой и другими эльфами не ставили. Просто, стоило посмотреть, допустим, на Нимроса и Канафинвэ, как можно было сразу понять: лекарь вполне обычный эльф, а менестрель более знатный. Ох, даже не знаю, как объяснить-то… Ну, да ладно. Так вот, я управилась с завтраком достаточно быстро, после чего вознамерившись что-нибудь нарисовать. Не так давно я попросила близнецов раздобыть мне что-нибудь, чем можно и на чем можно рисовать. И этим чем-то оказалась плотная бумага и черные грифели. Как мне объяснили, у них есть краски, но малевать сейчас мне будет неудобно, поэтому я обойдусь и этим. Вновь посетовав на любимые фломастеры, цветные карандаши, гель-ручки и т.п. я принялась выводить линии на листе, кое-что растушевывать пальцем и вскоре с бумаги на меня взглянула немного косо нарисованная мама. Хоть так… Полюбовавшись на рисунок, я сложила его вчетверо и убрала под подушку. Именно в этот момент ко мне и зашли ожидаемые гости. Дверь открылась и повернувшись, я увидела Тьелкормо и незнакомого мне эльфа. Он был одного с ним роста, довольно похожий лицом, но опять же темноволосый. Одет был в черное. — Мне уже рассказали о твоих утренних подвигах, Pitya! — начал с порога блондин, устроившись у подоконника и скрестив ноги, с улыбкой смотря на меня. Это небольшое прозвище мне дали относительно недавно и я до сих пор гадала, что же оно означает… Ибо все вокруг лишь загадочно улыбались! — Да, вы же не знакомы! Нариэль, это — мой младший брат Морифинвэ Карнистир. Морьо, а это та самая особа, о которой я говорил. — Все уши утром прожужжал… — недовольно отозвался брюнет, складывая руки на груди. Я же прыснула с его ответа в кулак, после смущенно поднимая взгляд на посетителя. Эльф вздернул в удивлении бровь и внимательно рассматривал меня. — Кхм, приятно познакомиться. — он кивнул. — Что ж, расскажешь, что сподвигло тебя на то, чтобы встать на ноги раньше времени, рискуя упасть и повредить себе еще что-нибудь? — заинтересованно спросил Тьелкормо, тем не менее кидая на меня укоризненный взгляд. Я даже стушевалась немного. — Захотелось? — вообще, я и сама не знала ответа на этот вопрос. Просто эта навязчивая идея пришла в голову и я решила ее осуществить. Но не скажу же я им об этом?.. — Чего захотелось? — допытывался эльф. — Посмотреть… в окно! Да, в окно. А то я тут уже очень долго, но ничего кроме этой комнаты и не видела даже… — надеюсь, мне не начнут читать нотации, мол, выздоровеешь — посмотришь и все в таком духе… — А позвать кого-нибудь, конечно, не судьба. — проворчал Карнистир, походя к моей кровати и сгребая мое несчастное тело на руки. Я, собственно, обмерла и как-то машинально обхватила его за шею. Даже вопрошающе повернулась в сторону Туркафинвэ, но тот лишь по-доброму усмехался, вставая с подоконника и отходя в сторону. Стоило брюнету поднять меня вверх, как старая добрая акрофобия дала о себе знать и я вцепилась в эльфа, как утопающий в спасательный круг. Все таки они были очень высокими… Сердце бешено колотилось где-то в горле, вновь затянуло грудину, но я читала про себя что-то навроде мантры: «он тебя не уронит!». По крайней мере, в это хотелось верить. Когда же мою светлость поднесли к окну, сначала я зажмурилась от яркого света, а после увидела часть белокаменной крепости, большую стену, что ее окружала, и спокойную, водную гладь огромного озера Митрим. Шел снег, крупными хлопьями спускаясь с неба, устилая просторы Белерианда белым ковром… Что сказать, увиденное пришлось мне явно по душе. Но не помню, чтобы в той степи был хоть маленький намек на зиму. — Я отыскал тебя перед первым снегом. — сказал на мой недоуменный взгляд блондин, вместе с нами смотря в окно. Собственно, первое знакомство (и с Морифинвэ, и с новым миром) прошло достаточно удачно. *** Одной ночью мои мысли таки вновь занял таинственный старший брат «лордов». Сколько бы я не отмахивалась от этого, но врожденное любопытство все же брало вверх и я начинала фантазировать на эту тему. — Нельяфинвэ… — прошептала я в темноту комнаты, будто пробуя имя на вкус. Интересно, как он выглядит? Такой же светловолосый, как Туркафинвэ, или брюнет? Или рыжий, как близнецы? А глаза у него серые, как у остальных, или другого цвета? На кого он больше похож из братьев? Высокий, как Карнистир, или, наоборот, не выдался ростом? И все же, куда он уехал и уехал ли вообще? Может, просто ему все равно на то, что я появилась в крепости и остальные не хотят меня расстраивать, поэтому и говорят, что он не здесь? Кто знает. С подобными мыслями уснуть удалось мне далеко за полночь. Следующий день стал тем самым, когда мне разрешили таки встать с кровати. Под чутким надзором Лотанариэ я поднялась на ноги с небольшой ноющей болью в груди, которую, тем не менее, можно было терпеть. Ходила я неловко, будто недавно научилась, но такое, наверняка, было от долгого лежания. Уверив эльфийку, что со мной все хорошо, я попросилась на прогулку по крепости. Не сказать, что она оказалась рада моей просьбе, но с недовольными вздохами таки отправилась на поиски одежды для моей светлости. Я же изучала комнату, заглядывая во все окна. Нет, Карнистир ко мне заглядывал и частенько таскал меня по комнате (он вообще, на удивление. появлялся чаще всех), но самостоятельно это делать, конечно, гораздо круче. Кстати о Карнистире! Именно с этим эльфом я нашла абсолютный общий язык. С ним не только можно было поговорить хоть о чем, но и просто помолчать. Так, в один день, когда был очень уж обильный снегопад, я сидела и скучала, смотря на пасмурное небо (единственное, что я могла видеть в окне с кровати), безынтересно черкаясь грифелем на листе бумаги. Но тут дверь внезапно открылась, являя мне раздраженного Морифинвэ с увесистой книжкой в руках. Он, пыхтя как еж, бубнил что-то себе под нос, после чего опустился в кресло недалеко от кровати, раскрывая книгу и, глубоко вздохнув, принимаясь читать. — Все настолько плохо? — сочувствующе поглядела я на темноволосого. Он отнял глаза от текста на мгновение, глянув на меня и горько усмехаясь. — Ясненько. Около двух часов эльф был глубоко погружен в чтение, а я, втихаря, принялась рисовать его точеный профиль, незаметно поглядывая на Морьо время от времени. Как выяснилось позже, незаметно поглядывать я не умела… Меня раскрыли, когда я закончила, удовлетворенно улыбаясь. — Покажи хоть, что получилось. — вспыхнув, я подпрыгнула на кровати. — Неужели ты правда думала, что я не вижу чем ты занимаешься? — издевательски протянул Карнистир, лукаво улыбаясь. Он оставил книгу в кресле и подойдя ко мне, взял листок из моих рук. — Хм, неплохо. — Я два года училась в художке! — гордо сообщила я. — Правда, грифелем рисовать пока непривычно. — Потренируешься и все получится. — улыбнулся мне Морифинвэ, забирая книгу из кресла и, желая мне хорошего дальнейшего дня, выходя из «палаты». И только спустя пару мгновений я поняла, что этот прохвост забрал и мой рисунок! — СТОЯТЬ!!!.. Собственно, его мне так и не вернули, как я не просила. Понравился, видите ли… Ну, не суть дело. После некоторого промежутка времени ко мне вернулась Лотанариэ с каким-то свертком в руках. Она поставила нечто, похожее на знакомые мне балетки, возле кровати и развернула то, что принесла. Это оказалось голубое платье в пол, фасоном похожее на то, в котором Лотанариэ была в день, когда я открыла глаза. — Ого… — протянула я, завороженно смотря на одеяние. — Оно красивое, но не знаю, подойдет ли мне такое… Вспоминая, как на мне смотрятся платья в принципе, я уже хотела вежливо отказаться от этого голубого чуда, но меня таки переубедила эльфийка. — Всем девушкам идут платья! Ты просто еще не носила такое. — она навязала на меня сначала нечто навроде плотного корсета, который нетуго затянула на спине, после чего надела платье, завязав все, что надо и в отражении зеркала во весь рост, которое Лотанариэ откуда-то принесла, пока я училась не наступать на подол при ходьбе, я увидела чуть ли не принцессу. Оно и правда мне подошло… У меня даже слезы на глаза навернулись, я улыбнулась и покружилась перед зеркалом, вставая во все позы, которые только можно. — Вижу, тебе понравилось. Оно когда-то было моим, но я из него выросла, а тебе очень идет, можешь оставить его. Это мой подарок. — сказала эльфийка, нежно мне улыбаясь, беря в руки расческу и усаживая меня на кровать. Через некоторое время на моей голове красовалась простая, но аккуратная прическа из двух косичек-колосков, переплетенных на затылке. Если бы не мои круглые уши, меня можно было бы принять за эльфа… — Спасибо… *** Прогулка по крепости оказалась для меня, наверное, самым интересным, что произошло со мной за последние три недели. С Лотанариэ под руку мы спустились на этаж ниже, заглянули в два огромных зала — Малый и Большой (хотя как по мне, так они оба большие). В первом обнаружились близнецы у разожженного камина. Они валялись на шкуре какого-то животного, брошенной аки ковер, и непринужденно болтали между собой. Наше появление вызвало некий ажиотаж. Рыжики были безумно рады, что я уже могу вставать и сказали, что мне идет одежда эльдар. Правда, я вновь чуть Богу душу не отдала, когда в какой-то момент разговора к нам подошел огромный белый пес. Оказывается, он находился здесь с самого начала, как я не заметила эту махину — загадка. Все замолкли, стоило зверю подойти ком мне. У моей же светлости коленки в другую сторону гнулись от страха. Но пес (или волк?) внимательно посмотрел на меня, тщательно обнюхал, а после ткнулся своим мокрым носом в мою выставленную вперед ладонь (это я так отбиваться хотела если что…). Позже нас познакомили, его звали Хуан. Это он почуял меня, когда Туркафинвэ с другими охотниками проезжали мимо. Как бы странно это ни было, но в дальнейшем он присоединился к нашей парочке и путешествовали по крепости мы уже втроем. После исследования данной территории мы спустились ниже. Как оказалось, это было нечто вроде цокольного этажа. Здесь находились купальни, погреба и еще много чего, я всего и не запомнила. Мы даже выходили из Главного входа на крыльцо, где лекарша показывала мне на некоторые постройки и объясняла, где что расположено. В правой стороне, если поискать, можно найти, допустим, кузницу, где чаще всего пропадал Атаринкэ (почему-то то, что он кузнец, меня не очень удивило), а в левой стороне находились конюшни. В общем, этот день мне запомнился надолго. *** Вызнав, что я чувствую себя много лучше, ужинать меня позвали в Малый зал, где мы днем нашли Амбаруссар. Я, не дождавшись Лотанариэ, спустилась сама и немного поплутав по этажу, с помощью первого прохожего эльфа таки дошла до места назначения. За большим, продолговатым столом сидели все братья и стоило мне войти, как эльфы оживились, махая мне рукой, приглашая к своей компании. Меня осторожно усадили рядом с Тьелкормо, который вызвался ухаживать за мной этим вечером. Во главе стола сидел несколько мрачный Макалаурэ, медленно потягивая вино из бокала. Почему-то, смотря на него и стул с высокой, резной спинкой, на котором он сидел, у меня возникло ощущение, что это место ему не очень-то подходит. Честно, я сначала и не поверила, что Канафинвэ — король. Нет, он был хорошим эльфом, в первую встречу он мне понравился — с ним сразу стало так спокойно, но на месте короля явно должен был быть кто-то другой. Тут же в голову мне пришли мысли о старшем из братьев. Я огляделась. Здесь были все, кроме него. Если бы ему было все равно на мое присутствие, то уж ужин в кругу семьи он бы не стал пропускать, верно? Как я поняла за эти три недели, эльфы очень любили и дорожили друг другом… Что-то здесь было не чисто. Но я таки вырвала все ростки сомнения с корнем, принявшись за еду. *** Весь следующий день мою голову занимали размышления по поводу пресловутого таинственного эльфа, чья личность уже просто не давала мне заниматься чем-либо. Любопытство просто съедало меня изнутри, так что вечером, когда Лотанариэ расплетала мне косы перед сном и бережно расчесывала волосы, тихонько напевая нечто успокаивающее, я решила допытаться хоть какой-нибудь информации от эльфийки. — Лотанариэ? — Да, Pitya? — спросила она, убирая один из терявшихся зажимов. — Ты что-нибудь знаешь о… О Нельяфинвэ? — руки брюнетки на миг застыли, но она продолжила расчесывать мои патлы, за месяц у эльфов ставшими чем-то, что можно было назвать волосами. — Почему тебя вдруг заинтересовал лорд Нельяфинвэ? Я обернулась к ней, что ей пришлось отложить расческу в сторону. — Да, если честно, я уже пару недель мучаюсь… Просто, я видела абсолютно всех, но Амбаруссар мне сказали, что у них есть старший брат, которого сейчас нет в крепости. Вот мне и любопытно, кто он… Лотанариэ как-то грустно улыбнулась, убирая пряди, свалившиеся мне на лицо, за уши. — Ну… Как тебе сказать… — он вздохнула, опуская глаза, — Лорда Нельяфинвэ и правда нет в крепости. Уже очень давно… — Он умер? — прямо спросила я. — Я не знаю… — эльфийка вдруг утерла слезу с щеки. — Он… Ох, Pitya, Лорд Нельяфинвэ сейчас в плену Врага. И никто не может знать, жив ли он или предстал перед Вала Намо в Чертогах. Я замерла аки статуя самой себе, удивленно смотря на лекаршу. В плену?.. Вспоминая статьи в интернете, случайно оставленные братом, которые я некогда читала, я во всех красках представила, что же прямо сейчас могло твориться с бедным эльфом. А ведь он и правда может быть уже мертв. Например, от боли. Сглотнув, я помотала головой, тщетно пытаясь выбросить из нее подобные мысли. — Но тебе не нужно думать об этом, Нариэль. Ложись в постель. — и более не смотря на меня, Лотанариэ положила расческу на тумбу и вышла, закрыв за собой дверь. Ну, вот, испортила настроение не только себе, но и ей. Не надо было спрашивать, уж лучше бы я никогда этого не знала… В эту же ночь мне приснился сон. В нем, несмотря на темноту вокруг, я различила три огромных пика отвесных скал. И на одном из них кто-то… висел. На одной руке, неестественно вывернутой и сцепленной залитым кровью браслетом кандалов. Эта картина была настолько жуткой, что я проснулась посреди ночи в холодном поту. — Вот кто меня за язык тянул?..